Новая реальность для мечты

— Смотри-ка, нашелся-таки спальник! Но думается мне, тебе больше по нраву спать на земле. Лучше б мяса купил, честное слово! Напои лошадь и к телеге! И пошустрее давай!

«Козел», — мысленно ответила я. Злость на Тродина взбодрила меня, и я быстро побежала к лошади. Все потихоньку расходились по телегам. В свою я запрыгнула последней, и в этот же момент возничий тронул коней.

Я оглядела все еще сонные лица своих товарищей по несчастью. Все, кроме Гилберта, Питера и Милайи, медленно моргали и устраивались на плечах соседей, желая досмотреть сны. Питер выглядел бодрее всех и разговаривал за троих. Гилберт молча слушал его болтовню. Милайа тоже выглядела свежо, она мило отвечала Питеру, тихонько посмеивалась и расчесывала волосы. Через некоторое время я заметила, что девушка нарочно игнорирует мое присутствие. Еще вчера она мило улыбалась мне, а сегодня даже не смотрела в мою сторону, словно меня не было. От такой резкой смены отношения стало неприятно, словно я где-то сильно испачкалась. Видимо можно было забыть о дружбе.

«Что Тродин ей такого сказал?» — с грустью подумала я. Вариант, что Милайа могла обидеться на мое поведение я откинула сразу: вчера она улыбалась, утром принесла мне спальный мешок и во время разговора с гномом выглядела весьма добродушно.

«Черта с два я это так оставлю! — В душе поднялась волна негодования и желания восстановить справедливость. — Мы только-только начали хорошо общаться! И да, пусть я не могла с ней говорить, но уверена, если бы не это, мы бы быстро подружились».

Желание объясниться было настолько сильным, что хотелось прямо сейчас, в телеге, все рассказать, но я вовремя поняла, что так она вряд ли услышит хоть что-то, потому как я подниму много шума ни с того, ни с сего заговорив. Я решила, что как только мы приедем в Тривальн, отловлю Милайю и все расскажу. Уверена, она будет рада выслушать меня, согласится помочь и у меня не будет нужды возвращаться к Тродину. Эта мысль обрадовала меня настолько, что стало сложно усидеть на месте. Я уже представляла, как мы дальше будем путешествовать с девушкой.

Через три томительных часа на горизонте показался тот самый Тривальн.

Глава 6.Скажи мне, кто твой враг и я скажу тебе кто твой друг

Солнце неспешно поднималось над лесом, когда обоз подъехал вплотную к городу, который только начал просыпаться. Тем не менее на дороге уже сновало много людей: одни торопились на рынок с мешками и животными, другие разгружали телеги. На колесах или пешком, но все они стремились к главным воротам к началу дня и торговли.

У городских стен обоз разделился на две части, оставив большую часть груженых телег у въезда под охраной. Остальные, включая нашу, проехали через ворота. На улице народа было еще больше, что затрудняло проезд, но все же, медленно, мы выехали к торговой площади. Шум здесь стоял соответствующий и после тишины лесов, он оглушал.

Огромная площадка, отведенная под множество палаток и лотков, имела форму круга. По его периметру располагалась дорога, по которой непрекращающимся потоком двигались повозки с товарами на продажу. На внешней стороне, за дорогой, разместились различные магазинчики.

Как раз за одним из таких телеги свернули с кольцевой дороги и встали на небольшой площадке, больше напоминающей внутренний дворик. По бокам стояли милые скамейки, а на стенах висели горшки с цветами. Отсюда, к улицам вели два выезда, украшенные небольшими арками.

Чтобы не преграждать путь прохожим, пара телег проехала через арку и встала вдоль улицы чуть дальше. Наша повозка ехала последней и, к счастью, ей нашлось место на площадке.

— Тпру-у. Стой, родимая, — чуть громче, чем обычно крикнул возничий. — Конец пути! Ноги в руки и проваливайте! Чтоб через пять минут духу тут вашего не было! Не будь так поздно, вас бы еще у ворот выкинули.

C любопытством разглядывая все вокруг, я несколько забылась и голос возничего вернул меня к действительности. Быстро оглянувшись я заметила, что Тродина поблизости не было.

«Ну так даже лучше, сейчас переговорю с Милайей, все объясню, и мы быстренько слиняем отсюда».

Настроение было прекрасное, город внушал надежду на лучшее будущее.

Пассажирам дважды повторять не нужно было, и только телега замерла, как все повскакивали со своих мест.

