bannerbanner
Преимущество мечты
Преимущество мечтыполная версия

Полная версия

Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
5 из 14

Сумасшествие не обошло и Еву, хотя она с этим крайне не согласна. Возможно, все дело не столько в ее возрасте, сколько в ее даре. Она видит не только будущее, но и настоящее, и даже прошлое. Никто не понимает как она их различает. Скорее всего, именно из-за этого она стала такой. Анархичной. Беспардонной. Но все же осталась при этом собой. Мягкой, яркой, светлой. Как бы Лилит не хотелось это признавать, но Ева была украшением этого мира.

Ее мобильник завибрировал, извещая девушку о том, что на ее телефон поступило новое сообщение от абонента "Ева":

«По плану в школе будут только специальные преподаватели, несколько Братьев и те «сверхъестественные» и не очень существа, которых я посчитаю пригласить. Мы должны победить, куколка! Посторонние нам ни к чему!».

Неодобрительно покачав головой, Лилит послала ответ:

«Кто-нибудь и когда-нибудь тебя убьет, Оракул. И я хочу это видеть из первого ряда!».

Спустя пару секунд пришла еще одна SMS от анархичной волчицы, которая почему-то заставила Лили улыбнуться:

«Мечтай, дорогуша! PS: Потайные комнаты этого замка, за исключением Ваших спален за кабинетом пока не трогайте. Я поиграю с ними самостоятельно».


Глава 13


– Кажется, у нас гости, – улыбнулся Нейтон, провожая взглядом парочку, которая только что вошла в кабинет.

Первой к столу подошла девушка. Ее черные, определенно не от природы, волосы были забраны в «конский хвост» и едва доставали до плеч, а карие, цвета молочного шоколада, глаза были спокойны и сосредоточены. Девушка была одета во все черное, но макияж почти отсутствовал. Футболка, кофта, джинсы и сапоги без каблуков – вот во что было надето на этой девушке. Агрессивно, но в меру.

– Привет, дорогая, – улыбнулся ее спутник, тоже присоединяясь к месту у стола.

Черные, в данном случае не крашеные, волосы и карамельные глаза, в которых играют искры лукавства, черты лица плавные, а фигуру если и нельзя назвать «атлетичной», то «в меру подтянутой» очень даже. Незнакомец был одет в черный костюм, белоснежную рубашку и черные, идеально начищенные, туфли.

И этот «незнакомец» был более чем знаком Лили. Много веков назад он стал одним из первых демонов Ада, которые сейчас носят звание «Рыцари Ада».

Что с ним случилось? Почему этот жестокий демон так влюблено смотрит на смертную?

– Дориан! – взмолилась девушка, посылая в него уничтожающий взгляд.

– Все хорошо, малышка! – улыбнулся он, подмигнув своей спутнице. – Тебя я люблю больше.

В тот момент, когда их глаза встретились, Лилит поняла, что между ними не просто дружба, а что-то гораздо большее. То, как он смотрел ей в глаза, а она отвечала, нельзя было назвать одним словом «любовь». Здесь определенно постаралась Судьба. Человек и демон. Интересно.

Нейтон, встав из-за стола, подошел к парочке, прервав их зрительный баттл, и пожал руку парню:

– Здравствуй, Дориан.

– Меня зовут Ким.

Девушку нельзя было назвать высокомерной или самодовольной, но держалась она довольно уверенно в себе. Ее взгляд был спокойным и изучающим, а движения мягкими и плавными. Эта девушка определенно не волновалась, сидя перед знаменитыми директорами «Черной Орхидеи».

– Кимберли, – поправил ее Дориан.

– Заткнись, – парировала она.

Видимо эта девушка, как и Лили, не очень любила свое полное имя. Для Лит оно было символом ее прошлого, напоминанием, а чем оно было для Ким?

Внезапно дверь в кабинет открылась, и в комнату вошел незнакомец. Темно-каштановые волосы, шоколадные глаза, тонкие губы, мягкие, но мужественные черты лица, высокая, подтянутая фигура, плавные движения. В его карих глазах, помимо удивления, был холод, от которого Лили незаметно содрогнулась. Эти глаза должны были быть теплыми и мягкими, но не были. Пустота. Лед.

– Здравствуйте.

Его голос был твердым, как камень, и холодным, как лед.

– Что вас привело в нашу школу? – спросил Нейтон.

Не дав Дориану первому ответить на вопрос, Ким быстро произнесла:

– Мне рассказала о ней одна девушка.

