Тёмное сердце Белого озера. Книга 2

Но ожидание всё же было вознаграждено, и теперь в их распоряжении был весь читальный зал – здесь оказалось куда удобнее сидеть рядом и держаться за руки, чем за стойкой. Два окна закрывали тяжёлые тёмно-голубые шторы, за третьим бушевала метель, едва пропуская остатки дневного света, но Вирее не хотелось зажигать лампы. Уютный полумрак с ароматом книжной пыли и хвои словно укутывал их защитным коконом, и всё, что было за его пределами, казалось далёким и не очень важным.

Гэлхан постучал кончиком карандаша по странице в блокноте, на листе осталась россыпь точек.

– Не понимаю, – признался он. – Я был уверен, что убийство принца связано с заговором в столице. Нас ведь потому сюда и отправили! Я позавчера… Нет, выходит, что сегодня, но… Всевышний, дай мне сил. – Он коротко осенил себя знаком трилистника. – Я осмотрел место, где Ивора убили в первый раз. Там не должно было остаться вообще никаких следов, но они были – как если бы тело лежало там несколько дней назад. И в подвал мы с Ансельмом пошли именно потому, что на лестнице были отпечатки. Я думал, что убийца спрятался там, но в момент, когда там были мы, он туда, разумеется, ещё не добрался. А теперь получается, что вчера… Или тоже сегодня… – Он коротко застонал, запустил пальцы в волосы, растрепав их, а потом закрыл лицо ладонями и глухо признался: – Нет, я точно сойду с ума.

Вирея легонько потёрла виски. Если отложить в сторону мысль, что они друг другу мерещатся, следовало бы систематизировать информацию.

– Идёмте, – сказала она, вставая. – И возьмите с собой стул.

Её идея потребовала возвращения за терминал: библиотечная программа была предназначена для составления виртуальных каталогов, но для их ситуации годилась тоже. Вирея несколькими привычными командами создала таблицу: в заголовках строк – даты, в столбцах – имена, в ячейках на пересечении – краткий перечень поступков. Первые три дня выделить жёлтым, следующие три – зелёным, отрезок с крушением сферокара – голубым, строку здесь и сейчас – розовым…

Щелчком клавиши она вытянула из терминала голографическую копию своего экрана и перекинула на коммуникатор Гэлхана.

– Заполняйте жёлтую часть. Я вспомню то, что смогу, из зелёной и голубой. Потом сверим и дополним.

– Прекрасная идея, – похвалил Гэлхан. – Но, боюсь, сегодня мы этим заняться не успеем.

– Почему?

Он усмехнулся, спрятал голограмму в браслет и показал три пальца. Загнул один, второй, третий…

Дверь распахнулась.

– Дан Лиорель, – весело проговорил Гэлхан, вставая. – А что это вы тут делаете? Разве дан Ансельм не запретил всем и каждому выходить с гостевого этажа?

Вирея тоже встала, скользнула по несложившемуся жениху мимолётным взглядом, чувствуя, как при виде его вежливой улыбки, идеальной причёски и безукоризненно модного тёмно-красного костюма внутри поднимается раздражение. Следом вошла дана Криста – синий бархат, рыжий мех, недовольное лицо. Мачеха перевела взгляд на Гэлхана, нахмурилась, едва заметно поморщилась, и Вирея сообразила, что он так и не надел пиджак, а подвёрнутые рукава и встрёпанные седые волосы делали его похожим скорее на утомлённого жизнью бродягу, чем на уважаемого жреца и наставника.

Хорошо же они смотрятся вместе…

А впрочем, наплевать.

Лиорель попытался его проигнорировать и поймать взгляд Виреи, но Гэлхан щёлкнул пальцами, привлекая его внимание, и повысил голос.

– Я задал вопрос. Дана Ниври особо просила не бродить по этажам, чтобы не смущать воспитанниц.

Он улыбался, но Вирея знала – зол, и весьма. Однако эта его злость дарила ей ощущение защиты, и очередной возмущённый взгляд мачехи она встретила лёгкой улыбкой.

