Цикл романов о Королеве змей. Роман Враждующие кланы. Четвертая часть пятитомника

Он уже не мог думать ни о чем, только о новой встрече с ней. Дьяволица заронила сомнения в его душу, и вот он пропал: не может трезво оценить, чем это чревато для него и братьев.

Маркус выбрался из постели и сразу же побежал вниз, чтобы выяснить, в отеле ли еще Абигайл де Вега. С огорчением он узнал, что утром родственная парочка покинула отель, но, куда они держат путь, не сообщили. Ищи-свищи ветра в поле. Могли просто взять и улететь, и где их теперь искать, неизвестно. Пора собирать вещи, звать братьев и быстро выдвигаться в путь: преследовать, пока далеко не ушли, пока не затерялась эта пара на бескрайних дорогах земли. Ведь тогда их отыскать будет сложнее.

Хосе проснулся резко, едва Маркус коснулся его плеча. Он же быстрее всех и собрался. Рик возился дольше, а вещи Маркуса так и пролежали неразобранными: недосуг ему было этим заниматься — шел по следу красавицы-змеи. Братья вызвали такси и махнули в ближайший аэропорт, здесь же, в Лхасе, откуда легче сориентироваться, куда лететь дальше. Зарегистрировались на внутренний рейс до Пекина и расположились в зоне прилетов. До вылета оставалось еще минут сорок, спешить было некуда.

И вот неожиданно новая встреча! Абигайл в сопровождении высокого темноволосого незнакомца прошла мимо, едва не задев Маркуса. Ее светлые волосы были убраны в хвостик, расслабленное стройное тело скрывал бежевый спортивный костюм, а за спиной висел рюкзак. Она сочувственно улыбнулась ему и тут же отвела взгляд, делая вид, что не узнала. Но Маркус проникся: узнала, конечно же, узнала. Как она вздрогнула, словно призрака увидела! А вот Армил ничего не заметил и спокойно прошел мимо. Скорее всего, он вообще не запомнил лица Маркуса: видел-то его тогда лишь со спины.

Маркус проследил взглядом, куда направляются брат и сестра де Вега, и выяснил: регистрируются на рейс в Пекин. Какое счастье! Значит, им по пути. У Маркуса появилась еще одна прекрасная возможность сблизиться с девушкой — тесное пространство самолета к этому весьма располагает.

Каково же было его изумление, когда места в самолете его и Королевы змей оказались рядом. Девушке волей-неволей пришлось разделить общество настойчивого поклонника. Она густо покраснела и отвернулась к окну, отчаянно пытаясь забыть сцену на ночной улице Банкхор.

Впервые Королева змей испытывала страх и неловкость. Она не понимала, как так случилось, что ее, гордую, неприступную, надменную госпожу, вдруг берет непонятная оторопь, заставляющая сердце бешено колотиться в груди. Этот юнец, почти мальчишка, сбивает ее, прожженную охотницу, с пути истинного, превращает в доверчивую неопытную девчонку, какой была Абигайл много лет назад и о чем давно забыла. Она, взрослая и опытная женщина, трепещет от нежных чувств к простому смертному. Пусть красивому, настойчивому и милому парню, но такому юному и неискушенному.

Армил предложил сестре поменяться местами, зло поглядывая на Маркуса, но отступил, когда та отказалась. Временами его лицо искажалось от тщательно скрываемой боли, лишь судорога пробегала по сильным мышцам. Как бы он ни уверял Абигайл, что крыло почти восстановилось, но это было не так — до исцеления еще далеко.

Девушка съежилась в кресле. Тонкая, хрупкая, она напряженно молчала, уставившись в одну точку. Неловкое молчание затянулось. Маркус наклонился к ней и предпринял новую попытку знакомства — на этот раз по всем правилам этикета:

— Успокойтесь, сеньорита, не надо так меня бояться, я ж не монстр. Раз уж мы определенным образом познакомились, пусть и при неприятных для вас обстоятельствах, неплохо было бы взаимно представиться, как думаете? Я Маркус, прошу прощения за свое недостойное поведение. Увы, алкоголь его, конечно, не оправдывает, но я готов забыть все, о чем прошу и вас. Давайте начнем все сначала, а?

Абигайл с минуту смотрела на молодого человека, обдумывая его предложение. Выражение ее лица постепенно прояснилось, во взгляде даже появилась какая-то плутоватость. Она коротко выдохнула и произнесла:

— Вы мексиканец?

Девушка в ожидании ответа продолжала изучать его пристальным взглядом. «Опасается что-то услышать? Возможно», — подумал Маркус и решил солгать, дабы отвести от себя подозрения.

