bannerbanner
Старые новые сказки
Старые новые сказкиполная версия

Полная версия

Старые новые сказки

Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
4 из 13

– Тихо-тихо, – чей-то мягкий голос подействовал на него успокаивающе, прикосновение холодной ладони к горячему лбу принесло умиротворение и долгожданный крепкий сон. Утром на подушке Пол обнаружил несколько черных перьев, отливавших синим.

– Ты слишком бодр, особенно по нашим меркам, – приветствовала его Линда в холле отеля. Их ждал самолет в Софию, времени осматривать Северную столицу России не было. Группе даже завтракать пришлось в автобусе по пути в аэропорт.

Музыкант хранил молчание, в голове было удивительно легко и пусто: ни мыслей, ни переживаний, ни тревог. Во внутреннем кармане куртки лежало письмо с заботливо завернутыми в него перьями. Пол улыбнулся, когда в его голове прозвучал насмешливый голос М: «Такой светлый и наивный мальчик. Будешь цепляться за мелочи, и они, в конечном итоге, тебя погубят».

– Что ты такой довольный сегодня? – зевнул Бэл, которому точно не хватило тех пяти часов сна, которые им удалось урвать. – Вроде ситуация у нас, мягко говоря…

– Все хорошо, – он флегматично пожал плечами. – Нет нужды лишний раз переживать, ведь так? У нас впереди еще несколько концертов, нужно сосредоточиться на них.

– Но… – друг не стал продолжать расспросы, внимательнее изучив спокойное лицо Пола. – Письмо, точно.

– Вообще-то в письме она в очередной раз обещала благородно исчезнуть из нашей жизни.

– И… Но ты же.. Что… Поч… Ай, чёрт с тобой, – махнул на него рукой Бэл и постарался удобнее устроиться на своем месте, если это вообще реально в эконом-классе. Мужчина не мог понять такую кардинальную смену настроения друга, который накануне был в полном отчаянии. А Пол ничего не мог объяснить, лишь улыбался и чувствовал, что впервые за долгое время спокоен.


– Мне кажется, я разъясняюсь довольно отчетливо, – Дит сидел в номере отеля в большом кресле и вертел в руках длинное черное перо с остро заточенным очином. Сквозь легкие шторы пробивалось жгучее солнце и аромат пряностей, людской гам и шум автомобилей. – И что же ты?

– А что я? – Мор сидела на стуле напротив, положив ладони на колени и опустив взгляд в пол.

– Я запретил тебе видеться с … Знаешь с кем.

– Я и не…

– Не ври мне! – взревел он, по комнате прошла дрожь. Затем перевел дыхание и продолжил уже спокойнее: – Я предупреждал – если ты свяжешься с ними…

– И что тогда? – в отчаянии сорвалась девушка, но встать на ноги ей помешала тяжелая рука, легшая ей на плечо. – Я не обязана подчиняться тебе!

– Мистер Джарет, будьте добры, объясните юной леди, что мои приказы нельзя нарушать, – в глубоких глазах Дита затаились угроза и разочарование.

– Я не виделась с ними с тех пор, как покинула Лондон несколько дней назад! – она попыталась вывернуться из стальной хватки Джарета, но потерпела неудачу. Она чувствовала как кости ключицы пошли трещинами и грозились переломиться. Высокий мужчина в светлом костюме был обманчиво худощав, но в его жилистом теле хранилась огромная сила. Разноцветные глаза равнодушно глядели прямо перед собой, на тонких губах периодически мелькала спокойная улыбка.

– Врешь. Мне доложили, что в России твоих любителей побренчать на гитарках навещала внушительная стая воронов.

– Но я… Я не… Я была здесь все это время.

– А что насчет той рыженькой? – Прицелившись, он запустил в неё пером, и остро заточенный край полоснул девушку по щеке. Тонкая кровавая линия стала единственным ярким пятном на её бледном лице.

