Чужой завтрашний день

Ани Еганян

Чужой завтрашний день

Чужой завтрашний день

Ани Еганян

Фантастический триллер

Глава 1 Ноль на красном

За минуту до того, как выиграть восемнадцать миллионов, Калеб Рейн украл у человека стул.

Стул оказался тяжёлым, с латунной полосой на спинке. Калеб оттащил его от соседнего стола, втиснул между двумя креслами и сел так близко к Рубену Беллу, что тот почувствовал запах его дешёвого одеколона.

— Здесь занято, — сказал Белл.

— Теперь точно.

Калеб поставил стакан на край сукна. Внутри, под последним куском льда, лежала чёрная монета. Декоративная, как могло показаться человеку, который никогда не держал в руках передатчик стоимостью с приличную квартиру.

Рубену везло весь вечер. Ему везло вчера. За последние три месяца он выиграл в четырнадцати местах, не повторив ни одного устройства, ни одной команды и ни одной заметной стратегии. Когда он ставил не туда, крупье ошибался. Когда делал плохой выбор за карточным столом, другой игрок получал звонок и выходил, оставив ставку.

Калеб три месяца искал общий сервер. Нашёл человека.

В ухе щёлкнул наушник.

— Ты слишком близко, — сказала Джуно.

Она стояла у противоположной стены в платье, которое взяла напрокат под чужой залог. В руке у неё был бокал. Она не пила: пузырьки мешали оценивать расстояние до людей с оружием.

— Именно настолько близко и надо.

— Я про охранника.

Калеб слегка повернул голову. У колонны стоял мужчина с неподвижным лицом и слишком широким пиджаком.

Чёрная монета подо льдом нагрелась. Считывание шло с начала партии, пока Калеб наблюдал за Беллом из соседнего ряда. Теперь для передачи требовалось сократить расстояние. На внутренней стороне манжеты проступили три короткие строки. Для постороннего — рисунок ткани. Для камеры, вшитой в ободок его очков, — наложенный вывод с собственного устройства.

ВЛАДЕЛЕЦ 7А91.

ВЫЙТИ С ПРИБЫЛЬЮ.

РАЗВИЛКА 06:00.

Рядом двигалась другая цепь, его собственная: недостающие деньги, звонок Тобу, драка, уход через кухню. Калеб видел математические связи, из которых переводчик собирал ненадёжные человеческие слова. Назвать это будущим всё ещё было трудно. Он предпочитал думать, что наконец нашёл интерфейс, который дизайнеры не успели испортить.

— Ставки заканчиваются, — сказал крупье.

Белл лениво передвинул фишки. Калеб положил единственную дорогую фишку на ноль. Это были все свободные деньги команды.

— Даже не смешно, — сказала Джуно.

— Я тоже не смеюсь.

Белл посмотрел на него впервые с интересом.

— Начинающий?

— В этом деле — да.

Калеб раздавил лёд пальцем. В мост ушло подтверждение. Две цепи на манжете сцепились, превратились в одну короткую полосу и разошлись уже в другом порядке.

Поменялся только цвет крошечного индикатора.

Калеб не почувствовал удара током. Не услышал музыки. Просто шарик над колесом дрогнул, как дрожал всегда, ударился о перегородку и упал в зелёное гнездо.

Некоторое время все молчали.

Потом женщина справа начала хлопать. Крупье посмотрел на Калеба, на фишку и на охранника. Белл опустил глаза на собственное запястье.

— Поздравляю, — сказал он.

В голосе уже не было ленивой насмешки.

Калеб почувствовал, как пот течёт вдоль позвоночника. Он мысленно разделил деньги на доли. Купил квартиру, погасил три долга, отдал Тобу за машину, снял мастерскую для Джуно. Потом снова посмотрел на индикатор. Тот оставался зелёным.

Это сработало.

Пока оформляли выплату, Белл поднялся. В его кармане тихо завибрировал телефон. Он ответил, выслушал и очень медленно повернулся к Калебу.

— Ты не знаешь, что взял.

— Восемнадцать миллионов. Обычно я считаю точнее, но сейчас можно округлить.

Белл протянул руку к стакану. Калеб накрыл монету ладонью.

— Отойди.

Белл остановился. На мгновение в нём не осталось ничего от человека, который весь вечер легко расставался с деньгами.

— Верни, пока ещё можно.

