Грани тьмы

Лана Кермель

Грани тьмы

Посвящается:

Любимому мужу.

Тому, кто поддерживает меня каждую секунду.

Отвечает на сотни дурных вопросов о мужчинах,

Верит в меня больше, чем я сама.

Пролог

Музыка для атмосферы: «Drowning» by Radio Company

Чадэна,

центральное кольцо столицы империи Эльмион

Слишком мерзкая погода для начала осени. Все горожане ёжились от влажности и спешили согреться в помещении – разбегались по кафе, по уютным квартирам и грели руки о кружки с горячим вином.

Небо заволокла низкая хмарь, туман медленно опустился на столицу и густо окутал многочисленные башни. Их свет превратился в призрачное сияние. Еще ранний вечер, но темень непроглядная. Фонари центрального парка загадочно подсвечивали мир, но даже их магия была не в силах развеять мрак. Город приглушил шум, притих в полудрёме.

Звуки искажались, но чуткий слух мог бы уловить эхо, оно выбивалось из естественного шороха капель и листвы. Это концерт на Арене «Империя», где группа бардов облекает жутковатые сказки в песни, под тяжёлую музыку и световые иллюзии. Они хорошо подходят этому вечеру.

Недавно Транспортная Управа1 подписала распоряжение закрыть воздушные трассы во избежание аварий. Никакая маг-навигация не справлялась с настырным погодным явлением. Поэтому в небе не светились привычные росчерки разметки – это усугубляло иллюзию, будто город замер.

Дориан Эйкен смерил хмурым взглядом парк и сплюнул на влажную дорожку. Досадливо скривился – не стоило оставлять здесь собственное ДНК. Мужчина поднял воротник пальто и снова взглянул под ноги. Дизайнерские остроносые сапоги облепило опавшей листвой вперемешку с грязью. Увы, убийцы редко бросают жертв на расчищенной дорожке – пришлось месить мягкую и тщательно удобренную почву.

Ко всему, Дориану пришлось добираться на место преступления общественным транспортом. Будто мало для паскудного настроения найденного трупа с явными признаками выжигания магического источника! А тут еще подземные поезда, переполненные из-за решения чиновников. И толпа народу! Таким образом, один из ведущих следователей столицы пребывал в отвратительном расположении духа, выйдя со станции Транзитума2.

– Демоны бы побрали министра транспорта с его запретом на телепорты в границе первых двух колец! – донеслись до слуха знакомые ругательства, – Уррроды! Какого гнилого хрена император подписал этот хаосов указ?!

Далее последовала тирада на отборном элдрасси3. Правая рука следователя – детектив Рэй – проходил через оцепление. А потом втискивался в санационную камеру, чтобы убрать ошметки отработанной магии и собранный по дороге энергетический мусор. Нехорошо на место преступления это нести.

Нет, ну умеют некоторые ругаться! Врождённый талант, помноженный на годы жизни на окраине – не иначе! Дориан усмехнулся особенно удачной конструкции, позаимствованной у яркой лингвистики дроу. Мысленно согласился с мнением друга. Министру Игнатусу следовало подумать и разрешить индивидуальную телепортацию всем специальным службам. Стоит упомянуть этот нюанс при следующем визите во дворец. Нечего потакать зажравшимся чиновникам! У них и без мзды за специальные пропуски дохода хватает.

Отвлечённые мысли быстро покинули голову мужчины, когда снова взглянул на распростёртое тело поодаль. Его команда сразу принялась за работу, и активно исследовала окрестности: скан магического фона и фиксация любых возможных следов. В эфире, в пространстве, воздухе. Интуитивно Дориан догадывался, что результаты не будут информативными. От этих подозрений, становился только мрачнее. Чутье подсказывало что произошло на самом деле. Неужели началось то, чего опасался долгих десять лет? С тех пор, как получил в своё (не официальное) распоряжение Особую службу расследований. Эйкен жил в напряженном ожидании – как охотничий пес водит носом и втягивает воздух, готовый сорваться и мчаться по следу.

– Судя по твоему лицу, помер как минимум крупный клирик, как максимум – любимый попугайчик его величества, – Рэйден встал рядом и коротко окинул взглядом профиль начальства.

