Короли Дрэйквилла. Отступники

Глава 3

Николас

Он пришёл один.

Остановился прямо перед нами.

Я встал, заслонив Дейзи собой, чем вызвал у Га́бриэля усмешку.

— Сколько тебе лет, парень? — Он оглядел меня. — Двадцать четыре?

Мой ответ ему не требовался, но я всё равно кивнул. Стоило молча его выслушать, чтобы понять намерения.

— А в голове всё ещё ветер. В твои годы я уже был женат на прекрасной женщине, и Агата родила мне сына.

Он выдержал паузу и отошёл на несколько шагов, не сводя с меня взгляда.

— Ему всего девятнадцать, Ник. Всего девятнадцать. В этом возрасте редко у кого появляются проблески ума, но в двадцать четыре уже нельзя быть настолько легкомысленным. Ты ведь понимаешь, что та бумажка, которую вы подписали, ничего для меня не значит.

Га́бриэль запустил руки в карманы брюк и прислонился к стене. Его движения напоминали грацию и расчётливость хищника перед броском. Интонация отдавала лишь обманчивой доброжелательностью: на деле Га́бриэль готовился напасть.

— Я мог бы написать заявление — и тебя посадили бы сегодня же. Но мы сами с тобой разберёмся. Это будет чертовски больно и медленно, Николас. Из-за тебя мой сын в коме, и неизвестно, очнётся он, останется в состоянии овоща до конца дней или умрёт через час. Ты сильно расстроил мою жену, Ник. Агата безутешна. А когда она в таком состоянии, мне хочется убивать.

Странно, что он хотел убить меня из-за слёз жены, а не состояния сына. Но я и до этого знал, что Га́бриэль Ланг — однолюб с причудами, боготворящий свою Агату.

— Я приму наказание, — твёрдо произнёс я. — Делай со мной что хочешь, но только со мной, остальные ни при чём.

— Мы сами решим, кто заслуживает кары. — Он вновь выдержал паузу, гипнотизируя меня взглядом, затем обратился к своим людям, которые обступили нас, подкравшись тихо, точно ниндзя: — Выведите его на улицу.

— Нет! — Дейзи вцепилась в мою руку. — Не трогайте его. Вы не имеете права.

— Смелая девочка, — зловеще улыбнулся Га́бриэль. — Расслабься: тебя это не касается. Покане касается. Если хочешь посмотреть, мы не станем препятствовать. Но если помешаешь, сдерживаться я не стану. Влезешь между нами — и я пущу пулю ему в лоб. Ты прекрасно знаешь: никто не посмеет вмешаться. Так неужели ты настолько глупа, чтобы в одиночку противостоять мне? Нам?

Вместо ответа, она отпустила мою руку. Я оглянулся. Дейзи трясло, слёзы струились по её щекам, но даже сейчас плотно сжатые губы выдавали непокорность. Больше всего я не желал, чтобы она шла за нами, однако Дейзи взглядом дала понять, что не останется в стороне.

Прохладный ночной воздух обдул пылающее лицо, когда я толкнул дверь чёрного хода. Люди Га́бриэля держались позади меня, пока мы шли сюда, но, как только все оказались на улице, они обступили нас с Га́бриэлем плотным кругом. Где-то там находилась и Дейзи. Однако сейчас мой взгляд был прикован к Га́бриэлю.

— Тебе нравится драться, — сказал он, сняв плащ, — значит, проведём бой. — Он кинул его одному из своих людей. — Правило лишь одно, Николас: защищаться тебе запрещено. В случае нарушения пострадает твоя девушка. Но ты можешь нападать. Если готов рискнуть и проверить, чем это обернётся.

Га́бриэль ударил по лицу, с ходу чуть не сбив меня с ног. В голове зашумело, и я тряхнул ею, пытаясь избавиться от мельтешащих перед глазами чёрных точек.

