Смешная девчонка, с двумя косичками

Чтобы Пашка девчонок стеснялся, это нонсенс какой-то. Правда, влюбился, не иначе.

— Ну ты даёшь! — не удержался я. — Что же, не узнал?

— Арт, знаешь, я вообще ничего не понимаю, что со мной творилось, когда увидел её. Оглох, даже в ушах зашумело. — сообщил Пашка, я онемел. Это что же? Так влюбляются?

— Да-а-а, Пан, рад за тебя. Это, наверное, хорошо, когда влюбляешься? — задумчиво спросил я.

— Ты не представляешь, Арт, я такое чувство испытал. Сильное. Как будто пьяный сделался. — Ничего себе заявочки. Это же неправда, о такой любви только в книгах пишут.

Я пока ни в кого не влюблялся, да и не влюблюсь, наверное. А хотелось бы тоже испытать такое чувство, как любовь.

— Как Артём? Был в институте? Прилетел с курорта или нет ещё?

— Был, он странный какой-то. Может, тоже влюбился? Я что-то не понял его настроения сегодня. — поделился своими наблюдениями Пашка.

Да что такое? Подумал я, друзья разбегаются, как тараканы. Один скоро останусь. Может, тоже влюбиться? А как? Я не умею. Интересно.

Пашка отключил телефон, напоследок пожелал удачи мне, я ему тоже.

Остаток дня провалялся на постели, надоело что-то всё. Жизнь эта в гостинице целый месяц. Вообще, жизнь курортная надоела.

Утром поехал на занятия, прихватил сувениры для Пашки и Артёма.

Подъехал к месту. О, Пан уже здесь...

— Привет, Пашка. — Мы обнялись. — Соскучился, чёрт, по тебе. Артём не приехал ещё?

Интересно, почему Тёмыч за месяц ни разу не позвонил? Чёрт, да я и сам ему ни разу не позвонил, только сейчас подумал об этом. Что случилось? Раньше он всегда первый мне звонил и все новости рассказывал.

— Вон. Не видишь, что ли? — Пашка кивнул головой в сторону.

Я посмотрел, Артём приехал не один. Идёт по направлению к нам с девушкой, аккуратно за локоть её придерживает. Вот это да-а-а. Ни фига себе, удивился я.

— Привет, Арт, привет, Паш, — поздоровался он с нами и пошёл с девушкой в институт.

Мы с Пашкой переглянулись многозначительно, это что ещё за фортель? Со стороны Тёмыча свинство, мог бы, вообще-то, и познакомить со своей девушкой нас.

— Да. Даже не познакомил нас с ней, обидно, однако. — сказал Пашка.

Я посмотрел вслед нашей парочке и покачал головой, да, и правда обидно.

— Ладно, Пан, пошли, познакомим ещё, красивая, между прочим, мне понравилась.

— Мне тоже, такая стройная, под стать Артёму.

Мы зашли в коридор, все наши одногруппники в сборе. Вдруг Пашка слегка толкнул меня, я посмотрел на него.

— Вон видишь, две девчонки — та, у которой волосы подлиннее, мне понравилась.

Но, я смотрел не на неё. Я смотрел на ту, другую, стрижка у неё, каре. Вроде. Ничего в женских стрижках не понимаю. Пониже немного Пашкиной красотки, худенькая, стройная. Шея длинная, красивая, я глаз от неё не мог отвести.

В груди поднялась буря, девчонки поравнялись с нами.

— Девчата, давайте познакомимся. — Предложил Пашка, они обе остановились.

Та, что с причёской каре, посмотрела мне в глаза, и у неё самой глаза удивлённо округлились. Секунд десять мы смотрели друг на друга, мне показалось, искра между нами пробежала и зажгла сердца. Моё точно. Девчонка перевела взгляд на мой лоб. Да, красавица, шрам на моём лбу притягивает взгляд. Я заметил давно, все говорят, что он идёт мне. Потом случилось неожиданное. Девчонка почему-то быстро пошла от нас.