Калеб уже видел, как Джуно выходит из-за колонны. Она двигалась неспешно, по пути случайно уронив чужой бокал. Охранник отвлёкся на звон стекла.

— Мы закончили, — сказала она, взяв Калеба под руку.

Ему выдали подтверждение перевода и пригласили задержаться для разговора с управляющим. Калеб отказался так вежливо, что управляющий почти успел улыбнуться. Они прошли половину зала, прежде чем мужчина у колонны шагнул им навстречу.

— Господин Рейн, служба безопасности просит…

Снаружи, за стеклянными дверями, резко затормозил фургон.

Джуно сжала локоть Калеба.

Из машины вышли трое. Первый держал в руках топор. Второй — короткое ружьё. Третий нёс инструментальную сумку, из которой торчал кусок провода.

Калеб посмотрел на манжету. Под строкой о прибыли появилась ещё одна.

ПОКИНУТЬ ЗДАНИЕ ПОД ПРЕСЛЕДОВАНИЕМ.

Шесть ноль ноль по-прежнему стояло в конце цепи. До утра оставалось почти семь часов.

— Это твои? — спросила Джуно.

— Нет.

— Тогда в чём успех?

Первый удар топора пришёлся по дверному замку. Удар был достаточно сильным, чтобы в зале одновременно закричали несколько человек.

Калеб успел увидеть Белла возле бара. Тот прятался за стойкой, прижав ладони к голове. Рядом, лицом вниз, лежала фишка, которую он поставил на проигравший номер.

Джуно толкнула Калеба к кухне. Кто-то врезался ему в бок, кто-то схватился за рукав и сорвал дорогую манжету. Голографические разводы на потолке продолжали изображать спокойное ночное небо.

Выстрел ударил по стеклу над входом.

— Тоб, — сказал Калеб в наушник. — Нам нужен задний выход.

— Я у парадного.

— Теперь это плохой выход.

— Ты выиграл?

Калеб протиснулся между официанткой и тележкой с пустыми тарелками. На счету лежали восемнадцать миллионов. Он видел сумму, и от неё всё ещё хотелось смеяться.

— Да.

— Тогда постарайся не умереть до расчёта.

Дверь кухни распахнулась перед ними. В глубине повар, огромный мужчина с красными руками, держал поднятый нож и смотрел на входящих.

Джуно показала ему на дым, который уже тянуло из зала.

— Санитарная проверка, — сказала она. — Через чёрный ход быстрее.

Повар опустил нож, толкнул ближайшего помощника к выходу и первым побежал между плитами.

Калеб рванул за ним. В кармане его пиджака мост был таким горячим, словно кто-то держал там маленькое, сердитое сердце.

Глава 2 Цена выхода

Пожарная дверь открылась в закрытый двор. Калеб выбежал первым, поскользнулся на мокром пластике и едва не ударился лицом о контейнер. Джуно поймала его за ворот.

— Восемнадцать миллионов, — сказала она. — А ботинки по-прежнему из мыла.

Сверху загрохотал металлический трап. По лестнице спускался человек из фургона, тот самый, с инструментальной сумкой. Теперь в его руках был пистолет.

— Стоять!

Джуно схватила Калеба за плечи и толкнула под навес. Пуля ударила в контейнер. Повар, бежавший следом, пригнулся и потянул помощника к противоположной двери.

Калеб выхватил из сумки плоский передатчик, прижал к панели служебных ворот и попытался открыть сохранённый профиль. Профиль не подошёл. Казино сменило оборудование две недели назад.

— Ну? — спросила Джуно.

— У них обновление.

— Поздравь их позже.

Она вытащила из волос шпильку, нашла боковую защёлку панели и сорвала крышку. Калеб увидел маркировку контроллера. Старый интерфейс ещё оставался на плате, но производитель спрятал разъём под слоем герметика.

Выстрел отколол кусок стены у локтя Джуно.

— Двенадцать секунд, — сказал Калеб.

— У тебя пять.

Она швырнула пустую бутылку на лестницу. Стрелок дёрнулся от движения; бутылка разбилась, и он коротко выругался. Калеб разрезал герметик ножом, воткнул контакт и сбросил защиту местного пульта. Ворота вздрогнули и начали подниматься.

С той стороны в просвет сунулась фара.

Тоб въехал во двор раньше, чем проём стал достаточно высоким. Верх багажника со скрежетом прошёл под металлом. Машина дёрнулась, но он не остановился.

— Я потом посчитаю, — сказал он.

