Огненный всадник

Кира медленно, стараясь унять дрожь в пальцах, стянула с головы капюшон. Тяжелая ткань упала на плечи, открывая растрепанную косу и раскрасневшиеся от бега щеки. Она опустила взгляд, уставившись на его босые ноги, а затем снова подняла глаза, встречаясь с его взглядом.— Затем, — голос её всё еще звучал хрипло, но в нем прорезался металл. — Я хочу тебе помочь. Дэймон склонил голову набок, рассматривая её. В его глазах плясали насмешливые искорки.— Помочь? Ты уже помогла, притащив меня сюда на глазах у всего гарнизона. Куда уж больше?— Утром придут с проверкой, — отрезала Кира, игнорируя его тон. Она оттолкнулась от двери и сделала шаг вперед, в его личное пространство. Теперь она говорила быстро, шепотом, как на инструктаже. — Кто-то сказал, что ты здесь. Может, дежурный, может, Нолан не смог скрыть... Я не знаю. Но Инквизиция будет здесь с первыми лучами солнца. Нам нужно уходить, так что собирайся, Блэквуд.Улыбка медленно сползла с лица Дэймона. Он смотрел на неё уже без насмешки — с холодным, оценивающим вниманием, как когда-то смотрел на вражеских разведчиков. — Куда? — спросил он тихо. — В северное крыло, в карцер для кадетов? Или, может, ты знаешь потайной ход из Академии, о котором не знает Инквизиция? Мой дракон остался на плато. Пешком через Долину Горных Лучей я не пройду, я едва держусь на ногах.— Я знаю, где взять дракона, — Кира метнулась к шкафу с медикаментами, распахивая дверцы. — Нолан хранит здесь запас зелий на случай прорыва тварей из Пустошей. Зелья выносливости, кровевосстанавливающие, обезболивающее. Она начала сгребать с полок стеклянные флаконы, бросая их в свою сумку. Звон стекла казался в тишине лазарета пушечным выстрелом.— Ты с ума сошла, — Дэймон медленно покачал головой, но всё же встал с кушетки. Он пошатнулся, схватившись за край стола, но выпрямился. — Украсть боевого дракона из городского ангара? Тебя расстреляют на стене.— Не из ангара, — Кира закинула сумку на плечо и подошла к нему вплотную. Она была на полголовы ниже, но сейчас смотрела на него снизу вверх так, будто была выше на десять футов. — В Академии есть резервный ангар. Старые пещеры под Северной башней. Там держат списанных драконов. Тех, кто ослеп, или сошел с ума от старости. Их не охраняют так, как на плато. Она протянула ему его плащ, который сняла с крючка у двери. Ткань всё еще пахла гарью.— Один из них — «Слепая Ярость». Он старый, почти слепой, но если дать ему зелье ночного зрения, он довезет нас до плато. Он знает твой запах, Дэймон. Он служил под твоим началом еще до того, как я поступила в Академию.Дэймон застыл с плащом в руках. Он смотрел на Киру так, словно видел её впервые. Кадетка Морриган, которая тряслась под его взглядом минуту назад, исчезла. Перед ним стоял кто-то другой — кто-то отчаянный, безрассудный и досконально знающий слабые места Аркаса.— Ты предлагаешь мне украсть слепого, списанного в утиль старика, чтобы сбежать от Инквизиции? — медленно переспросил он.— Я предлагаю нам обоим не болтаться завтра утром на виселице, — отрезала она, протягивая ему сапоги, которые принесла с собой. — Надевай. И сними эту идиотскую больничную рубаху, она светится в темноте. У нас есть час до смены караула у Северной башни. Дэймон долго смотрел на протянутые сапоги. Затем на её решительное, усыпанное мелкими веснушками лицо. Он молча взял сапоги и начал одеваться. Каждое движение давалось ему с видимым трудом, мышцы, пережженные внутренним огнем, слушались плохо. Но он не издал ни звука. — Нолан меня убьет, — пробормотал он, затягивая шнуровку на голенище.— Если мы не уйдем, Инквизиция сделает это за него, — Кира уже была у двери, прислушиваясь к ночной тишине. — Идем. И старайся не хромать, пока не выйдем за стену.Дэймон Блэквуд, Огненный всадник, молча кивнул своему новому, девятнадцатилетнему командиру и шагнул в коридор.