— Арт? Это что сейчас было? Арт? Арт?

Я не слышал его, оглох тоже, поплыл, в груди тёплая волна разлилась.

— Что, спрашиваю, сейчас было? Я не понял. — Пашка спрашивает, а я не слышу.

— А? А что было? — Я только сейчас увидел Пашку. — Слушай, сам не пойму ничего. Пан, а кто это? Как зовут её?

— Не знаю, она не сказала, я только с Никой познакомился, ты почему не познакомился с ней? Или вы знакомы? — Допытывался Пашка.

Не знакомы мы, я вообще не знаю, кто она такая.

— Нет, Пан, не знакомы. — Я всё ещё в себя не приду никак от этой встречи. Это вообще что? Я влюбился, что ли? Значит, так влюбляются? Вот это я попал!

Весь день я был сам не свой, никак в себе не разберусь, тут ещё Вика повисла на шее.

— Артурчик, милый, я соскучилась.

Ну и скучай молча, зачем лезть-то ко мне? Зачем на людях скучать по мне? Не видишь, что ли, какое настроение у Артура. Я, по ходу, любовь встретил, сегодня, случайно, прямо в коридоре МГУ. Скажите, такое вообще возможно?

— Вика, не висни на мне. Видишь, народу сколько, поскромнее быть надо.

Я снял её руки со своей шеи, отстранил.

— Слушай, Вика, вот что ты ко мне липнешь? Я, думаю, понятно тебе сказал, что никаких отношений между нами быть не может.

— Артурчик, ну почему? Я соскучилась, целый месяц тебя не видела. На звонки ты не отвечаешь. Что случилось?

Это закончится когда-нибудь? Отматерить её, что ли? Может, поймёт тогда. Впрочем, вряд ли, не станет понимать.

— Знаешь, я даже сомневаюсь, что на той вечеринке что-то было между нами. Как могло быть, если я ничего не помню?

Вика решительно бросилась в атаку.

— Было! Вон у Ритки спроси или у Томки, они видели. — Быстро затараторила она.

— Что они видели? Мы прямо при них, что ли? Притом они твои подруги, значит, заинтересованные лица, это никакие не свидетели, им верить нельзя. — Заговорил я, как будущий юрист. — Они и не такое подтвердить могут. У меня есть подозрение, что ты врёшь.

Врёт, вот врёт и не стыдится.

— Нет, не вру. Почему ты так со мной? — Вика надула губы.

— Я со всеми так, и тебе честно сказал, никаких продолжений не будет. Ты согласилась. Так? И что сейчас от меня хочешь?

— У тебя всегда по-честному. А если девчонка любит тебя?

Вика никак не хотела отставать, пришлось ей ответить грубо.

— Значит, это её проблемы..

Я отошёл к Пашке: «Пошла ты от меня, Назарова. Что ты на пятки наступаешь? Ходишь целый год за мной».

— Что этой надо? — Пашка кивнул на Вику.

— Сам не знаешь? Достала, Пашк, честное слово. Как будто я её собственность, ладно, пойдём уже, а то опоздаем. Влетит.

— Пойдём, забудь про всех Вик, к чёрту их. Во, в рифму даже вышло. — Засмеялся Пашка.

Мы пошли на занятия, Пашка писал. А я не мог сосредоточиться. Не шла у меня из головы девчонка, встреченная мной в коридоре. Почему она так на меня удивлённо посмотрела? Загадка какая-то.

— Арт, ты что как будто в облаках витаешь? Пиши хоть что-нибудь. Или хоть вид делай, что пишешь. — Пашка толкнул меня.

— А? Сейчас. — И снова застыл, ничего не соображая. Ой-ё-ё-й, что со мной? Непонятное что-то.