Настолько сильные удары мне прилетали лишь от Мэтта, когда я попросил тренировать меня всерьёз, не жалея. Бил он даже сильнее, чем другие тренеры, с которыми я занимался. Хоть Мэтт и бросил профессиональный спорт, но всё ещё мог уложить кого угодно. И научил меня держать удар, каким бы сильным тот ни был. Однако сейчас не стоило показывать, что я способен выдержать и не такое.

— Не прикрывайся. — Голос прозвучал будто издалека, зрение ещё не вернулось, но я знал, что Га́бриэль стоит прямо напротив.

Где-то на периферии сознания промелькнула мысль, что они с Мэттом могли бы подружиться, если бы сначала померились силой. Уверен, вышла бы ничья.

В следующее мгновение я уже силился втянуть воздух, сложившись пополам. Третий удар пришёлся под колени, однако я устоял и не повалился на асфальт. А может, стоило упасть?

— Ты какой-то хилый. Отец не воспитывал в тебе мужчину?

— Он…

Договорить мне Га́бриэль не дал, врезав по правой скуле, а сразу следом — ударил по левой. Этого ему показалось мало, и он всадил кулак в подбородок, чуть не опрокинув меня и заставив отступить.

Мотнув головой, я восстановил равновесие. Мои жалкие потуги сохранять достоинство, позволяя избивать себя, рассмешили Га́бриэля, однако бархатистый, чуть хрипловатый смех звучал недолго. Уже через несколько секунд раздался хруст моего носа. Ещё через два удара я позволил Га́бриэлю сбить меня с ног.

Помня, что нельзя заслоняться руками, старался не шевелиться, пока он пинал меня. Сквозь звуки ударов и собственное рваное дыхание слышал крики Дейзи, но лишь поначалу. Реальность смыло, когда в голове замелькали картинки из прошлого, и я вновь оказался в подвале отцовского дома. Избитый. Прикованный к батарее. Обезвоженный и голодный.

Он не воспитывал во мне мужчину.

Он хотел меня сломать.

И ему это удалось.

Но чёрта с два я буду перед кем-то дрожать от страха и умолять.

Лучше сдохнуть.

— Хватит витать в облаках, — прервал наплывы прошлого Га́бриэль, склонившись надо мной.

Он щёлкнул пальцами — и его люди вернулись в клинику, оставив нас.

Дейзи бросилась ко мне. Га́бриэль не стал препятствовать, когда она помогла мне приподняться и уложила мою голову на свои колени.

— Это была разминка, Николас. И она показала, что сам ты не в состоянии рассчитаться со мной. Предупреди друзей: пусть почаще оглядываются.

Договорив, он направился к чёрному ходу, а я боролся с воздухом. Рёбра простреливало болью при каждом вдохе и выдохе, лицо пульсировало, в ушах стоял звон. Но я всё равно слышал, как Дейзи умоляет оставить нас в покое. Разумеется, Га́бриэль даже не обернулся.

— Не плачь, — прохрипел я, легонько сжав её ладонь. — Только не из-за меня.

— Боже, Ник… Ты такой дурак! — взволнованно и в то же время яростно воскликнула она. Только Дейзи умела одновременно и злиться, и переживать. — Ну зачем тебе понадобилось участвовать в этих боях? Кому и что ты пытался доказать?

Я протянул руку и коснулся её мокрой щеки. Старое обещание всплыло в памяти, всколыхнув внутри что-то отдалённо похожее на грусть.

— Ты надеялась, что я буду хорошим, и ради тебя я какое-то время пытался. Но у меня не вышло. Мы с тобой знаем, что я из себя представляю.

Дейзи всхлипнула.

— И что теперь будет? Он ведь не отстанет, да?

Она всё причитала и плакала, а я лежал на её коленях — и это ощущалось как дом. Настоящий, а не тот, в котором мне пришлось расти.

Дом принято назвать крепостью и тихой гаванью, потому что он должен защищать. Но, находясь в том месте, я никогда не чувствовал себя в безопасности.

— Пойдём к машине, отвезу тебя, — тихо сказал я. Оставаться здесь и дальше не имело смысла, тем более Дейзи уже была близка к истерике.

