Академия Конфедерации. Турнир Масок

– Она еще не знает магии драконов эфира, – мягко сказала королева Элинор, заметив мое расстроенное лицо. – Магия Ли – не в счет, она намного сильнее и ярче. У всех остальных из нас она более спокойная и приглушенная. Ты научишься, детка.

– Ну, теперь начнется самое интересное! – потер руки король Феладин. – Мне всегда интересно, почему человеческие маги из судей обычно испытывают такие колоссальные трудности в разделении магий лордов драконов?

– Может быть, потому что они человеческие маги? – буркнула я, не ожидая, что меня услышат, забывая о невероятно остром слухе драконов.

Но они услышали. Король Лемифар Пятый едва заметно улыбнулся, в то время как девушки-королевы открыто посмеивались над выражением лица короля Феладина, ставшим немного обескураженным, который взглянул на меня с какой-то даже обидой.

– Да что я сказала не так? – удивилась я, вопросительно посмотрев на лорда Мотлифера.

– Фел полагает, что все остальные ощущают мир как драконы, – пояснила мне королева Элинор. – Ему трудно делать скидки на особенности магии других рас.

– Кажется, ты собиралась представить мне принцессу Ритангу? – неожиданно по какой ассоциации вспомнил король Феладин Флемм.

– После турнира? – предложила я. – Она сейчас на поле, в команде Фалины.

– Ританга? Младшая принцесса лордов черных драконов? – заинтересовался король Лемифар Пятый.

Он встал и тоже подошел к барьеру ложи, чтобы взглянуть на турнирное поле.

– Ты пыталась отмазать Октавию Болл от брака с Фелом? – шепнул мне на ухо лорд Мотлифер. В его голосе явно звучала насмешка. – Кто ее выбор? – еще тише спросил он.

Ну, вот зачем ему все знать, а? Какой-то прямо Большой Брат. Я уверена, ему известен даже цвет носков у каждого из королей и вельмож конфедерации! И ведь не отвяжется, пока не ответишь ему!

– Антален Тонн, – также тихо сказала я.

– Виса, вы закончили? – дернул меня за руку подобравшийся ко мне Улли, про которого в суматохе возвращения команд турнира масок я совсем забыла.

Лорд Мотлифер поднял брови и перевел вопросительный взгляд с Улли и Данзора на меня.

– Я хотел познакомить Вису с Леммой, – бесстрашно выпалил мой маленький братец, который не боялся ничего и никого. – Я женюсь на Лемме, когда вырасту. Она обещала!

– Лемма? – усмехнулся драконий лорд. – Забавно.

Пользуясь тем, что его окликнул король Феладин, утащивший его в к барьеру ложи, возле которого в компании короля Лемифара Пятого столпились уже все остальные представители Дома драконов эфира, я отступила назад и, вслед за обрадованными моим тактическим отступлением Улли и Данзором, поспешила за ними в детскую ложу.

Глава 16

Лемма Флемм оказалась очаровательной малышкой шести лет, ровесницей Улли. Ее мать была королева Голубой Звезды Сенигара Флемм, сводная сестра лорда Мотлифера, а отец – Златонэв Ринн, король старшего дома лордов морских драконов. Каким образом матери удалось сохранить малышку в доме Флеммов, было для меня загадкой. Но девочка действительно словно сошла с акварельной картинки – нежное красивое личико с большими голубыми глазами, аккуратным носиком и пухлыми розовыми губами, светло-русые, чуть волнистые волосы ниже талии и мягкий взгляд с поволокой. Она аккуратно присела передо мной в книксене, придерживая тонкими длинными пальчиками края своего розового нарядного платьица с полу-корсетом и рукавами-крылышками, прикрывающими хрупкие плечики. В детской ложе Флеммов, кроме нее, оказались еще две девочки и пацаненок, которые под присмотром воспитателей наблюдали за ходом турнира у барьера ложи.

Именно в тот момент, когда я с улыбкой смотрела на хорошенькую малышку, очаровавшую моего маленького братца, раздался негромкий хлопок и по непробиваемой прозрачной стене защитного купола королевской трибуны пробежала трещина. Не веря своим глазам, я схватила одной рукой в охапку девчушку, протянула вторую руку Улли и скомандовала Данзору Флемму:

– Быстро, за мной!