Лиорель, кажется, решил, что улыбка предназначена ему, и вздёрнул подбородок.

– Я не знал, что вы здесь…

Гэлхан подался вперёд и поставил локти на стойку.

– Ответ неверный. Вне зависимости от того, где нахожусь я, вы должны были оставаться на месте. Ещё попытка?

– У вас нет права меня отчитывать, – процедил Лиорель. – Тётушка попросила проводить её в библиотеку, не вижу причин, по которым я должен был ей отказать.

– Я вижу причины, – ласково проговорил Гэлхан. – И у каждой есть имя и фамилия, и каждую вы обязаны слушаться, именно с этим условием вас и всех прочих взяли в поездку. Итак, причина номер один: дан Ансельм. Причина номер два: дан Михаро. Причина номер три – я, и вы не представляете весь перечень моих прав. Вот прямо сейчас я могу вызвать охрану, чтоб великовозрастную деточку взяли за ручку и вернули комнату. Или лишить вас сладкого и поставить в угол?

Вирея не сдержала смешок, и Лиорель вспыхнул, почти сравнявшись цветом щёк с рубашкой.

– Да как вы…

– Тише, дорогой, – перебила дана Криста. Она успокаивающе погладила племянника по плечу и ледяным тоном произнесла: – Вирея, я требую объяснений. Кто этот мужчина, и почему ты с ним наедине?

Гэлхан усмехнулся, выпрямился и сложил руки на груди, но Вирея на миг ощутила прикосновение к ауре, а вместе с ним – крошечный импульс эмоций, что-то тёплое, смеющееся, будто бы подмигивающее и вопрошающее: «Ну? Что ты скажешь?»

Прятать улыбку она не стала.

– Позвольте представить, дана Криста – дан Гэлхан Сорро, жрец второй ступени посвящения Ордена Серебряного древа, духовный наставник его высочества и доверенное лицо его величества. Он был знаком с моей мамой и зашёл навестить меня, по старой дружбе. Дан Гэлхан, это дана Криста Дарру, вторая жена моего отца.

Дана Криста поджала губы, сухо кивнула и коротким жестом указала на спутника:

– Я собиралась представить тебе моего племянника, Лиореля Йенро. Лио, это Вирея, я тебе про неё рассказывала. – Она сделала паузу, смерила Гэлхана неодобрительным взглядом, тот изобразил вежливое внимание, но с места не двинулся, и дана Криста поджала губы. – Не буду говорить, что рада знакомству, дан Сорро, ваше поведение компрометирует мою падчерицу. Вирея, я не твоя мать, однако, как жена твоего отца, вынуждена указать тебе на недопустимое поведение. Незамужней девушке прилично находиться наедине с мужчиной лишь в том случае, если он ей родственник или хотя бы жених. Я попрошу вас немедленно выйти, дан Сорро.

Мачеха перевела взгляд на Вирею, и той показалось, что ментальный блок тихонько зазвенел, словно в него бился рой рассерженных пчёл. Она усилила защиту и усмехнулась.

– Не вижу причин, по которым мой старый знакомый и друг моей матери должен выйти. Дан Гэлхан, мы ведь ещё собирались обсудить расписание лекций, которые будет читать ваш наставник в следующем триместре, верно? – Он с улыбкой кивнул, и Вирея развела руками: – Вот видите, дана Криста, мы обсуждаем рабочие моменты. Если пожелаете, я помогу вам и вашему племяннику с выбором книги и провожу в читальный зал.

Дана Криста демонстративно взглянула на часы.

– Твой рабочий день окончен семь минут назад, – заметила она. – А у меня к тебе личный, семейный разговор. Прошу вас, дан Сорро.