Мор шумно вдохнула, её глаза заполонила тьма, и мистеру Джарету пришлось разжать пальцы, когда волна энергии вернула ему боль, что он причинил девушке.

– Не стоит этого делать, – поучающим тоном произнес Дит, счищая катышки с рукава своего темно-синего свитера. – Тебе в любом случае не сбежать.

– Я всю жизнь только этим и занимаюсь, – она поднялась на ноги, и тени облекли её в свои темные одеяния. Но Джон Джарет был быстрее: в его руках блеснуло что-то металлическое, и в подол вороньего плаща девушки вонзился острый сверкающий клинок. Девушка надрывно вскрикнула и попыталась вырваться, забилась, словно раненая птица, но все было кончено. Иллюзия растворилась в воздухе, и Мор рухнула на пол.

– Проведи зачистку, Джарет. Надо преподать ей урок.

– Но, сэр… – Джон с сомнением покачал головой. – Это неоправданная трата энергии. Как она созовёт…

– Я сказал – делай.

Джарет смиренно кивнул, в его руках появилась тончайшая серебряная нить, которую он тут же обвил вокруг шеи девушки. Там, где цепь коснулась кожи Мор, появилось невыносимое для глаз смертных сияние. Свет все возрастал, пульсируя, и вскоре заполонил всю комнату.


– Мне нужно его найти, как ты не понимаешь?

– Ты с ума сошел?! Пол, кто в здравом уме будет искать Дита?! – голос на том конце провода дрожал от испуга и возмущения.

– Я. И, поверь, я давно не в здравом уме. Ну же, ты ведь главная сплетница и сборщица слухов. Я точно знаю, что она виделась с Дитом на днях, и после этого что-то случилось.

– Сумасшедший! Сумасшедший! Нет, дорогуша, я тебя слишком люблю.

– Ба, ну пожалуйста. Она в опасности! – Повысил было голос Пол, но тут же исправился: – Прости. Это очень важно. – телефонный аппарат, чудом сохранившийся на улицах Софии, был покрыт толстым слоем старых объявлений и похабных граффити.

– Она всегда могла за себя постоять. И за тебя заодно, – отозвался ворчливый голос. – Да и что ты сделаешь против Дита?

– Ба, это уже мое дело. Ты знаешь, где он?

– Бэл в курсе твоих дел?

– Сам справлюсь. Ба, адрес.

– Нет, не справишься. Адрес получишь только в том случае, если пообещаешь, что возьмешь Бэла с собой. Он потолковее будет.

– Ну Ба!

– А что? – рассмеялась старуха на том конце провода. На заднем плане слышался шум прибоя и чьи-то зазывные песнопения. – Ему хватило ума не гоняться тысячелетиями за сумасбродной девицей.

– Не надо о ней так.

– Ты еще скажи, что это не так. Ну? – ответом ей послужило красноречивое молчание. – Хорошо, где вы сейчас? В Софии?

– Да, у меня мало времени. Через полчаса концерт, я звоню с телефонного автомата.

– Наивный, веришь, что его не отследят? – и снова этот поучительный тон в её голосе. – Интересно, он недалеко. Позавчера в Пловдиве на окраине города было необычайное скопление черных воронов, были случаи нападения на людей, – женщина быстро читала заголовок местной газеты на болгарском и тут же переводила Полу. – Она была там, могу предположить, что виделась с Дитом. Не уверена, что они еще в городе, но зацепка неплохая.

– Спасибо. Кстати, Ба, не знаешь, почему он вернулся именно сейчас? Малышка Би сказала, что он собирает родню. Дит точно не связывался с тобой?

– Дорогой мой, – бабка невесело усмехнулась, – Он никогда и не уходил. А что до меня… Я слишком стара и незначительна для таких, как вы.


Они едва успели отыграть концерт, как Пол уже собрал вещи и направился к выходу из гримерки, где его успел поймать Бэл:

– И куда собрался? – по его хитрому взгляду было ясно, что Ба с ним уже связалась.