Понятливый Улли ухватил за руку Данзора, раззявившего было рот на стремительно покрывавшийся трещинами защитный купол королевской ложи, и мы все вместе выскочили в коридор. Перепрыгивая через пустые скамейки трибун, я неслась к выходу из королевской ложи, рассуждая, что если нападение было совершено именно на королей, то шанс спастись имелся именно вне их ложи. У выхода из королевской ложи мы столкнулись с Тангирром и Итарой, которые, наученные опытом предыдущего турнира, рассуждали примерно также. Тангирр без слов попытался было взять из моих рук малышку Лемму, но она обвила своими руками мою шею и не желала идти на руки к драконьему принцу. Я подтолкнула к нему Улли, и тот с готовностью прыгнул на руки Тангирру. Итара подхватила малыша Флемма и мы все втроем уже гораздо быстрее побежали прочь.

Выскочив на центральную дорожку, ведущую вниз к арене, мы остановились. Арена, накрытая куполом для защиты трибун от магии участников, выглядела нетронутой. Трибуна напротив нас тоже была целой, но студенты, собравшиеся на ней, повскакали с мест и о чем-то кричали, указывая руками в направлении королевской ложи.

– Вниз! – коротко скомандовал Тангирр.

Мы побежали по ступенькам вниз к арене. Не успели мы пробежать и нескольких шагов, как за нашей спиной раздался страшный грохот. Я на секунду остановилась и оглянулась для того, чтобы вскрикнуть от ужаса – защита королевской трибуны осыпалась прахом, погребая под осколками королей наших миров. Точнее, тех из них, кто не успел спастись, поскольку одновременно с падением защиты в воздух взлетели около двух десятков драконов.

«Висвэрина! – ударил мне в голову яростный крик дракона Фер Флемма. – Где ты? Цела?»

«Цела!» – откликнулся за меня мой серебряный дракон.

«Помощь нужна?» – продолжал транслировать радужный дракон.

«Нет, – теперь отозвалась я. – Мы с Тангирром и Итарой. Улли, Данзор и Лемма с нами. Как дела у вас?»

«Все целы, – раздался уже голос драконьего короля. – Ищем детей и человеческих магов. Тех, кто не смог взлететь. Уходите с турнирного поля. Атака может повториться. Выходите к Академии».

Не успело эхо его голоса замолкнуть в моей голове, как то же самое послание было перетранслировано уже по громкой связи для всех. Мы с Итарой и Тангирром переглянулись и устремились к выходу с турнирного поля. Толкотни в воротах еще не было, поэтому мы без труда проскользнули сквозь их створки и оказались снаружи. Посоветовав нам с Итарой вести детей в Академию, Танигрр вернулся на турнирное поле.

– Там моя маленькая сестричка Ринатера! – потерянно повторяла Итара, – и мой отец, тагр его побери!

– Ита, там опасно! – попыталась воззвать к ней я, но сама не могла скрыть своего беспокойства.

– Виса, Ита! – окликнула нас невесть откуда взявшаяся возле ворот спортивного комплекса принцесса Рэтара Арпад. – Что происходит?

– Нападение на королевскую трибуну, – скороговоркой проинформировала ее я.

Рэтара ахнула.

– И что? Все живы?

– Не знаю, – я с беспокойством смотрела на Итару. – Слушай, Рэт, ты не отведешь детей ко мне в покои, а? Мы с Итой хотим вернуться и помочь на поле.

– Да, конечно, – пролепетала Рэтара, потерянно глядя в сторону турнирного поля, откуда уже начал валить дым.

Итара бросила на ее беглый взгляд и покачала головой. Я вздохнула, поскольку тоже не понимала, как можно доверить детей темной магине в таком состоянии. Наконец, плюнув на все запреты, я открыла портал в свою гостиную и, оставив там малышей под ответственность самого разумного из них – моего маленького братца Улли Ариэ, мы с Итарой также порталом вернулись на турнирное поле.

Портал, настроенный мной на лорда Мотлифера, почему-то вывел нас прямо на арену, которая выглядела точно также, как выглядел парадный зал Дома Силы во время нападения черных спрутов. Другими словами, вся площадь арены была изрезана глубокими рваными полосами, оставленными огромными плетьми, хлеставшими по ней вдоль и поперек. Стоя на арене, я подняла голову и оглянулась на трибуны. Трибуна королей была разрушена в труху, на ее месте дымились развалины, в которых были перемешаны остатки магических стеклопакетов и других опорных конструкций, названия которых я не знала. Над развалинами летало несколько драконов, другие парили высоко в небе, словно чего-то искали. Трибуны для студентов были уже почти пусты, последние из человеческих магов толпились у раскрытых ворот спортивного комплекса. Не понимая, что происходит, я выпустила в небо Лунтика, попросив его постоянно сообщать мне, что он увидит и вернуться ко мне при первых же признаках опасности.