Шутку произнёс без тени улыбки, он прекрасно понял – произошло нечто серьёзное. Не склонный к панике и сантиментам, Дориан не может выглядеть настолько мрачно и… торжественно.

Он стоял под сенью высокого трёхсотлетнего феандура4, мелкие фиолетовые листья дерева периодически планировали вниз в безветренном пространстве. И придавали театральности сцене – красивый уставший мужчина размышляет о жизни, смерти и давней незаживающей ране…

– Началось, Андо. Жнецы вышли из тени, – следователь достал портсигар, выудил темно-вишнёвую сигарету и подкурил от вспыхнувшего на пальце огонька.

Подчинённые знали: его магический дар невелик, не заинтересовал магические школы. Но Дориан с природной скрупулёзностью использовал любой ресурс на максимум, развив крохи таланта до упора, чем и снискал уважение. «Зажигалка теперь не нужна» – часто шутил, хотя все справедливо подозревали, что в рукаве есть более существенные козыри. Разве дорогие артефакты не козырные?

– Уверен? – негромко уточнил Рэй и наткнулся на колючий взгляд жёлтых глаз. Повисла пауза, которую нарушала отдалённая суета работающих экспертов. Ни одного вопроса больше не сорвалось с языка детектива – он знал о чем речь.

Много лет Дориан готовился к этому, но сейчас оказался застигнутым врасплох. Похоже, подтвердились худшие опасения. И он был удовлетворён – не зря ждал. Тенью рядом стояло еще и обеспокойство, если не страх. За одно только мысленное предположение о последнем, Эйкен вполне мог набить морду. Совсем по-свойски, и не скажешь что аристократ.

– Пресса не узнает?

– Делаем все, что можем, – выдохнул густой дым, скривился, словно разом заболело все тело. Не удивительно – Дориан искренне ненавидит журналистов всех мастей. Начиная от пресс-службы императора и заканчивая папарацци, – не думаю, что удастся долго утаить. Не после последних прорывов Завесы. Спасибо Дани – пока справляется с наплывом.

– Да уж, сочувствую любителям горячих новостей. Нашей Дани палец в рот не клади… И все остальное тоже не клади, – последнее Рэй проворчал тише, но друг услышал и ехидно фыркнул. Всем офисом наблюдали безуспешные попытки Андо обворожить штатного координатора.

– Идём, тебе надо взглянуть… – мгновенно вернулся к делу Эйкен.

И сбил пепел под ноги. Он даже не собирался соблюдать правила и заботиться о неприкосновенности места преступления. Эта привычка бесит всех, но до сих пор Дориан ни разу не допустил ошибки, которая испортила бы дело.

Тело было брошено среди каменной композиции, символизирующей единение всей Паутины Миров или Реальностей – как модно их называть в научных кругах. Спираль из нескольких рукавов составлена из разнокалиберных булыжников. Разернулась на два десятка метров в диаметре и была любимым местом сбора местных бесприютных. Размеры камней варьировались от кулака взрослого мужчины до трёх метров. Идеальная симметрия каменного сада сохранялась с помощью магии и особого плотного минерала. Дориан уверенно провёл помощника к нужному рукаву композиции, плавный изгиб повернул налево и…

Рэйден предполагал что увидит, но желудок все равно свернулся в узел от открывшеся картины. Выживая на окраине столицы, можно наблюдать всякое, трупы и следы человеческой деятельности – абсолютная норма. Детектив считал себя весьма закалённым человеком с крепкой психикой. Тем не менее, вид тела пробрал до печенок!

Измождённая голая жертва раскинула конечности как раздавленное насекомое. Бледное до синевы, но это терялось за сотней вырезанных знаков. Судя по всему – на еще живом теле. Мужском. Гротескность подчёркивал и тот факт, что человек полностью поседел, а его радужка стала прозрачной. Широко распахнутые глаза на лице, изуродованном ужасом – как два колодца. Второе, что сразу же отметил натренированный взгляд детектива – неестественная поза. Миг и стало ясно, что причиной тому стали множественные переломы. Признаки не просто насильственной смерти, его явно пытали. Очень жестоко, целенаправленно и профессионально.