– Я вернусь завтра, самолёт только вечером, успею.

– Ты еще не понял, приятель? Ты никуда не поедешь. По крайней мере, один.

– Ба сдала? – обреченно выдохнул Пол и поставил сумку. Линда заинтересованно глянула в их сторону, но предпочла не вмешиваться. Девушка привыкла к их странному поведению и постоянным отъездам без объяснения.

– А кто ж еще. Поехали?

– Бэл, я не прошу тебя ехать, это слишком опасно, – он хотел еще что-то добавить, но осекся под скептическим взглядом друга. – Прости.

– Ты хоть понимаешь, что подставляешь её? – Бэл почесал затылок, давно немытые волосы нестройными волнами упали на его лицо. – Она пошла к Диту, чтобы уберечь нас.

– И теперь сама попала в беду, это я знаю наверняка.

– Ладно, далеко хоть ехать?

– Полторы сотни километров. За пару часов управимся, машину я уже арендовал, – Полу не терпелось отправиться в путь.

– Ты псих, знаешь об этом?

– Весь в тебя, – хмыкнул Пол, помахал Линде и направился прочь из клуба. – Только у меня одно условие.

– Не-е-е, – Бэл уселся на пассажирское сиденье и уже изучал магнитолу. – Ди-джей сегодня я, смирись.


– Мастер, к нам скоро будут гости, – Джарет неслышно появился в кабинете Дита. Они заняли весь этаж в небольшом отеле на берегу Марицы в северной части Пловдива. – Выставить охрану?

– Нет, пусть едут, спасители наши.

– Что с ними делать?

– Надо преподать урок, видимо, за последние пару веков ребята забыли, кто я, – Дит задумчиво почесал подбородок. – Веди их сразу ко мне. А потом пригласи их драгоценную Мор. Это будет для них отличным уроком.

Они быстро добрались до нужного места, ведомые лишь одним чутьем Пола, который был навеки связан с Мор и мог найти её, несмотря ни на какие условия, погодные или политические. Порой связь теряла силу, и лишь крохотный огонек теплился на краю сознания, грозя погаснуть навсегда. Иногда же огонь радостно горел, пожирая всё на своем пути, и эти времена оказывались самыми богатыми на катастрофы для окружающих.

Музыканты в нерешительности остановились перед небольшим четырехэтажным зданием на берегу реки, вывеска гласила, что это один из старейших отелей в городе. С Марицы повеяло тиной и соленым морским воздухом, которого здесь никак не могло быть. Они предполагали проблемы с охраной, но их безропотно пропустили внутрь. Когда они шли к лестнице, метрдотель подсказал, что им следует подняться на верхний этаж. Гореспасатели шли без оружия и какого-либо плана, полагаясь лишь на самих себя и волю богинь судьбы, хотя те чертовки ужасно привередливы.

Они без труда нашли нужные двери – у двустворчатого портала из тёмного дерева стоял Джарет в шляпе с узкими полями цвета сгущенного молока и хитро улыбался, один его глаз, голубой, ярко мерцал, второй, буро-зеленый, тускло отсвечивал. Не произнеся ни слова, он уступил дорогу и комично поклонился, отчего музыкантам стало не по себе. Их ждали, значит, не стоило надеяться на эффект неожиданности.

Гостиная встретила прохладным полумраком, единственным светом был свет уличных фонарей с противоположного берега. Дит стоял к ним спиной у окна, засунув руки в карманы темно-серых брюк. Его уютный иссиня-черный свитер, слегка натянутый на едва проявившемся брюшке, создавал обманчивое впечатление беспечности и безобидности. Братья остановились в дверях, растерянно переглядываясь.

– Добрый вечер, – наконец раздался раскатистый голос Дита, и он повернулся лицом. Его тщательно расчёсанную, густую окладистую бороду прорезала седая прядь.

