Кира Стрельникова
Тайны и маски


– Полагаю, лучше узнать это у дворецкого, – сухо отозвался Лоренцо, резко потеряв интерес к Игорному Дому и планам Чезаре.

Ему хотелось скорее вернуться в гостиницу, да и вообще уехать из Флоренции обратно в Рим и подумать над тем, как избавиться от чёртовой родовой клятвы, посадившей его в золотую клетку. Чезаре кивнул и направился к лестнице, Лоренцо за ним. Найдя в холле дворецкого, сын Святого Князя подошёл и повелительно произнёс:

– Любезный, я желаю сыграть с Сеньорой в Маске. К кому мне обратиться?

Слуга одарил его неожиданно внимательным взглядом, потом поклонился.

– Подождите здесь, сеньор, вас пригласят.

Дворецкий скрылся за одной из дверей. Чезаре проводил его глазами и оглянулся на бесстрастного Лоренцо – кузен отошёл к окну, прислонившись к стене и созерцая улицу отстранённым взглядом.

– Что-то у тебя настроение упало, как вижу, – насмешливо сказал Чезаре – у него явно оно было на высоте, видимо, от недавних удач.

– Меня не интересуют азартные игры, – коротко отозвался Лоренцо. – И мне здесь откровенно скучно.

– Так развейся, – пожал плечами Чезаре. – Повеселись, вон, хотя бы в жмурки поиграй, – со смешком добавил он. – Отличная возможность пощупать сеньор и сеньорит и не получить при этом по лицу или вызов на дуэль.

Рен брезгливо поморщился.

– Если мне захочется кого-нибудь пощупать, я предпочту посетить весёлый дом и выбрать девочку поприличнее, – отозвался он, не глядя на собеседника.

– Как хочешь, – Чезаре отвернулся.

Как раз в этот момент из-под лестницы появился ещё один слуга, на сей раз в тёмно-синей, без украшений, ливрее и с совершенно неприметной внешностью, и подошёл к мужчинам.

– Кто из вас изъявил желание сыграть с Сеньорой в Маске? – осведомился он.

– Я, – встрепенулся Чезаре.

– Следуйте за мной, – слуга бросил мимолётный взгляд на Лоренцо. – Ваш спутник может подождать вас здесь, к Сеньоре вы пойдёте один.

– Удачи, – кратко пожелал Рен и проводил спину удалявшегося Чезаре глазами.

На его губах появилась ироничная усмешка: что-то подсказывало ему, что на сей раз капризная Фортуна отвернётся от кузена. Сам же Лоренцо, после некоторых раздумий, всё же отправился в тренировочный зал, размяться и сразиться с кем-нибудь в поединке, пока Чезаре пытается заполучить услуги Дамы в Маске.

На третьем этаже было тихо. Двери охраняли двое молчаливых, широкоплечих охранников с внушительными бицепсами, смотревших прямо перед собой. Слуга приложил к овальному медальону ладонь, и дверь бесшумно распахнулась, приглашая в святая святых Игорного Дома. Чезаре шагнул за проводником, с любопытством оглядываясь. Здесь царила сдержанная элегантность по сравнению с нижними этажами: на стенах однотонный шёлк приятных золотистых и зеленоватых оттенков, нейтральные картины охоты и природы в тонких рамах, гораздо меньше позолоты и зеркал. Пройдя через несколько гостиных, в которых царил полумрак, слуга остановился в небольшой круглой приёмной с ещё одними закрытыми дверьми и снова обратился к Чезаре.

– Одну минуту, сеньор.

После чего постучал и нырнул в приоткрытую дверь. Он вернулся буквально через несколько мгновений и с поклоном пригласил:

– Вас ждут, сеньор, проходите.

Кастелли переступил порог будуара, сразу найдя взглядом хозяйку. Она вольготно раскинулась на широкой кушетке, небрежно облокотившись на ручку и подперев кулачком подбородок, и смотрела на гостя с отчётливой ироничной улыбкой. Из-под подола выглядывала изящная щиколотка, затянутая в чулок с вышивкой, на стопе небрежно покачивалась атласная туфелька, и Чезаре неожиданно бросило в жар от этого с одной стороны вполне невинного, а с другой – весьма завлекательного зрелища. На Даме в Маске было верхнее платье из бархата насыщенного зелёного цвета, спереди застёгивавшееся на ряд золотых пуговичек, в прорезях рукавов и по краю низкого декольте выглядывало нижнее из тонкого белоснежного батиста. Из украшений на Даме был лишь золотой браслет с крупным зеленоватым авантюрином. Половину лица закрывала ажурная маска, но такая плотная, что сквозь неё было совершенно не разглядеть черты лица, да и хозяйка будуара сидела в тени, светильник горел лишь один, и комнату окутывал полумрак. Сквозь прорези маски на Чезаре смотрели живые, умные глаза неожиданно яркого синего цвета. Волосы, похожие на сгусток пламени, были уложены под золотую сетку, усыпанную маленькими изумрудами.

Перед кушеткой стоял столик, рядом – стул, на который Дама и показала, плавно поведя рукой.