Я решила, что для начала нужно помочь девушке спуститься, а затем отвести в какой-нибудь укромный проулок и там уже все ей выложить. Вот только я сидела с краю и должна была одной из первых спрыгнуть, а Милайя находилась чуть дальше и стояла в ожидании, когда проход освободится.

Не желая отходить от намеченного плана, я, сделав вид, что у меня развязался мешок, собрала парочку выпавших яблок и быстренько завязала его. Девушка к этому времени как раз поравнялась со мной.

Я протянула ей руку, предлагая помощь, но она обратила на нее внимания не больше, чем на мешающуюся ветку в лесу.

«Такого я не предусмотрела», — несколько оторопело подумала я, глядя как девушка ловко спрыгнула вниз, но решила так быстро не сдаваться и закинула на плечо рюкзак. Главное не упустить Милайю, от которой меня отделял один шаг.

Не спуская с девушки глаз, я сделала шаг вперед, но в этот момент, кто-то стоящий сзади толкнул меня, одновременно подсекая опорную ногу. К счастью, приземлилась я на ноги, но неровность брусчатки сыграла со мной злую шутку, и стопа, соскользнув с камня, неестественно подвернулась внутрь.

От резкой боли в глазах ненадолго потемнело, а чтобы не закричать пришлось прикусить губу. Справившись с первой волной боли, я огляделась, желая увидеть виновного, но телега уже была пуста. Рядом с ней стоял Гилберт и пара парней, одним из которых был Лиммон. Он зло посмотрел на меня и улыбнулся.

Я ответила ему таким же взглядом. Сомнений в том, кто помог мне спуститься с телеги, не было. Боль немного отпустила, и я осмотрелась по сторонам в поисках Милайи.

Неожиданно прилетевший толчок в плечо вновь сбил меня с ног, и я приземлилась на камни, больно ударившись пятой точкой.

— Ты бы поаккуратнее что ли, — послышался голос Лиммона надо мной. Глядя поверх моей головы, он добавил: — Мусор, — и скрылся в толпе.

Я проводила его взглядом, а потом заметила девушку. Она стояла у арки, облокотившись на нее плечом, и смотрела на меня. Увидев, что я ее заметила, она улыбнулась уголком рта. От ее прежней доброжелательности не осталось и следа, сейчас она была рада увидеть меня на брусчатке с ушибленной ногой. Видимо, сполна насладившись зрелищем, она развернулась и скрылась на торговой площади. Похоже, о дружбе можно все-таки забыть.

— Поднимайся, а то затопчут, — рядом стоял Гилберт. Единственный, кто еще остался на площадке.

Я послушно встала. Утихшая было боль в голени вернулась с новой силой, я не могла полностью наступить на ногу. Прихрамывая, я доковыляла до ближайшей скамейки. Гилберт шел со мной, любезно взяв у меня рюкзак. Сев на скамейку, я ощупала ушибленную ногу. Внешне все было в порядке, и без нагрузки нога уже так сильно не болела.

— Я тебя предупреждал, — сказал он со вздохом, положив рюкзак рядом со мной.

«О чем?» — я подняла бровь, глядя на него.

— Милайа. За внимание красивой девушки порой приходится платить, — ответил он на мой взгляд.

«Так это из-за нее что ли…» — Я посмотрела прямо, на то место, где ранее сидела на брусчатке. Сначала мне это показалось смешным, но если вспомнить взгляды Лиммона, то такое вполне допустимо. Возможно, будь я парнем, я бы придала этому соответствующее значение. Я посмотрела на ногу.

«По всей видимости, я легко отделалась».

— Я приведу твоего мастера, — бросил Гилберт через плечо.

Я осталась сидеть на скамье, наблюдая, как он идет к телегам. Вот сейчас он приведет Тродина, от которого я так хотела уйти. Все пошло настолько не по плану, что я совсем растерялась. Даже разозлиться на Лиммона и Милайю не могла, а просто ожидала возвращения гнома. Нога ныла все сильнее.

— Молодой человек, позвольте присесть, — обратился ко мне чуть хрипловатый голос.

