Сбой системы

Александр Зельгейм

Сбой системы

ОТ АВТОРА

Дорогой читатель!

Ты держишь в руках книгу, в которой нет волшебных палочек, драконов и говорящих котов. Зато есть кое-что поинтереснее: код, логика и настоящая команда, которая умеет замечать то, что взрослые пропускают.

Эта история началась с простой мысли: что, если бы дети оказались умнее взрослых не в математике или спорте, а в технологиях? Что, если бы они увидели то, что взрослые не хотят видеть, — потому что взрослые привыкли доверять системам? А дети — нет.

Внутри ты найдёшь загадки. Они спрятаны в тексте, как улики в настоящем расследовании. Попробуй разгадать их сам, прежде чем заглянуть в конец книги. Но не расстраивайся, если не получится с первого раза, — настоящие сыщики тоже ошибаются. Главное — не останавливаться.

А ещё внутри есть команда. Миша, Аня, Рома и Егор — они разные, они ссорятся, они шутят, они боятся. Но когда нужно — они вместе. Потому что в одиночку невозможно победить систему. Даже если ты очень умный.

И последнее. Эта книга — первая в цикле. Впереди ещё много тайн, много кодов и много вопросов, на которые нет простых ответов. Но всё начинается здесь. С голоса в школьных динамиках, который звучал слишком ровно.

Приятного расследования!

Автор

ПРОЛОГ

Школа №14 имени Королёва. Ночь. 23:47.

В коридорах третьего этажа горели только аварийные лампы — тусклый оранжевый свет, который делал стены похожими на старые фотографии. Пахло пылью и мокрой тряпкой: днём здесь мыли полы, и запах ещё не выветрился. Где-то на первом этаже капала вода из крана в столовой — мерно, как метроном. А за окном гудел трансформатор на подстанции — низко, вибрирующе, так что стекло в дверях слегка дребезжало.

Серверная находилась в тупике возле кабинета директора. Обычная металлическая дверь с кодовым замком — холодная, если прикоснуться. За ней гудели стойки с оборудованием: три чёрных ящика, два из которых были старше половины учителей. Система «Умная школа» висела на них, как старая гирлянда на гвозде.

Дверь открылась бесшумно — кто-то знал код.

В серверную вошёл человек. Высокий, в тёмном худи с натянутым капюшоном. Лица не разглядеть — только край челюсти и руки. На правой руке — золотой перстень, который тускло отражал свет от мигающих диодов. Пальцы пахли табаком и чем-то ещё — машинным маслом.

Человек сел на вращающийся стул перед монитором. Стул скрипнул. Пальцы забегали по клавиатуре — быстро, без ошибок, как будто он делал это сотню раз. На экране побежали строки:

text

> ssh [e-mail]

> password: ******

> access granted

> cd /var/voice/parents/

> ls

> Выгрузка_родительских_голосов_2026.csv

> cat Выгрузка_родительских_голосов_2026.csv | grep "Иванов"

Человек хмыкнул. Он нашёл файл голосового подтверждения от родителей Иванова, который должен был звучать завтра в 9:00. Олимпиада по математике.

Он загрузил на сервер другой файл — помеченный как test_voice_17.wav. Тот же текст, тот же голос, но каждая пауза была искусственно сжата, а интонация — слегка механической. Человек переименовал его в оригинальное имя и заменил. Затем сделал то же для Петрова, Синициной, Кузнецова. Клавиши щёлкали сухо, как насекомые.

Последнее действие — он запустил скрипт, который удалял все логи за последние два часа. Но прежде чем нажать Enter, задержал руку. На экране мелькнула странная строка — не его скрипт:

text

> system_check: внешний доступ обнаружен, канал шифрования установлен

Человек удивлённо выдохнул — тихо, почти беззвучно. Кто-то ещё был в системе в эту же секунду? Он быстро закрыл все окна, выключил монитор, встал. За дверью послышались шаги — медленные, тягучие, как у ночного сторожа. Шаркающие.

Но человек не стал ждать. Он выскользнул в окно — здесь, на третьем этаже, был пожарный выход на крышу. Холодный воздух ударил в лицо. Он исчез в темноте.

На столе осталась маленькая чёрная флешка — без надписей, с потёртым корпусом. Он либо забыл её, либо оставил намеренно. Человек не обернулся. На мониторе, который уже потух, на секунду вспыхнула надпись, которую никто не увидел:

«Следующий — ты.»

ГЛАВА 1

Вторник, 7:45 утра. Первый день после каникул.

Миша проснулся от того, что его телефон на тумбочке издал звук, похожий на умирающего робота. Это был будильник. Он нащупал экран и прочитал: «ТЫ ОПАЗДЫВАЕШЬ, ТУПОЙ!» — смайлик с горящими глазами. Это брат постарался. Егор всегда менял его будильники на всякие дурацкие тексты.