Оказавшись на арене, Итара немедленно побежала к королевской трибуне. Я устремилась вслед за ней, уж слишком расстроенной выглядела моя подруга. Очутившись возле развалин, Итара протянула к ним руки ладонями вниз и начала взывать к своей силе. Прошло несколько томительно долгих минут, прежде чем земля откликнулась на зов Итары, и весь этот хлам, что остался от королевской ложи, начал медленно шевелиться.

– У меня недостаточно силы! – с удивлением прошептала Итара, оборачиваясь ко мне. – Здесь словно магические камни навалены!

– Там и есть камни, – вздохнула я. – Давай попробуем по-другому.

Подойдя к Итаре, я положила свои ладони на ее руку и начала постепенно вливать в нее свою силу. Дело пошло гораздо быстрее, почти также, как в свое время на планете Тарга – обломки лож, стеклопакетов и других строительных материалов полетели в воздух, разбирая завалы.

– Ты только вали их от нас подальше, – посоветовала я Итаре, уворачиваясь от осколков. – Я, конечно, знаю, что в теории я бессмертна, но как-то не хочется остаток жизни ходить со шрамами от твоей неаккуратности.

Итара уже собиралась что-то ответить, как в сохранившихся остовах королевской ложи, с верха которой был убран мусор, наметилось некоторое шевеление, не относящееся к деятельности Итары.

– Не бросай! – предупредила я Итару, остановившую свой аттракцион по поднятию тяжестей так резко, что весь хлам застыл в воздухе под ее руками.

Я шустро спрыгнула с освобожденную от мусора дыру, которая представляла собой заваленный осколками кусок одной из королевских лож.

– Что там? – спросила сверху Итара.

– Дети, – ответила я, расчищая припорошенные строительным мусором тела маленьких девочки и мальчика. Третья девочка сидела на корточках в самом дальней углу и, сощурившись, смотрела на меня.

– Какие дети? – донесся сверху голос Итары.

– Какие, какие, – проворчала я, откапывая отплевывающегося от пыли щебня мальчонку. – Маленькие. Ты чего, не знаешь, какие дети бывают?

– Я – Ромальдин, – просипел мальчонка, откашлявшись от пыли. – А это, – он указал на неподвижно лежащую рядом с ним маленькую девочку, – это Ренатира.

– Темные маги? – спросила я наугад, совсем не зная младший состав королевских домов.

– Да, – с готовностью ответил мальчонка.

– А это кто? – я кивнула на девчушку в углу.

– Это Радислава, – сказал мальчонка. – Там где-то рядом должен быть Велимир и Милослава. Мы играли, когда крыша упала…

– Ита! – крикнула я наверх. – Уложи там свой мусор аккуратнее, зафиксируй эту дыру и давай сюда. Тут детишки из темных и одна светлая, но пацан говорит, что еще пара должна быть где-то рядом.

– Иду! – крикнула Итара.

Ожидая ее, я приложила голову к груди бессознательной девочки. Ее маленькое сердечко билось. Оставив малышку на попечение мальчика, я подползла ближе к другой, которая сидела в углу. Девочка, запорошенная крошкой от обвалившихся стен и крыши ложи, казалась маленьким каменным изваянием.

Подобравшись к ней поближе, я протянула ей руку:

– Держись!

Девочка замотала головой, указывая пальчиком на место еще глубже вниз:

– Там Мир и Слава!

Те самые, о которых упоминал мальчонка, поняла я. В это время в раскопанную Итарой расщелину спрыгнула сама магиня теней, вызвав своим появление целую кучу пыли.

– Ренатира! – кинулась она к девчушке рядом с мальчонкой.

– Жива она, Ита! – прикрикнула на нее я. – Не суетись! Тут еще двое заваленных, кажется. Давай вытаскивай свою Ренатиру и пацана наверх и возвращайся сюда. Тут, кажется, человеческих магов завалило. Может быть, и твоего папашу найдем!

Итара кивнула и подхватила на руки малышку.

– Эй, внизу! Есть кто живой? – раздался сверху голос Златосура.

– Сур! – радостно завопила Итара.

