Анна Владимирова
Книги автора: Анна Владимирова
Я шел за ней сутки без сна и отдыха… Лапы вязли в рыхлом снегу, когти вспарывали заледенелый камень… И я даже не заметил, когда они стали пальцами. Перед глазами стояла лишь она… Близкая, зовущая, дикая… и ненавистная. Взгляд застилала кровавая пелен…
Я шел за ней сутки без сна и отдыха… Лапы вязли в рыхлом снегу, когти вспарывали заледенелый камень… И я даже не заметил, когда они стали пальцами. Перед глазами стояла лишь она… Близкая, зовущая, дикая… и ненавистная. Взгляд застилала кровавая пелен…
Раннее утро.
Дым. Сочится между верхушек деревьев… И вот он – рукой подать, ползет прямо под вышку! Откуда?!
– Что за…? – вырвалось у меня, и я уронила чашку с чаем на пол и бросилась на смотровую площадку, на ходу хватаясь за бинокль. Я же только ча…
Раннее утро.
Дым. Сочится между верхушек деревьев… И вот он – рукой подать, ползет прямо под вышку! Откуда?!
– Что за…? – вырвалось у меня, и я уронила чашку с чаем на пол и бросилась на смотровую площадку, на ходу хватаясь за бинокль. Я же только ча…
Я была готова на все, чтобы он меня спас…
Но никогда бы не подумала, что цена окажется настолько высокой…
Я была готова на все, чтобы он меня спас…
Но никогда бы не подумала, что цена окажется настолько высокой…
– По договору ты обязан меня отпустить, – шепчу я, сжавшись в комок. Не могу на него смотреть.
– Правда этого хочешь? – Его холодный голос все равно пускает сердце дергаться будто на углях.
Комната – моя бывшая тюрьма – замерла в тишине. Ничто нас с …
– По договору ты обязан меня отпустить, – шепчу я, сжавшись в комок. Не могу на него смотреть.
– Правда этого хочешь? – Его холодный голос все равно пускает сердце дергаться будто на углях.
Комната – моя бывшая тюрьма – замерла в тишине. Ничто нас с …
– Беги, Донна. Я отпускаю тебя последний раз.
Он дал мне сутки, чтобы смириться со своей участью и прийти к нему в лапы добровольно. И всем плевать, что меня это не устраивает. Ведь Ронан Харт – элитный зверь и прокурор округа, а я – бесплодная выбр…
– Беги, Донна. Я отпускаю тебя последний раз.
Он дал мне сутки, чтобы смириться со своей участью и прийти к нему в лапы добровольно. И всем плевать, что меня это не устраивает. Ведь Ронан Харт – элитный зверь и прокурор округа, а я – бесплодная выбр…
– Привет, Ромашка…
– Привет, Дар… Я думала…
– Не думала, мы это уже выяснили, – перебил он. – Ты обещала мне себя. Помнишь?
– Я не собиралась…
– Не учат вас сдаваться оборотням, – оскалился Медведь. – При-дется заполнять пробелы.
– А я думала, завел …
– Привет, Ромашка…
– Привет, Дар… Я думала…
– Не думала, мы это уже выяснили, – перебил он. – Ты обещала мне себя. Помнишь?
– Я не собиралась…
– Не учат вас сдаваться оборотням, – оскалился Медведь. – При-дется заполнять пробелы.
– А я думала, завел …
Я сбежала от него год назад, чтобы никогда не вернуться. Я предала и бросила, прекрасно зная, что стала для оборотня избранной. А еще – я скрыла от него то, что скрывать нельзя. Но за все нужно платить. И теперь, глядя в глаза того, перед кем виноват…
Я сбежала от него год назад, чтобы никогда не вернуться. Я предала и бросила, прекрасно зная, что стала для оборотня избранной. А еще – я скрыла от него то, что скрывать нельзя. Но за все нужно платить. И теперь, глядя в глаза того, перед кем виноват…
Я – одна из самых известных и загадочных фотографов Арциуса. Казалось бы, ну чего мне не хватало? Наверное, пари на фото человека, которого бы меньше всего ожидали увидеть. Но только меня могло угораздить выбрать того, кто не желал возвращаться под п…
Я – одна из самых известных и загадочных фотографов Арциуса. Казалось бы, ну чего мне не хватало? Наверное, пари на фото человека, которого бы меньше всего ожидали увидеть. Но только меня могло угораздить выбрать того, кто не желал возвращаться под п…
Я думал просто расслабиться в первый вечер на суше, подцепить кого-нибудь или тупо заплатить, чтобы расслабили гарантированно и без головняка. Но, нет – я увидел ее.
– Прости, у тебя… – голос ее неумело охрип. – У тебя не занято?
– Не занято. Но тебе…
Я думал просто расслабиться в первый вечер на суше, подцепить кого-нибудь или тупо заплатить, чтобы расслабили гарантированно и без головняка. Но, нет – я увидел ее.
– Прости, у тебя… – голос ее неумело охрип. – У тебя не занято?
– Не занято. Но тебе…
Радислав Дорф – известный хирург-травматолог и глава клиники. Характер у него тяжелый, взгляд – едва выносимый, а высокомерия столько, что на все отделение бы хватило.
