Призраки больше не молчат

Мои отказы вмешиваться в его личную жизнь – познакомить с подругами, привести на свидание или просто передать подарки – одноклассниц взбесили. И то, что Рой сам просил об этом, никого не волновало. Из компании меня выкинули. Какое-то время я благополучно проходила одна, ничуть не тяготясь отсутствием разговоров на перемене – мне их и дома хватало. Затем началась травля. Сначала девчонки начали подсмеиваться над моей внешностью: рыжими волосами, веснушками. Особенно их забавляла моя мальчишеская фигура: одноклассницы гордо выпячивали подросшую грудь или подчеркивали тонкую талию. Своей талией я тоже была довольна, а вот о груди ничего сказать не могла из-за отсутствия оной.

Потом стали пропадать тетради, и я забеспокоилась. Когда же в выданных учебниках появились вырванные страницы, решила ответить. Однажды чуть не подралась. Началась маленькая междоусобная война, в которой все средства хороши. Дин о войне знал, Рой – догадывался. Но я не просила о помощи, и братья не вмешивались, позволяя мне разобраться с проблемой самостоятельно.

Я вздохнула, вернувшись к домашнему заданию. Десяток вопросов по истории и нерешенная математика. Задачек было немного, и пока химера не почтила нас своим присутствием, я принялась за уроки.

Те вопросы по истории, в которых сомневалась, я оставила на утро. Всегда можно было уточнить у Дина. Из-за любопытства его альта Эрнесто Дин прочитал кучу книг и знал, наверное, не меньше учителей. Хотя с историком нам повезло. Предмет вел пожилой преподаватель, невысокий и круглый, как шарик, с залысиной и добродушной улыбкой, неуместно смотревшейся на изрезанном шрамами лице. Мистер Бартон побывал на войне, помнил историю до первого Прорыва и любил вставлять в скучные даты факты из реальной жизни.

С математикой дела обстояли хуже. Суховатая и строгая мисс Хорн невзлюбила меня со второго года обучения, когда я, прочитав от корки до корки учебник арифметики, по глупости поправила ее на одном из уроков. Если вначале она не обращала на меня внимания, то после этого эпизода стала придираться по мелочам. С тех пор решения приходилось расписывать как можно подробнее и следить, чтобы не было ни единой помарки в чистовике.

«Сама виновата, нечего строить из себя самую умную», – в который раз напомнила я себе, аккуратно записывая решение в тетрадь.

Зато почерк после многочисленных переписываний стал намного лучше.

Так, кажется, закончила. Я положила тетрадь к стопочке других на столе и сладко потянулась, покосившись на настенные часы. Стрелки перевалили за полночь, но твари пока не было слышно. Теша себя надеждой, что все будет спокойно и дальше, я выключила свет, переоделась и, разбудив Дина на дежурство, закатилась к Рою под бок. Может, химера не появится сегодня? Было бы здорово отдохнуть…

Меня разбудил хлопок по плечу. Вылезать из-под одеяла не хотелось: за ночь комната успела выстудиться. Но даже привыкнув к темноте, я с трудом различала очертания мебели и худые фигуры братьев. Я проспала от силы час-другой и с трудом понимала, чего от меня хотят.

– Тихо, не шуми, – предупредил Рой, зажав мне рот ладонью и кивком указывая на открытое окно. На ночь мы его не закрывали: стекло – не препятствие для твари, а на ремонт окна нет денег.

Промелькнувшая тень не оставила сомнений, что нас все же почтили визитом. Я слезла с дивана и нашарила у стены предусмотрительно оставленный арбалет. Рычагом натянула тетиву, проверила, как установлен болт и прицел. Привычные действия успокаивали, и я старалась не обращать внимания на волнение и страх. Ни к чему хорошему они не приводят.

– Давно она там?

– Нет. Пока присматривается, как лучше попасть в дом. На кухне железные решетки, она не пролезет, – шепотом доложил Дин, следящий за химерой из другого угла комнаты.

В руках у него была гибкая плетеная сетка из металлической проволоки, от взгляда на которую заныли кончики пальцев. Сеть мы сплели сами как раз для ловли тварей. Беда, что после каждой охоты ее приходилось чинить, заново собирая колечки: работа кропотливая, долгая, и все пальцы после нее исцарапаны.

– Тихо, приготовились, – шикнул Рой, заметив изменение в поведении твари, и вскинул пистолет.

Наша гостья, похоже, решилась, завернула лихой вираж и стремительно спикировала к окну. Я прищурилась, стараясь не выпускать ее из виду. В темноте она была куда страшнее, чем в заброшенном доме, а размах крыльев из-за игры теней казался еще больше.

Я надеялась подстрелить ее на излете, но от ударившего по ушам пронзительного крика рука предательски дрогнула, и болт лишь вскользь задел крыло. Извернувшись, химера ушла и от выстрела Роя и влетела в комнату, по ощущению заполнив собой половину свободного пространства.