– Итара? – послышалось сверху.

Златосур вместе с Итарой вытащили наверх пацана и малышку из темных, затем маленькую светлую, а потом с величайшим трудом нам с Итарой удалось откопать и ее малолетних родственников. Сура, несмотря на его неоднократные попытки спуститься вниз и помочь нам, мы оставили наверху.

– У нас тут и так места мало, нам только мага воды не хватало! – в сердцах вспылила я на его настойчивые попытки присоединиться к нам на дне узкой норы, которую вырыла Итара. – Сиди уж там наверху и смотри, чтобы твой оклемавшийся детсад не разбежался. Если уж совсем делать нечего, так умой их своей водой. А то они грязные, как тагры.

Мы с Итарой, пользуясь совместно ее и моей силой, медленно, но верно углублялись внутрь завала трибуны. Чихая, кашляя и проклиная невозможность использовать родовую магию, я направляла силу Итары вниз, успевая уворачиваться от острых металлоконструкций трибуны, которые вздымались слева и справа от нас, поднятые Итарой для того, чтобы освобождать проходы.

– Вот, полюбуйся! Мечта сбылась, – сказала я, щуря глаза от вызванного мною же света, направленного в очередной «карман», образованный при разрушении трибуны и расчищенный усилиями Итары от завалившего его мусора. – Кажется, это район ложи темных?

– Есть кто живой? – крикнула я вниз в темноту.

– Тут королева теней Дэнара, – раздался далекий голос снизу, – моя сестра принцесса Злата, малыш Иржик и пара маленьких лордов белых драконов, которых мы подобрали. Драконята ранены. Я их немного подлатал, но им все равно нужна помощь.

– А ты кто? – спросила Итара.

– Своего жениха не узнала? – фыркнула я, узнавая говорившего по голосу, впрочем только потому, что на последнем экзамене по дипломатии мы были с ним в одной группе. – Это же принц Ратмир Арклайт.

Я зажгла пару световых шаров и отправила их вниз, чтобы определить, как глубоко находились маги. Световые шары, осветившие глубокий черный проем почти рядом с нашими ногами, немедленно умчались вниз, но я успела заметить, что тьма отнюдь не была кромешной – где-то далеко внизу отражались от стен блики световых шаров, созданных, судя по всему, магами внизу.

– Как они могли провалиться так глубоко? – удивилась я, оборачиваясь к Итаре. – И что там за блестящие стены, зеркала, что ли?

– Это магическая ловушка! – прошептала помертвевшими губами Итара. – Зеркальные стены обычно означают магическую ловушку. Странно, что он вообще смог зажечь там световые шары!

– Спускаемся вниз? – несколько нервно предложила я, встревоженная всей этой белибердой, в которую верила Итара.

– Подожди! – Итара схватила меня за руку. – Мне это не нравится! Ты пробовала слать зов своему дракону?

– Нет, – недоуменно отозвалась я. – Зачем? Они там спрутов гоняют, зачем их отвлекать?

– А я пробовала, – прошептала Итара. – Так вот, ответа нет. От слова совсем.

– Что за фигня! – возмутилась я. – Не волнуйся ты так, я сейчас пошлю зов своему и, если хочешь, Тангирру и Суру – наверх, проверить, что там происходит.

Однако Итара оказалась права. Связи с драконами не было. Арс тоже не работал.

– Магическая ловушка, говоришь? – пробормотала я после сотой попытки магического вызова. – И как она работает?

– Глушит магию, как пиратские наручники и ошейник на планете пиратов, помнишь? – вздохнула Итара.

– Понятно, – вздохнула в ответ я. – Но почему тогда мы можем пользоваться нашими магическим способностями?

– Какими магическими способностями? – в голосе Итары сквозила усталость. – Последние полчаса, разгребая завалы, мы действовали одной физической силой. Поэтому, возможно, и не заметили, когда перешли границу потери магии.

– Тогда, может быть, подняться наверх? – предложила я.

– Я не горный атран! – сказала Итара, указывая вверх на каким-то невероятным образом превратившиеся в отвесные утесы стены, которые вели к началу наших раскопов.

Я взглянула на них и не удержалась от земного ругательства. Это действительно была ловушка, потому что такого в принципе не могло быть. Внешний вид завала, в который мы спускались в поисках уцелевших человеческих магов, неуловимо изменился, и изменился кардинально. Теперь вверх над нами тянулись совершенно отвесные стены, чем-то напомнившие мне глубокую шахту лифта, в которой мы находились на самом дне. Не было больше видно ни расчищенного нами минуту назад «кармана» в заваленной ложе темных, ни слышно голоса Ратмира Арклайта.

