литература 20 века
«Обложка детиздатовской книги «Тимур и его команда». Книгу держит Коля Колокольчиков. Заикаясь и показывая на книгу, он говорит Квакину:
– Не люблю, когда врут! Здесь написано, что когда ты был хулиганом, то я стоял перед тобой бледный. Я никогда ни …
«Обложка детиздатовской книги «Тимур и его команда». Книгу держит Коля Колокольчиков. Заикаясь и показывая на книгу, он говорит Квакину:
– Не люблю, когда врут! Здесь написано, что когда ты был хулиганом, то я стоял перед тобой бледный. Я никогда ни …
«Зимою очень скучно. Разъезд маленький. Кругом лес. Заметет зимою, завалит снегом – и высунуться некуда.
Одно только развлечение – с горы кататься.
Но опять, не весь же день с горы кататься? Ну прокатился раз, ну прокатился другой, ну двадцать раз пр…
«Зимою очень скучно. Разъезд маленький. Кругом лес. Заметет зимою, завалит снегом – и высунуться некуда.
Одно только развлечение – с горы кататься.
Но опять, не весь же день с горы кататься? Ну прокатился раз, ну прокатился другой, ну двадцать раз пр…
«Кукольная комедия, разыгранная думским большинством в пятницу, когда хотел говорить Милюков, выясняется.
Видите ли, поездка Милюкова в Нью-Йорк испортила хитроумные планы некиих доморощенных дипломатов, потративших все скудные запасы своего мозга на…
«Кукольная комедия, разыгранная думским большинством в пятницу, когда хотел говорить Милюков, выясняется.
Видите ли, поездка Милюкова в Нью-Йорк испортила хитроумные планы некиих доморощенных дипломатов, потративших все скудные запасы своего мозга на…
«Шестую неделю уж названный сын московского царя Ивана Васильевича Грозного, царевич Димитрий, с пятнадцатитысячной ратью будущего тестя своего, сендомирского воеводы Юрия Мнишека, осаждал древнерусский Новгород-Северск, – и все безуспешно. От самого…
«Шестую неделю уж названный сын московского царя Ивана Васильевича Грозного, царевич Димитрий, с пятнадцатитысячной ратью будущего тестя своего, сендомирского воеводы Юрия Мнишека, осаждал древнерусский Новгород-Северск, – и все безуспешно. От самого…
Историческая повесть для юношества из времен царя Алексея Михайловича.
Историческая повесть для юношества из времен царя Алексея Михайловича.
«Шпион перебрался через болото, надел красноармейскую форму и вышел на дорогу.
Девочка собирала во ржи васильки. Она подошла и попросила ножик, чтобы обровнять стебли букета…»
«Шпион перебрался через болото, надел красноармейскую форму и вышел на дорогу.
Девочка собирала во ржи васильки. Она подошла и попросила ножик, чтобы обровнять стебли букета…»
«Не сразу вышло, конечно, не вдруг; но был он терпелив, малодумен, никогда на судьбу не жаловался, – брал, какая посылалась. И, с течением времен, и многие из здешних, из своих, даже поумнее его, стали ему завидовать.
Судьба его, с самого начала, был…
«Не сразу вышло, конечно, не вдруг; но был он терпелив, малодумен, никогда на судьбу не жаловался, – брал, какая посылалась. И, с течением времен, и многие из здешних, из своих, даже поумнее его, стали ему завидовать.
Судьба его, с самого начала, был…
«Это был 1919 год – кажется, февраль. Мне только исполнилось пятнадцать лет.
И вот командующий, который, по добродушию, именовал меня то ординарцем, то адъютантом, сказал:
– Я уезжаю на Советскую площадь. Герой, не хмурься! Я взял бы и тебя, но в маш…
«Это был 1919 год – кажется, февраль. Мне только исполнилось пятнадцать лет.
И вот командующий, который, по добродушию, именовал меня то ординарцем, то адъютантом, сказал:
– Я уезжаю на Советскую площадь. Герой, не хмурься! Я взял бы и тебя, но в маш…
«Лягушка» – пародия на декадентские журналы, творчество писателей-модернистов, особенно воинственно выступавших после революции 1905-1907 гг. против реализма и противопоставлявших ему реакционное «чистое искусство», мистику и порнографию.
«Лягушка» – пародия на декадентские журналы, творчество писателей-модернистов, особенно воинственно выступавших после революции 1905-1907 гг. против реализма и противопоставлявших ему реакционное «чистое искусство», мистику и порнографию.
«Летом жили дети в теплых краях, на берегу моря. Не на самом берегу, а все-таки близко. Перед домом сад. А в саду – ручеек по камням течет. И песок у ручейка – желтый, будто на солнце загорел…»
«Летом жили дети в теплых краях, на берегу моря. Не на самом берегу, а все-таки близко. Перед домом сад. А в саду – ручеек по камням течет. И песок у ручейка – желтый, будто на солнце загорел…»
«У нас во дворе живет американец. Это маленький седенький старичок, такой маленький, что мне и то будет только по плечико.