– В теле не осталось крови, и прочих жидкостей мало, – сухо констатировал подошедший пожилой маг, штатный танатолог – специализируется на исследовании причин смерти, путем изучения физических останков, – нужно в лаборатории провести вскрытие. Смерть наступила в результате разрыва сердечной мышцы под влиянием пыток и магии. Убийца поддерживал жизнь до последнего…

– Какой именно магии, Волмерт? – Рэй краем глаза наблюдал за реакцией начальника.

Дориан присел на корточки и пристально изучил застывшее лицо. Маска ужаса и боли исказила его до неузнаваемости. Предстояло еще выяснить личность, неизвестный ритуал буквально выжег всю информацию – ауру, эфир, вероятные имплантаты в теле. Сейчас почти у всех есть какие-то улучшения, особенно у неодарённых людей. Отсутствие магии неплохо можно компенсировать с помощью артефактов, что важно в современном мире, который заточен под тех, у кого сила, магия и деньги.

– Выясняем, – заглянул в тонкий планшет эксперт, зеленоватый свет бросил на его лицо странный оттенок, он напомнил голодного вампира. Несколько движений пальцами и над экраном планшета появилась трёхмерная диаграмма, иллюстрируя результаты исследований. Точнее – отсутствие внятных ответов, – следов на теле нет, что не удивительно при выжигании. Но дело усложняет то, что беднягу перенесли. Кроме прочего, есть нетипичные признаки – их сложно интерпретировать, не зная деталей ритуала. Чисто визуально, это работа мага Крови, может быть и некроманта.

– Или на стыке двух наук, – негромко продолжил Андо.

– Нужно возвращаться в лабораторию и там продолжить изыскания.

– Ясно, мы ни какого faena5 не узнаем, – кивнул мужчине Рэйден и нахмурился, глядя на начальника. Тот еще раньше выслушал предварительные выводы и сильно ими недоволен. Потому все рабочие из команды передвигаются мелкими перебежками и стараются обходить руководителя по дуге, – Дориан, что ты видишь?

– Я знаю кто он, – холодный хриплый ответ.

Детектив мгновенно оказался рядом. Кого можно узнать в жутком трупе – загадка. От одного взгляда на это воплощение боли, мурашки бегут по спине. И возникали смутные ассоциации с легендами о жутких застенках бывшего кровавого режима на территории Империи Эльмион. Некоторое сохранившиеся сведения пестрят иллюстрациями.

– Это управляющий заводом «ПортАлмаз», который…

– Принадлежит холдингу семьи Ламер, – мгновнно вспомнил Андо и мрачно усмехнулся, – почему я не удивлён? Везёт нам на дела с их участием. Ты уверен?

– Абсолютно, – Дориан распрямился и цинично усмехнулся, – он, конечно, был килограмм на пятьдесят тяжелее, да и симпатичнее при жизни. Было у него занятное тату.

Кивок на едва заметный рисунок под ухом трупа. Символ богатства – гора алмазов в ладонях. Не простых алмазов, а тех самых – портальных. Они считаются самым трудно добываемым ресурсом. За один портальный алмаз, даже самый небольшой, можно жить сытой жизнью пару лет. Только семья Ламер мешает гномам захватить полную власть над ценными минералами. И антимонопольная комиссия, которую император учредил лично.

– Да уж, Динир Женде сумел подняться с самых низов на верхушку пищевой цепочки. Головокружительная карьера! Надо отдать покойному должное – пахал для этого много. Стал доверенным человеком скандально известной фамилии, – помощник следователя снова фыркнул, – даже интересно, куда на этот раз приведёт нас расследование?

– Прекрати, – отмахнулся Дориан, – сам знаю, как все выглядит. Есть более интересные вопросы. Почему сейчас этот человек здесь? И кто выжег его?

– Давно говорил, что нужно всех их посадить…

– Свяжись с Северином, пригласи для опознания и беседы. И сворачивай тут все, больше чем есть, никто не найдёт. Работали профессионалы, они не оставили улик.

– Что скажешь императору? – спросил в спину Рэй.

– Что грядёт Конец Света, – чуть повернул голову Дориан и направился прочь.

Ему почтительно и опасливо уступали дорогу – когда следователь ОСР не в духе, разговаривать с ним решаются только по приказу. Детектив покачал головой и вздохнул: будет ли Конец Света не ясно, а вот локальный кошмар начнётся прямо сейчас – для Дориана это личный вызов и тот его обязательно примет. Великолепный аналитик, оригинальный руководитель, фанат работы, хваткий, циничный, жестокий мастер своего дела и крайне тяжёлый человек. С этого момента он сделает жизнь всего отдела невыносимой.

