Кровавая Месть

Прикосновения к Аиру всегда расслабляли меня, становилось так спокойно и легко. Не знаю, что это была за магия, но рядом с ним я оживала и смелела.

Через месяц тренировок перед зеркалом немного привыкла видеть себя такой, да и волосы на голове начали активно расти, и через еще месяц я уже не пряталась за париками. Волосы торчали ежиком и вполне меня устраивали. Аиррэль улыбался, ему нравилась моя обновленная прическа.

– Воды Асхара – настоящее чудо из чудес, – заявила, усаживаясь на барный стул. – А ты – лучший мужчина на свете, Аиррэль.

– Я рад, что могу что-то сделать для тебя, – он легонько коснулся ладонью моих скул.

Аиррэль никогда не позволял себе вольностей и чаще ждал разрешения меня коснуться. Дистанция между нами стала надоедать, и быть жертвой надоело, поэтому я перешла ко второй стадии принятия себя.

– Велиал, ты мне нужен, – я забрала демона из гостиной и добавила для Аиррэля: – Прости, любимый, тебе придется довериться мне.

– Опять я крайний?!

– Я стараюсь ради нас, потерпи немного, – закрыла дверь. – Садись на кровать, демон.

– И что ты опять удумала?

Тот почему-то с недавних пор везде видел подвох и смотрел с напряженным недоверием.

– Ты мужчина.

– Хорошо, что ты это заметила после стольких месяцев! – он недовольно сложил руки на груди, цокнул языком.

– Дослушай. Я хочу сделать Аиррэлю сюрприз, но не могу. На тебе хочу потренироваться.

– Не понял, – Велиал моргнул и резко выпалил: – Я не буду с тобой спать!

– Ты спятил?! Упаси Господь! Я лишь хочу показаться в купальнике, а ты глаза закрой. Скажу, когда открывать.

Демон выдохнул, повел плечами, но согласился. Закрыл глаза. Я натянула купальник и вышла из ванной.

– Скай, у тебя коленки дрожат, отсюда слышно, – издевался Велиал в знакомой манере. – Не думай о плохом. Успокойся, выдохни.

– Я пытаюсь. Давай, открывай глаза.

Демон приоткрыл веки, но я закрылась руками и закричала.

– Погоди! Закрой! Подожди, дай секунду.

Даже сквозь закрытые веки я знала, что Велиал закатил глаза.

– Жду, – он смешно поджал губы, закинул ногу на ногу и откинулся на кровать в вальяжной позе. – Долго еще?

– Давай еще раз попробуем.

– Точно?

– Открывай, – скомандовала, а сама смежила от неловкости и страха. Коленки и правда дрожали.

– Скай, теперь выдыхай и расслабься. Подумай вот о чем: я уже видел тебя в купальнике, и бояться нечего. Не думаю, что все настолько плохо, как ты себе воображаешь. Нормально, терпимо.

– Терпимо, – повторила. – Это обнадеживает.

– Послушай, шрамы тоненькие, филигранные.

Я приоткрыла глаза.

– Ты любил бы свою Мелиссу в таком виде?

– Вне всякого сомнения, – не раздумывая, ответил он и удивился: – Ты считаешь, что не понравишься братцу? Он уже видел их. И не раз. Собирал тебя по кусочкам тоже он.

– Я стесняюсь, – повела плечами и хотела снова прикрыться руками.

– Опусти руки и просто походи, постой так. Поговори со мной, расслабься. Так что тебя беспокоит?

– Вдруг я не смогу. Он коснется меня, а я струшу или запаникую.

– Скай, когда он тебя целует, ты думаешь о них?

– Нет.

– Ну и прекрати дрожать. Вы же сходите друг по другу с ума. Уверен, что ваши чувства перекроют все твои страхи.

– Думаешь?

– Ты его хочешь?

– Хочу, очень.

– Вот и ответ.

Велиал ушел, оставив меня в раздумьях. В течение недели я ходила в купальнике перед демоном, потом позвала Саймона и решила на нем потренироваться, но Аиррэль выгнал воина взашей. Не разрешил переступать порог моей комнаты и был неумолим.

– Аиррэль, ну разреши, – взмолилась. – Мне очень надо. Я потом объясню тебе.

– Нет, – показалось, что он сейчас зарычит, как настоящий саблезубый тигр, и эту битву я проиграла.

Пришлось звать Вилли и Маршала. Друзья морщились и смотрели с сожалением, но держались, а потом привыкли.

