В петле времени

В дверь постучали, и я открыл ее. На пороге стоял Клаус.

– Мне бы хотелось взглянуть на ваш портрет девушки, – сказал он, – конечно, если вы не возражаете.

– Кто вам сказал, что я работал над портретом? – я пропустил его в комнату.

– Догадаться было нетрудно, по вашему лицу, за завтраком. Вы сидели, за столом, среди своих друзей, и совершенно машинально участвовали в разговоре. А сами вы были далеко, очень далеко.

– Идемте, – сказал я кратко, – я покажу вам свою картину. Скажу вам сразу, я написал весьма странный портрет.

Я подошел к мольберту и развернул его так, чтобы портрет было хорошо видно: – Кажется, вместо совершенной красоты девушки, что я видел в своем видении, я смог изобразить только странную жестокость.

Клаус устремил свой взор на портрет, и у него вырвалось восклицание не то удивления, не то насмешки.

– На этом холсте одновременно присутствуют две девушки, разве вы не поняли? – произнес он, – смерть и две жизни, у обеих неотразимый магнетизм в глазах. Но у одной из них мучительный взгляд, у другой чувственность глаз сопровождается жестокой кривой усмешкой губ.

Несколько минут прошли в полном молчании, потом Клаус сказал: – Я ухожу, а вам следовало бы разобраться со своими женщинами. На портрете две женщины – Тианта и Нуита. И это не потому, что вы их видели обеих в лабиринтах, и их образы смешались в вашей голове. Это потому, что обе они для вас главные женщины в судьбах ваших разных воплощений. Две соперницы, обе в вашем сердце, но лучшая часть вашего сердца принадлежит Тианте. Нуита никогда вам не простит этого.

И с этими словами он направился к выходу. Его слова задели меня.

– Послушайте! Откуда вы знаете о Тианте и Нуите? Я никогда вам не рассказывал, что видел под пирамидами. И вообще, страсть как не люблю соперничества двух женщин за одного мужчину. Я считаю это глупостью, так как этих женщин совсем не интересует мнение мужчины. Женщины всегда борются между собой на этом жизненном татами, каждой важно победить, уничтожить другую. А мужчина для них приз, и только.

– А мне незачем рассказывать о ваших приключениях. Я и так знаю. Что касается вашей нелюбви к соперничеству женщин, ну так вы поэтому и не оказываете никому магической помощи в приворотах. Ваша глубинная память, знаете ли, не позволяет вам этого делать. Вы ненавидите упорство этих женщин потому, что сами пострадали от этого соперничества в прошлых жизнях, и неоднократно, должен заметить.

– Разве Тианта тогда, и Нуита в этой встрече в пирамидах, не одна и та же женщина? Совсем необязательно мы принимаем одинаковый облик в разных жизнях. Нуита загадочно появилась и загадочно исчезла, но я встречусь с ней. Я знаю, я чувствую. Она уже заняла мое сердце, и мне кажется, она всегда была там. Там, в пирамидах, я понял смысл этого последнего испытания. Символ соблазнения Адама Евой, после того как она слопала заветное яблочко. Адам тогда не устоял, и подарил человечеству великое таинство страсти. Настоящей страсти, какую может внушить настоящая женщина, и она навсегда останется в сердце мужчины.

– Я же сказал вам, это две разные женщины, и обе в вашем сердце. Но лучшая его часть отдана Тианте. Почему? Вам самому надо разобраться. Но и Нуита не только не собирается уступать занятую ею часть вашего сердца, ей нужна полная власть над ним. – Помолчав Клаус добавил – очень деятельная натура, не то что Тианта. Тианта – ускольнувшая от Адама Лилит, пусть в вашем случае и трагическим способом, Нуита – ревнивая Ева. Такие всегда привлекают мужчин. Вы верите в вечную любовь? В нее верят многие хорошие женщины. Они хотят быть Евами, но Адам всегда помнил о Лилит, и это очень раздражало Еву, поэтому она и слопала яблочко. Ей очень хотелось навсегда затмить Лилит. Если у женщины подсознательно появляется страх потерять своего мужчину, что выливается, казалось бы, в беспричинную ревность, значит она чувствует, где-то рядом, очень близко, находится его Лилит. Это пугает и раздражает женщину. Ева всегда боялась, что Адам покинет ее, стоит только вернуться Лилит. – И с этими словами Клаус вышел.