Гэлхан поцокал языком. Он неспешно развернул рукава рубашки, подхватил со спинки стула пиджак, надел его, аккуратно застегнул все пуговицы, поправил приколотую к лацкану эмблему Серебряного древа. Пригладил ладонью волосы, выпрямился, глянул серьёзно и холодно, в единый миг превратившись в строгого духовного наставника. Дана Криста поджала губы, Лиорель криво усмехнулся и демонстративно шагнул в сторону, освобождая проход. Гэлхан изогнул бровь, глянул на дверь, на дану Кристу…

…И вдруг совершенно не скрываясь взял Вирею за руку.

Тёплое облако его эмоций просочилось сквозь её блок совершенно беспрепятственно, окутало, укрыло, и на короткий миг нахлынуло ощущение из далёкого детства – как будто она сидит на постели, завёрнутая в одеяло, а мама обнимает, крепко-крепко, и целует перед сном, и от поднявшейся изнутри волны симпатии защипало глаза. Вирея невольно стиснула ладонь Гэлхана, и тот быстро ей улыбнулся.

– Какое совпадение, – произнёс он. – У меня тоже есть очень личный, можно сказать, семейный разговор. И это прекрасно, что вы зашли, дана Криста – а вы, Лиорель, могли бы пойти к Змею, но так и быть, останьтесь ещё ненадолго. Итак, дана Вирея, в присутствии свидетелей из числа вашей родни я хочу спросить – вы станете моей женой?

Вирея не сразу поняла смысл его фразы – лишь когда дана Криста, не скрываясь, ахнула и подалась вперёд.

– Нет! Вы не имеете…

– Я не вас спрашивал, – вежливо перебил Гэлхан и взял вторую руку Виреи, потянул на себя, поймал её взгляд. – Я серьёзно.

Нет, он не мог говорить серьёзно. Потому что они были знакомы всего три дня… шесть… неважно, всё равно это невероятно мало! Они совсем друг друга не знали! Хотя она, разумеется, хотела бы познакомиться с ним поближе, пообщаться и, если уж честно, услышать тот же вопрос через полгода…

Щёки потеплели, горло стиснул спазм. Все мысли вылетели из головы, последняя частичка разума требовала сказать хоть что-то, и выговорилась, конечно, совершенная глупость.

– Кто-то из нас двоих точно сошёл с ума.

Гэлхан коротко улыбнулся, и ей почудилось, что в серых глазах мелькнула зелень – как лес под весенним ливнем. Ужасно захотелось знать, о чём он на самом деле думает, и Вирея по наитию подалась навстречу, не телом, только аурой. Легчайшее прикосновение, ощущение принятия, симпатии, поддержки, шутливого вопроса…

Она на мгновение уловила за этим вопросом что-то неуютное, зябкое, рефлекторно подалась назад – и тут же поняла, что Гэлхан выставил обратно все слои снятой ради неё защиты.

– Кажется, вы напугали девушку, дан Сорро, – с усмешкой проговорил Лиорель. – Неудивительно, я бы сказал. Ваши деньги и статус могут, конечно, привлечь девиц определённого сорта, но далеко не всякая решится выйти за старика, как бы он ни прихорашивался.

Гэлхан всё ещё держал её за руки, и потому Вирея почувствовала, как он вздрогнул и подался назад. Но не отпустила.

– О, – проговорила она с наигранной весёлостью, – тогда всё ясно. Общественное мнение сведётся к тому, что с ума сошла именно я. Что ж, я согласна, дан Гэлхан. Спасибо за подсказку, дан Лиорель… и подите к Змею, в самом деле.

Ладони Гэлхана сжали её пальцы, крепко и вместе с тем нежно. Он ничего не сказал, но по улыбке, по взгляду Вирея вдруг поняла, что он боялся её отказа, и то зябкое ощущение, от которого она отшатнулась, было именно неуверенностью. Захотелось обнять его, успокоить, и самой успокоиться тоже, а ещё захотелось…

Нет, целоваться она всё ещё не умеет. Да и не стала бы при посторонних. А потому оставалось только сжать его пальцы в ответ и громко и уверенно сказать:

– Да.

