Что такое государство?

Эти государства явились, следовательно, результатом внутреннего завоевания, обращённого на своих соплеменников, с которыми начинали обращаться, как с покорённым народом.

Таким образом, тезис о завоевании как источнике государственности остаётся в силе, если внести в него указанное уточнение и сформулировать следующим образом: все первоначальные государства возникли вследствие завоевания – либо внешнего, когда один этнос покоряет другой, либо внутреннего, когда группа профессиональных воинов подчиняет представителей собственного этноса.

Эксплуататорская сущность государства

Подведём итог сказанному. Как показывают факты, первоначальные государства возникли в результате завоеваний либо вооружённой узурпации власти. Эти государства создавались не в интересах народа; их целью была эксплуатация подданных в интересах правящей группировки. Подданные рассматривались как источник доходов для той группы людей, которая установила свою власть силой оружия. Их эксплуатация осуществлялась в форме сбора дани, налогов, земельной ренты, принудительного труда и других повинностей. Представители власти жили в богатстве и роскоши, а подданные прозябали в бедности, отдавая производимый продукт в пользу своих господ. Так продолжалось тысячи лет.

Спрашивается: каким же образом эта организация могла превратиться в собственную противоположность? Как она могла стать учреждением, служащим интересам и благу всего народа и защите его прав и свобод, как утверждают современные конституции и учебники права? Когда и как произошло это чудесное превращение, да и было ли оно в действительности?

Ясно, что мы имеем дело с мифом, созданным государством о самом себе, чтобы оправдать своё существование и скрыть свою эксплуататорскую сущность. Этот миф появился на свет, чтобы заменить другой миф – о божественном происхождении власти, с помощью которого государство объясняло своё существование в прошедшие века. Эпоха Просвещения развеяла миф о божественности власти, поставив государства перед необходимостью найти новое обоснование своего существования. И эта задача была успешно решена с помощью новой теории, в которой воля богов заменялась волей народа.

Инструмент господства

Каково же правильное понятие о государстве? Чтобы найти ответ на этот вопрос, следует обратиться к происхождению этого понятия. В русском языке слово «государство» происходит от слова «государь», которое в средние века было титулом абсолютного монарха. Более ранней его формой является слово «господарь», которое буквально означало «господин». Понятие государства, таким образом, неразрывно связано с понятием господства, от которого оно непосредственно происходит.

Государство, как я полагаю, есть инструмент господства одной группы людей над другой, правящей группы над группой подданных. Ключевым в этом определении является слово «господство», которое следует отличать от слова «власть». Часто говорят, что государство есть лишь институт публичной власти. Это определение неточно, потому что не всякая власть является господством. Господство есть разновидность власти, осуществляемая принудительно и в интересах властвующих. Именно этот тип власти является отличительным признаком государства.

В самом деле, что такое власть? В самом широком смысле слово «власть» означает руководство, когда один человек принимает решения за другого, указывает ему, что делать. Во множестве случаев власть осуществляется с согласия подвластных и в их интересах. Такой, по общему правилу, является власть родителей над детьми, врача над пациентом, священника над паствой. Если человек попадает в незнакомую страну, он находит себе проводника и следует его указаниям, потому что знает, что без него не найдёт правильного пути. Такая власть основана на добровольном соглашении и является взаимовыгодной.

Иной случай представляет собой власть господина над рабом. Она осуществляется принудительно и в интересах властвующего. Раб трудится в поте лица, а господин потребляет то, что создано его трудом. Раб работает из-под палки, а за побег или неповиновение подвергается наказаниям. Именно эта разновидность власти называется господством.

Несложно заметить, что власть государства над своими подданными относится ко второму типу. Она не основана ни на каком соглашении и осуществляется принудительно. Едва родившись, человек уже становится подданным какого-то государства, обязанным нести перед ним всевозможные повинности. За неисполнение этих повинностей, за попытку уклонения от них его подвергают различным наказаниям, начиная от денежных штрафов и кончая смертной казнью. Огромный аппарат принуждения, от судей и полицейских до тюремщиков и палачей, обеспечивает его покорность государственной власти.

Наконец, и выгоду от этого подчинения получает не сам подданный, а только представители власти. Это они строят себе роскошные дворцы, это они владеют дорогими яхтами и автомобилями и наслаждаются всеми благами жизни. Удел подданного – работать на них в поте лица и отдавать им то, что создано его трудом.