Рой выругался и махнул мне рукой, показывая прижаться к стене.

– Сеть!

Дин не растерялся. От прикосновения металла химера грохнулась на пол и завизжала так, что задрожали стекла. Довершил охоту второй выстрел. Тварь затихла: с простреленной головой не поорешь.

Я не сразу поняла, что странное постукивание в тишине – это слабые удары арбалета о стену, и только поймав удивленный взгляд Дина, вспомнила про собственное оружие. Арбалет ходил ходуном, пришлось сильнее сжать пальцы, чтобы унять дрожь. Поздно бояться. Все кончено.

Для достоверности бросив на химеру горсть соли и отметив отсутствие реакции, Рой подошел к твари. Поднял сеть и несколькими резкими ударами охотничьего ножа отрубил монстру голову. В отличие от призраков химера исчезать не собиралась, и на полу растеклась изрядная кровавая лужа. А к утру и запах появится. Одно хорошо, труп можно сдать ловцам за приличное вознаграждение.

Глава 2

– Все, я так больше не могу!

Я откинула одеяло, выбралась из постели и решительно направилась к сложенным в коридоре останкам. Мое предположение, что они завоняют, сбылось, причем с невероятной скоростью. Несильный поначалу, к рассвету жуткий запашок разлился по квартире гнилостным смрадом, от которого не спасали ни открытые окна, ни одеяло, накинутое на голову. Он пробивался даже сквозь подушку, в которую я уткнулась носом, стараясь дышать через раз.

– Что ты делаешь? – приподнял Дин голову.

Он не выспался и теперь сонно тер глаза, не спеша выбираться из-под одеяла. Заснули мы вместе, так показалось спокойнее, но перед тем убрали кровь и труп, после чего долго отмывались в ванной, смывая въевшийся в кожу запах.

– Закину эту гадость в сарай. – Я тщательно завязала мешок и для надежности накрыла полиэтиленовой пленкой. – Боюсь, если химера пролежит у нас до вечера, то мы месяц в квартиру зайти не сможем. А Рою все равно вызывать ловцов, чтобы забрали труп.

Держать у себя химеру было чревато не только из-за запаха, но и из-за статьи «сокрытие неживого биологического материала», по которой полагалось от пятнадцати суток до полугода тюрьмы. Или нехилый штраф, если сумеешь договориться. Поэтому рисковать братья не хотели, тем более за убийство тварей или нахождение Прорыва полагалась награда.

– Одеться не забудь, – крикнул вслед Дин.

Тьфу ты! С такими событиями обо всем на свете забудешь. Свою ночную рубашку я после встречи с химерой выбросила и заснула в чистой футболке Роя, наугад вытащенной из шкафа. На мне она смотрелась коротким платьицем, и находиться в ней дома я не стеснялась, но вот на улицу выходить в таком виде не стоило. Пришлось оставить мешок у двери и вернуться в комнату. Одежду я выбрала самую непритязательную, подозревая, что ее не получится отстирать.

– Тебе помочь с мешком? – сонно уточнил Рой.

Он тоже услышал мою возню, но в отличие от Дина соизволил подняться и, позевывая, выйти в коридор. Арчи туманным клубком крутился у его ног – где кот переждал нападение, я не знала, но, когда мы прибрали за химерой, он преспокойно вернулся на облюбованное на диване место.

– Спасибо, сама справлюсь, – отмахнулась я и, подхватив мешок, потащила его в сарай.

Останки химеры из-за полых костей весили немного, фунтов двадцать, я на работе бо́льшие тяжести таскала.

Свет в подъезде не горел. Мягко ступая по ступенькам, чтобы не напугать мнительных соседей – их и так наверняка разбудили ночные вопли твари и выстрелы, – я быстро спустилась на первый этаж. По привычке прислушалась – все-таки предрассветные часы не самые спокойные. Не услышав ничего подозрительного, торопливо направилась к сараю. Пусть в наш район твари забредали нечасто, но последние дни напомнили мне, что стоит быть осторожнее.

Ночь уже отступила, и посеревшее небо на востоке пронизали розовые нити. Никем не замеченная, я подошла к сараю, неся на вытянутых руках неприглядную ношу. Миновав ряд одинаковых дверей, различавшихся разве что номером, нашла пятнадцатый и опустила мешок на землю. С замком пришлось повозиться – давненько мы сюда не заходили, засов успел проржаветь из-за непогоды. Наконец раздался щелчок, и я затащила останки твари внутрь. Небольшая комната до самого потолка была забита поломанной мебелью, сложенной в картонные ящики ветхой одеждой и неработающей техникой. Деревянная покосившаяся пристройка во дворе хранила те запасы старых вещей, которые выкинуть было жалко, а на перекройку или ремонт времени не хватало.