– Эту девушку, случайно, зовут не Ева? – насмешливо спросил Нейтон, не ожидая утвердительного ответа от девушки. Но он его получил.

– Верно, – кивнула она. – Вы ее знаете?

Громко засмеявшись, он ответил:

– О, да.

Когда смех брата и сестры в комнате стих, кабинет наполнился тягучей, напряженной тишиной. Не зря Лили никогда ее не любила. Тишина таит в себе множество секретов и пугает своей неопределенностью.

– После ремонта в школе появятся множество комнат для гостей, поэтому у каждого из вас, если вы решите здесь остаться, будет своя комната.

– Мы будем рады помочь вам в ремонте, – предложила Кимберли.

– Говори за себя, – буркнул Дориан, скрестив руки на груди. Он до сих пор стоял за своей девушкой, словно вот-вот готов броситься на любого, кто подойдет к ней более чем на два метра.

Улыбнувшись своим догадкам, Лили мягко ответила:

– Нет необходимости, Ким. Но если нам понадобится помощь, будь уверена, мы тебя позовем.

С утра в «Черную Орхидею» прибыло около двухсот пятидесяти рабочих, и ремонт уже начался на всех этажах замка и «рук» у них более чем предостаточно. Приблизительно через полтора месяца школа уже будет готова к встрече ведьм со всего мира.

Лили, несколько месяцев обдумывая ремонт замка, пришла к выводу, что он будет условно разделен на четыре корпуса. Первый: учебный. В нем будут располагаться классы. Второй: общежитие для учеников, где помимо множества комнат будут располагаться: общая гостиная, две кухни (одна только для учеников, если они захотят есть в нешкольное время; а другая исключительно для поваров) и столовая. Третий: комнаты для учителей и гостей школы. Четвертый: специальные залы для особых секций и лаборатории. Помимо этого школа будет оснащена видеонаблюдением (коридоры, лаборатории, спортивные залы и территория вне замка) – «компьютерный гений» был уже найден и приглашен – и подземной парковкой. На все это требуются огромные деньги, но результат того стоит.

– Я буду рада, – кивнула Кимберли и встала, чтобы покинуть кабинет.

– Сумасшедшая, – буркнул Дориан.

Демоны. Они по своей природе не любят работать.

– Нейтон, покажи им их временные комнаты.

– Хорошо, – кивнул Нейтониил, вставая из-за стола и направляясь в сторону двери. – Прошу за мной.

Глава 14


– Эту вечеринку устроила моя подруга, – сказала Ева, когда она и Хоуп подъехали к огромному двухэтажному дому за городом. – Пусть она и ведьма, то есть почти человек, это не мешает ей выигрывать меня в «твистер».

– Люди, в некоторых случаях, бывают довольно талантливы, – подтвердила Хоуп, выходя их красного кабриолета. Эта девушка знает что такое «шик».

– Как высокомерно, Хоуп! Для той, кто всю жизнь считал себя человеком, ты слишком быстро переметнулась.

– «Считал» себя человеком? Что это значит?

Ева молча усмехнулась (она не собиралась отвечать), переводя взгляд на дом.

И на это определенно стоило посмотреть. Дом был просто огромен: трехэтажный из белого кирпича, с колоннами и множеством клумб, украшенными разнообразными цветами. А несколько инсталляций перед крыльцом, так же как и весь особняк – шедевры архитектурного искусства. Каждая деталь здесь была на нужном месте, создавая поистине прекрасную картину и довершая образ жилища обеспеченной семьи. Здесь определенно трудился не один человек, а целый штаб прислуги.

Но вечеринка проходила не в самом здании, так как свет в окнах не грел совсем. Но по выкрикам веселья Хоуп поняла, что они попали именно туда, куда и собирались.

– Вечеринка на заднем дворе, – сказала Ева, направляясь к небольшому проходу в живой изгороди.

Когда Хоуп и Ева, пройдя мимо воистину огромного дома, который со стороны улицы кажется не настолько большим, насколько является на самом деле, они оказались у бассейна. Вечеринка была в самом разгаре. Громкая клубная музыка, полураздетые парни и девушки, большинство из которых разгуливали в бикини, выпивка, закуски и светомузыка. В Лас-Вегасе действительно умеют развлекаться!

Но не успели они вступить в связи, исключительно социальные, с местными, как за спинами девушек раздался мелодичный мужской, в чем-то даже немного мальчишеский, голос:

– Вы Ева, не так ли?

Девушки быстро развернулись, напряженные до предела.