Я снова рассматривал портрет, он был для меня словно назойливым воспоминанием – ужасным и призрачным. Портрет действовал мне на нервы. В одном лице две девушки прямо смотрели мне в глаза, их пристальные взгляды прожигают меня насквозь, и в то же время переполняют меня необъяснимым ужасом своим притягательным взором.

Странный мужик этот Клаус. Притащил нас сюда, запросто оплачивает наши поездки, все наши прихоти. И здесь в Александрии, мы живем в небольшой старинной усадьбе недалеко от знаменитых катакомб. И у меня подозрение, что это не частный отель, а его собственная усадьба. Так перед Клаусом стелется прислуга. Хотя от него исходит такой магнетизм, что всякий замирает хоть на секунду при встрече с ним. Когда он появился на свадьбе Эльзы и Сергея, то с первого же взгляда приковал наше внимание своей величественностью. Эта величественность чувствовалась во всем, в его росте и манерах, обаятельном обращении, почти огненном блеске его темных глаз на несколько бледном лице. Эльза сразу назвала эту его внешность демонической, я бы сказал – люциферианской. Мы тогда только вернулись из Франции, после моего расследования дела адмирала в его замке.

Глава 8

После того как, я разобрался с загадкой портретов в резиденции адмирала Коптева во Франции, мы с Эльзой вернулись домой в Крым. Ирина же отправилась к себе, где ее с нетерпением ожидал маленький сынишка в обществе своего деда.

Жених Эльзы встретил нас в аэропорту. А вечером, за столом, с восхищением слушал повествование из уст своей невесты. Но, узнав об ухаживаниях адмирала за Эльзой, изобразил страшную ревность, и дал слово ни за что не отпустить свою возлюбленную в гости ко всяким там баронам без обручального кольца. Эльза вся засветилась счастьем, день свадьбы был назначен, а в качестве свадебного путешествия парочка избрала именно поездку в замок того самого барона, друга нашего адмирала. Еще при расставании, адмирал посулил мне новое расследование, от которого я не в силах отказаться. Так что наша веселая кампания все эти дни жила в предвкушении удовольствия от предстоящей поездки.

Недели две мне пришлось выносить легкое брюзжание моей Лидочки. Конечно, ей было обидно, что я не взял ее с собой во Францию. Но теперь я твердо обещал своей подружке, что в следующее приключение она непременно поедет с нами.

Как то, под вечер в дверь моей квартиры кто-то позвонил. Я был раздражен, так как в это время говорил по видеосвязи с Ириной. В очередной раз Ирина высказывала мне претензии, что я не помог ей решить вопрос их взаимоотношений с Алексеем именно так, как она того хотела. И мои объяснения ею никак не воспринимались. Хочу и точка.

Вот в это время и раздался спасительный звонок, прервавший эти словоизлияния, порядком уже мне надоевшие.

– В чем дело? – рявкнул я, распахивая дверь. – О! Уж повезет, так повезет – я сразу подобрел, увидев на пороге Эльзу в обществе миловидной девушки.

– Эй, Максим, что у тебя с лицом? – Эльза шагнула в прихожую, за ней подружка. – Дай угадаю, Ты только что разговаривал с Ирой. И она снова подпортила тебе ауру.

– Хуже, она подпортила мне карму.

– А что так скромно сторонишься Веры? Что, не узнал свою бывшую пациентку? Нет, ну каков результат, а? Ты должен гордиться своей работой! И перестань пялиться на нее, а нормально пусти нас в дом. Угости кофе. Мы и поужинать не против. Что у тебя там в холодильнике? – и Эльза деловито прошла на кухню.

– Вера?! Вижу, лицо вроде знакомое. Но! Вера! Класс!

Вера улыбалась, она скромно, но не без кокетства прошла в гостиную. Да уж! Я и сам не ожидал такого результата. А всего то полгода прошло, когда Эльза впервые пришла ко мне с просьбой посмотреть Верину проблему.