Власть государства над подданными есть классический образец господства, более яркий и наглядный, чем другие его формы.

Цель государства

Но какова же цель государственной власти? Для чего государство устанавливает господство над своими подданными?

Ответ на этот вопрос прост и может быть сформулирован следующим образом: эта цель – экономическое благо правящей группировки, получение ей нетрудовых доходов.

Знаменитый теоретик государства Франц Оппенгеймер объяснял эту цель следующим образом. Существуют два способа получения экономических благ: один – создавать их собственным трудом, другой – отбирать их у тех, кто их создал. Первый способ есть способ экономический, второй способ есть способ политический. Государство, полагал Оппенгеймер, есть организация, специализирующаяся на втором способе приобретения благ. Его фундаментальная цель состоит в том, чтобы отбирать произведённый продукт у тех, кто его производит, и отдавать тем, кто его не производит. Таким образом, целый класс людей получает возможность жить, не работая и не производя ничего полезного, а только перераспределяя произведённый продукт в свою пользу. Этот класс тунеядцев Оппенгеймер назвал политическим классом. Именно в его интересах создаётся государство, и именно его интересам оно преданно служит.

«Господство, – писал Оппенгеймер в своей книге “Государство”, – это не самоцель, а лишь средство в руках господствующих для достижения их подлинной цели – привилегии, состоящей в возможности наслаждаться без труда как можно большим количеством как можно более ценных благ». «Государство, – говорит он в другом месте книги, – является социальным институтом, насильно навязанным победившей группой людей над побеждённой группой с единственной целью – для утверждения господства победившей группы над побеждёнными и для защиты от восстаний изнутри и нападений извне. Телеологически такое господство не имеет никакой иной цели, кроме как экономической эксплуатации побежденных победителями».

Это объяснение природы и целей государства является классическим и воспроизводится во многих теоретических работах. Государство есть институт господства одних людей над другими, осуществляемого с помощью вооружённого насилия в экономических интересах правящей элиты. Таково самое краткое и самое верное определение государства.

Пастух и овцы

Здесь читатель может возразить, что государство выполняет много полезных для общества функций. Оно строит школы и больницы, прокладывает дороги, издаёт законы, защищает границы и борется с преступностью. Оно заботится об экономическом развитии страны и безопасности её граждан, противостоит внешним агрессорам и обеспечивает внутренний порядок. Отсюда может быть сделан вывод, что государство есть благо, необходимое для существования общества.

Однако указанные функции не только не противоречат основной цели государства, но, напротив, создают необходимые условия для её достижения. В самом деле, прагматичный правитель, заинтересованный в стабильном получении доходов, не будет безрассудно убивать и разорять своих подданных. Напротив, он будет создавать условия, при которых этих доходов будет как можно больше. Следовательно, он будет заботиться, во-первых, о выживании, а во-вторых, об экономическом благополучии подданных, которые являются главным источником его доходов. Чем больше у правителя подданных, чем богаче его страна, чем сильнее её экономика, тем больше получает от её эксплуатации правящая элита.

Это отношение совершенно подобно отношению пастуха со своим стадом. Чем больше стадо, чем жирнее и упитаннее овцы, тем больше мяса и шерсти получит от них пастух. Пастух не заинтересован, чтобы его овцы умирали от голода или становились жертвами хищных животных. Он вынужден заботиться о них и защищать их от нападений. Поэтому пастух кормит овец, выгуливает их на пастбищах, охраняет от волков и чужих людей, лечит от болезней и укрывает от непогоды.

В глазах овец пастух выглядит благодетелем, от которого исходит одно только добро. И только мы с вами знаем, что подлинный мотив этих благодеяний глубоко корыстен и овцы нужны ему лишь для того, чтобы есть их мясо и стричь их шерсть. Пастух – коварный убийца, приручивший своих жертв, чтобы всегда иметь под рукой готовый источник мяса и шерсти.

Но именно так относится к своим подданным и государство. И оно приручило людей и заботится о них только для того, чтобы иметь постоянный источник доходов. И оно защищает население, чтобы у правящей элиты всегда было достаточно средств и чтобы представители этой элиты могли хорошо есть, пить и одеваться, ездить на дорогих автомобилях и строить загородные особняки.

Государство и классовая теория

Тут просвещённый читатель может спросить: а не является ли излагаемое мной учение пересказом теории марксизма, согласно которой государство есть орудие классовой эксплуатации? Вспомним, что утверждали классики марксизма. «Государство, – писал В. Ленин в своей работе “О государстве”, – есть машина для угнетения одного класса другим, машина, чтобы держать в повиновении одному классу прочие классы». Нет утверждаю ли я нечто подобное?