— И как ты сядешь за руль? Нужно вернуться в клинику, тебя должны осмотреть.

— Не стоит сейчас туда возвращаться. Или ты хочешь проверить его терпение?

— Нет, но…

— Тогда поехали. Не так уж и сильно он меня избил.

Подтверждение слов далось нелегко, но всё же я поднялся на ноги, сохранив невозмутимое выражение лица. Отвернувшись от Дейзи, вправил нос и выругался сквозь зубы. Га́бриэль не сломал даже его, однако отделал меня достаточно жёстко. Они с Мэттом точно нашли бы общий язык.

Пока мы плелись до автомобиля, я старался не хромать, но Дейзи всё равно бросала на меня тревожные и в то же время недовольные взгляды. Ну хоть плакать перестала.

Достав из кармана телефон и увидев вдребезги разбитый экран, я выругался ещё раз. Думал разбудить Тайлера или Дилана, но устройство сдохло, поэтому придётся добираться самостоятельно. Никаким таксистам сейчас доверять нельзя: половине из них защиту обеспечивает контора коллекторов. Звонить с телефона Дейзи не хотелось. Друзья не воспримут это нормально, а прямо сейчас я не смогу спокойно выслушать их осуждения. Стоит сначала вернуть самообладание, чтобы не сорваться на них. Они тут вообще ни при чём.

Дождь забарабанил по лобовому стеклу, едва мы сели в машину. Я включил дворники и крепко сжал руль, пытаясь не обращать внимания на боль, и сосредоточился на дороге.

Ехали молча, что меня вполне устраивало. Дейзи сидела, уставившись в пустоту, а я думал, как объяснить Блэйку, почему привёз её под утро. Даже ложь выглядела бы более правдоподобно, тем более он понял, что я неравнодушен к Дейзи. Как и она ко мне.

Наверняка Блэйк гадал, почему именно я. Уверен, из всех нас он согласился бы разве что на Мэтта. Ничего удивительного, Блэйк хотел для своей сестры самого лучшего. Но мог ли кто-то из нас сделать её счастливой? Вряд ли. Уж точно не я.

Припарковавшись у их дома, я первым вышел из машины и открыл ей дверь. Дейзи вновь вцепилась в рукав моей рубашки и не отпускала до самой двери. Её руки дрожали, когда она открывала её.

— Ложись спать. — Я коснулся её щеки. Слишком нежно и интимно, но сейчас сложно было контролировать свои действия. — Блэйк ещё спит, поговорю с ним завтра и сам всё объясню. Ты здесь ни при чём, так что не забивай этим голову. ТебяГа́бриэль не тронет. Пусть он и мерзавец, но не опустится до такого. А я справлюсь. Главное — ты в безопасности. Отдыхай.

— Останься, — потребовала она, потянув меня внутрь. Слёзы снова побежали по её лицу. — Ты не можешь вот так уйти.

Мне и самому не хотелось.

А ещё мне не нравилось видеть Дейзи плачущей.

Возможно, она считала, что люди Га́бриэля следили за нами и, когда я останусь один, обязательно на меня набросятся. Или просто не хотела отпускать. В любом случае я пошёл у неё на поводу и закрыл за нами дверь. Затем провёл Дейзи в гостиную, усадил на диван и, опустившись на пол, взял её ладони в свои.

— Дейз, посмотри на меня. Всё будет хорошо, слышишь?

— Как ты можешь быть уверен? А если Бэн уже умер? Или умрёт завтра? Или никогда не очнётся? Га́бриэль слетит с катушек и…

Поток слов оборвался, превратившись в рыдания. Как я ни пытался её успокоить, не действовало ничего, истерика лишь усиливалась. Если бы знал, где хранится аптечка, дал бы ей успокоительное. Но я не знал.

Я слишком сильно отдалился от своих друзей. Не физически, а морально. Даже живя с Тайлером в одном доме, я словно находился за тысячи километров.

— Отойди от неё, — раздался за спиной звенящий сталью голос Блэйка.