Она приоткрыла тяжелую дубовую дверь ровно на ширину ладони. В щель ворвался холодный ночной воздух, пахнущий камнем и далеким дымом из труб казарм. Она замерла, превратившись в слух. Справа, со стороны главного входа в лазарет, мерно вышагивал патруль — тяжелые, уверенные шаги стражи Академии. Раз. Два. Три. Они прошли мимо, направляясь к западному крылу. Звук начал удаляться. Слева, со стороны хозяйственного двора, было тихо. Только ветер шелестел остатками ржавой листвы на старых дубах. Кира обернулась через плечо. Дэймон стоял в тени комнаты, полностью одетый. Темный плащ скрывал его фигуру, но даже в полумраке было видно, как напряжена его спина. Он держал в здоровой руке её сумку с зельями, прижимая к груди, чтобы стекло не звякнуло при ходьбе. Она встретилась с ним взглядом и чуть заметно качнула головой влево. *Чисто.*Кира выскользнула в коридор бесшумной тенью. Её сапоги, которые она несла в руке, чтобы не шуметь, остались в комнате — сейчас подошвы её мягких туфель идеально подходили для каменного пола. Она прижалась к стене, сливаясь с тенями гобеленов, изображающих победы магов над драконами. Дэймон вышел следом. Для человека, едва стоявшего на ногах час назад, он двигался пугающе плавно. Тяжелый шаг боевого мага был смягчен до кошачьей поступи. Он закрыл за собой дверь лазаретной комнаты, и щелчок замка в ночной тишине показался Кире оглушительным. Она поморщилась, но патруль уже ушел далеко.Кира дождалась, пока Дэймон поравняется с ней, и указала пальцем направление. Не на главную лестницу, ведущую во двор, а на узкий, утоптанный до черноты проход для слуг, за которым виднелась старая деревянная дверь.— У нас есть пять минут, — одними губами прошептала она, почти касаясь его уха. — До смены караула у Северной башни. Бежим в другую сторону.Она махнула рукой, задавая темп. Они не бежали в полную силу — это был быстрый, экономный шаг, почти рысь. Кира вела его по черной лестнице, которой не пользовались со времен последней осады. Ступени здесь были узкими и винтовыми. Дэймон, идущий сзади, положил тяжелую руку ей на плечо, не для того чтобы опереться, а чтобы контролировать её скорость — если она оступится на гладком камне и полетит вниз, шум привлечет всю Академию. Они спустились на уровень подвала. Воздух здесь был спертым, пахло сыростью, оружейной смазкой и старым железом. Кира резко затормозила у поворота, снова выставив вперед раскрытую ладонь. *Стой.*Впереди, за углом, горел тусклый оранжевый свет дежурного фонаря. Там был пост. Но Кира указала не на него, а на неприметную дверь прямо под лестницей, обитую ржавыми железными полосами. — Там есть дверь, — выдохнула она, когда они прижались к стене. — Она выходит к оружейному складу. Оттуда вдоль стены — к Северной башне. Дэймон кивнул. Он уже не выглядел как пациент лазарета. В тусклом свете фонаря его глаза снова начали наливаться опасным, темным огнем. Он узнал эти маршруты. Это были пути отхода «Пепельных клинков» на случай, если крепость будет захвачена.Кира глубоко вдохнула, набирая в грудь воздуха, и рванула с места. Она толкнула тяжелую дверь оружейного склада. Та поддалась с тихим, протестующим скрипом несмазанных петель. Кира зашипела от злости, но проскользнула внутрь. Дэймон последовал за ней, бесшумно прикрыв створку. Они оказались в абсолютной темноте, среди стеллажей, уставленных алебардами, щитами и бочками с порохом. — Сюда, — Кира схватила его за рукав, ведя вдоль стены на ощупь. — Третья бочка слева. Нажми на клеймо.Дэймон нащупал в темноте шершавое дерево. Его пальцы нашли выпуклое клеймо гильдии каменщиков — молот и наковальню. Он надавил. Секунда тишины. Затем раздался тихий, сухой щелчок, и часть каменной кладки перед ними ушла вглубь на дюйм, открывая узкий, черный лаз.— Старая вентиляция, — прошептала Кира, уже протискиваясь внутрь. — Она ведет прямо к основанию башни. Иди за мной. И ради всех богов, не трогай здесь ничего, если не хочешь, чтобы мы взлетели на воздух вместе со всем арсеналом.Дэймон молча шагнул в темноту следом за ней. Камень за их спинами встал на место, отрезая путь назад и погружая их в могильный холод подземелья.