– Не буду лукавить, мы ждали вашего визита. Честно говоря, я думал, вы сделаете это сразу после моего дружеского напоминания о своей скромной персоне, – монета сверкнула и пронеслась в сторону гостей, Бэл едва успел её перехватить. Последний раз он видел её в руках у Мор, когда она исчезла в облаке перьев и дыма.

– Здрасьте, – Бэл некстати закашлялся, чем окончательно уничтожил их образ храбрых рыцарей, явившихся спасать даму в беде. – Ну, гастроли, фанаты, сами понимаете. Не могли вырваться.

– Ты тот, что вечно шуточки отпускает, – скорее утвердительно, чем вопросительно кивнул Дит и подошел ближе, не прекращая их разглядывать. – От раза к разу вы все более жалкие.

– Спасибо, – откликнулся Пол, гордо расправив плечи. Бэл покосился на него, как на умалишенного, но предпочел не встревать. – Где она?

– Кто? – изобразил недоумение мужчина и глухо рассмеялся. Звук был такой, словно филин ухал в ущелье. – Не понимаю, ты про которую из них?

Он едва заметно кивнул, и из соседней двери мощный верзила вытащил из соседней комнаты рыжеволосую девушку в белом платье, которое было еще более испачканным где грязью, где кровью – чужой и её собственной.

– Как тебе, а? У некоторых особая склонность к рыженьким, – он неприлично хихикнул, наблюдая за вытянувшимися лицами музыкантов. – Или по душе больше блондиночки? Есть еще жгучая брюнетка.

– Пол… – выдохнула девушка, теряя последние силы. Она была белее бумаги, на её шее кровоточила тонкая сияющая полоса. – Беги. Ты ей не поможешь. Ты мне не поможешь. Бегите… —ё Дит недовольно поморщился, и по его молчаливому согласию великан в темном костюме свернул девушке шею.

5.

Музыканты ошеломленно глядели, как девушка упала на пол и рассыпалась тысячами воздушных перышек. Дит закашлялся и замахал рукой перед носом, отгоняя взлетевшие до самого потолка перья.

– Нет, – только и смог выдохнуть Пол. Он опустился на колени и загреб перья в пригоршню, понимая, что не в силах исправить содеянное. – Зачем?

– Она ослушалась моего приказа и знала о наказании. И ты должен понимать, что это твоя вина. Стоит ли говорить, что нужно было сразу явиться. – Старик перестал улыбаться и отвел взгляд, снова став предельно серьезным. —

– Я не обязан отчитываться перед тобой!

– Обязан! – Дит больше не мог удерживать маску равнодушия. – И должен подчиниться! Поскольку твой отец…

– О, нет, не смей его приплетать! – погрозил ему кулаком Пол, круша в пыль ставшие хрупкими перья. Увидев, что наделал, мужчина сокрушенно махнул рукой. – Что тебе нужно?

– Вот, с этого и надо было начинать, – поразмыслив, медленно кивнул хозяин номера и тяжело опустился в кресло, жилка на его лбу пульсировала. – Мне не нравится ваша группа.

– Дедуля, где ты был последние двадцать лет? – выдал невеселую ухмылку Бэл и сел напротив, оставляли грязные следы на ворсистом ковре. – Раньше нужно было думать.

– Ты слишком хорошего мнения о себе, сынок, – беззлобно ругнулся Дит, комок ворсинок со свитера в его руках все рос. – Дело не в том влиянии, что вы оказываете на толпу подростков. А в том, кем вы сами стали. Так не должно было быть.

Пол глядел на него с ненавистью и отвращением, руки, испачканные остатками перьев, горели. Он слабо представлял себе, как быть дальше, ведь вся эта затея с группой была лишь затем, чтобы позлить Мор Или же музыкант врал сам себе? Неужели он наконец нашел успокоение в музыке?