Рядом, сгорбившись, стоял мужчина в опрятном коричневом костюме и широкополой шляпе. Одной рукой он опирался на деревянную трость с ручкой в форме змеиной головы с желтыми глазами. Через плечо у него висела простая тряпичная сумка, из которой торчали какие-то цветы и травы. Мужчина был уже не молод, но и нельзя было сказать, что он уже стар. На лице его было мало морщин, за исключением тех, что появлялись в уголках глаз и рта, когда он улыбался. На носу у него сидели очки в круглой оправе, а в волосах, которые доходили ему до плеч, осталось совсем мало черных прядей. Сейчас вьющиеся седые волосы делали его похожим на одуванчик, но когда-то, вероятно, у него была роскошная шевелюра.

Я кивнула и поставила мешок к ногам.

— Какое досадное недоразумение, — продолжил он, присев, а когда я на него посмотрела, разъяснил: — Я видел, как с вами обошелся тот молодой человек. Это был подлый, низкий поступок и…

— Что тут случилось? — хмуро спросил подошедший Тродин.

— Мастер Тродин, я, с вашего позволения, пойду, — слегка поклонился Гилберт и, не дожидаясь ответа, ушел.

Гном даже не обернулся, он смотрел на сидящего рядом со мной мужчину, который, улыбаясь, слегка склонил голову в знак приветствия.

— Наша гостиница в трех кварталах отсюда. Подробности расскажешь позже. Идем. — Тродин не счел нужным тратить на незнакомца время.

«Не уверена, что дойду», — подумала я грустно и со вздохом встала со скамейки.

К этому времени нога уже заметно отекла в области лодыжки и любое движение отдавалось болью. Наступить на ногу было невозможно. Глядя на меня, гном зло поджал губы.

— Похоже вашей ноге сильно досталось. — Мужчина сочувственно закачал головой. — С вашего позволения, я могу осмотреть ее.

Я с сомнением посмотрела на него.

— Простите мне мою рассеянность, все-таки возраст, — с улыбкой быстро добавил он. — Меня зовут Ангулус Вилинс, я лекарь.

— Мы торопимся…

— Уверяю, я вас не задержу, — прервал он гнома и жестом велел мне присесть. — Мальчику нужно оказать первую помощь, это мой долг, как врача и порядочного человека.

Стараясь не смотреть на недовольное лицо Тродина, я села обратно. Ангулус кряхтя опустился на колени передо мной, снял ботинок и, чуть прищурившись, аккуратно осмотрел лодыжку.

— Вам повезло, молодой человек. — Он тепло улыбнулся, посмотрев на меня, и вернулся к осмотру. Его движения были плавными, неторопливыми, но при этом довольно четкими. Лекарь негромко забормотал себе под нос: — Гематом нет — это хорошо. Есть небольшая отечность, но ничего страшного — растяжение связок, не более.

Он отпустил ногу и достал из своей сумки плотный бинт и парочку банок.

— Будет щипать. Я добавил в состав мази змеиный яд. Не пугайтесь. Он намного эффективнее снимает боль и позволяет лекарствам быстрее проникать в поврежденные ткани, —мягко говорил мужчина, аккуратно нанося мазь на кожу, — где те уже снимут воспаление и восстановят кровоснабжение.

Вторую мазь он нанес тонким слоем на бинт и плотно перевязал ногу. Ткань приятно охлаждала кожу. Ангулус поднялся, отряхивая колени.

— Я бы рекомендовал вам постельный режим на ближайшие два дня, но опыт говорит, что молодые люди редко следуют рекомендациям такого рода. — Он хитро улыбнулся. — Посему, окажите уважение стараниям старика и не напрягайте ногу хотя бы сегодня. По возможности положите стопу на возвышение. Повязку не снимать до утра. И лучше вам завтра явиться на осмотр и смену повязки. Вы молоды, вам может показаться, что это излишне, но связки не заживают за несколько дней. Восстановление может занять месяцы, если отнестись к этому безответственно. Моя аптека находится выше по улице. Буду рад вас видеть.

Он указал тростью в сторону ближайшей арки. За ней начиналась более узкая и менее людная улица, с домами чуть попроще, чем на главной.

— Вы без труда найдете ее. Не без гордости скажу, что она лучшая в Тривальне. Я сам готовлю свои лекарства. — Он довольно похлопал сумку с травами. — Там же я живу, и там же оборудовал рабочий кабинет. Так что милости прошу.

— Благодарим за помощь и заботу. — Наконец подал голос Тродин, и я согласно склонила голову. Когда гном потянулся за кошельком, мужчина поспешно заговорил:

— Оставьте, мастер, оставьте! Я сам изъявил желание помочь юноше. С моей стороны будет нечестно взять за это плату.