Тоннель дышал холодом и застарелой сыростью. Кирпичный свод был низким, заставляя Киру пригибать голову, а под ногами хрустел строительный мусор и влажная земля. — Осторожно, здесь ступенька, — шепнула она, нащупывая ногой опору. Они шли босиком. Кира сняла туфли еще в оружейном, чтобы не шуметь, а Дэймон оставил сапоги в лазарете — кожаная подошва была слишком громкой для пустот вентиляции. Холод камня неприятно покалывал ступни. Внезапно впереди, в абсолютном мраке, раздался тихий металлический щелчок. Дэймон щелкнул двумя пальцами, и на кончике его большого пальца вспыхнул маленький, неестественно ровный язычок оранжевого пламени. — Так лучше, — хрипло бросил он, поднимая руку выше. Тьма неохотно расступилась, выхватывая из мрака его резкий профиль, влажные своды тоннеля и её собственную руку, сжимающую сумку с зельями. Кира засмотрелась. На долю секунды она забыла, где находится. Пламя отбрасывало на лицо Дэймона глубокие тени, делая его ожоги почти невидимыми, а глаза — пугающе яркими. В этом слабом, живом свете он выглядел не как пациент лазарета, а как древний дух подземелий, вернувшийся за своей добычей. Именно в этот момент её правая нога провалилась в пустоту. Кира потеряла равновесие, взмахнула руками, пытаясь ухватиться за воздух, и тяжело рухнула на одно колено. Сумка с зельиями глухо звякнула о камень. — Чёрт! — выдохнула она, инстинктивно прижимая ладони к лодыжке. — Моя нога... Как же ужасно болит.Огонь Дэймона тут же метнулся в её сторону, освещая место падения. — Тихо, — прошипел он. — Не ори.Он остановился и, не говоря ни слова, тяжело опустился на одно колено прямо в грязь перед ней. Поза была до боли знакомой — так командир проверяет состояние раненого бойца на поле боя. — Где болит? — его голос прозвучал низко и требовательно, не терпя возражений.Кира, всё еще морщась, ткнула пальцем чуть выше косточки. — Тут. Больно наступать.Дэймон осторожно, но уверенно взял её босую ступню в свои ладони. Его пальцы были горячими — гораздо горячее, чем положено обычному человеку, даже с его лихорадкой. Жар его магии просачивался сквозь её кожу. Он начал методично, профессионально ощупывать сустав, проверяя целостность костей. Его большой палец с нажимом прошелся по подъему стопы, затем жестко надавил на связки с внешней стороны.Кира чуть не вскрикнула от пронзившей её боли. Она рефлекторно дернулась, но его хватка была железной. Чтобы не заорать на весь тоннель, она до крови прокусила себе нижнюю губу. — Можно... можно аккуратнее? — выдавила она сквозь зубы, когда он нащупал эпицентр ушиба. — Больно же.Дэймон замер. В полумраке блеснули его зубы в короткой, хищной усмешке.— Если бы это был перелом, ты бы уже потеряла сознание от болевого шока, Морриган. Цени мою деликатность.Он закончил осмотр, размял её лодыжку еще одним, последним, почти жестоким движением и отпустил. Поднялся на ноги, отряхивая ладони. — Это легкий ушиб, — констатировал он тоном полевого врача. — Перелома нет. Но гематома будет знатная. Идти сможешь только на пятке. Он не стал ждать её ответа. Дэймон шагнул к ней вплотную, игнорируя её удивленный взгляд, и слегка присел, сгибая колени. — Облокатись на меня, — приказал он, подставляя плечо. — Клад руку на шею. И не дави на раненую ногу, если не хочешь, чтобы я тащил тебя на себе.Кира замерла. От него пахло гарью, антисептиками Нолана и сухим жаром, как от печной заслонки. Она неловко перекинула свою руку через его плечи, чувствуя, как горяча его кожа даже сквозь плотную ткань плаща. Они снова двинулись вперед. Теперь они шли медленно, в унисон. Кира старалась не опираться на него всем весом, но каждое движение отдавалось болью в лодыжке, и она всё сильнее вжималась пальцами в его плечо, чтобы не упасть. В тесном тоннеле, освещенном лишь крошечным огоньком, их дыхание смешалось. Дэймон шел, слегка прихрамывая в такт ей, и его рука крепко, почти собственнически обхватила её за талию, поддерживая на скользких ступенях.