Я выпрямился. Медленно развернулся. И сделал несколько шагов ему навстречу.

Блэйк отшатнулся, что не стало для меня неожиданностью. Мой вид сейчас кого угодно бы поверг в шок.

— Какого чёрта произошло? Если ты обидел мою сестру…

— Я бы никогда такого не сделал, — резко оборвал я его.

Блэйк прищурился, изучая моё лицо и одежду. Затем внимательно оглядел Дейзи и вновь вперился в меня взглядом.

— И как давно, Ник? Как давно у вас это началось?

— Звони Призракам, — отстранённо произнёс я, проигнорировав вопрос. — Понадобятся их помощь и связи. Они всё ещё должны нам услугу. Пора им вернуть долг.

— Какого хрена происходит, Николас? Мы договорились не просить их о помощи без веских на то оснований. Ты знаешь, какую цену они могут потом запросить.

— Основания более чем веские, Блэйк. Моим противником на ринге был сын одного из боссов Дилана. Исход боя повлечёт за собой плохие последствия для всех нас.

— Твоим противником на… ринге? — словно не веря, повторил он.

— Я участвовал в подпольных боях. И сегодня я убил человека.

На пару секунд Блэйк прикрыл глаза, а затем сипло выдохнул:

— Ты… что сделал?

На лестнице послышались торопливые шаги, освободив меня от необходимости повторять.

— Что за шум? — спросила Кристалл, спустившись. — Почему вы все здесь? — Заметив моё состояние, она повысила голос: — Что, чёрт подери, случилось?

— Кристалл, отведи Дейзи наверх, — отчеканил Блэйк, не прерывая зрительного контакта со мной. — Оставайся там с ней. Я всё объясню позже.

Кристалл бросила в него недовольный взгляд, но просьбу выполнила, за что я мысленно поблагодарил её. Дейзи нуждалась в поддержке, а у крошки, как выяснилось, талант успокаивать людей и вправлять им мозги. Хотя временами эта миниатюрная блондинка могла быть достаточно жёсткой и неприятной.

— Блэйк. — Я шагнул к нему, когда Кристалл увела Дейзи.

— Нет, чёрт подери, — отрезал он. — Не попадайся мне на глаза, пока не придут парни. Когда они будут здесь, мы поговорим об этом дерьме. Тебя и так сильно избили, поэтому скройся. Уйди на кухню, запрись в кладовке — мне всё равно, где ты проведёшь эти полчаса или час, но не подходи ко мне, блять. Иначе, клянусь, я разукрашу тебя похлеще, чем это уже сделали.

Глава 4

Николас

Обычно уютная гостиная Адамсов сейчас источала неприятие.

После гневной речи Блэйк сам покинул её. Вернулся через пару минут, швырнул аптечку на диван, затем поднялся наверх. А я остался внизу, впервые чувствуя себя нежеланным гостем в этом доме.

Словно вор, прошёл на кухню, вымыл руки и лицо. Рубашка вся пропиталась кровью и вызывала мерзкое ощущение, но я решил не выбрасывать её здесь, чтобы не злить Блэйка ещё сильнее. Налил стакан воды, запил таблетки, инструкция к которым обещала обезболивающий и противовоспалительный эффекты, и стал ждать.

Га́бриэлю удалось не переломать мне ни одной кости, так что врач не требовался. Однако таким образом он лишь продемонстрировал, насколько хорошо владеет техникой рукопашного боя и разбирается в анатомии. Ведь, ударь Га́бриэль чуть сильнее и под другими углами, я бы сейчас тоже лежал на больничной койке. Почему он сдерживал себя? Проверял меня?

Стрелка часов приблизилась к шести утра, когда на подъездной дорожке наконец остановился автомобиль Мэтта. Оттуда вылезли все трое, что меня не удивило. Наверняка он подхватил Дилана, а затем им пришлось за шкирку вытаскивать Тайлера из постели: засранец любил поспать подольше и никогда не вставал в такую рань.