Грусть. Это первое слово, которое приходит в голову, когда смотришь на этого парня примерно двадцати лет. Светло-каштановые, слегка отдающие золотом, волосы, серые глаза, которые почему-то показались Хоуп знакомыми, мягкие черты лица. Но в каждом его взгляде, в каждом движении его подтянутого, как у оборотня, тела сквозила печаль. Парень как будто не спал несколько дней и нуждался в долгом расслабляющем отдыхе. Но это не влияло на впечатление, которое он производил на окружающих. Теплота, открытость, нежность… Все это было ему присуще. Мужчина мечты для многих девушек, но сейчас он был слишком разбит, для того чтобы привлекать к своей персоне всеобщее внимание.

– Единственная и неповторимая, Джейк! – улыбнулась Ева, подмигивая незнакомцу.

Он слабо улыбнулся, но эта улыбка совсем не тронула его глаз.

– Я ищу своего брата…

Боль. За каждым словом этого парня пряталась невероятно сильная мука, от которой у Хоуп непроизвольно наворачивались слезы на глаза. Хотя она никогда не плакала на людях. Не позволяла себе этого.

Когда ее силы проявились по-настоящему, Хоуп, похоже, стала более чувствительна к чужим страданиям и радостям. Как будто эмоции других частично становятся ее собственными.

– Кристиана, – перебила его Ева.

Кристиана? Какова вероятность, что это два разных человека? Похоже, нулю.

Вот почему Хоуп показались знакомыми его глаза. Они были такие же, как и у Кристиана, только в них была боль и… теплота.

– Вы его знаете?

– Лично, нет, – ответила Ева, – но я знаю где он и что ты его найдешь.

– Не могли бы вы дать мне подсказку? – попросил Джейк, с надеждой глядя на Оракула.

– Он вскоре будет в школе.

– В какой?

Его глаза загорелись золотом. Стали другими. Дикими. Живыми.

– В очень древней, львенок, – улыбнулась Ева, потрепав волосы парня, словно почесала его за ухом. Значит, он определенно оборотень.

– А точнее…? – спросил он.

– А точнее не скажу.

Джейк сделал шаг назад и, с печалью во взгляде, слабо улыбнулся:

– Почему вы дозируете информацию?

– Я – Оракул, – пожала плечами девушка. – Мы поступаем только так.

Хоуп обратилась к своей новой знакомой:

– Скажи ему, Ева. Пожалуйста.

Волчица закатила глаза.

– Я найду тебя позже, Джейк. Какая ты скучная, Хоуп! – фыркнула Оракул, скрестив руки на груди. Затем, резко оглянувшись, побежала в сторону барной стойки.

– Спасибо, – улыбнулся Джейк, и впервые улыбка затронула его глаза.

Его радость была яркой, искренней… настоящей. Только ради этой улыбки стоило попытаться помочь этому оборотню.

– Не за что, – улыбнулась Хоуп, наблюдая за тем, как парень исчезает в зарослях живой изгороди. Походка мягкая, в меру уверенная и невообразимо плавная. Возможно, он еще не лев, но уже далеко не львенок, как сказала Ева. Его глаза. Он пережил слишком много боли за свою жизнь.

Хоуп медленно подошла к Еве и присев рядом с ней на барный стул спросила:

– А почему вы дозируете информацию?

– Наши слова, слова Оракулов, – уточнила она, будто Хоуп могла не понять ее, – способны изменить порядок вещей. Мы те, кто все знает о том, что только должно произойти, но еще не произошло, и говорить об этом не имеем права. Все очень запутано.

– У вас что-то типа аллергии на полные ответы?

– Верно.

Кивнув, Ева перевела взгляд на кого-то в толпе позади Хоуп и громко закричала:

– Кабирия! Я приехала!

Хоуп обернулась и тут же заметила девушку, к которой обращалась ее новая знакомая. Волнистые медные волосы незнакомки были распущены и почти доставали до поясницы, а их шелковистость была видна даже на расстоянии. Фиалковые глаза были безрассудны и сосредоточены одновременно, тонкие губы нежно-розового цвета изогнуты в легкой ухмылке, а миловидное лицо с правильными чертами выдавали в ней воспитанную и в меру мягкую натуру. Девушка была одета в то, что называют «маленьким черным платьем», а на ее ногах красовались туфли на очень высоких каблуках.