– Только потому, что до нас никто не догадался сам что-либо творить?

– Потому что такие, как мы, должны держаться в тени, – с укором произнес Дит, под его недовольным взглядом остатки перьев и пыли растворились в воздухе. – Это же очевидно.

– Ну, хоть вместе не должны держаться, и то радует, – продолжал язвить Бэл, тянул время, чтобы его друг смог собраться с мыслями. – Слушай, обязательно все это, а? Преследовать нас, убивать Би… – он ткнул пальцем в место на ковре, где уже не осталось следов трагедии. – Запугивать и вообще?

– Так веселее. – Мужчина тяжело поднялся на ноги и, подойдя к окну, засунул руки в карманы брюк. Вся его фигура на миг показалась древней разрушенной статуей в горах.

– Нам больше не о чем с тобой разговаривать, – сухо произнес Пол и направился к двери. – Не после того, что ты сделал. Если ты так относишься к ближайшим… Родственникам, то что творишь с остальными?

– О, сколько драмы! – всплеснул руками Дит и хрипло рассмеялся. – Мальчик, жизнь рок-звезды окончательно убила остатки твоей сообразительности? Забыл про её сестричек? С твоей обожаемой Мор всё будет в порядке.

– Не после того, как… – музыкант раздраженно поежился. – Бэл, мы уходим.

– Переступишь порог и никогда не увидишь её. Никогда, в нашем случае это понятие вполне осуществимо, не так ли? – Дит глядел ему прямо в глаза, и Пол был выунжден отступить и сокрушенно кивнуть.


***

Огромная стая ворон и воронов исступленно металась в тяжелом осеннем небе. Их оглушительное карканье перекрывало непрекращающийся шум города и гром, доносившийся тяжелыми волнами с горизонта. Птиц было столько, что небосвод казался черным и густым, как нефть. Они в безумии метались, бились в окна и сбивали друг друга, воздух наполнился черным пухом и предсмертными криками. Люди на улицах останавливались, несмотря на опасность быть атакованными, снимали на телефоны. Жители округи тревожно выглядывали с балконов, держа наготове палки и веники, чтобы отгонять ворон от окон.

Машина службы по охране и контролю за животными стояла у подъезда многоэтажки, вокруг которой скопилось больше всего птиц. Сотрудники недоуменно вглядывались в стаю ворон, тщетно пытаясь придумать способ её разогнать – они прежде не сталкивались с таким уникальным явлением. В последние три недели по всей восточной Европе и северо-западу России наблюдались подобные скопления птиц, и ученые не могли найти им объяснения.

– Отойди от окна, сколько раз повторять, – послышался недовольный голос. – Не понимаю, почему службы ничего не предпринимают! Можно же как-то разогнать этих мерзких птиц.

– Как, например? Стрелять в них, мам? – девушка вернулась к ноутбуку, стоявшему на столе у низкого кресла. – Мне кажется, они пока просто не выяснили, что делать.

– Мне все равно: этот шум меня раздражает! – всплеснула руками темноволосая женщина, болезненно худая, с темными кругами под водянистыми глазами. – Так, я на кухню, ужин готовить. И, Лера, убери со стола своё барахло, всю скатерть своими красками мне заляпала.

– Окей, мам, – дочь уже не слышала её, полностью погрузившись в программу на экране компьютера. – Только давай без своих грибных супчиков.

Мать окинула своего ребёнка долгим взглядом и молча ушла на кухню. Готовка её успокаивала, она всегда любила этот процесс, методичный, но, в то же время, творческий и произвольный. Её муж, Антон, в очередной раз «задерживался на работе», сам почти поверив в эту очевидную ложь. Леся годы назад перестала устраивать скандалы, понимая, что ни одна сторона не исправится. И предпочитала не поднимать опасные темы в разговорах с единственной дочерью, к которой была болезненно привязана.