Блэйк вернулся в гостиную одновременно с хлопком входной двери. Смерил меня ледяным взглядом, кивком поздоровался с вошедшими.

Даже Мэтт выглядел сонным: короткие чёрные волосы торчали во все стороны, веки слегка припухли. Про Тайлера и говорить нечего: рыжий псих, похоже, вообще не понимал, кто он и где находится, однако биту свою прихватил. Дилан же казался раздражённым, словно его оторвали от очень важного занятия, и я догадывался какого.

— Ну и? — Он вопросительно посмотрел на Блэйка. — Что за срочность? Кто-то умер?

Странно, что Га́бриэль ещё не «побеседовал» с ним, учитывая, что Дилан работает на него.

— Этот, — Блэйк обвиняюще ткнул в меня пальцем, — трахает мою сестру.

Он что, серьёзно?

Все взгляды устремились ко мне. Даже Тайлер встрепенулся.

Я устало выдохнул, но не успел ничего сказать: он встрял между мной и Блэйком. На плече у Тайлера красовалась чёрная Круэлла Вторая, названная в честь Первой, павшей в неравном бою. Смотрел он с осуждением.

— Ты говорил, что не полезешь к ней. Выходит, соврал? Может, раскрошить тебе лицо, золотце? Один удар — и готово.

— Рука не поднимется, ты меня обожаешь. — Я перевёл взгляд на Блэйка. — Не драматизируй, мы с ней не спим. И ты начал не с тех новостей.

— А ты не мог мне просто сказать?!

— Ты сам не захотел меня выслушать. А ещё ты очень смешной, когда злишься.

У него на лице задёргался мускул.

— Я серьёзно тебе сейчас врежу, — процедил Блэйк, сжав кулаки.

— Ладно, стоп. — Дилан положил руку ему на плечо. — Нику и так досталось. Давайте все остынем, и вы наконец объясните, что случилось. Для начала: с кем дрался Ник? Судя по тому, что на тебе ни царапины, сцепился он не с тобой. Но почему ты обвинил его в связи с Дейзи и какого чёрта он здесь, а не дома? Рассказывайте. По порядку.

Он отступил от Блэйка и посмотрел на меня.

— Ник, может, начнёшь?

— И так собирался. Но спасибо, что разрешил.

По мере моего рассказала их лица всё больше мрачнели. Когда я закончил, в гостиной повисла гнетущая тишина.

— То есть он не умер, а впал в кому, — осторожно уточнил Дилан. — Получается, ты его не убивал.

— Если он ещё не откинулся, — пробормотал Тайлер, а когда все посмотрели на него, ощетинился: — Что? За это время Бэн вполне мог отчалить на тот свет. Такой вариант нельзя исключать.

— Нет, — покачал головой Дилан. — Он ещё жив, иначе Га́бриэль уже дал бы о себе знать. — Он посмотрел на меня. — Значит, тебе показалось, что с Бэном с самого начала было что-то не так?

— Я уверен в этом. Видел его в деле и точно могу сказать, что сегодня он был не в форме. Не просто не выспался или устал, нет. Бэн словно не вполне понимал, где он и что происходит. Создавалось ощущение, что его чем-то одурманили. Его движения были вялыми, а координация нарушена.

— И ты не остановил бой? — с нажимом спросил Мэтт.

Я молча взглянул на него.

— Серьёзно? А куда смотрел рефери?

— Мэтт, это «Яма», там другие правила.

— Там их вообще нет! — рявкнул он. Впервые на моей памяти Мэтт настолько вышел из себя. Хотя неудивительно, что бывшего бойца ММА это так взволновало, даже несмотря на то, что он и сам прекрасно знал, как всё устроено в «Яме». — Ради этоготы просил получше натаскать тебя? Я бы не удивился, если бы Дилан или Тайлер ввязались в нечто подобное, но ты…

— Эй! — обиженно вскинулся Тайлер. — Почему все всегда намекают, что я тупой?

Разумеется, он не был глупым, однако часто вёл себя эксцентрично, за что и получал в свой адрес такие шутки. Тайлер довольно остро на них реагировал, и это стало ещё одним поводом для подколов.