Джуно открыла заднюю дверь, Калеб ввалился следом. Стрелок успел спуститься на несколько ступеней. Тоб повернул машину так резко, что пассажиров бросило друг на друга. Заднее колесо ударилось о край клумбы, оторванная защитная панель загремела под днищем.

На выезде им навстречу выскочил мужчина в охранной форме. Калеб увидел его руки, раскрытые ладони, нелепый белый шнурок на шее. Тоб ударил по тормозу. Мужчина упал, закрывая голову, и машина прошла мимо в нескольких сантиметрах от его ботинка.

Калеб оглянулся.

Человек на лестнице выстрелил ещё раз. Охранник дёрнулся и остался лежать.

— Тоб!

— Вижу.

Он уже разворачивался. Джуно схватила его за плечо.

— Если вернёшься под лестницу, нас положат рядом. Звони в экстренную.

Калеб набрал номер, назвал адрес и сказал про человека во дворе. Диспетчер начал задавать вопросы. Он отвечал, пока машина неслась вдоль глухой стены казино, потом бросил телефон на сиденье.

На экран пришло подтверждение, что деньги зачислены.

Он хотел разбить телефон.

За ними выскочил фургон.

— Это люди Белла? — спросил Тоб.

— Не знаю.

— Почему не знаешь?

— Потому что я украл исход, а не их расписание.

Тоб посмотрел в зеркало. Глаза у него стали совсем холодными.

— Ты говорил, там выигрыш.

— Там был выигрыш.

Джуно вынула из кармана Калеба мост. Он попытался забрать устройство, но она ударила его по руке.

— Что ещё там написано?

На экране двигались прямоугольники с дробными значениями. Переводчик застрял на второй ступени: покинуть здание под преследованием. Дальше шла тёмная область, защищённая другим ключом.

— Кто-то закрыл продолжение, — сказал Калеб.

— То есть купил нам погоню и не прислал инструкцию?

— Я забрал пакет целиком. Мне нужно было…

Фургон ударил их сзади. Джуно ткнулась лицом в подголовник. На губе выступила кровь.

Тоб резко перестроился, провёл машину между двумя автобусами и ушёл под трамвайную эстакаду. Фургон попытался повторить манёвр, задел зеркало автобуса, но не отстал.

Впереди загорелся красный. Из боковой улицы выехал мусоровоз.

— Не надо, — сказала Джуно, увидев лицо Тоба.

— Да я аккуратно.

Он ударил газ. Машина пролетела перед ковшом мусоровоза, сорвав номер о его край. Фургон оказался слишком большим. Раздался скрежет, тяжёлый удар, потом длинный автомобильный гудок.

Тоб не остановился.

Калеб оглядывался до тех пор, пока улица не исчезла за поворотом. Дышать было трудно. В зеркале он увидел собственное лицо: белое, мокрое, со странной улыбкой, которую не получалось убрать.

Он был жив. Они все были живы. И богаты.

В мастерскую въехали через ворота, которые Тоб открывал обычным ключом. Леон Финч встретил их в наушниках, с пакетом еды под мышкой.

— Я так понимаю, обошлось без инцидентов?

Джуно молча показала разбитую губу. Леон посмотрел на машину, провёл пальцем по свежей вмятине и поднял глаза на Калеба.

— А это что за новый эксперимент?

Тоб вышел и пнул оторванную панель. Та с металлическим звоном упала на бетон.

— Сейчас наш счастливчик всё расскажет.

Калеб положил мост на верстак. Деньги всё ещё лежали на счету. Сумма не уменьшалась от того, что рядом с ней появился человек во дворе, которому он даже не успел увидеть лицо.

Он открыл все служебные поля обмена, включая те, что три месяца считал несущественными. Под записью о прибыли нашёл слово, которое переводчик наконец сумел разобрать.

НАСЛЕДОВАНИЕ.

Леон прочёл через его плечо.

— Поздравляю, — сказал он. — Ты не выиграл в казино. Ты взял чужую жизнь на вечер.

Глава 3 Целиком

В половине третьего ночи Тоб поставил на верстак четыре кружки и бутылку. Калеб потянулся за кружкой. Тоб убрал её.

— Тебе сначала говорить.

Леон включил запись с дорожной камеры. На экране ещё раз произошло столкновение фургона с мусоровозом. Звук пришлось убавить: от скрежета металла у Джуно начинало дёргаться веко.