Последняя дверь поддалась с тихим, влажным скрипом. Кира толкнула тяжелую дубовую створку, и в лицо им ударил холодный, пахнущий камнем и свободой ночной воздух Северной башни. Они вышли на узкую служебную площадку, опоясывающую основание башни. Отсюда было рукой подать до казарм, но и до патрульных маршрутов — тоже. — Я не смогу бежать, — выдохнула Кира, пытаясь перенести вес на здоровую ногу. Голеностоп пульсировал тупой болью. — Если нас увидят...Она не успела договорить. Дэймон, всё еще поддерживавший её за талию, резко замер. Его тело превратилось в натянутую струну. Он прижал её к холодной каменной кладке башни, шагнув вперед так, чтобы полностью закрыть её собой от обзора со двора.Кира оказалась в ловушке между его спиной и стеной. Она чувствовала жар его тела даже сквозь слои одежды.— Тихо, — прошипел он ей прямо в макушку. Его голос был низким, вибрирующим. — Замри.Кира затаила дыхание, вжимаясь в камень. Сердце колотилось где-то в горле. Она прислушалась. Слева, из-за угла башни, донеслись тяжелые, шаркающие шаги. Не чеканный шаг стражи, а ленивая, вразвалочку походка патрульного всадника, который обходит периметр в конце смены. — Патруль бродит, — выдохнул Дэймон ей в волосы. Его губы почти касались её виска. — Ты же не хочешь, чтобы мы спалились. В прямом и переносном смысле.— Что нам делать? — прошептала она в ответ, едва шевеля губами. До патрульного оставалось не больше десяти футов. Если он повернет голову, он увидит их в тени арки.Дэймон не ответил. Вместо этого он медленно, очень медленно повернулся к ней лицом. В темноте башни его глаза казались двумя провалами в бездну. Он шагнул еще ближе, сокращая дистанцию до нуля. Кира почувствовала спиной каждый неровный выступ старого кирпича.Его ладони легли на каменную кладку по обе стороны от её головы, заключая её в клетку из рук и жара. — Давай, — его губы изогнулись в опасной, почти безумной усмешке. — Целуй меня.Кира моргнула, расширив глаза от шока. — Что? — её голос сорвался на сиплый шепот. — Ты дурак, Дэймон. Нас же...Она не успела закончить фразу. Он не стал ждать. Дэймон накрыл её рот своим. Это не было нежно. Это был жесткий, требовательный поцелуй, призванный убедить любого случайного наблюдателя в их крайней увлеченности друг другом. Одной рукой он вцепился в её волосы на затылке, не давая отстраниться, а другой с силой прижал её бедра к своим, лишая возможности даже дернуться. Кира замерла от неожиданности, вцепившись пальцами в его плащ. Вкус у него был как у пепла и озона. Шаги патрульного замедлились прямо напротив их укрытия. Кира в панике распахнула глаза, уткнувшись взглядом в ключицу Дэймона. Она почувствовала, как его язык — горячий, наглый — требует ответа, раздвигая её губы. Инстинкт самосохранения боролся с шоком, но тело, лишенное опоры и зажатое между ним и стеной, среагировало само. Она судорожно выдохнула ему в рот и, зажмурившись, ответила на поцелуй, впиваясь пальцами в его плечи так сильно, что ногти наверняка оставили следы на коже.Дэймон издал тихий, удовлетворенный рык, принимая её капитуляцию. Его рука, лежавшая на её волосах, скользнула ниже, по шее, по открытому вороту рубахи, оставляя за собой полосу горящей кожи.Шаги патрульного поскрипели еще секунду на месте. Затем гравий снова захрустел под тяжелыми сапогами — звук начал удаляться в сторону казарм. Дэймон оторвался от её губ так же резко, как и начал. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась в такт её собственной. Он медленно разжал пальцы, выпуская её волосы. — Сойдет за влюбленную дурочку, — хрипло констатировал он, проводя большим пальцем по своим влажным губам. Его глаза всё еще были темными, а зрачки — расширенными. — Патруль прошел. Можешь открывать глаза, Морриган. Опасность миновала.Кира отшатнулась от стены, словно обожглась. Она тяжело дышала, прижимая тыльную сторону ладони ко рту, пытаясь стереть вкус пепла. Её щеки горели, но то был не только румянец от нехватки воздуха.— Ты... ты невыносим, — выдавила она, отступая на шаг и спотыкаясь о собственную ногу.Дэймон лишь тихо рассмеялся, поправляя воротник своего плаща. Он выглядел совершенно спокойным, словно только что не целовал её так, будто хотел поглотить целиком.— Идти можешь? — спросил он, кивнув в сторону тропы, ведущей к обрыву, где начинались Дикие земли. — Или мне понести тебя?Кира, всё еще пытаясь унять дрожь в коленях, молча сделала шаг вперед, намеренно обходя его по широкой дуге. — Сама дойду, — бросила она через плечо, стараясь, чтобы голос не дрожал. — И не смей больше так делать.— Как только мы выберемся отсюда, — пообещал он, нагоняя её. В его голосе слышалась откровенная издевка. — А теперь шевели ногами. До плато еще далеко.