– Что ты сказала? – тем временем поинтересовалась не терявшая присутствия духа Итара. – Это какое-то новое заклинание?

– Да уж, заклинание, – хмыкнула я. – Жалко не работает.

– Здесь никакие заклинания не работают.

За что я все-таки люблю Итару, так это за то, что она никогда не сдается и не истерит.

– Тогда давай спустимся вниз, – предложила я. – Ратмир сказал, что там одна из ваших королев и дети. Раненые драконята.

– Ты – целитель? – прямо спросила Итара.

– Нет, – должна была сознаться я.

– А Злата, то есть принцесса Златомира Арклайт – целитель, как и все светлые маги. Нам надо подумать, как выбраться отсюда и потом вытащить их. Если внизу западня, а именно так мне подсказывает моя интуиция, то не стоит лезть в нее добровольно. Им мы таким образом точно не поможем, а себя можем лишить последней возможности использовать свою магию.

– Каким это, интересно, образом? – спросила я, в тот же момент вспоминая о Лунте, присутствия которого я уже давно не чувствовала.

– Твой дракон? – заикнулась было Итара.

– Я не чувствую его, – тут же отвечала я. – И моя магия не работает, я уже пробовала.

– Послушай! – в мою голову пришла еще одна идея. – Попробуй позвать свою фею! Феи иммунны к ограничениям магии.

– Что может сделать одна фея? – скептически проговорила Итара.

– Ты не представляешь, как много могут феи! Ты, наверное, уже забыла, но именно феи вытащили меня и всех наших ребят из провала, созданного черными спрутами на прошлом этапе турнира! Давай, зови! Для начала она может связаться с другими феями, а те уже позовут наших драконов.

Итара застыла, сосредоточенно уставившись словно внутрь самой себя.

– Я не могу, – наконец, отмерев, прошептала она. – Я ее не слышу! Привязка прошла только вчера!

Замирая от понимания того, что рушится наша последняя надежда на спасение, я схватила в свои руки обе руки Итары и воззвала к ее маленькой феечке как королева фей. Прислушиваясь к звенящей пустоте в моей голове, я уже почти потеряла надежду, как тоненький и едва уловимый голос не феечки Итары, а главной в колонии фей недоверчиво пропищал в моей голове:

«Серебряная королева?»

И в тот же момент что-то с треском обрушилось наверху, словно взорвалось. Эхо от этого взрыва пролетело по шахте туннеля над нашей головой, вызвав, к нашему общему с Итарой ужасу, эффект схода горной лавины в горах. От верхних краев туннеля начали падать вниз сначала одинокие камни, а за ними постепенно начали сползать и сами стены этого магического туннеля-шахты.

Мы с Итарой, не сговариваясь, отползли к одной из этих стен, прикрывая руками голову и стараясь уворачиваться от камней и рассекающих кожу осколков. Глушилки магии, установленные в этой ловушке, были настолько мощными, что мы не могли даже защитить себя – очень скоро я увидела расцветшие на белой рубашке Итары пятна крови от порезов. Судя по тому, с каким видом смотрела на меня Итара, я также не выглядела лучше.

– Дверь, – прохрипела Итара, и я едва услышала ее слова в том грохоте, который стоял в шахте туннеля. – Это очень старая ловушка. Где-то здесь, в стене возле дна, всегда устанавливали запасную дверь. Дверь. Лаз. Что угодно. Мы должны найти ее, или мы умрем.