Девушка задумчиво глядела на экран, но изображение расплывалось у неё перед глазами. Громогласное карканье за окном подчиняло разум, вводило в сумрачный транс, выдувало все мысли из головы. Лера с трудом очнулась и направилась к большому напольному зеркалу. Отражение никогда не сможет стать таким, каким мечтала его видеть девушка.

Что-то большое и черное забилось в окно, заскрежетало острым по стеклу. Лера открыла балконную дверь, распахнула створки, и огромный ворох черных перьев, дрожащий, трепещущий, кубарем свалился на пол, подняв в воздух темный пух. Она изумленно глядела на крупного ворона, что забился в самый угол, одно крыло было выгнуто под неестественным углом.

– Ну, привет, – она подалась ближе, разглядывая птицу.

Девушка понимала, что мать не потерпит присутствия пернатого дома, но что-то ей подсказывало, что она не может просто сдать ворона службе защите животных. Поэтому, оглядевшись, достала из ящика старое тяжелое покрывало и медленно приблизилась к птице. Всем своим видом она старалась показать, что не желает зла, и птица, посмотрев на нее умными глазами, будто бы кивнула и позволила закутать себя. Лера быстро скрылась в своей комнате со свертком в руках и осторожно опустила незваного гостя на кровать.

– Что же мне с тобой делать? – девушка осознала необдуманность своего поступка, но не раскаивалась, не в силах бросить живое существо в беде.

Птица же, чувствуя себя как дома, скакнула на край кровати, коснулась острым клювом ладони девушки, затем своего плеча. Она повторяла этот ритуал несколько раз, прежде чем Лера поняла:

– Тебе нужна моя помощь, да? Твое крыло повреждено. Но я… Я же не ветеринар, нужно тебя отдать… Ай! – она испуганно вскрикнула, когда птица, недовольно сверкнув глазами, цапнула её за коленку. – И что же мне делать? – ворон продолжал показывать на свое крыло, убеждая девушку, что она справится.

Лера потом долго размышляла, как так случилось, что она не испугалась притронуться к птице, чей огромный клюв и острые когти поблескивали в свете настольной лампы и гирлянды, обвитой вокруг причудливой фигуры из голых веток. Но ворон спокойно позволил себя осмотреть, изредка клювом направляя руки девушки. Его крыло было вывихнуто, нескольких перьев не хватало, остальные были повреждены и кое-где покрыты кровью.

– Что ж ты не поделил с друзьями, а? – улыбнулась девушка. У нее никогда не было домашних животных, хотя она их очень любила. Мать всегда списывала это на аллергию отца, но тот появлялся дома так редко, что звучало неубедительно. Лера знала, что мать всегда уходила в готовку с головой, поэтому у нее в запасе примерно час только на себя. И неожиданного друга, который стал выглядеть лучше, когда ему протерли крылья и осторожно вправили крыло. Девушка сама не подозревала, что это будет так просто. Она оставила притомившегося ворона на кресле у окна, скрыв его от посторонних глаз ворохом покрывал и одежды: мать никогда не упрекала её не убранной комнатой и не заходила без разрешения.

Леся, с рассеянной улыбкой на лице, бегала от плиты к раковине и обратно. Запах только что приготовленных котлет витал под потолком, даже вытяжке было не справиться с ним. Муж работал в IT-компании и давно перестал обращать внимание на супругу, лишь слегка поддерживая внешний образ дружной семьи. На все вопросы дочери, почему мать не подаст на развод, Леся лишь молча указывала на ворох квитанций, прикреплённых магнитом к холодильнику.

Лера от нетерпения едва осилила половину порции, которую перед ней поставила мать. На удивленный вопрос матери сказала, что решила взяться за фигуру и в тот же момент сама в это наконец поверила. Они еще долго просидели рядом, в давящей тишине: вороны исчезли так же внезапно, как и появились.