Глава

1

Музыка для атмосферы: «Carnival of Rust» by Poets of the Fall

Чадэна,

гостинично-развлекательный комплекс «Ле-Танли»

Полночь, часы на главной башне пробили двенадцать мелодичных ударов, но звук их погасил туман. Час Лалит – время власти богини Ночи и Смерти, владычицы Грани. Звучит довольно жутко. Но разве Смерть это самое страшное? А уж ночи бывают разные: наполненные покоем или страстью, учебниками или кошмарами. Про последнее лучше не вспоминать, не привлекать внимание тех, кто живёт за Гранью. Монстры могут прийти, когда преграда истончается, прийти на зов. Так говорят матери непослушным детям.

Сегодня тот самый день.

Спящая девушка распахнула глаза, скорее ощутив удары часов, чем услышав. Зеркало напротив кровати в полумраке отразило вспыхнувший блик темной зелени – ее колдовские глаза. Воздух в комнате чуть пошевелился, порыв ветра тронул растения в кадках. Мика взглянула в сторону окна и нахмурилась – вуаль тревоги коснулась черт лица, линии плеч, кожа покрылась мурашками, а руки инстинктивно обняли себя в защитном жесте.

– Снова… – шепнула беззвучно и двумя ладонями провела по задней поверхности шеи.

Второй день рождения.

Отчего так тревожно на душе? Почему по спине бегут холодные ручейки, а сердце громко стучит? Магиня села в постели, расслабила руки и сделала дыхательное упражнение. По ладоням, под светлой кожей потекли прозрачные искорки тёплого золотого света – сила пробудилась непроизвольно, растревоженная смешанными чувствами. Как пузырьки игристого вина, чары побежали по энерготокам, засветились звёздной пылью на радужке, согрели изнутри тело. Но тревога никуда не делась. Отступила в глубину подсознания – неохотно, посмеиваясь, временно позволила Микаэле паузу. Что происходит? О чем предупреждает интуиция пять недель подряд? Может быть, она себя накрутила?

«Ну-ну, – скептически шепнула мысленно».

Семь лет назад какая-то неведомая сила вычеркнула Микаэлу из привычной жизни. Каждый год в этот день, она просыпалась ровно в полночь. Вероятно, в это же время «провалилась» в мир Фрэй, в империю Эльмион.

«Ещё не смирилась?».

– Да иди ты… – беззвучно отмахнулась от навязчивых мыслей и коснулась мочки уха, где сверкала россыпь мелких камушков в причудливом созвездии проклов.

Прикрыла глаза, глубоко вдохнула и задержала дыхание, позволяя Спектру приконсуться к внутреннему источнику магии.

Накатило острое ощущение жизни, фиксация момента. Мир стал ярче – текстура простыни, звуки спящего города, запах духов от сброшенной одежды. Даже вкус забытого на сервировочном столике десерта пощекотал рецепторы. Этот момент – как яркая приправа, как первый глоток воздуха после погружения в воду, как абсолютный неоспоримый момент победы. Такое яркое и одновременно жуткое ощущение жизни! И цельности рассудка. Когда нет ни единого сомнения в том, что ты это – ты. Живёшь, дышишь, ты – настоящее. Микаэла выдохнула и встретила свой прямой взгляд в зеркале.

Флэшбек

Чадэна,

восточный пригород столицы империи Эльмион

Её нашли в пригороде.

Обезвоженная, девочка подросток едва дышала, была без сознания. Обнаружил слуга графов Кассегрен.

Олен остановился у обочины проверить исправность осветительных артефактов аэра6. Он мысленно сетовал на то, что обслуживание произведено не надлежащим образом и предвкушал, как отвесит пинка за это Кенни – артефактору господ. Но тихий стон в высокой траве насторожил водителя. Он стукнул по барахлившей детали, свет стал более ровным и ярким – несомненно, надо сделать замечание бездельникам в гараже! Стон в траве повторился и слуга испуганно уставился в темноту. Ладони вспотели, а по спине пошли мурашки. В этих местах безопасно! Постоянные патрули Стражей, освещённые дороги. Ещё бы! Поселок, в котором живёт сам Император, когда хочет отдохнуть в летней резиденции! Но…

– Олен, вы слышали это? – леди Авина позвала в приоткрытое окно.