Полуослепшая от пыли и текущих по лицу пота и крови, я зашарила руками рядом с собой по краю стены, чуть выше от пола, стремясь найти что-то похожее на то, что описывала Итара. Двигаясь от одного угла к другому, я в какой-то момент, как мне показалось, нащупала щель, но новый обвал сверху скинул прямо в середину пятачка на дне шахты, на котором укрывались мы с Итарой, большой кусок камня, краем задевший по виску темную принцессу. Не издав ни звука, Итара упала на пол и в ту же минуту была почти погребена сыпавшимся сверху камнепадом. С отчаяньем глядя на Итару, я попыталась просунуть ладонь во все расширявшуюся щель, и в какой-то момент плита под моими руками дрогнула, открывая узкий проход, который, судя по его величине, скорее можно было назвать лазом. Оставив проход открытым, я повернулась к Итаре. Скорости, с которой я откапывала из-под крупных и мелких камней Итару, могла позавидовать землеройка. Несмотря на то, что меня пару раз чуть не пришибло крупными камнями, и все мои руки от кистей до плеч покрылись мелким ранами от осколков камней, я умудрилась освободить бессознательное тело Итары от большей части камней, и волоком втащила его под прикрытие прохода. Куда вела черная пустота прохода, я не знала. Я некоторое время двигалась по нему в темноте, толкая вперед себя тело Итары, а затем, забывшись, попыталась создать световой шар. Шарик вышел довольно хилый, но, тем не менее, дорогу он освещал достаточно сносно. Я успела проползти вперед еще на несколько метров, прежде чем сообразила, что стены магической ловушки по идее должны были глушить магию. А я создала световой шар! Не долго думая, я послала ментальный вызов Лунту и одновременно драконьему лорду, вложив в него заряд такой магии, что мне даже поплохело. Вызов ушел! Я почувствовала это. Единственное, что меня напрягало, было то, что, учитывая особенности ловушки, моей магии могло не хватить для того, чтобы меня услышали.

Однако мне не оставалось ничего другого, кроме как ждать ответа. И я стала ждать, время от времени проверяя состояние Итары. Она дышала, но все еще была без сознания. Я уже почти засыпала от усталости и разочарования, как меня буквально оглушило волной ментальных возгласов, разорвавшихся в моей голове. Изо всех них я определенно узнала голоса только пяти:

«Я не могу найти тебя!» – кричал Лунт.

«Серебряная королева в опасности!» – верещала фея.

«Откликнись, Виса!» – тревожно звал Тангирр.

«Висвэрр-рина!» – рычал мой отец, король Кариджен Ариэ.

И вишенкой на торте гремел над всеми голос лорда Мотлифера: «Где тебя тагры носят, Ариэ?! Немедленно отвечай, иначе я разнесу к таграм всю эту мышеловку, которую вы называете Академией! С меня довольно ваших турниров, академики тагровы!»

«Я с Итарой, под завалами трибуны королей», – собрав все свои силенки, слабо откликнулась я на голос лорда Мотлифера. Исключительно потому, что его голос казался самым громким, а по урокам магии я помнила, что это означает самого сильного из магов.

«Где?!»– прилетело мне в ответ.

«Откуда я знаю! – мысленно возмутилась я. – Сказала же, под завалами королевской трибуны!»

«Ты можешь открыть портал?»

Вопрос драконьего короля поставил меня в тупик. В самом деле, почему я не подумала об этом сама? Прикоснувшись к Итаре, которая все еще находилась без сознания, я попыталась открыть портал в свою академическую гостиную, но – увы и ах! – ничего не получилось.

«Не могу! – передала я в ответ, спохватившись, что не сказала самого главного. – Тут была магическая ловушка. По-краней мере, Итара так говорила».

«Она жива?» – тут же тревожно спросил голос Тангирра.

«Жива, только без сознания. Нас немного побило камнями при взрыве», – ответила я.

«Каком взрыве?» – в голосе лорда Мотлифера звучало недоумение.

«Ну, там, наверху. Разве вы не слышали? – также недоуменно отвечала я. – Так что, имейте в виду, что магия здесь не работает».

Ответом мне была растерянная тишина, только на заднем плане слышен был гневный голос моего отца, риторически вопрошавшего в темноту: «Ловушка? Магия не работает? Это определенно не под трибуной!», и заистерившего в конце: «Куда ее опять тагр занес, эту бедовую девчонку?!»

«Опиши мне ловушку», – через некоторое время вновь услышала я голос лорда Мотлифера.

«Ну, зеркальные стены. Длинный туннель, который тянется вверх, и словно закрытый сверху плитой. Я нашла люк в стене, часть стены отодвинулась, и я заползла туда, спасаясь от камнепада, и затащила туда Итару. Лаз узкий, темный, света нет. Но магия появилась, правда слабая. Могу зажечь световик и послать зов. Все».

«Я знаю, где она, – послышался вновь голос лорда Мотлифера, словно он говорил не со мной, а с кем-то другим, кто был радом с ним. – Это опять Менарда! Луни! – требовательно обратился он к моему дракону. – Ищи! Планета Менарда, катакомбы под Дворцом Забытых Королей!»