Калеб рассказал про казино. Про одинаковые отклонения в работе разных генераторов. Про то, как перестал искать общий источник команд и начал сравнивать шум вокруг одного человека. Про три месяца, за которые продал коллекцию часов и перестал платить за нормальную еду.

В своих файлах он называл найденную структуру Матрицей. Числа связывали события, которые ещё не произошли, с текущими измерениями. Менялась связь между двумя живыми людьми — менялось наиболее вероятное продолжение. Самые утомительные недели ушли на исключение ошибок: общих радиопомех, подстроенных встреч, собственного желания получить нужный ответ. Он менял приборы, места и время. Связи оставались. Первая кража должна была доказать, что через них можно не только смотреть.

Леон слушал, поставив подбородок на ладонь.

— Я думал, у тебя женщина.

— У меня была задача.

— С женщиной хотя бы можно было бы поздороваться.

Калеб подвинул мост к нему. Внутри корпуса находились три датчика, дополнительный сопроцессор и несколько деталей, которые Тоб признал снятыми с его оборудования.

— Вот эту вернёшь.

— Она уже не работает отдельно.

— Тогда вернёшь вместе с остальным.

Первые попытки считывания выглядели бессмысленно. Леон сел напротив Джуно, Калеб направил на обоих датчики. На экране появились цепи. У Джуно ближайшая развилка переводилась как «не уйти без потерянной вещи». У Леона — «получить неприятный ответ».

Джуно посмотрела на Леона.

— Я не буду с тобой спать.

— Вот спасибо. Теперь хотя бы проверили один прибор.

Они рассмеялись. Даже Тоб. Калеб не стал объяснять, что такая проверка ничего не доказывает: человек способен сам исполнить слишком общую фразу. Именно поэтому первые недели он считал найденное дорогим способом подбирать гороскопы.

Потом Леон заметил условие, которое Калеб не вывел на основной экран. Джуно должна была найти предмет, потерянный другим человеком, до того как покинет мастерскую.

Тоб пошёл за полотенцем. С верхней полки свалилась его старая куртка, из внутреннего кармана выкатился ключ от машины, которую он продал два года назад. Джуно поймала ключ ногой, подняла и отдала владельцу.

Узел погас.

Тоб перестал улыбаться.

— Ты там не подложил?

— Я не знал про куртку.

— Про эту машину вообще никто не знал. Я её продал за наличные, чтобы не объяснять жене, зачем купил другую.

Леон отодвинул стул.

— Дайте я сам посмотрю.

Он не полез переписывать мост. Сначала потребовал исходные измерения и провёл два часа над тем, что Калеб уже проверял месяцами. Иногда ругался. Иногда замирал, двигал губами, потом начинал ругаться снова, тише.

В пять утра они наконец открыли защищённое продолжение пакета Белла. Не сломали защиту — восстановили ключ из остатка того короткого обмена, который успело записать устройство.

Белл должен был получить прибыль и выйти с ней из здания. Налётчики собирались отнять выигрыш у самого богатого победителя вечера. Это знал человек, который продал Беллу пакет; тот рассчитывал использовать купленную цепь, чтобы вынести деньги несмотря на нападение.

Калеб занял его место в наиболее прибыльной точке. Бандиты выбрали новую цель по монитору выплат, не подозревая ни о каком обмене. Они преследовали деньги, и у денег теперь был другой хозяин.

— Охранник попал между двумя планами, — сказала Джуно.

Калеб кивнул.

Она отвернулась. Не стала говорить, чей план важнее.

В шесть узел завершился. На экране остался краткий результат: прибыль получена, выход состоялся, преследование прекращено. Сухая формулировка не включала разбитую губу Джуно и лежавшего во дворе человека. Эти вещи относились к миру, который продолжал существовать, когда расчёт считал себя оконченным.

На телефон Калеба пришло сообщение из казино. Выплата временно удержана до завершения проверки обстоятельств нападения. Деньги оставались его собственностью; потратить их пока было нельзя.

Тоб прочёл сообщение и налил ему полкружки.

— Дорогой вечер получился.

— Он работает, — сказал Калеб.

— Да. Вопрос уже другой.

Тоб провёл ладонью по вмятине на снятой панели машины.

Они договорились: никаких обменов без просмотра условий, насколько удастся их открыть. Никакого испытания на человеке из команды без его согласия. Если пакет не удаётся прочесть, сначала выяснить, чего именно не видно.