Ангулус Вилинс поклонился и пошел в сторону своего дома. Я посмотрела ему вслед: некоторые прохожие приветствовали его и кланялись, а он дружелюбно махал шляпой в ответ. Похоже он был довольно популярен.

— Пошли, — бросил Тродин, забирая мой мешок и поднимая меня на ноги за локоть.

Мази и плотный бинт уже сделали свое дело — боль практически не ощущалась. Тем не менее я опасалась полностью переносить вес на ногу и шла за гномом, слегка прихрамывая.

Стараясь не отстать от него и при этом еще больше не повредить ногу, я и сама не поняла, как мы оказались у гостиницы. Светлое ухоженное здание было высотой в три этажа, но по ширине уступало своим соседям. Надпись на вывеске гласила: «Початок».

На первом этаже были установлены обеденные столы и барная стойка. Справа от входа стояла винтовая лестница на второй этаж. Все было хоть и не новое, но вполне ухоженное.

— Стой здесь, — бросил Тродин через плечо, а сам направился вперед.

«Не больно-то и надо», — подумала я, присаживаясь на край скамейки у входа. Меньше всего мне сейчас хотелось толкаться в толпе, которая образовалась у стойки. Оглядев зал, я отметила, что свободных мест было не так уж и много, а в дверь то и дело входили и выходили люди.

«Похоже, место довольно популярное», — заключила я.

Тродин вернулся минут через пятнадцать и сразу же потащил меня на второй этаж. Мы попали в небольшой скудно освещенный коридор с одинаковыми дверьми. Гном быстро нашел нужную и отпер одним из ключей. Судя по тому, как он кинул мой рюкзак и ключ на кровать, эта комната предназначалась для меня. По убранству она нисколько не отличалась от комнаты в Бакрусе, но была светлой и ухоженной. Доковыляв до стула, я с наслаждением откинулась назад. Нога тихонечко заныла.

Слишком насыщенное утро, а ведь еще и полудня не было. Но теперь наконец-то можно расслабиться. И поговорить. Я подняла было голову, но Тродин уже стоял в дверном проеме.

— Отдыхай, я распоряжусь о завтраке. Моя комната — следующая по коридору, — бросил он через плечо и вышел.

Я раздраженно зарычала.

Весь путь до гостиницы я была обеспокоена ногой и не отрывала взгляда от дороги. Где-то на втором плане бродили сбитые в кучу последними событиями мысли о поведении Лиммона, травме, рухнувшем плане подружиться с Милайей и попытке сбежать от Тродина. В ленивых попытках распутать этот клубок я поочередно хваталась то за одну, то за другую мысль, словно за нитку, но они только сильнее путались. Ближе к гостинице я бросила эти бессмысленные попытки.

Голова немного кружилась, и я перебралась на кровать. Скатав одеяло в ролл, я уложила на него ноги и улеглась поудобнее. Мысли текли как-то лениво, а по всему телу медленно разлилось тепло. Стоило моргнуть, и я тут же провалилась в сон.

За окном все еще было светло, когда я открыла глаза — значит, я проспала не очень долго. Нога уже не болела. Сонная, я вышла в коридор и постучалась в соседнюю комнату.

«Серьезно?! Неужели ушел?!» — не дождавшись ответа, я без особой надежды толкнула дверь. На удивление она легко распахнулась, а на меня уставились две пары глаз.

Тродин сидел за столом и по обыкновению покуривал свою трубку, а напротив него сидел незнакомый мне гном. Внешне он очень походил на моего спутника, но был явно моложе: в его волосах совсем не было седины, а черты лица были острее и меньше. Тродин рядом с ним словно увеличился в размере и напоминал неотесанный камень. Они явно что-то обсуждали, но я их прервала.

— П-простите, я стучалась… — Я несколько растерялась. — Никто не ответил…

Незнакомый гном сделал глоток из стакана и, повернувшись к Тродину, спросил:

— Это она?

Тот кивнул, не выпуская трубку изо рта.

— Я, наверное, пойду… — шагнула было я к выходу.

— Заходи, — прервал мое бегство Тродин. — И дверь закрой.

Я послушно прошмыгнула внутрь.

— Садись. — Гном вытряхивал пепел из трубки, не глядя на меня.

— Я стучала, никто не ответил, — повторила я, обходя стол и присаживаясь на свободное место.

— Мы бы все равно не услышали. Изониты не только поглощают звуки внутри помещения, но и изолируют от всех внешних.

— Понятно, — ответила я прежде, чем вспомнила что такое изонит. — Долго я спала?