Полгода назад передо мной сидела толстушка в 85 кг с жидкими сальными волосами и депрессивно-суицидальным настроем. Девушка резко стала толстеть в течение нескольких месяцев, по природе своей хохотушка, всегда на позитиве, превратилась в запуганную курочку. Эльза тогда притащила ее ко мне буквально за руку. Вера до трясучки боится магов.

– Макс, посмотри ее, может у нее это что-то от матери. У них крайне плохие отношения, с детства не любит дочь. А сейчас просто издевается над ее внешним видом. У матери второй брак. Ну, всё как у Инны, помнишь? – рассказывала тогда Эльза. – Еще недавно Вера весила 49 кг. А сейчас! Ты видишь? Это жеж неспроста!

– У меня дело сугубо личное – вставила Вера.

– У всех дело сугубо личное. И все приходят ко мне, поскольку обычным путем ничего добиться не могут.

Перед моими глазами внезапно проплыла картина торговых витрин с рекламой на английском языке, затем промелькнул браслетик, руны.

– Не похоже, что от матери. Вера, а вы не так давно ездили за рубеж?

– Да, на неделю с подружкой, в Шотландию. Я никогда не была за рубежом. А тут случайно предложили две путевки, со скидкой. Ну, мы с подружкой и поехали. Это было зимой.

– И? – информация пробивалась с трудом, на воздействии стоял хороший замок. – Вспоминайте, куда ходили, с кем общались. – Тут меня осенило, – вы заходили в парикмахерскую?

– О, да, точно, как я забыла. Это подружка захотела там покрасить волосы. Я просто сидела на диване в холле. – Вера снова замолчала.

– Вспоминайте еще. Вы в кресло к мастеру садились?

– Нет, нет. Просто пила кофе пока ждала Надю.

– Кто-то с вами разговаривал?

– Вспомнила! В холл вошла пожилая женщина с девушкой, кажется внучкой. На вид лет 15. Так осмотрелась по сторонам и села рядом со мной. Через пару минут начала меня расхваливать – восхищаться, и какая я стройная, и какие у меня длинные красивые волосы. Волосы мои трогает и говорит: – «только кончики надо немного состричь.» Я сказала, что ничего стричь не буду. Тут подошла уже подружка, и мы вместе пошли в торговый центр. И там нас нагнала эта старуха с девчонкой.

– Девчонка была толстая?

– Ну конечно! Да, девчонка была толстая, и волосенки у нее жидкие, лицо одутловатое, глазки маленькие. Старуха отвлекла меня, пока Надя блузку выбирала себе, и попросила помочь выбрать одежду внучке. Я не могла отказать, Европа, там так не принято. Так что я что-то выбрала девочке. Старуха горячо благодарила, надела мне браслетик с какими то знаками, говорит «на удачу».

– Знаки не помните, на руны похожи?

– Я знаю руны, но эти были мало похожи на них.

– Где браслет?

– Выкинула, он был так себе, плохо смотрелся.

– Хорошо, что волосы не стали стричь. Она бы собрала обрезки, и было бы все гораздо хуже, сложнее снимать. Крадник красоты и молодости у вас. Хорошо, сейчас подготовлю вам пару рунических амулетов. А ваша мать тут не причем. Отдельная история. У вас брат, по отчиму?

Вера кивнула. Ясно, просто сыну больше внимания и беспокойства. Я ушел в кабинет, подготовил два рунических амулета, отдал Вере. На ее левом запястье маркером нарисовал еще одну вязь.

– Эти два носите с собой, кладите на ночь под подушку. На руке вязь не смывайте дня три. Даже под душем будете мыться, запястье не трите. Аккуратно. Через три дня снова придете ко мне.

Вера положила амулеты в сумочку и внезапно расплакалась. Ее начало трясти. На порче стоял Страж. Ничего, за три дня разберемся.

Через три дня Эльза с Верой были у меня. Эльза начала сразу с порога: – Слушай, ну она все эти дни ревет как белуга, без остановки. Успокоится на несколько минут и опять. Мать на нее орет, я уже Веру у себя поселила, чтоб мать не раздражать.