Леон записал договорённость на обороте коробки от еды и приклеил к верстаку. Калеб хотел возразить против последнего пункта. Потом посмотрел на кровь, которую Джуно смыла в металлическую раковину, и промолчал.

В семь утра он всё-таки позвонил в больницу. Ему не сообщили имя охранника, но после долгого разговора подтвердили, что мужчина из казино жив и находится в тяжёлом состоянии.

Калеб поблагодарил. Положил трубку. Сел на бетон рядом с верстаком.

Леон опустился рядом и протянул кружку.

— Ты понимаешь, что если это действительно то, что мы думаем, деньги — самая скучная часть?

Калеб посмотрел на мост.

Именно это ему и не давало уйти спать.

Глава 4 Покупательница

Вивьен Лок приехала в мастерскую в десять утра на машине без заметной роскоши. Калеб ещё не спал. Джуно заснула на диване, сняв туфли, а Тоб ковырялся под повреждённым багажником и при каждом движении добавлял к будущему счёту новую сумму.

Женщина дождалась, пока Тоб вылезет из-под машины, и спросила, здесь ли чинят последствия удачных вечеров.

— Если дорого — здесь, — ответил он.

Она положила на стол плоский футляр. Внутри лежал мост, гораздо меньше и аккуратнее устройства Калеба.

Он поднялся так резко, что ударил коленом о стол.

— Не трогай, — сказала женщина. — Ты пока слишком охотно берёшь чужое, не спросив цену.

Джуно открыла глаза.

Лок назвала себя. Калеб слышал её фамилию в разговорах о страховке нелегальных сделок, но представлял владельца бизнеса крупным мужчиной с охраной. Вивьен оказалась невысокой, с короткими тёмными волосами и тёплым голосом. Под ногтем указательного пальца у неё белела крошечная полоска краски, словно утром она сама что-то ремонтировала.

— Рубен купил у меня пакет, — сказала она. — Рубен сообщил, что его обокрали. Камеры показали тебя. Касса помогла узнать имя. Никакой мистики.

— Это не моё настоящее имя.

— Я приехала в твою настоящую мастерскую. Этого достаточно для начала.

Она открыла второй отсек футляра. Там лежал накопитель с ограниченной лицензией на переводчик инвариантов. Не деньги. То, что Калеб последние месяцы пытался собрать почти вслепую.

Он не подошёл, но Вивьен заметила, куда он смотрит.

— Ты сделал это сам?

— Да.

— От шума игровых устройств до рабочего обмена за три месяца?

— Три месяца и девять дней.

Она улыбнулась. В улыбке было настоящее удовольствие человека, нашедшего редкую вещь.

— Мне нужен выход из закрытого помещения.

Тоб вытер руки тряпкой.

— Двери тоже чиним.

— Помещение — тюрьма. Пакет принадлежит Северину Драксу. Послезавтра ночью он должен оказаться снаружи. Я хочу купить этот исход. Он не продаёт.

Джуно села.

— Значит, украсть.

— У вас именно такая репутация.

Лок предложила двадцать миллионов, половину наличными до операции. А ещё доступ к части своего программного набора, позволяющий читать больше первого удачного слова.

Калеб почувствовал знакомое раздражение: ему предлагали купить ответ, который он хотел найти сам. Оно быстро уступило место более сильному желанию — посмотреть, что именно она знает.

— Почему я?

— Люди, которым я обычно плачу, связаны договорённостями с Драксом. Я не могу нанять его же знакомых, чтобы они у него украли. А вы уже доказали, что не слишком уважаете правила рынка.

— Это комплимент?

— Это причина.

Она вывела на экран схему корпуса. Дракс находился в отдельном блоке частного оператора, обслуживающего городские следственные учреждения. На бумаге шла подготовка к переводу. Реальный побег, по словам Вивьен, был организован самим заключённым.

— Он не похож на человека, которому нужен мой мост, — сказал Калеб.

— Ему нужен чужой выход. Это не одно и то же.

Лок предложила предварительную встречу. Под видом оценщика ущерба Калеб сможет подойти к Драксу через помещение для консультаций. Она обеспечит документы, но не устройство в кармане: перенос моста придётся решить самостоятельно.

— А после обмена Драксу достанется что? — спросила Джуно.

— Ближайшая цепь вашего исполнителя. На время операции её можно подготовить так, чтобы она заканчивалась безопасным возвращением.