– Знаешь, думаю, все не так плохо, Скай, – сказал Вилли, кружа вокруг меня. Счастливчик тоже мельтешил в воздухе и пытался игриво тяпнуть котяру за хвост, а Вилли шутливо рычал и уворачивался, но малец не сдавался.

– Страшно было, когда мы нашли тебя, – согласился Маршал.

Между мной и Мохнатиком до сих пор чувствовалось напряжение, но он старался скрыть недовольство. В глубине души он по-прежнему желал, чтобы я как можно скорее вернулась на Терру.

– Да, мы тогда сильно перепугались, – Вилли тихонько мяукнул и обхитрил дракошу, оказываясь сверху над маленьким проказником.

– Не нужно, – я приласкала друга и поймала Счастливчика, который так и норовил подпалить белоснежный кошачий хвост. Очень ему нравились золотистые блики от его шерсти. – Не хочу вспоминать и думать. Мечтаю забыть.

Друзья понимающе кивнули и больше не поднимали болезненную тему.

***

Удивительно, что Аиррэль никуда не улетал. После возвращения из Асхара он взял меня в оборот и окружил вниманием. Я засыпала и просыпалась рядом с любимым. Сначала было непривычно видеть его в моей постели, но спустя пару дней свыклась и теперь уснуть без него не могла.

Аиррэль открылся для меня с иной стороны: заботливой и внимательной, чуткой. Он стал всем, в чем я нуждалась – другом, партнером, любимым, тренером, наставником. Отвлекал меня от мрачных мыслей и заполнял пустоту, спланировав день так, чтобы ни минуты не оставалось на скуку и хандру.

Утро мы начинали с тренировки, которую с недавних пор проводили на втором этаже, где Аир освободил одну из комнат, превратив в спортивный зал. Велиал, Маршал и Саймон помогли ему обустроить все. Демон притащил с Терры татами и покрыл ими пол, а ростовые зеркала повесили на одну из стен, даже шведскую стенку установили. Мне нововведения понравились, и я с удовольствием исследовала новую территорию вместе с Аиррэлем. Плюсом стало то, что можно было заниматься босиком и никакой песок никуда не лез.

После зала мы шли на совместный завтрак. Спустя пару дней к нам присоединился Саймон, осмелившись взглянуть на меня и перестав вымаливать прощение, а потом решил размять кости демон, и мальчики не упустили шанса подраться. Не знаю, что они не поделили, кажется, титул главного зазнайки, потому что внезапно принялись выяснять, кто сильнее, быстрее, более ловкий – и началась каша-мала. Меня поставили в судьи, и я придумала для них правила и испытания. В итоге… они валялись по татами и дубасили друг друга, пока я, Маршал и Вилли угорали, сидя у дальней стены на мягких пуфиках. Потом мы наблюдали шеренгу побитых лиц и порванных одежд, победитель остался неизвестен, зато настроение поднялось до Эвереста. Мы с друзьями еще долго не могли успокоиться и весь завтрак обсуждали утреннюю потасовку, и главное – каждый из воинов настаивал на своей победе.

Вот что точно Аир не любил, так это проигрывать и сдаваться, но мне уступал во всем, всегда и везде. Мы как-то решились на пробежку в лес и устроили бег наперегонки, и он позволил мне выиграть и размеренно шел позади.

– Ты поддаешься! Я так не хочу, – сбавила скорость и побежала обратным челноком: к лесу – задом, лицом – к Аиру. Он плавно переставлял ноги и был на расстоянии вытянутой руки, готовый к любому казусу или моему падению, все же не смотреть под ноги и полагаться на чутье – та еще задачка.

– Наше соревнование априори нечестное, – он слегка улыбнулся. – Для меня твоя победа равна моей. Я не разделяю нас.

– Давай тогда сыграем во что-то, где будем равны?

– Шахматы?

– У-у-у, заходишь с классики?

– Можем и в покер сыграть, но тогда ты обязана стать моим гуру и научить своим секретным методикам, чтобы я хоть раз обыграл демона.

– Ах, вот где собака зарыта – ты ненавидишь проигрывать, – подтрунила над ним.

– Мне хочется утереть братцу нос, так что скажешь, любимая? Подсобишь?

– Уговорил, – остановилась и с разбега запрыгнула ему на руки, Аиррэль подхватил и прижал к себе.

– Устала?

– Нет, но хочу на ручки. Знаешь, если честно, я не сильна в шахматах, а шашки никогда не любила.