Ее было трудно не заметить. Аристократичность, мягкость, спокойствие – три добродетели девушки из богатой семьи. «Воспитание превыше всего», – вот что вбивают таким с самого детства. Но Кабирия отличалась от себе подобных. Во взгляде ее глаз был тайный и свободолюбивый огонь. Эта девушка была довольно мягка и покорна по своей сути, но тоже умела быть упрямой, когда это необходимо. Но самое главное – она умела наслаждаться жизнью. По-настоящему, полностью, без остатка. Ее ничего не могло удержать, если она чего-то хотела.

– И не одна, – улыбнулась Кабирия, подойдя к барной стойке. От девушки веяло ландышами и… огнем. Не костром и жженым деревом, а Хоуп, почти на физическом уровне ощущала запах огня на ее коже. Запах Силы. Аромат Свободы.

– Я заметила, – засмеялась Ева и взяла из рук бармена какой-то коктейль кислотно-зеленого цвета. – Это Хоуп. Она тебе понравится.

Девушка кивнула в сторону парня за стойкой, молчаливо делая заказ, а затем перевела свой взгляд на Хоуп. Ее глаза сверкнули заинтересованностью.

– Не сомневаюсь, – сказала она, прежде чем протянуть руку для рукопожатия. – Я – Кабирия.

– Хоуп, – улыбнувшись, ответила девушка, слегка сжав горячую руку ведьмы.

Удивленно приподняв бровь, Кабирия спросила:

– Так ты русская?

– Да.

– А так и не скажешь, не правда ли? – усмехнулась Ева, делая очередной глоток из своего стакана. Хоуп чувствовала какую-то тайну, которую эта девушка хранит. Хотя, может дело в том, что она хранила множество тайн?

Каково это, когда твоя голова полна чужих секретов, чужих историй, чужих мыслей? Когда жизнь уже больше не принадлежит тебе?

– Я несколько лет жила в Лондоне, – пожала плечами Хоуп, добродушно улыбаясь. – Училась в Лондонском Университете.

Кабирия мягко улыбнулась.

Хоуп понравилась ведьма. В ней не было ничего надменного или высокомерного. Даже и не скажешь, что она дочь богатых родителей и априори должна быть избалованной «Барби», мечтать о «Кене» и о розовом доме с белым деревянным заборчиком.

– И какая же у тебя специальность? – спросила ведьма, забирая с барной стойки бокал с шампанским и делая глоток.

– Я – хирург.

Однако их разговор с ведьмой прервался, когда ее окликнул какой-то приторно-сладкий голосок из толпы девушек, купающихся в бассейне.

– Кабирия! – кричала блондинка в кислотно-розовом бикини.

– Прошу меня извинить.

Девушка поставила бокал на стойку и отправилась к бассейну, по дороге сняв платье и туфли. При этом Кабирия осталась в темно-алом купальнике. Хоуп заметила на ее плече татуировку и, приглядевшись, разглядела, что это надпись: «Jast keep living». Кажется, эта девушка не так проста.

Кабирия что-то сказала одному из парней, а затем оттолкнулась от бортика и плавно, словно дельфин, нырнула в воду.

Хоуп вновь повернулась к Еве, которая уже допивала свой коктейль и бесстыдно заигрывала с молодым барменом. Мысли о Кабирии улетучились, когда Хоуп подумала о их разнице в возрасте.

– Сколько тебе лет? – спросила Хоуп.

– Много, – уклончиво ответила девушка.

– Конкретнее.

– Более двух тысяч. Я сбилась со счета…

Две тысячи лет? Как она вообще способна связывать слова в предложения после стольких лет жизни? Такое количество информации, что она получила, должно было давно погубить ее сознание.

– Diluvii testes, – прошептала Хоуп. – Ты одна из первых оборотней, не так ли?

– Ты знаешь латынь? – удивилась Ева, покровительственно улыбаясь. – Ах, да. Врач. Если я скажу «да», то ты перестанешь задавать мне вопросы?

Склонив голову на бок, Хоуп уклончиво ответила:

– Очень может быть…

– Тогда, «да»!

Девушка огляделась. Вечеринка была в самом разгаре и вряд ли собиралась заканчиваться в ближайшее время.

– Мы приехали из аэропорта прямо сюда. Где мы будем ночевать?

– Здесь, конечно. Хотя я не собираюсь спать. Тут же так весело!

– И надолго мы в Вегасе?

– Кто знает? – пожала плечами Ева.

– Ева, я хочу скорее вернутся в Лондон. Чем быстрее мы со всем разберемся, тем быстрее я вернусь.

Оракул нервно засмеялась. Она опять что-то скрывала.

– Поговорим завтра, – сказала Ева, уставая со студа и направляясь к бассейну. – Я хочу танцевать.