– Это безумие, – пробормотала дана Криста. – Вирея, этот спектакль переходит все границы. Я немедленно свяжусь с твоим отцом, и он, уж будь уверена, никогда не даст согласия на подобный брак.

Вирея пожала плечами. Голова слегка кружилась, словно она стояла где-то высоко, на крыше многоэтажного дома, или на смотровой площадке в горах, и дух захватывало от открывающихся перспектив.

– Тогда я свяжусь с дядей Роем, – усмехнулась она. – Ему будет очень интересно узнать, куда именно уходят деньги с ферм. И…

Вирея запнулась, поглядела на вытянувшееся лицо мачехи, секунду подумала, но в последний миг решила не произносить догадку вслух. С дядюшкой ещё предстояло побеседовать, снова, и нужно было посмотреть на документы. Однако она почти была уверена в том, что дана Криста приволокла племянника в библиотеку не только ради решения его проблемы. Выйди Вирея замуж за кого угодно другого – и материнское наследство перейдёт к ней, у отца больше не будет прав на её деньги. Но если бы план сработал, Лиорель скорее всего поделился бы с тётушкой…

Дана Криста приняла её молчание за неуверенность.

– Деньги с ферм лежат на твоём счёту, – отчеканила она. – И ждут твоего совершеннолетия. За исключением расходов на содержание дома – твоего дома, заметь, который ты унаследуешь после смерти отца. Святое небо… – Она поднесла ладонь к глазам. – Его хватит удар от новостей, непременно. При вашей разнице в возрасте…

– Всего четырнадцать лет, – уточнил Гэлхан, но она словно не услышала.

– …Это совершенно недопустимо!

Вирея раздражённо вздохнула, но тут Гэлхан улыбнулся шире и снова показал три пальца.

Два.

Один.

– Что именно недопустимо, позвольте полюбопытствовать? – Его высочество шагнул через порог, придерживая на плече белого горностая, и с интересом огляделся, а потом ткнул пальцем: – Дан Гэлхан, вот вы где! И Лиорель тут… Вы решили дружить с ним, а не со мной? А кто эта милая девушка?

Он подошёл к стойке, поставил на неё локти, почти как Гэлхан недавно, улыбнулся открыто и весело, и Вирея улыбнулась в ответ. Вместе с его высочеством снова пришли приятели и охрана, однако присутствие принца её отчего-то совершенно не стесняло, как будто в гости заглянул ещё один старый друг. Это было странно, в прошлое знакомство они почти не общались…

– Ну что вы, ваше высочество, – укоризненно проговорил Гэлхан. – Вашей дружбы я не готов лишиться. Однако у моего отсутствия была уважительная причина. Позвольте представить – дана Вирея Дарру, моя невеста.

Внутри что-то дёрнулось и задрожало, по спине пробежали мурашки, и щёки снова потеплели. Мелькнула мысль, что стоило бы изобразить реверанс, но Вирея не решилась, опасаясь неловким движением уронить терминал или ещё что-нибудь со стола.

– Ого, – после паузы произнёс принц. – А вы, я вижу, даром времени не теряете. – Он обернулся к свите и наставительно поднял указательный палец: – Что же, уважаемые даны, берите пример. Дан Гэлхан опередил нас всего на час – а каких впечатляющих результатов успел добиться!

Ответом ему были сдержанные смешки и любопытные взгляды. Горностай воспользовался тем, что хозяин отвлёкся, и перескочил на стойку, пробежал по полированному дереву, сжался в комок, намереваясь прыгнуть, но Гэлхан молниеносным движением прижал зверя ладонью к столешнице. Тот пискнул, дана Криста, стоявшая близко, поморщилась и сделала шаг назад.

– Если вы не будете присматривать за этой малышкой, – заметил Гэлхан, – она может натворить бед.

– Как и её тёзка, – весело подхватил принц, сгребая горностая со стойки. – Но это не мешает ей быть очаровательной. Вот скажите, дана Вирея, Горана – красивое имя?