В этот день я её больше не видел, но попросил Пашку, чтобы он узнал у Ники, как её зовут. Пашка пообещал узнать.

— Между прочим, в субботу посвятка будет, они придут, там и познакомишься.

— А я что-то не знаю. А где посвятка будет проводиться?

Пашка покрутил пальцами, манера у него такая.

— Вроде у Макара, его родаки куда-то укатили. Там, сам знаешь, и простор, и бассейн, искупаем «малышей». — Он имеет в виду первокурсников.

Я засмеялся, нас и самих купали, и не только в бассейне. Кто-то желе принёс, что было, не рассказать, девчата визжали, мы ржали. Один старшекурсник после каждой пакости, причинённой нам, кричал «посвящён» или «посвящена», мы сами в бассейн попрыгали, отмыться от желе надо было.

Варя... Придёт ли она?

— А если она не придёт? — забеспокоился я. — Ты давай Нику уговори, а она её пусть уговорит.

— Попробую. — Пашка посмотрел на меня. — Попробую уговорить, Арт.

— А ты влюбился? Удивительно даже, хотя от любви никто не застрахован. Как сказал поэт, любовь нечаянно нагрянет. Как на нас с тобой.

Мы снова засмеялись.

Надо же такому случиться, влюбились все трое, сразу три друга. Повзрослели, наверное.

— Пишите конспект, вы что, как придурки ржёте? Учёба началась.

Артём нас вразумляет, ты смотри, серьёзный какой.

Тут я решил задать ему один скабрёзный вопросик.

— Артём? А что это за красотка сегодня с тобой шла? — поинтересовался как бы невзначай.

И мы оба с Паном, уставились на него с интересом.

Артём посмотрел на нас, будто раздумывая, говорить или нет, и всё-таки сказал.

— Сестра сводная, отец женился месяц назад. Надя, сестру зовут, на первом курсе учится.

Во дела, у Тёмки батя женился, а мы с Паном не в курсе. И сестру нам не показал, боится, соблазним, сам влюбился, наверное.

— Вы губы-то не раскатывайте, не подпущу к ней никого. Сразу предупреждаю.

Опередил наши нескромные вопросы Тёмыч. Мы снова засмеялись.

— Нет, Тёмыч, ты что? Сестра — это святое, мы не претендуем.

Успокоили мы друга, тут сами втюрились, непонятно, что из этой любви выйдет.

— Знаю я, как вы не претендуете. — Проворчал всё-таки он.

И всё-таки зря я сказал, что больше не видел её, мою незнакомку. Видел. Уже после третьей пары увидел, как она выходила из здания. Снова встретилась со мной взглядом, и то ли улыбка, то ли усмешка мелькнула у неё на губах. М-м-м-м, на таких аппетитных. Интересно, почему она так реагирует на меня? Что с ней не так? Или со мной? Не пойму.

— Слушай, Арт, знакомая твоя, что ли? — спросил Тёмыч. — Как-то странно она на тебя посмотрела.

Самому бы кто сказал, почему она на меня так смотрит, сам ничего не пойму.

— Не знаю, Тём, сам удивляюсь, почему она так на меня реагирует. Я с ней вообще не знаком, даже не знаю, как её зовут.

— Странно, а она нравится тебе. — Как-то утвердительно сказал Тёмыч.

Тёмыч не промах, сразу срубил, что к чему.

— Заметно? — Не стал я скрывать.

— Не знаю, кому как, а я сразу понял. Ну, если нравится, тогда смелее, не мне тебя учить, ты сам спец в этих делах.

— Спец-то спец, с другими, а вот не с ней. К ней не знаю, как подойти. — Вздохнул, а сердце отозвалось стуком.

— О-о-о, тогда всё ясно — любовь она, родимая. — В какой-то несвойственной ему манере выразился Тёмыч. — Может, услышала, какой ты в любовных делах непостоянный?

Услышала, когда успела, второй день занятий, меня впервые видит, бред.