— Читай между строк: Мэтт только что назвал тебя глупым, — не пытаясь скрыть усмешку, обратился ко мне Дилан.

— Ты глухой? — буркнул Тайлер. — Мэтт упомянул тебя и меня.

— А я не принял на свой счёт, у меня высокий айкью. И ты не веди себя как тупая ворчливая задница. Может, тогда и намекать перестанут.

Они уставились друг на друга, словно ведя немой диалог. Хотя, вероятно, так и было. Эти двое отлично понимали друг друга и без слов.

— Объяснять, почему пошёл в «Яму», не стану, — прервал я затянувшее молчание. — Мне жаль, что из-за меня Га́бриэль может доставить проблем и вам тоже. Однако сейчас важно решить, что делать с последствиями. Прощать меня или нет — дело ваше. Не вижу смысла в красноречивых извинениях. Слова ничего не изменят.

— Ты прав, — тихо сказал Блэйк. — Мы сами решим, прощать ли тебя и как скоро. Но пообещай мне вот что. Ты не втянешь в это Дейзи. Не приблизишься к ней. Не станешь…

— Да, — перебил его я. — Я не тот, кто ей нужен.

— Как хорошо, что ты это понимаешь. — Блэйк посмотрел мне в глаза. Настолько холодного взгляда я у него ещё не видел. И понял, что немного завидую Дейзи.

Он защищал её всю жизнь. Делал для неё буквально всё. Понимала ли она, насколько ей повезло с братом?

А мне повезло с друзьями. И, по-хорошему, перед ними стоило извиниться. Я подставил всех. Но проблема заключалась в том, что уже давно я не чувствовал ничего, кроме пустоты. Даже разговаривал через силу. А нет ничего хуже фальшивого раскаяния.

Тем более они и так знали, что я та ещё сволочь. И принимали меня таким.

— Приготовлю завтрак. — Мэтт раздражённо вздохнул. — Мы все голодные, сонные и злые.

— И ты решил, что еда решит наши проблемы? — со смешком спросил Дилан, последовав за Мэттом на кухню.

— Мне нужен крепкий чай, — пробормотал Тайлер и поплёлся за ними.

Разумеется, они ушли, чтобы дать нам с Блэйком поговорить наедине. Вот только ни один из нас не мог сейчас адекватно мыслить.

Блэйк подошёл ближе. Его взгляд не смягчился.

— Каким-то образом я всегда знал, кто тебе на самом деле нравится.

— Это тебя не касается, Блэйк.

— Ещё как касается. Она моя сестра.

— Но не собственность же. — Я пожал плечами, чем окончательно его выбесил.

— Не собственность, да, — процедил он, еле сдерживаясь. — Но ты больше не подойдёшь к ней.

Усталость навалилась на меня, но вместе с тем и злость. И злость была сильнее.

Что я такого сделал, чтобы меня с рождения раз за разом обвиняли во всех грехах и наказывали? Отец, мать, а вот теперь — друг. Даже Гаррисон* и тот выбрал грушей для битья именно меня. Я давно уяснил, что незачем оправдываться или пытаться понравиться, это ни к чему не приводит. Лучше работать на опережение. Кто-то думает, что я ублюдок? Значит, надо превзойти их ожидания.

[*Гаррисон — персонаж из первой книги «Короли Дрэйквилла. Падение»]

Я шагнул к Блэйку и злобно процедил в ответ:

— Да сдалась мне твоя сестра. Она что, какая-то особенная? Нет, Блэйк. Такая же, как и сотни девчонок. И если мне захочется развлечься, я найду кого-нибудь получше. Благо вариантов предостаточно: вокруг много красивых и ярких девушек. Ты ошибся, Дейзи никогда мне не нравилась. Я терпел её только потому, что она твоя сестра. Буду рад наконец избавиться от её навязчивого присутствия. Надеюсь, ты проследишь, чтобы Дейзи ко мне больше не лезла.