Вирея нахмурилась и покосилась на Гэлхана. Имя было ей знакомо, однако давать его домашней зверушке она не стала бы. И откуда бы принцу знать, как звали Чёрную Княжну?

– Красивое, – согласилась она. – Но имена магов и ведьм не стоит лишний раз произносить вслух…

– Идеальная пара, – с преувеличенным восхищением в голосе перебил принц. – Ваш жених сказал мне ровно то же самое!

– Вы думаете, – улыбнулась Вирея, – что он не прав?

– Я думаю, – вмешался Лиорель, – что он вам не жених. Прошу прощения, ваше высочество, но вас вводят в заблуждение. – Он глянул на Вирею с недоброй усмешкой. – Дело в том, что перед нашим отъездом из столицы я имел разговор с даном Дарру, и он предварительно одобрил меня в качестве жениха дочери, как и его жена, моя тётушка. – Он обернулся к дане Кристе, и та с достоинством кивнула. – Мой отец так же дал согласие на этот союз. Притязания дана Сорро совершенно беспочвенны и могут повлечь за собой…

– Я понял, – перебил принц. Нахмурился, покусал губы и вдруг взглянул на Вирею, прямо и серьёзно. – Но лично вам этот жених, – он подбородком указал на Гэлхана, – нравится больше, чем тот, правильно я понимаю?

– Кто ей нравится, не имеет значения, – раздражённо проговорила дана Криста. Принц изогнул бровь, и она поспешно поправилась: – То есть, разумеется, имеет, однако в этом конкретном случае я не верю в неожиданную симпатию.

Вирея сжала кулаки, и тут же Гэлхан коснулся её запястья и покачал головой. Сам он слушал дану Кристу с доброжелательным вниманием, не возражал, и та, ободрённая его молчанием, говорила быстро и уверенно. Ни она сама, ни отец Виреи никогда не слышали о таком вот друге, познакомиться в пансионе они не могли, здесь строго следят за репутацией девушек, как воспитанниц, так и молодых сотрудниц. А если он и в самом деле был знакомым «бедняжки Дайаны», то неожиданное сватовство выглядит ещё подозрительнее, потому что «все, я повторяю, абсолютно все её друзья разбежались, как только она попала в спецбольницу!»

– …Конечно, я сама не была с нею знакома, но муж много мне рассказывал. Он так любил её… – Дана Криста тяжело вздохнула. – Хотя, не скрою, были те, кто пытался восстановить отношения, были сочувствующие, но не так уж много. И вдруг спустя шесть лет внезапно появляется некий жених!

Вирея стиснула зубы, чтобы не ляпнуть лишнего, внутри всё бурлило, но прямо сейчас срываться было никак нельзя. Дана Криста понимающе улыбнулась.

– Я понимаю, милая, что тебе хочется любви и семейного счастья, – проворковала она. – Но ты такая юная, неопытная… Слишком лёгкая добыча для охотников за приданым, и ведь мы потому и скрывали твоё состояние, чтоб не привлекать мошенников! Подумай, точно ли ты можешь ему доверять?

– Можете, – негромко проговорил Гэлхан, но Вирея знала ответ и без подсказок.

– Могу, – уверенно отозвалась она. – А вот насчёт вас – сомневаюсь.

Дана Криста всплеснула руками, но принц вскинул руку, веля молчать.

– Вообще не вижу проблемы, – заявил он. Сдвинул рукав, вытащил из-под него браслет коммуникатора и приложил ладонь к открывшемся голографическому окошку. – Я, Ивор Владиар Янадарро, наследник своего отца и своего брата, правом королевской крови моего рода здесь и сейчас в присутствии свидетелей заверяю помолвку Гэлхана Сорро и Виреи Дарру. Все прочие договорённости на этот счёт аннулированы. Дата сегодняшняя, подпись биометрическая, что вы так на меня смотрите, Лиорель? Вы имеете какие-то возражения против права крови?