Глава 15


Хоуп сидела в гостиной дома, за пределами которой даже спустя четыре часа, до сих пор шумела вечеринка. Внутри дом был так же красив, как и снаружи. Дорогая мебель, подлинники картин знаменитых художников, все по последнему слову техники. Но, в отличие от дома Маркуса, он не выглядел как музей, не смотря на то, что богатств там было не меньше. Фотографии, детские рисунки, мягкие подушки на мебели, скатерти на столах… Все вокруг выглядело по-домашнему уютно и красиво.

– Почему ты не снаружи? – раздался у входа голос Кабирии. Девушка вошла в гостиную и села на диван напротив Хоуп.

Ее волосы были мокрыми. Видимо, после бассейна. Девушка улыбалась, хотя ее глаза были уставшими.

– Могу задать тебе тот же вопрос.

Кабирия усмехнулась:

– Я устала и, кажется, выпила лишнего.

– Это бывает.

– Но больше я прячусь от Евы.

Хоуп ее понимала. Она сама уже час как сбежала с вечеринки, где Ева приставала ко всем мужикам без разбора и заигрывала с ними.

– Не удивительно. Что она от тебя хочет?

– Чтобы я поехала с ней в школу ведьм.

– Но ты не хочешь? – нахмурилась Хоуп. Если бы у нее был выбор, то, наверно, несколько лет назад она поехала бы в эту школу. Но она не ведьма. Ее обратили в какого-то вампира, и теперь ей предстояло всю жизнь сосать кровь. Да и обратили вообще?

Почему ее до сих пор никто не напоил кровью? Гидеон сказал, что без этого она умрет.

– Нет. Я отказалась.

– Можно спросить: почему?

– Потому что я не вижу в этом смысла, – пожала плечами Кабирия. У нее было все так просто. Она делала то, что хотела. Хоуп хотела бы поступать так же.

– Но если Ева говорит…

Но Хоуп не успела договорить, так как ее перебила Кабирия:

– Она всегда говорит. Разве нет? А уж стоит ли ее слушать – твой выбор.

– Мне кажется, все будет так, как она хочет, – усмехнулась Хоуп.

– Возможно. Но я, пожалуй, поступлю так, как хочу я. А что сделаешь ты?

Хоуп покачал головой:

– Я не знаю что я должна делать. Я просто ищу ответы на свои вопросы.

– Все мы их ищем. Но ты уверена, что найдешь их с Евой?

– Не уверена. Но я могу попытаться. Разве нет?

– Конечно, можешь. Но запомни: иди тем путем, каким хочешь ты. Ева может тебе помочь в этом, а может и помешать.

Девушка была очень умна. Хоуп подумывала воспользоваться ее советом.

– Спасибо, Кабирия.

– Всегда пожалуйста, – сказала девушка, вставая с дивана. – Хочешь я покажу тебе комнату, в которой ты можешь поспать? Утро уже совсем скоро.

– Да, конечно. Еще раз спасибо.


***

Лил шла в направлении своего кабинета. Сегодня ей предстоял ещё один день среди огромного количества бумаг, оставшихся после предыдущей директрисы. Ее ужасно достала эта рутинная работа, но ничего не попишешь. Она, как директор, должна этим заниматься.

– Лилит!? – раздался недоверчивый голос Дориана ещё до того, как он появился в коридоре. Она ждала того момента когда он узнает об ее истинной природе и поежилась от своего имени. Полного имени.

Девушка остановилась и с мягкой улыбкой на лице сказала:

– Здравствуй, Вельзевул. Как же долго ты не мог узнать меня…

Демон подошёл к своей наставнице. Он, как всегда, был обворожительным и притягательным. Этот парень стал демоном спустя несколько веков после Лилит. Да-да, она была демоном, в прошлом. Много веков назад.. И она до сих пор была демоном, первым детищем Люцефера. Первой соблазненной душой. Нейтониил был рядом почти все это время и сдерживал ее, как мог. Но этого было мало. Она убивала, мучила и пытала. Она была самым жестоким демоном, какого только видел свет.

Но потом в ее жизни появилась Элисандра. Она дала ей шанс. Дала выход. И вот теперь Лилит, искупив свои грехи, находится здесь, в этом замке, в попытке остановить того, кто ее породил.

Вельзевул был одним из лучших ее учеников. Он не любил проводить пытки над людьми, но вот усмирение демонов – это его конек.