– Не переживай, я сделаю из тебя гроссмейстера, если захочешь.

Странное спокойствие окутывало меня рядом с Аиррэлем, душа словно исцелялась, стоило его коснуться. Мы так много ссорились раньше, а сейчас впервые смогли побыть наконец-то вместе и держались за эту необычайную возможность.

А в замке и правда стало весело: демон притащил с Терры уйму игр, даже бильярдный стол. Как он его умыкнул – загадка. Я удивлялась его размаху.

Днем мы играли в бадминтон и настольный теннис в саду, мальчики обожали бильярд и шахматы; учились у Вилли готовить и с восторгом наблюдали, как кот, облаченный в поварской колпак и белоснежный фартук, творил настоящие чудеса, превращая обычные ингредиенты в изысканные сладости. А вид Архангела в форме повара – лучше любого шоу. Смотрелся он настолько мило, что демон кривился и еще неделю после этого издевался над ним, вспоминая, как в итоге у него сильно зарумянились булочки. Ну и зарумянились, так Велиал их в два счета умял, я едва успела попробовать!

Иногда мы просто валялись в постели или на диване в гостиной. Я читала, а Аиррэль слушал, прижимая меня к себе. И корка льда, которой я покрыла свои чувства, таяла, страх понемногу отступал, возвращалась уверенность и сила. Вот что творит любовь! Спасает заблудшую душу, зализывает и залечивает раны, подменяет плохие эмоции хорошими, вытягивает со дна на поверхность. Дает еще один шанс утопающему.

В эти дни я ЕЕ чувствовала! Интересно, любовь имеет запах или вкус? Наверное, я бы сказала, что для меня это чувство со вкусом перечной мяты, мятного мороженого с кусочками горького черного шоколада и запахом морозной свежести и морского бриза.

– Хочешь знать, чем для меня пахнет любовь? И какая она на вкус? – Аиррэль вновь подслушал мои мысли. Обволакивающий голос любимого тянулся мягким урчанием, напомнив мурлыканье барса. Поленья в камине потрескивали, и разговоры становились тише, а темы – интимнее.

– Хочу.

Я отложила книгу и чуть прикрыла глаза, положив голову ему на грудь. Демон развалился в кресле напротив и храпел. Скорее всего, притворялся, но было так забавно наблюдать за его игрой. Счастливчик спал у него в ногах и на выдохе пускал завораживающие фиолетовые кольца дыма. Милейшее зрелище.

– Моя любовь с ароматом хвойного леса и торфяной сырости после схода тумана, а на вкус как кедровый орех, ваниль и земляника.

– Вкус красного вина, вишни и черного шоколада, – внезапно проснулся Велиал и решил поделиться с нами, но слова прозвучали тоскливо. – И запах ирисов…

Я бы очень хотела расспросить еще о многом, но сон захватил в свои сети, и веки закрылись. В этот раз мне снились поля ирисов, дольки шоколада и море в закатном солнце.

Спустя некоторое время я таки смогла немного раскрепоститься, конечно, не до конца, и к близости была не готова, но кое-что мне хотелось попробовать. Аиррэль днем обсуждал с демоном какие-то мутные планы, а потом позвал генералов и впервые за долгое время отлучился на три часа, а я успела ужасно соскучиться, поэтому решила немного обнаглеть.

– Аир, – я постучалась и вошла в кабинет, – ты занят?

– Для тебя – всегда свободен, – ответил он, моментально прогоняя столпившихся возле его стола легионеров, а я вновь засмотрелась на него и поняла, как мне повезло с таким мужчиной. – Что-то случилось?

– Нет, соскучилась, – плавно обогнула стол и приблизилась. – Разреши мне кое-что попробовать…

– Что именно?

– А мы можем переместиться в более удобное место?

Он подхватил меня на руки, и мы оказались на кожаном диване изумрудного цвета. Я села к нему лицом в позе наездницы, положила руки на плечи и вдохнула божественный аромат, чуть наклонилась и прошептала возле его губ:

– Только не двигайся, – выдохнула слова ему в рот вместе с воздухом.

Я облизнула языком его нежные губы и чуть прикрыла глаза, отключая разум. Хотела именно насладиться поцелуем, понять, как далеко смогу зайти… в ласках. Осмелюсь ли? Да, мы целовались, но не так, как раньше. В свете последних событий Аиррэль был слишком сдержан, осторожен и нежен, а поцелуи робкие, не такие… Но я чувствовала, что жажду большего, нуждаюсь в его руках на моем теле, в его губах, но Аир боялся до меня дотрагиваться, наверное, лишь благодаря его выдержке и чуткости я смогла освободиться от оков страха и прикосновения больше не вызывали во мне ужаса.