— Около двух часов, и ты опять не закрыла дверь.

— Я сама не заметила, как уснула.

Все это время незнакомец искоса рассматривал меня, прикрываясь своим стаканом. По коже пробежал холодок.

«В эту игру можно играть вдвоем». Я не собиралась делать вид, что не замечаю его взгляда и, совершенно не скрываясь, уставилась на него в ответ.

— Похоже иметь свой ключ — это слишком большая роскошь, — тем временем не унимался Тродин.

— Ничуть. В самый раз, — ответила я, продолжая глядеть на гостя. Тот в свою очередь опустил стакан на стол и уставился на меня в открытую. На его лице сияла наглая улыбка. Мой взгляд его ни капли не смущал.

Боковым зрением я видела, что мой спутник наконец обратил внимание на наши гляделки.

— Это Ситрик. Он представляет мой клан в Тривальне, а заодно раздобыл кое-какие нужные для нас сведения. — Тродин сделал знак головой.

— Кхм, как я и сказал, мои люди нашли человека, который похоже видел ушастого здесь пять лет назад. Также есть все основания полагать, что он что-то знает об исчезновении.

— Вы не уверены? — Отчего-то мне было некомфортно говорить с ним на «ты», в отличие от того же Тродина, хотя внешне он выглядел молодым.

— Нам удалось наткнуться на его след только позавчера. Он постоянно кочует с места на место. Нигде надолго не остается и часто бормочет всякую ересь.

— Разве можно доверять его словам? — спросила я, обращаясь к Тродину.

— Для начала неплохо было бы послушать, что он скажет. Ситрик?

— Завтра в церкви еженедельная большая служба. К окончанию у выхода обычно собирается много попрошаек. Там частенько можно встретить нашего парня.

— Я хочу пойти с вами, — неожиданно для себя сказала я.

— Милая, мы идем не на экскурсию… — начал было Ситрик.

— Тродин. — Сонный мозг спешно пытался придумать достойную причину. — Т-ты сказал у нас общие цели, и это напрямую касается меня. Я хочу услышать лично, все то, о чем ты говорил.

«Господи, что за бред я несу». Я уже жалела, что открыла рот. Мысли никак не собирались в кучу. Гном же спокойно смотрел на меня.

— Договорились, — вдруг согласился он, — но говорить буду я. Ты стоишь в сторонке и тихо слушаешь. До этого — никаких прогулок.

Я кивнула. Не в моих интересах было спорить: я даже не надеялась на такое решение.

Тродин и Ситрик поднялись.

— До вечера я буду занят делами клана. Еду принесут тебе в комнату.

Поняв намек, я поднялась и следом за ними вышла в коридор. Проводив гномов взглядом, я толкнула дверь в свою комнату. Не находись я сейчас в таком радостном и воодушевленном состоянии, я бы приуныла, глядя на скудный интерьер и, возможно, предприняла бы вылазку в паб. Но сейчас я была даже счастлива побыть одной.

Послушно исполняя наказ лекаря, я лежала на кровати, бессмысленно рассматривая узоры на стареньких выцветших гобеленах. Меня охватило странное безразличие. Периодически я проваливаясь в сон. Так и прошел весь день, хотя порой начинало казаться, что время остановилось. Только движение солнечных лучей говорило о том, что этот мир продолжает жить своей жизнью и не собирается останавливаться ради меня.

Когда на стенах заплясали закатные огни, в дверь постучали. Я немного очнулась от своего состояния. Служанка принесла ужин. Она быстро расставила на столе посуду и приборы на одного и направилась к выходу.

— Простите. Мастер Тродин еще не вернулся?

Девушка вздрогнула. Слегка покраснев, она сбивчиво ответила:

— А… я не видела. П-простите. Приятного аппетита!

Поклевав немного ужин, я сама проверила, вернулся ли гном, но дверь была заперта, а на стук никто не отвечал.

Я хотела более подробно расспросить его о дальнейших планах и, если получится, об этом мире. Долгие размышления о дальнейшей моей судьбе разбивались о скалы незнания. Слова Тродина и неизвестность пугали, но уже завтра я, быть может, смогу узнать что-то новое и полезное. Как ни крути, а нахождение с гномом в данный момент представлялось для меня самым благоразумным решением.

Желая дождаться его возвращения, я долго еще лежала без сна: вслушивалась в шаги в коридоре, несколько раз выходила и проверяла дверь, когда звуки казались знакомыми. Только поздно ночью я забылась беспокойный сном.