Однако это сходство имеет чисто поверхностный характер. Классы, о которых учит марксизм, – это прежде всего экономические классы. Согласно марксистскому учению, классы различаются между собой по своему отношению к средствам производства. Один класс владеет средствами производства, другой – нет, поэтому первый господствует над вторым. Например, феодал владеет землёй и поэтому господствует над крестьянами, капиталист владеет фабрикой и поэтому господствует над рабочими и т. д. Соответственно, и государство создаётся одним из экономических классов, тем, который в данную эпоху является господствующим – рабовладельцами, феодалами, капиталистами и другими.

Но такое определение государства предполагает, что экономические классы уже существовали до его появления. Иными словами, по мнению марксистов, сначала возникли экономические классы, а уже потом один из них создал государство в качестве орудия своего господства.

Но было ли так в действительности? Моя теория утверждает обратное: сначала возникло государство, а уже потом – экономические классы. Эта теория подтверждается данными исторической науки и археологии. Пока не было государства, в обществе царило равенство. Догосударственные общества были эгалитарными, они не знали деления на богатых и бедных, аристократов и простолюдинов. Экономическое господство явилось следствием господства политического. Как только появилась государственная власть, начали возникать и господствующие классы.

Правящая элита всегда стремится к обогащению, к получению нетрудовых доходов. Эти доходы могут изыматься у населения двумя способами: либо непосредственно, с помощью сбора дани, либо опосредованно – через контроль над средствами производства. Например, князь, правящий государством, раздаёт землю своим дружинникам, и они становятся феодалами-землевладельцами. Леса, реки, рудники переходят в руки княжеских слуг и становятся источником их доходов. Богатства, накопленные за счёт грабежа подданных, оседают в руках царедворцев и кладут начало частному капиталу. Так было в реальной истории, и этот процесс можно проследить по письменным источникам.

Таким образом, марксистская теория переворачивает всё с ног на голову. В действительности не классы создают государство, а государство создаёт классы, и в основе всякого общественного неравенства лежит государственная власть.

Государство и община

Зададимся теперь другим вопросом. Если государства возникли во времени, значит, было время, когда их не существовало. Возникает вопрос: что было до государства, как было организовано общество до его появления?

Данные истории, археологии, этнографии единодушно свидетельствуют, что до образования государств человечество было организовано в общины. Община – это самоуправляемый коллектив, снованный на равноправии и совместном принятии решений.

Все земледельческие народы древности жили общинами. Их находят у древних шумеров и египтян, аборигенов Индии и Китая, древних греков и римлян, германцев и славян, народов доколумбовой Америки и тропической Африки.

В учебниках истории этот общественный строй называется первобытнообщинным. Однако слово «первобытный» вводит в заблуждение, создавая иллюзию, будто общинный строй свойственен каким-то дикарям, стоявшим на низшей ступени развития. Отсюда делается вывод, будто общинный строй был чем-то примитивным и лишь появление государства принесло людям блага цивилизации. Таким образом, государственность отождествляется с цивилизацией, и между этими понятиями ставится знак равенства.

Чтобы развеять эту иллюзию, достаточно напомнить, что общинный строй сохранялся и у многих цивилизованных народов. Общинной в своей основе была цивилизация древних греков и римлян, основной политической единицей которой был полис (лат. civitas) – городская община, основанная на принципе самоуправления. Именно от латинского слова civitas происходит и само слово «цивилизация».

Общинами были средневековые итальянские города-коммуны, создавшие культуру эпохи Возрождения, такие как Милан, Флоренция, Болонья, Венеция, Генуя и др. Общинами были ранние североамериканские штаты, в результате объединения создавшие самую передовую современную цивилизацию. Общинное начало сохраняется и в устройстве современных демократических государств и в местном самоуправлении в тех странах, в которых оно реально существует.

Этих примеров достаточно, чтобы разорвать ассоциацию между общинностью и первобытностью, которую внушают учебники истории. Древние общины были коллективами свободных и равных людей, и эту изначальную свободу и равенство похитили у них первые государства.

Теория прибавочного продукта

Поставим теперь вопрос, почему государство не существовало всегда, а возникло на определённом этапе истории? Почему общинный строй древних народов повсеместно сменился государственным?