Я накрыла ртом его губы, обхватила в свои и повела в дурманящий танец, задала ритм. Язык вновь пробежал по влажным половинкам и скользнул глубже, схлестываясь с его в сказочном безумии, а руки принялись ощупывать мужское тело и разрушать ненужные преграды. Да, я хотела вновь коснуться его, почувствовать подушечками пальцев тепло его кожи и провести языком дорожку к прессу, облизать мышцы и насладиться вседозволенностью.

Вскоре наш вальс перешел в охваченное страстью танго: от таких поцелуев вспыхивает тело, зажигаются нотки желания, становится трудно дышать и хочется стать ближе, откровеннее.

Аиррэль порывался пару раз коснуться меня, но не стал, сжимая свои ладони в кулаки, хотя я была не против, вспоминая, как обожала, когда его пальцы во время поцелуев сжимали мое лицо, играли с волосами на затылке, вызывая мурашки по всему телу. Сейчас я знала, что должна попросить об этом.

– Хочу почувствовать твои руки, – зашептала в его губы. – Обними меня.

– Уверена?

– Да-а-а…

Стоило его ладоням коснуться моей спины, плеч, как внутри все забилось, дрогнуло, прорвало: так желанны эти руки, так головокружительны ощущения. Я бы отреклась от всего, лишь бы навсегда остаться в этом мгновении и на повторе вкушать его губы, ощущать горячие пальцы на моем теле, после прикосновений которых даже самые микроскопические волоски на лице и шее вставали дыбом, пробуждая жгучую тянущую пульсацию внизу живота.

Сиплый стон сорвался с губ так неожиданно и так жадно. Я заерзала на его коленях, чуть извиваясь, придвигаясь ближе к его напряженному естеству и понимая, что это обоюдное желание и нетерпение. Аир тоже хочет меня, очень сильно, но не станет. Помнила его условие, просто пока раздеваться не входило в мои планы, поэтому я предложила другую игру:

– Сделай мне массаж…

– Массаж? – Уголки рта Архангела на мгновение чуть приподнялись в заигрывающей ухмылке, но такой родной, что я не удержалась и снова примкнула к его манящим губам, облизывая и ластясь.

– Сам же говорил однажды, что нам стоит снять напряжение, – повторила его фразу и пробежалась пальчиками по пуговицам. – Я помню, что секс у нас будет, когда я разденусь.

– А это не секс? – переспросил он, улыбаясь вновь. – Разве то, что мы делаем, можно назвать как-то иначе?

– Хм-м-м… петтинг. Это называется так на Терре, – не хотела отвлекаться на разговоры. – Ну, так что?

– Хорошо, Скай, при условии… – И его рука скользнула на мои ягодицы, чуть обхватывая полушария и поглаживая, а потом пальцы пробежали по внутренней стороне бедра и коснулись центра брюк. – …в этот раз ты не будешь закрывать глаза. Я хочу видеть твой взгляд, ловить твои стоны и эмоции. Подари мне этот миг удовольствия. Доверься мне, сможешь?

У меня сердце понеслось вскачь – так сильно хотелось сделать это с ним, так волнительно и нужно.

Пока я раздумывала, он пробегал руками по моему телу, и кожу точно покалывало током после его прикосновений, но я сильнее смущалась. Смотреть на него? Прямо в глаза?

– Это слишком…

– Интимно?

– Да, – румянец вновь залил щеки.

– Кто я для тебя, Скай?

Я молчала, не зная, как ответить, а он продолжил сам, поглаживая меня со щемящей нежностью:

– Вот ты для меня – любимая женщина, девочка. Родная и любимая, та, с которой не хочется расставаться, не хочется отпускать, по которой скучаешь, стоит лишь потерять из виду, от которой голову сносит, когда встречаешься взглядом и ловишь улыбку. Я бы отдал тебе душу, Небесная, чтобы ты только не уходила и осталась навсегда со мной. Не отпускала и больше не убегала. Я очень боюсь потерять тебя, не смогу пережить это вновь.

– Аир, – на глаза навернулись слезы, – зачем ты так говоришь?

Он нежно улыбнулся и крепко обнял меня, целуя в скулы и продолжая нашу маленькую нежную игру. Пробуждая во мне чувственность, открывая невидимые потоки желания, стоило лишь ему коснуться оголенных участков кожи, как я вздрагивала, но не от страха, а от нетерпения и восторга.