Но у меня нет выбора, кроме как согласиться стать его личной помощницей. Я уверена…
Радислав Дорф – известный хирург-травматолог и глава клиники. Характер у него тяжелый, взгляд – едва выносимый, а высокомерия столько, что на все отделение бы хватило.
Но у меня нет выбора, кроме как согласиться стать его личной помощницей. Я уверена…
Она слишком молода для меня. Я слишком испорчен для нее. Мы не пара. Только зверю не прикажешь. Отдать ее на ликвидацию я не смог. И вот теперь с рассвета до заката хожу будто по углям, пытаясь забыть, уйти и не смотреть в ее сторону… Только с каждым…
Она слишком молода для меня. Я слишком испорчен для нее. Мы не пара. Только зверю не прикажешь. Отдать ее на ликвидацию я не смог. И вот теперь с рассвета до заката хожу будто по углям, пытаясь забыть, уйти и не смотреть в ее сторону… Только с каждым…
Однажды я нарисовала его портрет… Портрет мужчины без будущего, загнанного в угол и связанного по рукам и ногам лишь потому, что в его глазах тлела жажда жизни и смертельно опасная ярость. Он никого не пожалел на своем пути. И у него были на то причи…
Однажды я нарисовала его портрет… Портрет мужчины без будущего, загнанного в угол и связанного по рукам и ногам лишь потому, что в его глазах тлела жажда жизни и смертельно опасная ярость. Он никого не пожалел на своем пути. И у него были на то причи…
Игорь Андреевич Князев – известный кардиохирург, герой медицинских сплетен и объект зависти коллег. О его даре вытаскивать пациентов с того света ходят легенды. А еще – он самоуверенный, жесткий, эгоистичный мудак и просто ослепительный мужик, которо…
Игорь Андреевич Князев – известный кардиохирург, герой медицинских сплетен и объект зависти коллег. О его даре вытаскивать пациентов с того света ходят легенды. А еще – он самоуверенный, жесткий, эгоистичный мудак и просто ослепительный мужик, которо…
Одна ночь меняет жизнь врача скорой помощи до неузнаваемости. Жизнь, которая всегда казалась понятной, вдруг превратилась в ночной кошмар. И только он – незнакомец с горящими глазами и запредельной самоуверенностью – может защитить от всего мира, ста…
Одна ночь меняет жизнь врача скорой помощи до неузнаваемости. Жизнь, которая всегда казалась понятной, вдруг превратилась в ночной кошмар. И только он – незнакомец с горящими глазами и запредельной самоуверенностью – может защитить от всего мира, ста…
– Ты должна мне, – поднял на меня глаза. – Обязана жизнью.
– Послушай, мои родители заплатят, сколько скажешь…
– Мне нужна ты, – отвел он взгляд в окно и сощурился на свет.
– Я? – моргнула. В горле пересохло. – Я… у меня свадьба через месяц…
Он медле…
– Ты должна мне, – поднял на меня глаза. – Обязана жизнью.
– Послушай, мои родители заплатят, сколько скажешь…
– Мне нужна ты, – отвел он взгляд в окно и сощурился на свет.
– Я? – моргнула. В горле пересохло. – Я… у меня свадьба через месяц…
Он медле…
Андрей Ярославович Князев – известный военный хирург и герой для всех. Но для меня он тот, кто разрушил мне жизнь и лишил всего. Но главное – он забрал нашего сына, пока я лежала в клинике и была не в состоянии о нем позаботиться.
Но сейчас Князев – …
Андрей Ярославович Князев – известный военный хирург и герой для всех. Но для меня он тот, кто разрушил мне жизнь и лишил всего. Но главное – он забрал нашего сына, пока я лежала в клинике и была не в состоянии о нем позаботиться.
Но сейчас Князев – …
Говорят, когда карьера идет в гору, личная жизнь рушится. Моя рухнула… в который раз? В третий? Четвертый? Да, я не умею выбирать мужчин. И жизнь с ними строить – тоже. Как и моя мама. Она была замужем четыре раза. Что это, семейное проклятье?
– Бес…
Говорят, когда карьера идет в гору, личная жизнь рушится. Моя рухнула… в который раз? В третий? Четвертый? Да, я не умею выбирать мужчин. И жизнь с ними строить – тоже. Как и моя мама. Она была замужем четыре раза. Что это, семейное проклятье?
– Бес…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
– Беги, Донна. Я отпускаю тебя последний раз.
Он дал мне …
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
– Беги, Донна. Я отпускаю тебя последний раз.
Он дал мне …
Мне 38, и меня бросили все. Муж ушел к фитнес-тренеру «попа-орех» Валерии, дочь и сын остались с папой, потому что им так удобней. Сын сказал, что нет никакой трагедии в разводе родителей, ведь у всех его друзей родители давно разведены. А дочь богот…
Мне 38, и меня бросили все. Муж ушел к фитнес-тренеру «попа-орех» Валерии, дочь и сын остались с папой, потому что им так удобней. Сын сказал, что нет никакой трагедии в разводе родителей, ведь у всех его друзей родители давно разведены. А дочь богот…





