– Что, ваше сиятельство? – голос прозвучал неуверенно.

– В траве кто-то есть, – в подтверждение этих слов слабый стон повторился, – сейчас же проверьте!

– Я сам, дорогая, – граф Димитрий сам вышел из аэра. Слабое мерцание воздушной подушки осветило лаковые туфли.

Лорд не думал о сохранности дорогой обуви, когда решительно шагнул с темно-серого дорожного покрытия без единой пылинки. Идеально чистое, едва ли не стерильное полотно граничило с невысокой травой, а дальше – кювет и луговая растительность. Олен всполошился:

– Ваше сиятельство, не стоит! Это может быть небезопасно! Позвольте мне! – он обогнал хозяина. Но тот проигнорировал его и безошибочно шагнул в сторону звуков.

Мало что может угрожать магу в этих местах. Водителю не оставалось ничего другого, как пристроиться сбоку. Граф прислушался, знаком велел вести себя тихо. Звук повторился и оказался слишком близко от нервного Оленат– он едва не подпрыгнул, оглянулся и наткнулся взглядом на бледную руку в зарослях травы.

– О Гадар! – воскликнул негромко, а граф тут же кинулся к телу.

– Что там? – встревожено окликнула графиня из машины, и открыла дверцу.

– Здесь ребёнок без сознания! – ответил муж и подхватил на руки истощённую девочку, – срочно к целителям! Олен, торопись!

В главный Целительский Корпус «Лаватера» доехали в рекордно сжатые сроки. Лорд не позволил ему помочь и лично принёс пострадавшую в приёмный покой. Леди Авина не отставала ни на шаг и обеспокоенно поглядывала на спасенную.

В красивом светлом помещении было тихо, пахнло цветами, откуда-то доносился птичий щебет. В центре круглого зала со сводчатым потолком – полумесяц регистрационной стойки, выполненный из узорчатого камня. Над столешницей висели прозрачные интерактивные экраны с информацией и для манипуляций персонала. Весь интерьер выполнен в приятных молочных и золотистых тонах, из дорогих материалов, даже роспись стен заказана у именитых дизайнеров.

Умиротворение приёмной было нарушено неожиданным явлением графской четы.

– Любезный, срочно нужна помощь! – стала выдавать распоряжения леди первому попавшемуся работнику, у неё подрагивали руки и губы, – примите из рук моего мужа ребёнка и начните диагностику! Мы оказали первую помощь, но она так и не очнулась. Подпитка ауры и целительский импульс не дали никакого результата… У неё кровь!

Она не теряла самообладания, но было видно, что серьёзно встревожена.

– Конечно, леди! – быстрым шагом подошла целительница преклонных лет, протянула взволнованной Авине стакан с розоватой жидкостью, – выпейте и присядьте. Вашей подопечной помогают, взгляните. Лэр Маркус – один из лучших наших специалистов, маг Жизни, сегодня на дежурстве. Он обязательно разберётся.

И в самом деле, граф положил ее на парящие над полом носилки. Их окружили несколько человек – высокий мужчина лет тридцати – лекарь, и несколько помощниц, судя по форме – младших сотрудников. Маг в полголоса раздавал указания, пока руки порхали над пациенткой. Она дышала поверхностно, периодически вздрагивала. Кровь из носа идти перестала, но вид лучше не стал.

– Что с ней, господин Ваэ? – требовательно спросил Димитрий.

– Сложно сказать, что именно произошло, лорд. Пациентка на грани полного физического, ментального и магического истощения. Впервые такое встречаю, чтобы без единого видимого повреждения человек оказался на Грани.

– Ни одного повреждения? – насторожился граф, – ни в ауре, ни…

– Даже следов нет. Если бы не её состояние, я бы сказал, что видим новорождённого. Девочке около тринадцати лет, организм вошёл в стадию полового и магического созревания, на первый взгляд все хорошо, но что-то кажется странным. Физически органы в порядке, аура истощена, но без разрывов. Я направляю её в палату для восстановления ресурсов и аккуратного вливания силы. Такое впечатления, что каналы резко опустошили.