Ответ на этот вопрос даёт учение о прибавочном продукте. Общественным продуктом называется совокупность всех материальных благ, произведённых трудом какого-либо общества. Прибавочный, или, проще говоря, избыточный продукт – это та часть общественного продукта, которая превышает норму, необходимую для простого выживания членов общества. Это излишек, который может сохраняться и накапливаться в виде запасов и создавать то, что называется богатством.

Этот излишек существовал не всегда, но возник на определённом этапе общественной эволюции. Развитие производящего хозяйства, внедрение передовых методов земледелия и животноводства, прогресс техники позволили повысить производительность труда, и в какой-то момент он начал создавать прибавочный продукт.

Именно этот момент стал исходной точкой для появления государства и общественных классов. Стоило появиться прибавочному продукту, как появились и люди, желавшие завладеть этим продуктом, иначе говоря, жить, не работая, получать нетрудовые доходы. Решить эту задачу помогло им зародившееся государство. Отчуждая прибавочный продукт и распределяя его между потребителями, государство впервые в истории создало класс, специализирующийся на потреблении продуктов чужого труда.

Американский антрополог Джеймс Скотт обратил внимание на то, что древнейшие государства возникли на базе зернового хозяйства. Зерно стало тем продуктом, которое оказалось возможным регулярно отнимать, хранить и учитывать. Создатели первых государств получили возможность оценивать количество урожая, устанавливать точный размер дани и отчуждать в свою пользу ровно столько, сколько необходимо, чтобы производитель не умер от голода, а служители государства получали должное содержание. Это позволило создать чётко работающий механизм по изъятию прибавочного продукта.

Стоит заметить, что образ жизни, при котором человек не работает, а лишь потребляет продукты чужого труда, называется паразитическим. Соответственно, и классы, ведущие такой образ жизни, можно назвать паразитическими. Государство, отчуждая прибавочный продукт у трудящихся и отдавая его не трудящимся, создаёт паразитические классы. Отсюда несложно заключить, что и само государство в своей основе является паразитической организацией. Это одна из ключевых характеристик государства, которая позволит нам в дальнейшем дать его точное определение.

Отъём прибавочного продукта

Итак, первым условием возникновения государства является появление прибавочного продукта. Однако это условие необходимое, но не достаточное. Есть другое условие, которое должно присутствовать наряду с первым. Это – наличие группы людей, готовых отбирать этот продукт в свою пользу.

В самом деле, пока такой группы людей нет, никто не может заставить производителей отдавать свой продукт чужим людям. Община, в силу своего демократического устройства, может распределять прибавочный продукт только в коллективных интересах. Многие древние народы тысячелетиями жили, не зная принуждения и социального неравенства.

Всё изменилось, когда на арене истории появились профессиональные воины. Постоянные войны, которые вели между собой древние племена, привели к появлению воинского сословия – особой прослойки людей, имеющих склонность к войне и насилию. Такие люди объединялись в дружины, избирали себе вождей и под их руководством совершали грабительские набеги. Классическим примером таких дружин являются дружины викингов. Со временем война и грабёж делались для них единственным источником средств существования. В какой-то момент эти дружины переходили от отдельных набегов и грабежей к систематическому сбору дани со своих жертв. Этот момент и был моментом зарождения государственности.

Отныне накопленный общиной прибавочный продукт переставал быть общим достоянием. Он становился добычей профессиональных воинов, которые строили на нём своё личное благосостояние. Возникло общественное неравенство, деление на богатых и бедных, господ и простолюдинов. Вождь становился правителем, распределявшим собранную дань между своими дружинниками, дружинники – военной аристократией, жившей за счёт собираемой дани.

Не только отдельные дружины, но и целые племена нередко посвящали свою жизнь грабежам и набегам. Особой воинственностью всегда отличались племена скотоводов, бродячий образ жизни которых склонял их к занятию разбоем. Нередко пастушеское племя вторгалось на территорию земледельцев и подчиняло их своему господству. Так поступали племена кочевников и племена горцев. Потомки скотоводов становились военной знатью, потомки земледельцев – подданным сословием, отдающим весь прибавочный продукт своим господам. Так зарождались древнейшие государства.

Определение государства

Здесь мы подходим к ключевой теме – определению государства. С учётом всего сказанного я полагаю, что наиболее точным его определением будет следующее: «Государство есть паразитическая организация, осуществляющая вооружённое господство над населением известной территории с целью его экономической эксплуатации и получения нетрудовых доходов».