Они шли вдоль северной стены Академии. Под ногами хрустел гравий, и каждый шаг отдавался в лодыжке Киры тупой, пульсирующей болью. Она старалась наступать только на пятку, из-за чего её походка стала дерганой и медленной. Но злилась она не на боль. Кира смотрела в широкую спину идущего впереди Дэймона, и её пальцы сами собой сжимались в кулаки. Этот самоуверенный, наглый, невыносимый... Она всё еще чувствовала вкус пепла на губах и жар его ладони на затылке. Он поцеловал её не для спасения — она это поняла секунду спустя, когда патруль уже прошел. Он сделал это, потому что *мог*. Потому что хотел посмотреть, как далеко она позволит ему зайти.— Иди быстрее, — бросил Дэймон через плечо, не оборачиваясь. — Если нас застукает рассветный патруль, я оставлю тебя здесь. Инквизиция будет рада побеседовать с кадетом Морриган с глазу на глаз.Кира зашипела сквозь зубы, но ускорила шаг, насколько позволяла нога. Она старалась не отставать, хромая в его ритме.Наконец, когда они миновали последнюю сторожевую вышку и вышли на каменистую пустошь, отделяющую стены Академии от обрыва, Дэймон резко остановился. Он обернулся. В предрассветных сумерках его лицо казалось высеченным из камня. Он окинул её взглядом с головы до ног, задержавшись на её бледном лице и неестественно прямой спине, которой она пыталась скрыть хромоту.— В какую сторону идти? — спросил он прямо. Его голос снова стал ровным и командным, лишенным недавней игривости. — К драконам, которые списанные. Он сделал шаг к ней, сокращая дистанцию. Кира инстинктивно напряглась.— А нам еще далеко, — продолжил он, глядя ей прямо в глаза. — И мы не дойдем с твоей ногой до Плато. Если ты не заметила, я тоже не в лучшей форме. Тащить тебя на закорках, пока ты будешь брыкаться, я не намерен. Кира вскинула подбородок, пытаясь смотреть на него сверху вниз, несмотря на разницу в росте.— Я не брыкаюсь, Блэквуд. И я дойду.— Не дойдешь, — отрезал он. — Через час начнется смена караула у главных ворот. У нас есть минут двадцать, прежде чем патрули начнут шерстить подступы к обрыву. Показывай дорогу. Или я просто переброшу тебя через плечо и пойду наугад. Выбирай.Кира поняла, что спорить бесполезно. Он видел её насквозь. Она опустила взгляд, прикидывая маршрут в уме. — Туда, — она кивнула влево, на север, где склон становился еще круче, уходя в густой утренний туман. — Там старая штольня. Раньше через неё возили руду для кузниц. Она выходит в пещеры под Северной башней. Драконий лазарет — там. Дэймон проследил за её кивком. Его взгляд на секунду смягчился — он узнал этот маршрут. Старая инфраструктура Аркаса, о которой знали только инженеры и, видимо, слишком любопытные кадеты.— Штольня завалена, — заметил он. — Я помню обвал девяносто пятого года.— Основной тоннель — да, — кивнула Кира, морщась от боли в лодыжке. — Но есть технический отвод для вентиляции. Он узкий, но мы пролезем. Я ходила там на прошлой неделе.Дэймон на мгновение прикрыл глаза, словно переваривая информацию. Когда он открыл их, в них снова плясали опасные огоньки.— На прошлой неделе. Значит, план побега ты составляла заранее. — Я... я просто изучала карту, — быстро соврала Кира, чувствуя, как краснеют уши. — На случай войны.— Разумеется, — хмыкнул он. — Ладно. Обопрись на меня. Если упадешь, я тебя брошу. Это не было поцелуем на прощание, Морриган, это была тактическая необходимость. Не обольщайся. Он подошел и подставил плечо, на этот раз без лишних слов и прелюдий. Кира, стиснув зубы от унижения и боли, перекинула руку через его шею. — Идем, — скомандовал он, начиная спуск по каменистому склону в сторону тумана. — И молись, чтобы твой «Слепая Ярость» еще помнил, с какой стороны седла держаться. Кира ничего не ответила. Она просто смотрела на его профиль, пока они хромали в сторону обрыва, и думала о том, что ненавидит его почти так же сильно, как хочет врезать ему по его самодовольной челюсти. А еще о том, что её губы всё еще горят.