– Или они раскрылись, – пробормотал Димитрий задумчиво. Глаза его потрясенно расширились, взгляд словно остекленел, от какой-то догадки.

– Эм, да… – сбился с мысли Маркус, – но быть такого не может, если только она не…

– Спасибо, господин Ваэ, – оборвал его аристократ, справившись с нахлынувшими эмоциями, – надеюсь, вы помните о необходимости неразглашения частной информации. Девочка с этого момента под нашим опекунством.

– Конечно, лорд. Мы соблюдаем Закон. Все детали диагноза и лечения будут внесены в карту и доступны только вам и ведущему целителю. Как имя пациентки, чтобы я мог занести данные? И где можно запросить историю болезни?

– Пишите Мэри Лю7 – неизвестная.

Димитрий развернулся и направился к жене, что у него в тот момент было в мыслях, не мог догадаться никто из присутствующих. Но граф Кассегрен совершенно точно выглядел как человек, узревший нечто шокирующее.

Утром карту неизвестной с облегчением передали Анигану Пересу. Уж глава корпуса разберется в щекотливой ситуации! После объяснения деталей, он лично занялся неизвестной.

– Сейчас пациентка спит, – сообщил Перес графской чете.

Крупный мужчина в стильных прямоугольных очках, за которыми сверкали умные серые глаза. Он имел вид представительный. В свои пару сотен лет, не стремится к вечной юности, потому не скрывал седину в волосах и небольшие морщинки на лбу. Аниган выглядел зрело, не имел ничего против небольшого избытка веса, что, впрочем, его не портило. Кроме того, он был действительно диагностом – маг Жизни с сильным даром. Правда, основным его профилем была психиатрия. Несмотря на высокую должность и количество административной работы, он продолжал принимать пациентов.

– Мы деликатно восстановили физические и энергетические течения организма и погрузили девочку в сон. Вы привезли ее очень вовремя. Сильнейшее истощение всех систем негативно сказалось и на психологическом фоне. Требуется покой для усвоения внесённых контуров и восстановления каналов. Завтра Мэри будет в полном порядке. Мы проведём несколько тестов и по их результатам сможем отпустить леди…

Целитель с намёком взглянул на аристократов, которых знает в лицо половина высшего света столицы. Знаменитая фамилия, череда успешных представителей рода, благотворительный фонд, вложение капитала в государственные образовательные проекты, активное участие в придворной жизни и успешная политическая карьера. Их жизнь публична, как ни крути, а биография известна подавляющему большинству. Потому Аниган ожидал объяснений: кто эта девочка? Она никак не могла быть родственницей или дочерью графов. Бастрадр? Пресса бы давно осветила подобную информацию.

Понятна настороженность Маркуса. Наступило утро, но Кассегрен не собирались никуда уезжать и тем более звать Стражей для заявления.

– Дело в том, что мы понятия не имеем о ее личности, – нехотя признался Димитрий, словно ему совершенно не хотелось что-либо объяснять, – и почему оказалась в таком состоянии.

– Но заявили об опекунстве, – заметил лекарь, – это ваше официальное волеизъявление, или?..

– Официальное, – холодный ответ, – я обратился к юристам и Службе Защиты Детей под патронажем сестры императора Грэмма, а так же направил в канцелярию личную просьбу. Как только будет возможно сделать слепок ауры и проверить Мэри по всем базам, опекунство будет оформлено не только на словах.

– Но, Димитрий! – леди Авина была не менее ошарашена, чем лекарь. Решение мужа стало сюрпризом для нее, – можно передать ее отличному интернату. Мы каждый год помогаем множеству детей!

– Я всё решил, дорогая, – тон был таким, что леди сочла за благо промолчать, хотя в серебристых глазах засветилась обида.

Авина поджала губы, что не упустил из внимания Перес, но сделал вид, что не заметил заминки в беседе и небольшого внутрисемейного конфликта.

– Вы так уверены, что у девочки нет семьи и близких в этом мире? – Аниган выделил последние слова голосом, – Вы знаете, что она никогда до этого не жила ни в Империи, ни в нашей реальности Фрэй. Верно, лорд? У меня только один вопрос: как догадались?