— Когда? Второй день только занятия? Не думаю. — Покачал я головой.

Тот хмыкнул.

— Не думает он. Долго ли узнать? Эти дела быстро все узнают, девчата они не молчат, ведь их фиг поймёшь. — Махнул рукой Артём.

— Тоже верно, пойдём, а то достоимся тут.

Мы отсидели ещё пару и разъехались по домам...

Я, сегодня в деревню съездить собираюсь, тёть Галю навестить. Ещё одну няньку, ей тоже подарок привёз.

Через час был в деревне.

— Тёть Галь, здравствуй! — Приветствую свою третью мамку. Сколько их у меня? Только родной наплевать на сына. А может, я и не родной им? Не зря же они так ко мне относятся.

— Артур, мальчик мой, не забыл, навестить приехал. Ну как отдохнул? — Обняла меня тёть Галя.

— Нормально отдохнул, вот, это Вам. — Подал ей подарок из Таиланда.

Тёть Галя запричитала: «Да зачем же ты на меня тратился, себе бы что-нибудь купил», и всё в этом роде.

— Тёть Галь, я и себе купил, и Вам, и тёть Саше, не переживайте по этому поводу. — Успокоил я свою любимую няньку, я их с тёть Сашей никогда не забывал и любил больше, чем родителей.

— Спасибо, мой хороший, идём за стол. Накормлю тебя домашней едой.

Она засуетилась, посадила меня за стол, всего наставила.

— Ешь, мой хороший, приятного аппетита.

— Спасибо, тёть Галь.

Я с удовольствием съел всё, что поставила тётя Галя.

— Спасибо ещё раз, всё вкусно было. — Встал из-за стола. — Тёть Галь, я минут пять посижу, да поеду, на занятия завтра. Новостей здесь никаких?

— Ой, Артур, чуть не забыла, тут два дня назад Варя приезжала, я её и не узнала. Идёт мимо, а я только из магазина пришла. Подхожу к калитке, слышу: «Здравствуйте, тёть Галь». Смотрю, девчонка какая-то, не пойму кто. Она спрашивает: «Не узнали?» «Нет», — отвечаю. «Да я Варя Морозова». Я обомлела, вот это деваха выросла! «Ох, Варька, тебя и не узнать». Ты бы посмотрел, такая красавица, загляденье. На кладбище родителей проведать приезжала. — Вздохнула тёть Галя. — Спрашиваю: «Как бабушка? Жива?» Говорит: «Жива, болеет сильно, старенькая, слабенькая стала». Я спросила: «Как здесь?» Она: «Учусь в Москве», так сказала.

— Выросла? Или такая же кнопка?

— Вытянулась, такая хорошенькая. Она и Люда красавица была, мама её, и Ромка видный тоже, это отец.

Значит, в Москве Морозова Варвара учится, узнать бы ещё, в каком универе. Увидеть бы, неужели выросла? Варька. Ещё, тёть Галя говорит, красавица. Неужели правда? Не верится даже, а вообще-то она и маленькая хорошенькая была. Это я сейчас понимаю, а тогда всё равно было, какую донимать. А может, не всё равно? Ведь никого не трогал, её только.

— Ну ладно, тёть Галь, поеду. Если приедет Варя ещё, привет от меня ей передавай.

— Передам, обязательно, как же, соседи.

Передашь, конечно, только Варька не очень моим приветам обрадуется, ещё не забыла, как я измывался над ней. Снова засмеялся, вспомнил её с ведром на голове и с морковкой в руке.

Варя Морозова.

Тётя Люба с дядей Сашей увезли нас с бабушкой к себе в Питер, ехали мы долго, помню, на машине.

Они жили тоже недалеко от Питера, в пригороде, дом у них большой, в два этажа. Нам приготовили две комнаты наверху, бабушка сказала: «Я туда не поднимусь. Люба, ты ничего умнее не придумала?»