— Нет, мы с братьями из Рио. Почти соседи, верно?

Она кивнула и расцвела улыбкой. Напряжение улетучилось. Диалог перешел в мирное русло: девушка оживилась и с интересом расспрашивала обо всем. Тогда Маркус решился задать неожиданный вопрос:

— Что вы делали в Лхасе?

Минутная заминка — и Королева змей, пронзив его холодным недоверчивым взглядом, выдала:

— То же, что и другие туристы, — посещали святыни ламаизма. Хотели прикоснуться к земным таинствам.

Маркус выслушал ответ, но продолжил напирать, из-за чего девушка вновь нахмурилась.

— Разве? Мне кажется, что в Лхасу каждый едет со своей целью, сеньорита. Вот только не каждый эту цель хочет озвучивать. Что ж, можете и вы промолчать, ваше дело. Но имя-то утаивать не будете, надеюсь?

Она глянула на него исподлобья — недовольная гримаса заиграла на милом лице. Маркус слегка коснулся ее плеча, вдохнул аромат волос, и его губы растянулись в приветливой улыбке. Сердце девушки растаяло.

— Абигайл… Абигайл де Вега.

Красавица шумно выдохнула, вцепилась острыми ноготками в подлокотники кресла, выпрямила спину и опустила глаза. Сейчас было труднее прочесть по взгляду, о чем она думает.

— А я решил, что ради встречи с восточным драконом, — нарочито тихо произнес парень, следя за реакцией на свои слова.

Он подкрепил вопрос улыбкой, но девушку оказалось трудно обмануть: она почувствовала подвох. Абигайл ошеломленно вскинула подбородок, ее глаза удивленно расширились на доли секунды, а затем быстро сузились до зловеще узких щелок.

Маркус понял, что нащупал секрет либо очень близко от него прошелся. Девушка заметно потеряла самообладание, она раздраженно дернула плечом и резко ответила:

— Что за бред? О чем это вы?

Глава 4

Маркус не удивился. Именно такой ее реакции он и ожидал. Жизнь Абигайл де Веги была сплошной тайной. Из тех, кому она всецело доверяла, остался только брат: он точно в курсе, кто она на самом деле, да и сам он, несомненно, змей. В ущелье Лхасы их было двое, и это, конечно, осложняло ситуацию. Однако главная из клана змеев все же Абигайл, именно она и есть страшная жрица смерти. Отец Маркуса говорил, что важнее поразить Королеву змей: от нее ведут род все остальные человекоподобные змеи, и ее усилиями они питаются. Не будь ее — и весь род вымрет.

На нее нацелен и Маркус, он подбирается к ней незаметно. Сейчас он в полуметре от очаровательной дьяволицы, этого злобного исчадия ада. На огромной высоте он легко мог бы придушить ее, просто стиснуть ладонями ее хрупкую шейку и тем самым поставить жирную точку в многолетней истории преследования. Что же мешает сделать это сейчас? Неужто страх уголовного преследования? Чушь! Ради такой оправдывающей цели не страшно понести наказание. Его останавливает вовсе не это.

Он повернулся к ней и моментально утонул в глубоком темном озере ее прекрасных глаз. Ее нежная рука коснулась его ладони словно невзначай, и сомнения парня рассеялись. Не сейчас! Рано. Она должна принадлежать ему. Пот обильно заструился по позвоночнику, желание вновь напоминало о себе, а женщина снисходительно улыбалась, лаская его призывным взглядом. Чертовка! И вот он уже совсем не уверен, стоит ли вообще приводить приговор в исполнение.

— Какие драконы, молодой человек! Вы что, пересмотрели хоррор-фильмов?

Ее улыбка была обворожительной, а смех — звонким и приятным. Все ясно: она пошла на хитрость, не отвечает прямо, но это и не нужно. Что за драконы, Маркус и сам знал. Настоящая драконица находилась здесь, рядом с ним. И она реальна!

Существуют ли в Тибете подобные ей — повод для его будущих поисков. Он был уверен: не стала бы она так нервничать без серьезной причины. Сейчас же ему надо выяснить, куда она направляется. Поэтому он задает очередной осторожный вопрос — как можно беззаботнее, будто предлагает продолжить их фривольно начавшееся знакомство. Одновременно он незаметно подбрасывает в нее зерна сомнений и лишает привычной осмотрительности.

Маркус чувствовал: девушка тоже заинтересовалась им. Это огромная удача, позволяющая максимально приблизиться к ней и установить некое подобие дружбы.

— Абигайл, куда вы летите?