– Присаживайтесь, сеньор Кастелли, – низким, грудным голосом произнесла женщина, и у Чезаре внезапно пересохло в горле, настолько обволакивающе и притягательно он звучал.

– Вы знаете, как меня зовут? – гость обнаружил, что его собственный голос слегка охрип, и поспешно прокашлялся, неожиданно смутившись и от этого почувствовав глухое раздражение.

Чтобы вот так, от одного взгляда на женщину или пары произнесённых ею слов терять голову? Да что он, мальчишка, что ли? Хотя Сеньора, конечно, хороша, ничего не скажешь, и маска только придаёт ей привлекательности. «А вдруг там скрываются уродливые шрамы? – попытался он вернуть мысли в нужное русло. – Ты здесь по делу, так что нечего распускать слюни!»

– У меня отличные осведомители, – Дама склонила голову к плечу, её улыбка стала шире. – Мне передали, вы желаете сыграть со мной?

Чезаре опустился на стул, ещё раз внимательно оглядел собеседницу, с некоторым трудом стряхнув наваждение, и кивнул.

– Да, желаю, сеньора.

– Вы знаете условия? – женщина выпрямилась. – Выигрываю я – вы должны мне шесть желаний в любое время, когда мне понадобятся ваши услуги, где бы вы ни находились и чем бы ни были заняты. Выигрываете вы – должна буду я вам.

– Знаю, – снова кивнул Чезаре.

– Магия запрещена, как и везде в моём Доме, – она чуть прищурилась. – Если вы попробуете применить, вам засчитывается проигрыш, сеньор. Защита сразу отреагирует на малейшее применение магии к игре и попытку жульничать.

– Обижаете, сеньора, – Кастелли ухмыльнулся, откинувшись на спинку стула. – Я предпочитаю честную борьбу, тем более, мне сегодня несказанно везёт, – самодовольно заявил Чезаре.

– Что ж, – Дама грациозно поднялась с кушетки и прошлась по будуару. – Тогда выбирайте. Любая игра, кроме поединка. Я не нарушаю правила этого Дома, – по алым губам скользнула усмешка.

– Любая? Даже жмурки? – развеселившись, переспросил Чезаре.

– Если вы выберете, вашей задачей будет поймать меня среди остальных гостей, – невозмутимо ответила Сеньора. – Или – мне вас, если водить буду я.

– Нет, пожалуй, предпочту всё же кости, «Домик счастья», – покачал головой Кастелли. – Развлечения оставим на потом, – добавил он, выразительно глянув на хозяйку покоев.

Показалось, или нет, её глаза сменили цвет? Теперь они отсвечивали зелёным, но в полумраке было не особо хорошо видно, и Чезаре мысленно махнул рукой. Какая разница, какого цвета глаза Дамы в Маске? В конце концов, под этой маской вполне может быть искусная иллюзия. Кастелли не рискнул проверить, опасаясь, что Сеньора воспримет это не слишком благосклонно и откажется играть с ним.

– Как пожелаете, сеньор, – бархатным, пробирающим до самых костей, голосом ответила женщина, и у Чезаре в паху моментально жарко затяжелело, а штаны стали причинять ощутимое неудобство.

Хорошо, она отвернулась к изящному комоду с множеством ящичков, и Чезаре, сделав пару глубоких вдохов, успел взять себя в руки, отвесив мысленный подзатыльник. Сеньора в Маске вернулась к кушетке, неся в руках шкатулку из резного красного дерева, и поставила на стол, опустившись обратно.

– Играем один раз, сеньор Кастелли, никаких реваншей, – предупредила она и открыла крышку, достав дощечку с вырезанным полем и стаканчик с костями.

– Я понял, – Чезаре наклонил голову, уже предвкушая, какое загадает первое желание.

Пожалуй, добавить в список своих побед известную флорентийку будет весьма приятно, а потом уже можно заняться глупышкой Контессиной. Дама высыпала рядом с доской горсть мелких монет и откинулась на спинку, махнув рукой.

– Ваш ход первый, сеньор Кастелли, – мягко произнесла Сеньора в Маске. – По праву просителя.

Чезаре взял стаканчик из резной слоновой кости и, несколько раз тряхнув его, выбросил два кубика на стол рядом с доской.

…Кастелли с трудом сдерживал ярость, с недоверием глядя на доску и кости. Он проиграл. Он – проиграл! А эта флорентийка смотрела на него с такой ленивой улыбочкой превосходства, что страстно захотелось стереть её с этого лица, скрытого под маской, аж пальцы зачесались. Но вряд ли пощёчина исправит дело. Чезаре проиграл и теперь должен этой рыжей нахалке шесть желаний. Он исподлобья взглянул на Сеньору и буркнул, скрестив руки на груди:

– И что дальше?

Улыбка на лице женщины стала шире, тонкий пальчик провёл по алым губам.

– Дальше – я дам вам знать, когда мне понадобятся ваши услуги, сеньор Кастелли, – невозмутимо откликнулась Сеньора.