Леся ушла на работу в ресторан, оставив девушку одну, а та не сразу решилась вернуться в комнату. Она мыла посуду, и мысли сами погнались вперед. Лера до сих пор жила с родителями: все накопленные в своё время деньги ушли на ряд её операций.

Заглянув в комнату, девушка обнаружила покрывала на полу и пустое кресло. Полумрак комнаты теперь казался зловещим в своей тишине. Где же птица? Она не могла просто исчезнуть. Или могла? Шевеление в углу между шторой и шкафом заставило Леру испуганно вскрикнуть. Девушка включила верхний свет, и тут же раздалось оглушительное хлопанье крыльев.

– Ладно-ладно, извини, сейчас исправлю, – выключив люстру, она удивленно смотрела, как тени из углов начали собираться у окна в человеческую фигуру. – Что? Но… Какого чёрта?! – она было бросилась к двери, но её остановил едва различимый хриплый голос:

– Постой, прошу. Мне нужна твоя помощь.

Оглянувшись, Лера обнаружила темноволосую девушку в черном, лежавшую на полу. её одежда была или покрыта, или сделана из черных перьев – в темноте не различишь. Незнакомка была похожа на потустороннее создание, мертвенно-бледное и исхудавшее, тонкая, словно пергамент, кожа туго обтягивала её кости.

– Как… Откуда ты здесь? – Лера бесстрашно приблизилась и помогла ей сесть, а, коснувшись её ледяных ладоней, тут же потянулась за покрывалом. – Вот, давай тебя укутаем. Как ты здесь оказалась?

– Ты сама впустила меня, – слабо улыбнулась девушка, чуть помотав головой, с её волос посыпались перья.

– Но… Это была птица… – к концу фразы Лера растеряла всю уверенность в голосе. – Быть этого не может!

Незнакомка лишь едва заметно пожала плечами и сильнее закуталась в покрывало, её начала бить мелкая дрожь.

– Ты холодная, как лед, пойдем, я наберу тебе ванну, а потом покормлю. Ты же голодна?

– Не представляешь, насколько. Почему ты уверена, что я не причиню тебе вреда?

– Ну… – Лера задумалась, ведь это должен был быть первый вопрос в её голове. – Ты же попросила помощи, верно?

– Да, точно, – усмехнулась незнакомка. – Я не причиню тебе вреда, обещаю.

– Поверю на слово, – улыбнулась хозяйская дочь и помогла ей подняться. – Я – Лера. Как тебя зовут?

– Меня… – странница нахмурилась, словно выбирая. – Ним, да. Меня зовут Ним.

– И снова сделаю вид, что поверю, – Лера повела её в ванную комнату. – Как твое плечо?

Пока Ним, сидя на краю ванной, завороженно наблюдала, как набирается вода, девушка скрылась на кухне. Руки Леры дрожали, капли рагу летели на пол, чайник едва не опрокинулся, и помидоры поскакали по полу.

– Вот чёрт! – девушка шумно выдохнула и прижала полотенце к лицу. – С ума сойти! Оборотень… – она достала смартфон и вбила в поиске «ворон-оборотень», но полученные сведения особо не помогли. Шум воды из ванной напоминал, что всё это – реально.

Девушка успела всё разогреть и накрыть на стол, как Ним зашла на кухню, домашняя футболка Леры едва прикрывала её бледные узкие бёдра. Гостья выглядела смущенной и беззащитной, совсем не похожей на опасного ворона-оборотня.

– Я не знаю, что именно ты ешь, но… В общем, достала всё, что было в холодильнике.

– Спасибо! – следующие минут десять Лера во все глаза глядела на Ним, которая поглощала всё, что было на столе, словно не ела целый месяц. К её коже начал возвращаться румянец, волосы, подсыхая, приобрели иссиня-черный цвет. Глаза девушки, обрамленные густыми, изогнутыми ресницами, были чернее черного, как сплошной зрачок без радужки.

На страницу:
4 из 13