Его спокойный, бархатистый голос обволакивал. Лицо, открытое и искреннее, внушало доверие. Он смотрел доброжелательно, располагающе. Девушка облизнула губы, пухлые, яркие, нервно провела рукой по волосам и одернула худи. В глазах появился мимолетный испуг:

— Чего вы хотите, Маркус, зачем интересуетесь?

— Быть может, потому что хочу составить вам компанию! А что, нельзя?

Он взволнованно вгляделся в лицо девушки, глубоко вздохнул и с нетерпением ожидал ответа, будто от этого зависела вся его жизнь. Старался, хитрец, показать, насколько увлечен, и ему это неожиданно удалось. Отчего-то Абигайл верит ему и обещает поделиться, куда направляется, после беседы с братом.

«Препятствие в виде брата, конечно, существенное, но и оно преодолимое. Осталось только растопить сердце змея и окончательно отвести от себя подозрения», — Маркус спешно размышлял, как это сделать, и решился подключить своих братьев. Все-таки они земляки, наверняка найдутся общие интересы.

Путь из Лхасы в Пекин благодаря новейшим аэробусам занял около двух часов. Все это время молодой человек говорил с Абигайл на отвлеченные темы, стараясь теснее сойтись с ней и преодолеть еще иногда возвращающуюся неловкость. С трапа самолета она сходила уже без настороженности — не избегала его и не сторонилась.

— Познакомься, Армил. Это Маркус де Силва. Он из Рио. Маркус, представляю вам моего брата Армила де Вегу.

Она просительно посмотрела на брата — и тот сдался: пожал руку Маркусу. Некоторое время они разглядывали друг друга: Армил пытался телепатически пробить внутреннюю броню незнакомца, но, видимо, безрезультатно, а Маркус стремился восполнить недостающую информацию о ближайшем родственнике женщины-змеи, с таким же неочевидным успехом.

— Куда направляетесь, господин де Вега? Это какое-то секретное место? — Маркус желал прояснить для себя, насколько будет откровенным Армил: скажет или нет, куда дальше лежит их путь с Абигайл.

Брат Королевы змей склонил голову на бок, пристально рассматривая наглого попутчика, и вежливо ответил:

— На несколько дней мы остановимся здесь, в Пекине, а затем возвратимся в Мексику, сеньор де Силва.

Предложение Маркуса встретиться вечером в баре он с извинениями отклонил, сославшись на необходимость отдыха после сложного перелета. Им с сестрой пора было идти. Абигайл с сожалением попрощалась с Маркусом, чуть дольше необходимого удерживая в своей теплой ладони его руку. И в это же мгновение парня пронзил легкий электрический разряд, пробежавший по коже и моментально стеревший все воспоминания о ней, кроме последнего пронизывающего взгляда жгуче-карих глаз.

— Полагаешь, этого достаточно? — лениво спросил Армил, замечая уловку сестры. Она неожиданно загрустила, но почему?.. — Ну что произошло, сестра? Неужели я прав в своих предположениях?

— Это впервые за много лет, Армил, — призналась девушка и, не оборачиваясь, побежала вперед. Брат последовал за ней, на ходу подхватывая чемоданы и заказывая такси.

Хосе и Энрике подоспели вовремя. Абсолютно дезориентированный Маркус слонялся у выхода из аэропорта и рисковал никогда не найти своих братьев. Временное помрачение уже прошло, но странная потеря памяти, ее небольшого фрагмента, к сожалению, осталась. Парень не помнил новых знакомых и некоторых лхасских событий, однако в остальном все было в порядке.

Посовещавшись, братья решили выставить дозорного в аэропорту на всю предстоящую ночь. Они были уверены, что де Вега не собираются задерживаться в Пекине. Скорее всего, через несколько часов парочка вернется, чтобы совершить перелет в другую часть света. О братьях Маркуса Абигайл слышала вскользь, но вряд ли поняла, что он путешествует с ними. Это хорошо, очень хорошо.

Неузнанный Хосе засел в зоне регистрации на рейсы, отправив Маркуса и Энрике отдыхать и условившись сменить кого-нибудь из них после полуночи. Рик со средним братом отправились в пекинскую гостиницу, чтобы выспаться и затем сменить Хосе на его боевом посту.

— Тебе так ничего и не удалось выяснить, сестра? — настойчиво спросил Армил, глядя ей прямо в глаза. — Там, в Лхасе?

— Конечно, нет, ты же знаешь. Я шла, чтобы встретиться с ним, но он не пришел. Зато явился этот парень. Я даже думала сперва, что это он и есть, но я обозналась.