– Ты не хуже меня знаешь, что у стен есть уши, – прошептал он, склонившись к уху Лилит. – И какими силами обладает имя.

Да. Имя демона действительно обладает огромной властью. Человек, который знает истинное имя демона, способен сделать темного своей шестеркой с помощью одного простенького заклинания. Именно поэтому демоны не распространяются на эту тему.

– Могла бы и не шифроваться. Можешь попытаться изменить все, что угодно, но глаза… Их ты точно никуда не денешь.

Демонесса улыбнулась. Не смотря на свою довольно вспыльчивую и экспрессивную сущность, Вельзевул был очень осторожным парнем. Он всегда был больше дипломатом, нежели драчуном. Этот парень способен даже морально распотрошить демона. А это очень сложно, так как большинство из них настолько загрязнили свою душу, что перестали чувствовать. Вообще.

– Не беспокойся, Дориан. В этой части здания никого нет.

Дориан улыбнулся и сел на один из пыльных подоконников, совершенно не заботясь о чистоте своей дорогой одежды. Все такой же небрежный.

– Где ты пропадала последнее тысячелетие? – спросил он, скрестив руки на груди. – Демоны вышли из под контроля без тебя.

Лилит усмехнулась:

– Ты их усмирил?

– Конечно, не зря меня называют владыкой Демонов и Тьмы, – самодовольно отозвался он, соблазнительно улыбнувшись. Этот парень всегда был харизматичным. Девушки отдавались ему пачками. В роли инкуба этот парень бы преуспел.

– Называют? – демонесса насмешливо выгнула бровь. – Ты им и являешься.

– Ой, не льсти мне!

Лилит засмеялась. Как же она скучала по этому демону!

– Мне помог Питон, – уже более серьезно сказал он.

Ох, Питон. Этот демон всегда казался Лилит немного странным. Он не любил пыток и рукоприкладств, всегда молчаливо оставался в стороне. Но, если Лилит нуждалась в помощи, то обязательно помогал.

– Прорицатель? – спросила Лил, склонив голову на бок. – Этот демон один из моих самых любимых.

Вельзевул сузил глаза, самодовольно улыбнувшись:

– А как же я?

Лилит громко засмеялась.

– Ты выше всех похвал.

– Да, я такой! Но не уходи от ответа, дорогуша! Что ты тут делаешь?

– Элисандра доверила мне одно задание, и я его выполняю.

Дориан замер. Его глаза блеснули недоверием и ошеломленностью. Будто его только что огрели сковородкой. Это заставило Лилит улыбнуться.

– Подожди–подожди… Элисандра? За какие такие заслуги?

Лили опустила взгляд на каменный пол. Улыбка безвозвратно покинула ее лицо. Она не любила вспоминать.

– Последнее тысячелетие я очищала свою душу от тьмы.

Вельзевул, как всегда, понял ее без слов и не стал настаивать на подробностях. Вместо этого он едко улыбнулся и фыркнул:

– Так ты теперь ангелок?

– Нет, в некотором роде я осталась демоном. Первым демоном, – уточнила Лит на тот случай, если парень решит проверить ее могущество. Это он мог как никто другой.

– Ну, уж этого я никак не забуду. Я скучал по твоему чувству юмора, дорогуша!

Дориан заключил Лилит в кольцо собственных объятий. И, не смотря на множество плохих воспоминаний, которые их связывали, девушка чувствовала себя здесь как дома.

– А я скучала по тебе, мой дорогой! – абсолютно честно отозвалась она.


***

Хоуп встала рано и спустилась на кухню. Кабирия и Ева уже встали и, сидя за барной стойкой, попивали утренний кофе, прекрасный запах которого витал по всему дому.

– Я, пожалуй, оставлю вас, – сказала Кабирия, поставив пустую чашку на стойку, и направилась к выходу. – Я должна встретить уборщиков.

Кабирия подмигнула Хоуп и вышла из дома. Видимо, по лицу Хоуп было понятно что она хочет сделать.

– Ева, моя мать здесь? В Вегасе?

– Нет, конечно, – покачала головой Оракул. Она даже не взглянула на Хоуп с тех пор, как девушка вошла на кухню. И это раздражало не меньше, чем бесцельное нахождение в Вегасе.

– Тогда что мы здесь делаем?!

– Я должна быть здесь.

Ее тон был безапелляционным. Она определенно верила в то, что говорила.

– Но не я, – покачала головой Хоуп. Она и не хотела быть здесь. Вегас, конечно, веселый город, но она приехала сюда не веселиться.

На страницу:
5 из 14