Куда мне на восьмом десятке по лестницам лазить, в общем, поселили нас внизу в большой комнате, так как я тоже наотрез отказалась жить наверху, я не могу без бабушки.

В комнате стояли две кровати, письменный стол-тумба, телевизор висел на стене. За дверью шкаф для одежды, всё необходимое, я тогда удивлялась, какой дом большой, светлый, как там, в родной деревне, у Артура.

— Вот, Варь, теперь и мы буржуи, — сказала бабушка.

Я с ней согласилась, наверное, и правда так буржуи живут.

После того как искупались, вернее, купала меня тёть Люба, глядя на мою грудь, плакала, наверное, вспоминала аварию. В которой погибли мои родители, её единственная сестра с мужем, сестра, которую она, скорее всего, нянчила. Ведь на пятнадцать лет старше.

Бабушка сказала, что потихоньку сама помоется.

Привели себя в порядок, и нас повели кормить.

В большой столовой посадили за стол, домработница поставила нам тарелки с едой. Мы поели все: и мы с бабушкой, и тёть Люба с дядь Сашей. Для меня всё было ново, интересно.

— Ну, теперь отдыхать надо. Ты, Саш, никуда сегодня не поедешь? — тёть Люба посмотрела на мужа.

— До офиса, не переживай, с шофёром поеду, сам за руль не сяду. Дела кое-какие есть.

Сказал дядя Саша, он у тёти Любы хороший. Добрый, справедливый.

— Хорошо. — Кивнула головой тётя Люба. — И вам отдыха хорошего. — Пожелала она нам.

Мы ушли в свою комнату.

— Сами ничего делать не хотят, вот лодыри. Работники у них. — Ворчала бабушка, когда мы легли с ней отдохнуть.

— Это плохо, бабушка? — Мне почему-то показалось, что это неплохо.

Мне интересно стало, почему ей не нравится такой расклад?

— Не знаю, наверное, неплохо. Ты не обращай внимания на меня, это я от старости ворчу, мы ведь непривычные так жить. Мы ещё советских времён дети, тогда не было такого. А сейчас домработниц нанимают, деньги им платят, это, наверно, хорошо, а то ни заводов, ни фабрик не осталось в городах. Ни хозяйств в деревнях. Эх. — Вздохнула бабушка.

— Ладно, бабушка, я вырасту, выучусь, и мы с тобой уедем в наш дом, я сама всё делать буду: и огород сажать, и есть готовить. А ты отдыхать будешь.

Бабушка засмеялась.

— А если я не доживу? Ты расти, учись, чтобы грамотной быть. А там замуж тебя отдам, тогда душа спокойна у меня будет.

— Замуж? А зачем?

— Ну как зачем? Зачем замуж выходят? Чтобы семья была, дети.

Я тогда, не понимала ещё совсем, как это, замуж выходят. Как, дети появляются, слышала, их рожают, а как, не знала. То есть, видела у Милы живот большой, это жена Никиты, брата двоюродного. Мне сказали, что в животе ребёнок. А, как, он туда попал, не знала, и как, оттуда его достанут, тоже не знала.

- Бабушка, а, за кого я замуж выйду?- Мне интересно стало, как это замуж, и за кого?

Для этого же влюбиться наверное надо.А, как? И, в кого, если я не люблю мальчишек, они вредные, один Артур чего стоит.

- Не знаю, кого полюбишь. Там у тебя, Артур был.

Я аж на кровати подпрыгнула, только подумала о нём, а тут бабушка ещё его вспомнила.

— Бабушка, да этот Артур бандит какой-то. Сама знаешь, как он обижал меня.

Бабушка тихонько засмеялась, погладила меня по голове.

— А он ещё кого-нибудь обижал? Из девочек?

Я задумалась, он никого не цеплял, меня только. Может, потому, что я меньше всех ростом была?