Он эффектно крутанул кистью, поймал в кулак сорвавшуюся с браслета голограмму, и та рассыпалась искрами.

– Я буду жаловаться, – тихим, злым голосом проговорила дана Криста.

Принц легкомысленно пожал плечами.

– Пожалуйста. На время этой поездки за моё поведение отвечает дан Гэлхан, он с удовольствием рассмотрит ваше обращение и наложит какое-нибудь взыскание… Да?

Гэлхан с улыбкой покачал головой, а потом приложил ладонь к груди и слегка поклонился.

– Благодарю, ваше высочество. Я ваш должник.

– Я это запомню, – усмехнулся принц. – Ах да, Лиорель! Мы ищем именно вас. Дан Михаро весьма недоволен вашим отсутствием. Он ведь отправил вас к доктору Арри, а вы сбежали, ай-яй-яй! Идёмте-идёмте.

Он подал знак охране, но Лиорель не стал ждать, когда его выведут. Он криво усмехнулся, коротко поклонился и вышел в коридор первым.

– Вы тоже не задерживайтесь, дан Гэлхан, – бросил напоследок принц. – А то дан Ансельм оставит вас без ужина. Доброго вечера, дана Вирея, весьма рад знакомству.

Он ослепительно улыбнулся и увёл с собой охрану и свиту. Но дана Криста осталась.

– Я этого так не оставлю, – произнесла она холодно. – Вирея, мне нужно немедленно поговорить с тобой.

– Поговорите позже, – возразил Гэлхан. – Вы ведь сами сказали, что девушка имеет право проводить время с женихом, и вы нам мешаете. И отдельно хочу обратить ваше внимание, что у меня и у его высочества отменная защита. Но если я ещё раз увижу в вашем исполнении попытки воздействовать даром на кого угодно, включая вашу дочь, это закончится очень печально для вас.

Дана Криста побледнела.

– Вы не докажете…

– Докажу. – В его голосе зазвучал металл. – Я не выдвигаю обвинения прямо сейчас только ради Виреи и Рионы. Но упаси вас Всевышний…

Вирея не видела в этот момент его лица, но дана Криста отшатнулась. Несколько мгновений она стояла молча, а потом стремительно вышла.

Хлопнула дверь.

Гэлхан глубоко вздохнул, повернулся к Вирее, и хищное выражение на его лице уступило место нежности.

– Правда согласна? – уточнил он зачем-то.

Она покачала головой и подалась к нему, прижалась щекой к плечу. Он осторожно обнял её, словно сам не до конца поверил в произошедшее.

– Я просто подумал, – проговорил он тихо, – что Лиорель не станет вам досаждать, если его опередить… Нет, знаете, я хотел его опередить. И если бы нас не прервали тогда, на балу…

– Я бы и тогда согласилась, – так же тихо отозвалась Вирея. – Алтина говорит, что интуиты чувствуют друг друга и точно могут узнать человека, с которым можно прожить долгую и счастливую жизнь. Это правда?

Он в ответ прижал её ещё немного крепче, и она позволила себе закрыть глаза.

– А ещё я не был знаком с вашей матерью. Просто читал досье, и надо ведь было как-то объяснить в прошлый раз, откуда я вас знаю.

Вирея мягко отстранилась и твёрдо посмотрела ему в лицо.

– Мама была бы рада такому другу. И зятю.

Она успела подумать, что это хорошо, что они почти одного роста, никому не придётся сильно наклоняться. А потом Гэлхан снова притянул её к себе.

Её первый поцелуй был лёгким, прохладным и невесомым – как прикосновение крыла бабочки.

Глава 3. Стихия и безумие

– Это всё очень подозрительно, – заявил Ивор, едва Гэлхан перешагнул порог его комнаты. – Вы неделю с лишним читали мне лекции о терпении, поведении и обязанностях, а стоило нам прилететь – так вы тут же хотите обратно, и у вас открывается дар предвидения, да ещё появляется невеста, и с даном Ансельмом вы скандалите так, что уже мне приходится напоминать о приличиях… Я даже не знаю, стоит ли вам доверять.