– А как мне еще сказать? Я не умею врать.

– Я согласна… прикоснись ко мне… там…

И эти аквамариновые глаза заблестели иначе: с неприкрытым восхищением, недоверием, но и жаждой. Я закусила губы, не разрывая зрительного контакта, чувствовала, как его ладонь движется по бедру, как раскаленные прикосновения проносятся по всему телу, и я горю. Уже горю так, что невозможно подавить стоны, но лишь жадно хватаю ртом воздух и вижу в его глазах подтверждение общего безумия. Калейдоскоп наших чувств застыл в его радужках, а я выгнулась со стоном, не в силах сдержаться, когда его пальцы едва коснулись нежного треугольника между ног. Даже сквозь брюки это ощущалось так остро. Струна натягивалась сильнее, напряжение нарастало, а его пальцы лишь нежно гладили, испытывали. Замок на джинсах разъехался, и ладонь скользнула в глубину, но снова тугая ткань нижнего белья мешалась и не позволяла почувствовать полностью его нежные руки.

– Можно? – уточнил он, вглядываясь в мое лицо, считывая эмоции.

– Нужно, Аир. Прошу тебя, не останавливайся.

Слипы сдвинулись, а его пальцы коснулись плоти и ловко скользнули между набухшими складочками, потирая и разминая. Задевая клитор большим пальцем и проникая указательным внутрь лона, Аир умело контролировал мое тело, а затем размазал мои соки по возбужденному холмику, и я выгнулась от столь ярких ощущений, почти забытых ласк.

– Боже! – простонала и напористо поцеловала его вновь, пропуская его язык в свой рот и позволяя двигаться в одном ритме с его пальцами внутри меня. И вроде он не делал ничего сверхъестественного, но экстаз наступил ярко и неожиданно, струна лопнула, и влажность между ног будто превратилась в море.

– Ты же не думаешь, что мы закончили? – внезапно проговорил он с хрипотцой в голосе. – Мы только начали, любимая. Твое тело нуждается в большей разрядке, чем эта. Ты все еще хочешь…

– Хочу, – не скрываясь, смотрела в его глаза. – А ты? Как же ты?

– Мне не нужно ничего. Я наслаждаюсь процессом.

– Но как же?

– Ш-ш-ш, просто растворись в моменте, Скай, ты же нуждаешься в этом, а я могу тебе это дать.

Аир знал мое тело и пользовался дарованной властью. Он не дал мне передохнуть и вновь проник пальцами внутрь, собирая доказательства моего недавнего оргазма, и размазал смазку вдоль внешних половых губ, следом обхватил сверхчувствительный клитор, из-за чего я задрожала. Он поцеловал меня в шею и повел языком вдоль яремной вены и ниже, умудряясь не сбиваться и заставляя меня хныкать, просить, самой скользить по его ладони, сходя с ума от растекающейся между ног лавы.

– Не сдерживайся, ты можешь себе это позволить. – Он сжал мой сосок через кофту, пока я сильнее прижалась к его груди, сцепив руки за его шеей и впиваясь ногтями в обивку дивана.

– Вдруг услышат? – покачала головой, проглатывая рвущийся наружу возглас.

– Кого это заботит? Это мой замок, и я хочу, чтобы моя женщина стонала, если ей это нужно.

– Черт, я взорвусь сейчас! – выругалась я, и очередной оргазм сотряс тело, стоило ему лишь умело повернуть пальцы под нужным углом, и стенки сжались, а я не сдержала вскрика удовольствия и посмотрела в его потемневшие глаза. – Аи-и-ир!

Он не убирал ладонь, прижав большой палец сильнее к клитору, отчего ощущения стали еще ярче и удовольствие растянулось.

И лишь когда я рухнула в бессилии на его вздымающуюся грудь, мы закончили. Хотелось разрыдаться от счастья. Накрыла блаженная нирвана. Какое-то время я лежала на его груди, слушая биение сердца, а потом прошептала:

– Спасибо.

– За что?

– За то, что рядом. Был. Со мной, – все-таки слегка расчувствовалась, обнимая его и прижимаясь всем телом. – Ты так мне нужен. Сильно, неистово.

– Ты хочешь попробовать?

Пальцы зацепили мою кофточку и коснулись тыльной стороной талии, а я буквально зависла, глядя на него и борясь с сомнениями. Он потянул чуть выше, обнажая ещё пару сантиметров, но я поймала его ладони. Аиррэль замер, а затем расправил ткань, скрывая тело.