Утром меня разбудил стук в дверь.

«Черт, я забыла закрыться», — сразу же пронеслось в голове. Я опасалась, что Тродин начнет ругаться и, чего доброго, передумает брать меня с собой, но в комнату вошла девушка с подносом. Я облегченно выдохнула.

Пока она расставляла посуду на столе, я спустила ноги с кровати.

«Ранние подъемы явно не про меня», — поняла я, с трудом разлепляя тяжелые веки и разматывая тугой бинт. Стопа наконец обрела свободу и, к моей радости, совсем не болела, но после долгого лежания на кровати все тело жутко ломило.

«Нужно будет сказать об этом лекарю, когда зайдем к нему», — подумала я и сразу после завтрака отправилась к Тродину, но меня вновь встретила закрытая дверь.

«Что с ним? Он мог бы мне сообщить, что задерживается. А что если он не вернется? Что я теперь буду делать? Куда идти? Я даже не могу заплатить за гостиницу». Беспокойство быстро вытеснило сон и начало расти с пугающей быстротой.

Меря комнату шагами, я снова и снова задавала себе эти вопросы. Меня бросало то в жар, то в холод, становилось все страшнее, потому что я не могла найти ответа ни на один из них.

Гном вернулся к обеду. Об этом мне сообщила служанка, ставя на стол две тарелки и два набора приборов. Тродин вошел в комнату сразу же, как за ней закрылась дверь. Он был в одной рубахе с закатанными рукавами, а на его бороде блестели капли воды. Вид у него был хмурый.

— Сейчас поедим и пойдем на площадь к церкви. Служба начинается в полдень и длится два часа, — без всякого приветствия сказал он с порога, затем сел за стол и накинулся на еду. — Чего стоишь? Ждать не буду.

— Х-хорошо. — Отойдя от его внезапного появления, я присела за стол. — А где ты был?

— Не твое дело, — бросил он с набитым ртом. Я же обратила внимание, что на его рубахе виднелись несколько пятен красного цвета. Они были достаточно мелкие, словно брызги, но сильно выделялись на светлой ткани.

Тревога, которая не отпускала все утро, снова начала нарастать.

— А мы успеем зайти к лекарю? Он сказал…

— Нога болит? — прервал он меня.

— Не-е-е-ет, — растерялась я.

— Ну и прекрасно. У нас на это сейчас нет времени. — Гном вытер губы тыльной стороной ладони и осушил сразу половину бокала. — Доедай и одевайся. У тебя пять минут.

Тродин встал, на ходу опустошая бокал, и вышел из комнаты.

«Нога-то не болит, а вот все тело ломит», — ответила я про себя, глядя на закрытую дверь. Я также чувствовала слабость и дрожь в руках. Все это мне не нравилось, со мной было что-то не так и я понимала, что мне нужно к лекарю. Однако опасаясь отказа Тродина и его реакции, я не смогла сказать ему этого.

«Ты просто голодная», — успокаивала я себя, но, посмотрев на тарелку, только вздохнула. Аппетита не было. Я быстро выпила воду и вышла из комнаты.

На улице нас ждал Ситрик. Он почтенно склонил голову при виде Тродина.

— Поторопимся, — бросил последний и пошел вверх по улице.

Ситрик поравнялся с Тродином, и они завели беседу о каких-то поставках. Я же предпочла идти чуть позади.

Сначала мы прошли в сторону торговой площади, но на втором перекрестке мы свернули и зашагали по уложенной серой брусчаткой широкой аллее. По бокам были посажены невысокие деревья, за которыми можно было разглядеть двухэтажные здания, выполненные в едином стиле. В большинстве своем в них располагались магазины, витрины которых были богато и со вкусом оформлены. Между домами можно было разглядеть небольшие переулки, через которые люди вливались в общий поток. Тем не менее несмотря на большое количество людей, здесь было спокойно. Улица упиралась в площадь, на которой стояла небольшая церковь.

Здание возвышалось над всеми окружающими его строениями, а обращенные к площади двери словно приглашали войти внутрь и присоединиться к службе. Острый шпиль с колокольней напоминали копье, прорезающее пространство и устремленное к небесам. Этот эффект усиливался за счет белых ребер, расположенных по всему фасаду здания. Так резко выбиваясь из общего стиля домов Тривальна, церковь полностью поглощала внимание, приковывала к себе взгляды. Неудивительно, что на площади образовалась толпа.