— «Можно» мне уже не нравится.

Вивьен посмотрела на неё внимательно.

— Тогда вы первая прочтёте условия. Я не тороплю вас до подписи.

Тоб фыркнул. Джуно не ответила. Калеб заметил, что она разглядывает мост Лок почти так же жадно, как он сам. Только интересовалась не тем, что он способен украсть. Тем, что он способен уберечь.

Они попросили час. Вивьен оставила футляр запертым и вышла в машину.

— Восемнадцать миллионов придут после проверки, — сказал Тоб. — Можно месяц ничего не делать.

Леон покачал головой:

— А она за этот месяц купит другого такого, как Калеб. Или решит, что наш прибор ей мешает. Мне хочется хотя бы узнать, с чем мы теперь живём.

— Наша новая версия спокойной жизни, — сказала Джуно. — Сначала понять, кто именно нас убьёт.

Калеб показал им пункт договора, разрешавший отказаться после предварительного считывания. Вивьен уже приняла его условие: никакого заказа на тёмную часть пакета.

— Посмотрим на человека, — сказал он. — Потом решим.

Джуно посмотрела на приклеенную коробку с правилами. Калеб проследил за её взглядом.

Он действительно ещё ничего не обещал.

Через час Лок вернулась, положила на верстак первый задаток и дала адрес, по которому они должны были встретиться с её юристом.

Калеб позволил себе улыбнуться. Этой улыбки Джуно боялась больше, чем людей с топорами: он так выглядел всякий раз, когда соглашался на задачу, которую считал умнее себя.

Глава 5 Пять метров

Северин Дракс встретил их в комнате, похожей на дешёвый кабинет стоматолога. За стеклом сидел охранник. На столе стояли пластиковые стаканы и кувшин, в котором плавал тонкий кружок лимона.

Заключённый был в обычной белой рубашке. Никаких наручников, только мягкая серая обувь без шнурков. На пальце блестело кольцо с плоской тёмной вставкой.

— Оценщик? — спросил он Калеба.

— Страховой консультант.

— Вас хотя бы страхуют?

Джуно положила на стол папку. Все документы были настоящими в той степени, в какой это сумел обеспечить юрист Лок. Она была помощницей консультанта. Мост находился в деталях рамки, скреплявшей листы; основную вычислительную часть Леон вынес в разрешённый терминал для обработки материалов.

Калеб ожидал испуганного человека, который заплатит за выход. Дракс налил им воды и сел, закинув ногу на ногу.

— Вивьен здорова?

Никто не ответил.

— Тогда ей всё ещё скучно, — заключил он. — Начинайте.

Калеб открыл первую страницу. На экране появилась схема вероятностей. Присутствие Дракса меняло рисунок измерений так отчётливо, словно рядом с обычными радиопомехами включили хорошо настроенный передатчик.

ВЫЙТИ ИЗ ЗАКРЫТОГО КОРПУСА.

НЕ БЫТЬ ОСТАНОВЛЕННЫМ НА ПОРОГЕ.

После этих строк цепь уходила в закрытый участок. Защита была настоящей: не случайный набор препятствий, а аккуратная работа, которую Калеб невольно оценил.

— Что вы сделали? — спросила Джуно.

— Чтобы оказаться здесь? Или чтобы выйти?

— Для начала — первое.

Дракс назвал несколько финансовых преступлений с таким равнодушием, словно перечислял блюда, которые не любит. Затем заметил, что заключение иногда обходится дешевле охраны. Надёжные двери, регулярная еда, очень узкий круг посетителей.

— И никто не может подойти к вам с мостом, — сказал Калеб.

Дракс улыбнулся.

— Обычно.

Он подвинул стакан к краю стола. Кольцо коснулось пластика. На экране Калеба коротко возник запрос синхронизации шумовых рядов. Стандартная часть считывания, решил он, и подтвердил.

Джуно заметила движение его пальца.

— Что?

— Калибровка.

Дракс посмотрел на неё чуть внимательнее.

— У тебя хороший напарник. Он быстро учится.

— Поэтому я не даю ему принимать комплименты от заключённых.

В ответе моста Дракса сохранилась служебная ссылка на другой лот: вагон, вода, последняя точка живого присутствия. Это были чужие данные о продаже, а не часть личного будущего заключённого. Переводчик выдавал разрозненные слова, и Калеб не стал доверять им целиком. Сейчас его интересовал исход выхода из корпуса.