– Значит, нет.

– Прости. – Мне было так обидно, что хочу его до безумия, но и стыдно открыть шрамы, и боязно одновременно.

– Почему ты извиняешься, Скай? – и эта его улыбка сбивала и мучила меня. Я не думала, что Аир может быть таким: чутким, внимательным к деталям и заботливым. Этой заботой он растапливал все преграды, и я начинала жить лишь благодаря ему. Очень хотелось жить. – Я готов ждать столько, сколько потребуется. Но ты подумай вот о чем… я видел твое тело и шрамы. Сильно же меня они волнуют, если я горю тобой? Как думаешь?

– Да, проблемы не в тебе, а во мне.

– Нет у тебя никаких проблем. Просто всему свое время, – отчеканил он, заряжая своей уверенностью и меня. – Знаешь, о чем я сейчас думаю?

– О чем?

– Раньше я не мог быть рядом с тобой. Не мог даже говорить толком, а сейчас ты здесь. Со мной, – его поцелуй обжег щеку. – То, что мы имеем сейчас, между нами, важнее, чем секс, чем желания или похоть. Для меня нет ничего лучше, просто видеть твою улыбку, вдыхать твой запах, считывать в глазах рай. Ты – мой Рай, Небесная. Навсегда.

– Навеки?

– Вечные, – заключил он и вновь поцеловал, скрепляя наши слова.

– Это похоже на клятву, – зашептала я и нежно соприкоснулась с ним лбами, обвиваясь руками вокруг его шеи и чувствуя наше обоюдное сердцебиение.

– Она и есть.

– Сильно я тебя отвлекла от работы?

– Очень сильно.

– Можно еще отвлечь? Давай проведем вечер только вдвоем?

– С удовольствием, – его улыбка стала еще шире, а объятья – еще крепче.

Я лежала на кровати и впервые взяла в руку карандаш. Рисовала дракошу, который баловался в воздухе и пытался укусить себя за хвост.

Аиррэль вновь оставил меня одну, а сам ушел в кабинет и что-то там решал, однако быстро вернулся и запрыгнул на кровать. С его-то весом и габаритами? Я подлетела в воздух. Буквально на два метра оторвалась от покрывала вместе с альбомом и карандашами, а этот бесцеремонный поймал меня и прижал к себе.

– Аиррэль, – возмутилась, – ты как слон, я чуть в воздухе от страха копыта не откинула.

– У тебя есть копыта? И ты скрывала? Покажи! – он тронул рукой мои лодыжки и стал игриво ощупывать тело, щекоча.

– Хватит, хватит, – засмеялась. – Щеки болят так смеяться.

– Что рисуешь? – он отобрал альбом и с забавным видом осмотрел набросок. – Очень красиво, Небесная, – Аиррэль взял мою правую руку и поцеловал запястье. Шрама там не было, и я не шарахалась, наоборот, размякла от такой нежности, и на глаза набежали слезы.

– Аир, знаешь, ты стал мне так дорог. – Я смотрела в его глаза и смахнула упавшие на лицо волосы. – Если когда-нибудь ты откажешься от нас, мое сердце этого не выдержит – разобьется!

– Такого никогда не случится. Я умру вместе с тобой, Скай. Моя душа тоже не выдержит разлуки. Ты мое небо, мой дом, моя земляника. Запомни это.

– Навсегда?

– На веки вечные, – вновь повторил он нашу клятву.

Где-то в Небесном царстве…

За Архангелом Митраэлем захлопнулась дверь, и Серафим Эмпириан принял доклад предводителя Легионов, выслушав многочасовую речь, а потом скрупулезно осмотрел свитки и дотошно изучил каждое предложение.

Все идеально.

Настолько, что и не подкопаешься. Штиль. Но это Серафиму и не нравилось. Мысль кружилась в голове, словно шаловливый ветер, ускользала, пощекотав шею и взлохматив волосы, но вдруг на Серафима снизошло озарение. Он вновь пробежал взглядом по свиткам и увидел тысячи отличительных штампов от Митраэля и всего несколько от Архангела Аиррэля. Самого нелюбимого командира, но в то же время самого пронырливого и работящего. Небеса многим ему были обязаны за поимку и казнь сотен тысяч, если не миллионов темных душ и за поимку предателей. Когда численность давно перевалила за сотни, даже бессмертные перестали считать количество убитых его рукой. Легенда.