Миша сел в кровати. В комнате пахло пылью и вчерашней пиццей — мама принесла с работы, потому что не успела приготовить. Батарея под окном была холодной, хотя за окном уже середина сентября. Он поёжился, натянул одеяло на плечи. Почесал затылок, который колюче щетинился после вчерашней стрижки. Ему было одиннадцать.

Он перешёл в шестой класс, и это была новая школа — школа №14. Причина перевода была дурацкая: мама решила, что в старой школе «слишком много двоек», хотя двойки были только по физкультуре, а физрук там был бывший военный, который ставил колы за то, что Миша не умел подтягиваться.

Миша встал. Пол был холодным. Он натянул джинсы, которые были на пару сантиметров короче, чем надо, и толстовку с рисунком «Звёздных войн» — Дарт Вейдер, который держал пиццу. Егор уже ушёл, оставив на кухне остывший чай и записку:

«Я в школе до вечера — сборы по кибербезопасности. Не потеряй ключи. И не взламывай ничего без меня.»

Миша фыркнул. Брат был старшим — шестнадцать лет, учился в одиннадцатом классе, считал себя почти взрослым. Он подрабатывал в какой-то компьютерной мастерской и постоянно сыпал терминами, от которых у Миши голова шла кругом. «Фишинг», «социальная инженерия», «SQL-инъекция»… Миша не всегда понимал, о чём Егор говорит, но он точно знал: брат умный, и если он говорит «не взламывай», то, наверное, есть что взламывать.

На кухне пахло остывшим чаем и лимоном — мама всегда клала лимон в чай, даже если он не просил. На столе лежал бутерброд с сыром и колбасой. Колбаса была настолько тонкой, что её можно было использовать как закладку для книги. Миша взял бутерброд, откусил. Хлеб был суховатым.

Школа №14 оказалась огромным зданием из серого кирпича, с колоннами при входе и огромной доской объявлений, где висели портреты отличников и плакаты с «Днём здоровья». На крыльце стояла толпа учеников, и Миша почувствовал себя муравьём в муравейнике. В воздухе пахло мокрым асфальтом и чьими-то духами — слишком сладкими, приторными.

Он нашёл свой класс — 6 «А» — на втором этаже. За партами сидели ребята, которые уже знали друг друга, перекидывались бумажками и обсуждали каникулы. Миша сел на свободное место у окна, откуда была видна школьная парковка и кусок городского парка. За окном моросил дождь, и капли стучали по стеклу — тихо, ритмично.

Рядом с ним оказался парень в очках с толстыми стёклами, который что-то печатал в телефоне с бешеной скоростью. Клавиши щёлкали под его пальцами — быстро, нервно. Он поднял глаза, увидел Мишу и сказал:

— Новенький? Привет. Я Рома.

— Миша, — ответил Миша.

— Информатика любишь? — спросил Рома, не отрываясь от телефона.

— Ну… не знаю. Играю иногда.

Рома хмыкнул и показал экран: там была какая-то странная схема с чёрными квадратами.

— Это я для себя тестирую одну систему. Короче, если что — я в классе главный по компам.

В этот момент в класс вошла классная руководительница — Светлана Викторовна, женщина лет пятидесяти с прической как у королевы Елизаветы. Она пахла духами с нотками лаванды — резкими, как в аптеке. Она объявила, что сегодня в 9:00 состоится школьная олимпиада по математике, и пять участников от их класса должны явиться в актовый зал.

Миша не обратил на это особого внимания — его туда не звали. Он смотрел в окно и слушал, как Светлана Викторовна проводит перекличку. И вдруг он заметил что-то странное.

Над дверью класса висел динамик, из которого периодически раздавался голос — синтезированный, ровный, женский: «Звонок через пять минут», «Внимание, сегодня на большой перемене будет работать буфет».

Миша вдруг понял: этот голос произносил фразы с неестественными паузами. То есть между словами были ровно одинаковые промежутки времени. Но обычно люди говорят с разными паузами — короткими, длинными, иногда запинаются. А здесь всё было как по линейке.

Он подумал, что это, наверное, новый синтезатор речи, типа «Яндекс.Диктор». И решил больше не обращать внимания. Но что-то царапнуло его — как заноза, которую не сразу замечаешь.

На большой перемене он шёл в столовую и вдруг увидел девочку. Она стояла у окна на втором этаже, с косичками и в очках, и смотрела в телефон. Её лицо было бледным, а пальцы дрожали. Миша не знал её имени. Но запомнил лицо. Почему-то ему показалось, что с ней что-то не так.

Он не знал, что через два дня эта девочка станет центром скандала, который перевернёт всю школу. И что он, Миша, будет одним из тех, кто попытается её спасти.

Но пока он просто прошёл мимо. И это было его первой ошибкой.

ГЛАВА 2

Среда, 14:30. Школа №14. Кабинет информатики.

Скандал с олимпиадой набирал обороты. Кто-то из родителей написал заявление в департамент образования. Учителя перестали улыбаться, а директор, Алексей Борисович, объявил, что будет проведено «внутреннее расследование».