— Нет, он меня только обзывал. Дохлая и крыса. Ну его, сам он такой.

— Вот, значит, нравилась ты ему, это он знаки внимания тебе оказывал.

Интересно, если, такие знаки внимания оказывают, какая же это любовь? В, общем, так я и не разобралась тогда, в этой любви, уснула.

Проснулась от громкого разговора, Никита приехал с женой и сыном. Филиппком, он маленький.

— Варька! Это ты такая большая стала? — Засмеялся Никита, схватил меня под мышки и закружил.

— Сынок, голова у девчонки закружится. — Сказала бабушка.

— Бабушка. — Никита обнял бабушку.

— Показывай правнука.

Маленький Филиппок спал, ему всего четыре месяца, такой миленький малыш.

— Хороший, на тебя похож, такой же светленький, пшеничный ребёнок.

— Почему пшеничный? — удивился Никита.

— Раньше так в деревне говорили, если ребёнок светленький рождался, белотелый, значит, пшеничный. Если чернявый, смуглый, значит, ржаной.

— Интересные умозаключения, — сказал Никита. — Впервые слышу.

Бабушка покивала головой.

— Народная мудрость, сынок, раньше люди тоже умные были, не такие грамотные, как вы сейчас, но добрые, человечные.

Они побыли не так долго у нас. Филиппок закапризничал, не нравится ему что-то. Так, посидели, поговорили, тёть Люба сказала, Варя здесь в школу пойдёт, завтра документы отнесу, заявление напишу, и пусть учится.

***

Так и стала я учиться в поселковой школе, школа, надо сказать, хорошая. Учеников много. Разные кружки, я на танцы ходила и училась хорошо. На олимпиады ездила в Питер, и по информатике, и по математике, и всегда призовые места занимала.

Но о школьном периоде особо сказать нечего. Училась как все, за бабушкой смотрела. Бывало, и сама простывала. Тогда уже бабушка от меня не отходила, отпаивала чаем с лимоном и малиновым вареньем.

Жили мы дружно, никогда не ссорились. Тёть Люба с дядь Сашей каждый год за границу на курорты ездили. Меня постоянно хотели с собой взять, а я не хотела, ну не могла я оставить бабушку.

Много позже бабушка мне рассказала о родителях моих, вернее, я спросила: есть ли у папы родственники? Бабушка сказала, что папа детдомовский, когда исполнилось ему восемнадцать лет, выпустился из детдома, из московского, кстати. Ему квартирку какую-то дали.

Он учился в институте вместе с мамой моей, там у них и любовь случилась. Поженились, институт окончили, и тогда решили бизнесом заняться. Друг предложил, будь он неладен, а на это деньги нужны. Тогда отец продал квартиру, сами у меня жили, так отец твой с другом открыли фирму. Чем они, дочка, занимались, не знаю, но дела пошли в гору.

— Папа твой умный был и Егоров, партнёр его, тоже, прибыль хорошая стала у них. Отец стал дом строить, только жить не пришлось. Ещё и в Москве квартиру купить собирались, не получилось ничего, Варя. — Вздохнула бабушка.

— После той трагедии мне не до чего было, а Егоров всё к рукам прибрал. Бог, ему судья. Сашка, хотел было, в суд подать на него, это я так поняла, дядь Саша. Да он, Егоров то, сказал не лезь не в свои дела. А то пожалеешь, у него тесть, шишка какая то, важная в Москве. Ну так вот этот Егоров и сказал Сашке: ты, вообще никто. Не наследник, в, общем, осталась ты без наследства. Всё, этому Артуру, достанется.

Я улыбнулась, сейчас вспоминаю, как Артур доставал меня, смешно самой. А тогда, в детстве, не до смеха было. Бабушка, глядя на меня, тоже улыбнулась.

— Уж теперь женился, наверное, он старше тебя, Варь. — Предположила бабушка.

Может, и женился, он симпатичный мальчишка был, это я сейчас понимаю, тогда не смотрела.