– Прекрасно знаете, – устало вздохнул Гэлхан, закрывая за собой дверь. – Вы просто тоже чувствуете опасность.

Принц закатил глаза. Он развалился в кресле, закинув ногу на подлокотник, а горностаечка дремала на спинке, уткнувшись носом в пушистый хвост. Рядом на чайном столике одиноко белело пустое блюдце в красно-бурых разводах – похоже, зверушку недавно покормили.

Гэлхан потёр переносицу и поймал себя на том, что завидует – сам он ещё не ужинал и понятия не имел, когда заснёт.

Они в Виреей всё же дозаполнили таблицу, и он даже успел набросать немного заметок для дана Михаро. Но дойти к нему не успел, потому что сперва решил проводить невесту до её комнаты и забрать злосчастный жемчуг. Заодно пришлось ещё раз познакомиться с Рионой – та, узнав, что сестра собирается замуж, просияла и немедленно завалила их множеством вопросов, ответов на которые пока не было, как не было и времени их искать. Вирея приняла удар на себя и осталась обсуждать фасоны платьев и подходящие даты, заодно объяснив сестре насчёт украшений: якобы совсем недавно жрецы Серебряного древа обнаружили на похожем комплекте старое фамильное проклятие, которое не смогли найти специалисты из Карающего пламени, и это непременно нужно проверить.

Ансельма Гэлхан поймал в коридоре. Хотя ещё вопрос, кто кого – едва его завидев, дан младший магистр запыхтел, как сферотанк, и на повышенных тонах поинтересовался, где это уважаемого коллегу носит и почему он не присматривает за подопечным. Гэлхан тут же потребовал разъяснений насчёт Лиореля, который бродил по пансиону без охраны – а ведь дан Ансельм уверял, что контролирует ситуацию! Магистр в ответ заявил, что воспринял всерьёз «ваши же змеевы предупреждения» и вместе с парой охранников прошёлся по зданию, проверяя фоновый уровень магии. Подвалы и в самом деле вызвали возмущение датчиков, и их обработали нейтрализатором, да ещё установили дополнительные печати, «и чем вы снова недовольны?!»

Гэлхан был недоволен, и весьма – нейтрализатор лишил его возможности лично изучить все следы. Более того, Ансельм вломился в комнаты, которые в прошлый раз занимали Лиорель и Ивор, и обработал их тоже, потому что «датчик показывал какую-то чушь, и лучше подстраховаться». Гэлхан и сам велел слугам, которые разбирали вещи, не занимать помещения и никого сюда не селить – при первом же взгляде обнаружились такие заросли плесени, что стало жутко. В целом Ансельм был прав, но что мешало немного подождать и пойти вместе?! На полу, залитом теперь блестящей липкой дрянью, никакая потусторонняя пакость не выжила бы, но те клочья, что остались на шторах и даже люстре, навевали весьма неприятные мысли.

С каждым возвращением плесени становилось больше.

Это не могло быть просто случайностью.

Говорить об этом Ансельму он не стал. Но тот сделал ещё одну глупость – начал отчитывать подошедшего Ивора сперва за то, что за Лиорелем не уследили, а потом за попытку лично его вернуть. Слова он говорил вроде бы правильные: что его высочеству пора бы привыкать нести ответственность не только за себя, что в отсутствие духовников и в связи с плохим самочувствием дана Михаро именно принц остаётся старшим по статусу, но это не значит, что любую проблему он должен решать сам – можно ведь было послать за нарушителем охрану! Гэлхан возразил, что Ансельм вообще не имел права далеко отходить от Ивора, раз его, Гэлхана, нет рядом. Ансельм снова вернулся к вопросу, а какого Змея его не было и почему он решает свои личные дела в рабочее время. Гэлхан рявкнул, что его личные дела никого не касаются, и вообще он занимался совсем не этим…