А родился он в 1861 году – за десять лет до Парижской коммуны. Попробуйте, посчитайте, сколько ему лет! Уж наверно два раза соб…
«У нас во дворе живет американец. Это маленький седенький старичок, такой маленький, что мне и то будет только по плечико.
А родился он в 1861 году – за десять лет до Парижской коммуны. Попробуйте, посчитайте, сколько ему лет! Уж наверно два раза соб…
«Твой остов прям, твой облик жёсток,
Шершавопыльный – сер гранит,
И каждый зыбкий перекресток
Тупым предательством дрожит…»
«Твой остов прям, твой облик жёсток,
Шершавопыльный – сер гранит,
И каждый зыбкий перекресток
Тупым предательством дрожит…»
«Они чуть не столкнулись – оба шли так быстро. Подняли друг на друга глаза. Девушка, одетая скромно, даже бедно, первая заговорила:
– Здравствуйте. Вы ли?
– Наташа! Я бы и не узнал. Ну, да ведь так давно не видались.
– Давно… правда… Вы – точно вчера…
«Они чуть не столкнулись – оба шли так быстро. Подняли друг на друга глаза. Девушка, одетая скромно, даже бедно, первая заговорила:
– Здравствуйте. Вы ли?
– Наташа! Я бы и не узнал. Ну, да ведь так давно не видались.
– Давно… правда… Вы – точно вчера…
«В прошлом году мне посчастливилось найти у букиниста рукопись очевидца Отечественной войны 1812 г., которая затем и была выпущена в свет под заглавием: „Среди врагов“. На ловца и зверь бежит. Вскоре мне были присланы из провинции еще две рукописные …
«В прошлом году мне посчастливилось найти у букиниста рукопись очевидца Отечественной войны 1812 г., которая затем и была выпущена в свет под заглавием: „Среди врагов“. На ловца и зверь бежит. Вскоре мне были присланы из провинции еще две рукописные …
«Яркий, радостный день.
Иду по просохшей панели и думаю: отчего повсюду эта сдержанная, но тем еще более яркая радость? Весенний воздух дрожит и струится, сквозь него и солнце дрожит, словно щурится. Люди идут торопливые, озабоченные тайной радостью……
«Яркий, радостный день.
Иду по просохшей панели и думаю: отчего повсюду эта сдержанная, но тем еще более яркая радость? Весенний воздух дрожит и струится, сквозь него и солнце дрожит, словно щурится. Люди идут торопливые, озабоченные тайной радостью……
«Студент Коковцев приехал их Петербурга в имение матери, за Териоками, совершенно неожиданно, – свалился, как снег на голову. Приехал под вечер, на чухонских санях, немного сумрачный, едва пообедал с матерью и пятнадцатилетней сестрой Леночкой и тотч…
«Студент Коковцев приехал их Петербурга в имение матери, за Териоками, совершенно неожиданно, – свалился, как снег на голову. Приехал под вечер, на чухонских санях, немного сумрачный, едва пообедал с матерью и пятнадцатилетней сестрой Леночкой и тотч…
«Вот уже восемь лет, как я рыскаю по территории бывшей Российской империи. У меня нет цели тщательно исследовать каждый закоулок и всесторонне изучить всю страну. У меня просто – привычка. Нигде я не сплю так крепко, как на жесткой полке качающегося …
«Вот уже восемь лет, как я рыскаю по территории бывшей Российской империи. У меня нет цели тщательно исследовать каждый закоулок и всесторонне изучить всю страну. У меня просто – привычка. Нигде я не сплю так крепко, как на жесткой полке качающегося …
«Здравствуй, дорогая, пишу тебе из действующей армии, все из того же из славного 113-го полка. А местность, откуда пишу, не указываю, потому что опасаюсь, как бы не перехватила это письмо вражья сила и не использовала мое указание во вред пролетариат…
«Здравствуй, дорогая, пишу тебе из действующей армии, все из того же из славного 113-го полка. А местность, откуда пишу, не указываю, потому что опасаюсь, как бы не перехватила это письмо вражья сила и не использовала мое указание во вред пролетариат…
«Наш батальон вступал в село.
Пыль походных колонн, песок, разметанный взрывами снарядов, пепел сожженных немцами хат густым налетом покрывали шершавые листья кукурузы и спелые несобранные вишни.
Застигнутая врасплох немецкая батарея второпях ударила…
«Наш батальон вступал в село.
Пыль походных колонн, песок, разметанный взрывами снарядов, пепел сожженных немцами хат густым налетом покрывали шершавые листья кукурузы и спелые несобранные вишни.
Застигнутая врасплох немецкая батарея второпях ударила…
«Прямой и узкий, как лезвие штыка, лег через реку железный мост. И на нем высоко, между водой и небом, через каждые двадцать-тридцать метров стоят наши часовые.
Вправо по берегу за камышами – а где точно, знают только болотные кулики да длинноногие ц…
«Прямой и узкий, как лезвие штыка, лег через реку железный мост. И на нем высоко, между водой и небом, через каждые двадцать-тридцать метров стоят наши часовые.
Вправо по берегу за камышами – а где точно, знают только болотные кулики да длинноногие ц…





