Это определение краткое; оно нуждается во многих уточнениях, но ясно передаёт суть явления. Исходя из этого определения, можно выделить следующие признаки государства:

1. Государство есть организация, то есть коллектив людей, связанных определёнными отношениями.

2. Оно есть организация паразитическая, то есть существующая не в интересах всего общества, а в интересах группы лиц, паразитирующих на этом обществе.

3. Власть государства распространяется на известную территорию, которую оно контролирует и которая ограничена территориями других государств.

4. Власть над населением этой территории удерживается с помощью вооружённой силы и носит принудительный характер.

5. Целью государственной власти является экономическая эксплуатация подданного населения, как в форме сбора с неё натуральных или денежных поборов, так и в форме непосредственного принуждения к труду.

6. Доходы, получаемые от этой эксплуатации, оседают в карманах правящей группировки и составляют основной источник её средств существования.

Это определение универсально; оно подходит ко всем государствам прошлого и настоящего, начиная с Египта времён фараонов и кончая теми государствами, под властью которых мы живём сейчас.

Напротив, если окажется, что некая организация не подходит под это определение, это будет значить, что она является не государством, а политическим образованием иного типа, о чём будет подробнее рассказано в последней главе данной книги.

Государство и преступное сообщество

Получив точное определение государства, зададимся теперь вопросом: не известны ли нам другие организации, подобные государству и подпадающие, полностью или частично, под это определение?

Действительно, такие организации существуют, и первое, что приходит на ум, – это преступные сообщества. В общественных науках уже давно замечен и описан факт разительного сходства государства с бандой рэкетиров. Американский социолог Чарльз Тилли в своих трудах указал на признаки этого сходства: и государства, и рэкетиры продают защиту от угроз, которые сами же создают.

В 1980-е годы в России процветал этот вид преступного бизнеса. Вымогатели, или рэкетиры, облагали данью мелких предпринимателей и с помощью шантажа, пыток и угроз заставляли выплачивать им денежные суммы. На вырученные от вымогательства деньги они подкупали сотрудников милиции, и те помогали им избегать наказания. Своё право на сбор дани рэкетиры мотивировали тем, что оказывают данникам защиту от других вымогателей.

Несложно заметить, что банда рэкетиров имеет системное сходство с государством. Она также является паразитической организацией, эксплуатирующей общество в своих интересах; она также контролирует известную территорию; её власть также основана на применении силы, а её целью также является получение нетрудовых доходов.

Отличие банды от государства состоит лишь в одном: она не обладает суверенитетом, то есть монопольной властью над своей территорией. Территория, на которой она действует, уже входит в состав какого-то государства. Поэтому банда вынуждена действовать подпольно, скрываясь от государства и его силовых структур. Именно это отличие делает её бандой: действуя на чужой территории, она нарушает сложившийся порядок и поэтому рассматривается как преступная организация.

Однако этот вывод имеет обратимый характер: из него следует, что, если бы некая банда приобрела суверенитет над своей территорией, она перестала бы быть бандой и превратилась в государство.

Возможно ли такое в действительности? Да, возможно, и история знает такие примеры. С точки зрения международного права, критерием государства является его признание другими государствами. Это значит, что, если какая-то банда давно и прочно удерживает власть над известной территорией, соседние государства начинают признавать её власть законной и устанавливают с ней дипломатические отношения. С этого момента банда перестаёт быть бандой и становится государством, а её название появляется на карте мира. Банда обзаводится флагом, гимном и конституцией, её руководящая верхушка становится правительством, а её боевики – армией и полицией.

Итак, государство и банда вымогателей имеют одну природу: государство есть банда, обладающая суверенитетом, банда есть государство, лишённое суверенитета.

Теория оседлого бандита

Глубокое родство государства с преступной бандой было замечено ещё в древности. Христианский философ Августин Блаженный, живший в 5 веке н. э., в своём труде «О Граде Божием» писал: «Итак, при отсутствии справедливости, что такое государства, как не большие разбойничьи шайки; так как и сами разбойничьи шайки есть не что иное, как государства в миниатюре... Когда подобная шайка потерянных людей возрастает до таких размеров, что захватывает области, основывает оседлые жилища, овладевает городами, подчиняет своей власти народы, тогда она открыто принимает название государства, которое уже вполне присваивает ей не подавленная жадность, а приобретённая безнаказанность».