— Ну и хорошо, если женился. Поумнел, значит. — Мы снова засмеялись.

— Ты давай учись, Варь, профессию хорошую получишь, будешь не хуже всех.

Выучусь обязательно на юриста и отсужу свою долю у Артура. Я ему, вредине, за всё отомщу.

— Я хочу в МГУ поступить и учиться на юриста.

Бабушка присела, минут пять молчала. Да, я уже заканчивала одиннадцатый класс, и твёрдо решила учиться в Москве.

На семейном совете моё желание одобрили, Никита тоже МГУ окончил, факультет бизнеса.

— Молодец, Варька, выучишься на юриста и ко мне на фирму работать. Мне надёжные люди нужны, мы тебя ещё по льготе на бюджетное устроим. Ты у нас кто? Сирота, вот и будешь бесплатно учиться. — Удивил меня брат.

— А так можно? — спросила я, вот не знала.

Я и так почти отлично училась, иногда были четвёрки, но редко.

— Конечно можно, Варя, — сказала тётя Люба. — Там и квартира у нас есть, малосемейка, но тебе хватит, так что всё сделаем.

— Я бабушку с собой возьму. Как я там без неё буду?

— Э, нет, Варь, я не могу, старая стала, здесь доживать буду, ты за меня не беспокойся, девочка, езжай, учись. — Заплакала бабушка, я тоже заплакала.

— Ты целыми днями на учёбе будешь, Варя, куда тебе, не справишься, пусть у нас живёт, а ты же приезжать будешь к нам. — Тётя Люба тоже вытирала глаза.

Я духом упала, ну как я там без бабушки?

— Варь, я тут иногда во двор выхожу, а там? Какой этаж? — поинтересовалась она.

— Четвёртый. — сказала тёть Люба. — И лифта нет.

— Вот видишь? Куда мне, ладно, ты теперь сама большая, учись одна жить. — Вздохнула бабушка.

Я смирилась, пора, самой девятнадцатый год идёт. Надо, как то, привыкать жить без бабушки.

Время шло, ЕГЭ позади, аттестат на руках. В нём одни пятёрки, бабушка посмотрела аттестат и заплакала.

— Мама твоя так же училась. Люда умная была.

— Бабушка, не плачь, всё же хорошо... — Я и сама не сдержала слёзы.

— Приедешь в Москву, съезди в деревню, на кладбище сходи, проведай родителей.

— Обязательно, бабушка, как же я про это забуду, и так девять лет не была.

Когда мы уезжали из деревни, тёть Люба человека наняла, заплатила ему, чтобы он ухаживал за могилами родителей, дедушки. И бабушкиных родителей. Каждый год тому человеку деньги привозила. Тёть Люба каждый год ездила проведать сестру с зятем, меня не брали с собой, далеко ехать, Варя, а ты слабенькая. Так она говорила, с бабушкой оставайся, вырастешь, сама съездишь.

Вот я и выросла. Теперь вообще всё сама делать буду.

Собрала свои вещи, собрали все документы необходимые, и Никита повёз меня в Москву. Устраивать на учёбу.

Вся процедура заняла немного времени, не буду вдаваться в подробности, в общем, сейчас я являюсь студенткой первого курса МГУ, юридического факультета. Решила стать юрисконсультом.

Никита собрался уезжать, а я осталась здесь, привыкнуть немного, и надо в деревню съездить, на кладбище сходить. Интересно, где девчата учатся? Подружки мои Оля и Маша?

Перед отъездом брат прочитал мне лекцию, как вести себя, если, говорит, на посвящение пойдёшь, ни в коем случае там не ешь и не пей ничего. Иначе подсыпят гадости и, в общем, не маленькая, сама понимаешь, и вообще, ни на каких вечеринках ничего не употребляй, даже сок не пей. И, больше скажу, воды из-под крана опасайся.