Тихий возглас заставил меня оторвать взгляд от багровеющего Блэйка. Дейзи смотрела на нас, застыв в проходе и прикрыв рот рукой. В паре метров за её спиной стояла Кристалл, сложив руки на груди и буравя меня осуждающим взглядом. И сейчас я был с ней согласен. Однако не пошёл за ними, когда Дейзи развернулась и бросилась вверх по лестнице, а Кристалл последовала за ней.

Пусть так.

Возможно, если Дейзи меня возненавидит или начнёт презирать, то будет держаться подальше и не пострадает. И наконец-то разозлится настолько, что начнёт ставить себя на первое место.

— Теперь ты доволен? — едко поинтересовался я у Блэйка, который тоже их заметил. — Насчёт ситуации с Га́бриэлем: не лезьте в это. Я сам разберусь. Если понадобится, привлеку Призраков. Просто будьте осторожны.

— Скажи честно, — Блэйк сделал акцент на втором слове, — ты бы даже не поставил нас в известность, если бы Га́бриэль не угрожал нам, так ведь?

— Да.

Он усмехнулся и отступил на пару шагов. Зелёные глаза всё так же неотрывно смотрели на меня, обдавая холодом.

— Значит, считаешь себя лучше нас? Думаешь, справишься один?

— Знаю, что справлюсь. И приношу извинения за доставленные неудобства. — Я чуть склонил голову. — Если проблема не разрешится в ближайшее время, я дам знать. А сейчас мне нужно идти.

— И куда же?

— Я же сказал: не лезьте. Это мои проблемы, и я сам с ними разберусь. Было ошибкой просить тебя связаться с Призраками. За это тоже извини.

Блэйк больше не спорил, не задавал вопросов. Не сказал ни слова и никак не препятствовал моему уходу. Но кое-кто всё же окликнул меня, когда я подошёл к своей машине.

Кристалл стояла прямо за мной, скрестив руки на груди.

— Всё хотела спросить, — слегка враждебно произнесла она, — почему именно «Яма»? Ты же в курсе, что Питт покрывал преступников.

— Я ждал этого вопроса. Всё гадал, кто же из вас его задаст.

— Не ври, ты даже не задумывался об этом. Иначе не стал бы с ним общаться.

— Я начал тренироваться и выступать в «Яме» именно потому, что мне ненаплевать.

— Объясни.

Я вздохнул. Но она имела право требовать объяснений.

— Теперь Питт и те, кто связан с «Ямой», находятся в поле моего зрения. Думаю, ты сама понимаешь, что это значит.

— Держи друзей близко, а врагов ещё ближе? Странные у тебя методы, Николас Вуд.

— Как и у тебя, Кристалл Пирс.

Она кивнула, обозначив, что разговор окончен. Однако ещё долго смотрела вслед моему отъезжающему автомобилю. В любом случае Кристалл всё верно поняла. Пусть мы и недолюбливали друг друга, но между нами было что-то вроде взаимопонимания.

Припарковав машину у нашего с Тайлером дома, я зашёл внутрь и принял душ. Всё тело ломило, однако боль давно стала привычной и не мешала функционировать. Да и таблетки, что нашлись в аптечке Блэйка, смягчили ощущения.

Несмотря на бессонную ночь, спать я не хотел и голода тоже не испытывал. Поэтому часа через полтора уже вернулся в клинику, где лежал Бэн, и справился о его состоянии. Дежурная медсестра отказалась предоставить информацию, сославшись на то, что я не родственник. Зато подсказала, кто его лечащий врач.

Эта клиника вызывала неприятные воспоминания. В прошлом мне нередко приходилось бывать здесь в качестве пациента: временами мэр Вуд сильно перегибал палку.

Постучав в дверь нужного кабинета, я дождался разрешения войти. Доктор Вильям сидел за столом и заполнял медицинские карты. В его чёрных волосах прибавилось седины, но в остальном мало что изменилось. Всё тот же степенный, дорого и со вкусом одетый мужчина, больше похожий на бизнесмена, чем на главного доктора клиники.