Аркадий и Борис Стругацкие
Книги автора: Аркадий и Борис Стругацкие
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В очередной том собрания сочинений классиков отечественной…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
В очередной том собрания сочинений классиков отечественной…
«А. – Будем мы писать рассказ или не будем?
Б. – Будем.
А. – А может, пьесу напишем?
Б. – Можно и пьесу…»
«А. – Будем мы писать рассказ или не будем?
Б. – Будем.
А. – А может, пьесу напишем?
Б. – Можно и пьесу…»
Рассказ о неудачной попытке вмешательства землян в жизнь инопланетной цивилизации гуманоидного типа.
Рассказ о неудачной попытке вмешательства землян в жизнь инопланетной цивилизации гуманоидного типа.
«Беспокойство» – первая, очень отличающаяся от «канонической», версия «Улитки на склоне», которую братья Стругацкие называли «самым странным своим произведением».
«Беспокойство» – первая, очень отличающаяся от «канонической», версия «Улитки на склоне», которую братья Стругацкие называли «самым странным своим произведением».
В наши дни уже нельзя писать утопии: мы нашли дорогу в будущее, завоеванное в суровой борьбе, полной тяжких испытаний и жестоких утрат. Мы не мечтаем о коммунистическом обществе; мы строим его своими руками.
В наши дни уже нельзя писать утопии: мы нашли дорогу в будущее, завоеванное в суровой борьбе, полной тяжких испытаний и жестоких утрат. Мы не мечтаем о коммунистическом обществе; мы строим его своими руками.
В наши дни уже нельзя писать утопии: мы нашли дорогу в будущее, завоеванное в суровой борьбе, полной тяжких испытаний и жестоких утрат. Мы не мечтаем о коммунистическом обществе; мы строим его своими руками.
В наши дни уже нельзя писать утопии: мы нашли дорогу в будущее, завоеванное в суровой борьбе, полной тяжких испытаний и жестоких утрат. Мы не мечтаем о коммунистическом обществе; мы строим его своими руками.
Повесть написана в то время, когда Стругацкие, постепенно отходя от традиционной НФ, экспериментировали с жанрами и темами. Сатирическая притча, в которой марсиане отбирают у людей не кровь, как было у Герберта Уэллса, а желудочный сок, искрометно ве…
Повесть написана в то время, когда Стругацкие, постепенно отходя от традиционной НФ, экспериментировали с жанрами и темами. Сатирическая притча, в которой марсиане отбирают у людей не кровь, как было у Герберта Уэллса, а желудочный сок, искрометно ве…
«Их вот-вот должны были вызвать, и они сидели в коридоре на подоконнике перед дверью. Сережа Кондратьев болтал ногами, а Панин, вывернув короткую шею, глядел за окно в парк, где на волейбольной площадке прыгали у сетки девчонки с факультета Дистанцио…
«Их вот-вот должны были вызвать, и они сидели в коридоре на подоконнике перед дверью. Сережа Кондратьев болтал ногами, а Панин, вывернув короткую шею, глядел за окно в парк, где на волейбольной площадке прыгали у сетки девчонки с факультета Дистанцио…
«Сказка о Тройке». Повесть, в свое время последовательно отвергнутая всеми отечественными журналами и издательствами – за крайне неудобоваримую для советской эпохи блестящую социальную сатиру…
«Сказка о Тройке-2», первоначально задумывавшаяся братьям…
«Сказка о Тройке». Повесть, в свое время последовательно отвергнутая всеми отечественными журналами и издательствами – за крайне неудобоваримую для советской эпохи блестящую социальную сатиру…
«Сказка о Тройке-2», первоначально задумывавшаяся братьям…
Шедевр русской фантастики!!!
Блистающие юмором истории младшего научного сотрудника Александра Привалова стали настольной книгой многих поколений российских читателей.
И даже сейчас, десятилетия спустя, повесть «Понедельник начинается в субботу», дав…
Шедевр русской фантастики!!!
Блистающие юмором истории младшего научного сотрудника Александра Привалова стали настольной книгой многих поколений российских читателей.
И даже сейчас, десятилетия спустя, повесть «Понедельник начинается в субботу», дав…
Первый вариант сценария, наиболее близкий к повести «Понедельник начинается в субботу».
Первый вариант сценария, наиболее близкий к повести «Понедельник начинается в субботу».
Счастье для только что вышедшего из тюрьмы сталкера в том, чтобы вести к Комнате других. На этот раз он ведёт Профессора (Гринько), исследователя-физика, и Писателя (Солоницын) в творческом и личностном кризисе. Они трое проникают через кордоны в Зон…
Счастье для только что вышедшего из тюрьмы сталкера в том, чтобы вести к Комнате других. На этот раз он ведёт Профессора (Гринько), исследователя-физика, и Писателя (Солоницын) в творческом и личностном кризисе. Они трое проникают через кордоны в Зон…
Роман, завершающий знаменитую трилогию братьев Стругацких о Максиме Каммерере.
Произведение увлекательное – и в то же время тонко философское, многогранное и талантливое. Завершилась эпоха «Обитаемого острова».
Закончилась странная и трагическая исто…
Роман, завершающий знаменитую трилогию братьев Стругацких о Максиме Каммерере.
Произведение увлекательное – и в то же время тонко философское, многогранное и талантливое. Завершилась эпоха «Обитаемого острова».
Закончилась странная и трагическая исто…
«Машина желаний» киноповесть (киносценарий), один из вариантов «Пикника на обочине».
В центре повествования – драматический и психологически убедительный образ «сталкера», неплохого, но запутавшегося паренька, на свой страх и риск, совершающего смерт…
«Машина желаний» киноповесть (киносценарий), один из вариантов «Пикника на обочине».
В центре повествования – драматический и психологически убедительный образ «сталкера», неплохого, но запутавшегося паренька, на свой страх и риск, совершающего смерт…
Роман, завершающий знаменитую трилогию братьев Стругацких о Максиме Каммерере.
Произведение увлекательное – и в то же время тонко философское, многогранное и талантливое. Завершилась эпоха «Обитаемого острова».
Закончилась странная и трагическая исто…
Роман, завершающий знаменитую трилогию братьев Стругацких о Максиме Каммерере.
Произведение увлекательное – и в то же время тонко философское, многогранное и талантливое. Завершилась эпоха «Обитаемого острова».
Закончилась странная и трагическая исто…
Роман, завершающий знаменитую трилогию братьев Стругацких о Максиме Каммерере.
Произведение увлекательное – и в то же время тонко философское, многогранное и талантливое. Завершилась эпоха «Обитаемого острова».
Закончилась странная и трагическая исто…
Роман, завершающий знаменитую трилогию братьев Стругацких о Максиме Каммерере.
Произведение увлекательное – и в то же время тонко философское, многогранное и талантливое. Завершилась эпоха «Обитаемого острова».
Закончилась странная и трагическая исто…