Она возбужденно поведала брату о своих переживаниях, вновь проживая момент несостоявшейся встречи с неким ожидаемым ею незнакомцем. Это досадное недоразумение, с одной стороны, безмерно раздражало Королеву змей, а с другой — радовало неожиданное появление Маркуса, этого странного худощавого парнишки из Рио. В нем, кажется, ничего особенного и нет на первый взгляд: разве что симпатичная мордашка. Он даже не ее предпочитаемый типаж, но что-то все же зацепило ее в нем… Знать бы только что!

— Почему, думаешь, он не пришел, что его напугало или остановило? — размышлял де Вега, заставляя ее отвлечься от мыслей о Маркусе.

— Откуда мне знать, Армил, — раздраженно пробурчала Королева змей, — что движет древними драконами… Он же древний, как и город, в котором живет. А еще трусливый! Где его хваленые благородство и отвага, не ясно. Даже не подумал прийти на помощь беззащитной женщине, — язвительно сетовала она.

— Правда? А мне кажется, он знает, что такой, как ты, помощь не нужна! — Армил явно забавлялся мнимой беспомощностью сестры и ее женским притворным лукавством. — Ты могла бы раздавить этого парня, как муравья, не скромничай, Абигайл. Скажи, зачем ты оставила его живым?

— Считай, что это мой каприз, — резко отрезала Королева змей, — пусть живет, не смей его трогать! Лучше скажи, куда мы едем, а то я тоже в неведении, как и наш преследователь.

Она постепенно приходила в себя, обретая все прежние свойства своей натуры — холодной и жестокосердной змеи.

— Да я и сам не особо знаю. Предлагаю посетить острова Океании[9][8], их отдаленность подкупает. Ты со мной, сестра?

— Для чего нам Океания, думаешь, там есть те, кого мы ищем?

Идея полететь на уединенные острова в Тихом океане не особо пришлась по вкусу сестре Армила, и он решил расписать их будущий отдых в красках, чтобы хоть немного разжечь ее интерес:

— Ты права, там мы не найдем… Но не об этом сейчас речь, у нас будет райский отдых, сестричка. Прошу тебя, соглашайся. Там, на свободе, мы залечим мое крыло, отдохнем и снимем напряжение последних месяцев. Разве плохо?

Армил был убедителен, но не это заставило ее поддаться уговорам. Королеве змей не нужен отдых: она бодра, как никогда, и жаждет совсем другого. Но забота о брате и его здоровье — первоочередная задача Абигайл, она очень любит и ценит младшего брата. С улыбкой, осветившей ее прекрасное лицо, она ответила:

— Ладно, Армил, ладно. Пусть будет Океания, признаю, это неплохой вариант.

Глава 5

Ночь в Пекине — одном из самых густонаселенных городов мира, древнейшей столице на северо-востоке Китая, основанной более тысячи лет до нашей эры, — не похожа ни на что. Город не замирает ни на минуту. Этот огромный человеческий муравейник движется и постоянно что-то созидает. Здесь действует множество безостановочных производств. Фабрики, заводы, гигантские конвейеры работают всю ночь. Человек — всего лишь малая песчинка в этом сложном механизме. Центр города усеян высокими небоскребами из стекла и металла, соседствующими с древними памятниками архитектуры и легендарной истории Китая, охраняемыми ЮНЕСКО: Запретным городом императоров Гугун, Летним императорским дворцом, Великой Китайской стеной, храмом Неба, храмом Юнхэгун, гробницами династии Мин и другими интересными достопримечательностями.

С каждым годом небоскребов становится все больше, а архитектурных шедевров древности — меньше. В борьбе за настоящее приносится в жертву культурное достояние предков, и мало чему удается уцелеть, разве только самым крупным и ценным общеизвестным объектам. Человечество целенаправленно выбирает вектор развития в пользу материального как основы своего существования, постепенно отказываясь от духовной составляющей. Мысли, чувства и эмоции отходят на второй план, являясь всего лишь побочным эффектом существования человеческого организма, и перестают считаться приоритетным элементом жизни.

Отель China World, куда направились де Вега, находился в четверти часа езды от аэропорта Шоуду. Он занимал полукруглую выпуклую высотку в центральном районе Пекина, всего в нескольких минутах ходьбы от Запретного города и площади Тяньаньмэнь. Это был великолепный отель, оформленный в классическом азиатском стиле и предполагающий дорогой отдых со всеми его составляющими — от наслаждения вкусными блюдами кантонской и хуайянской кухни в чудесном местном ресторане, посещения паровой бани, джакузи, бассейна до современного и весьма комфортного убранства просторных апартаментов с изумительным видом на город из каждого такого номера.

— Армил, не будем спешить. Давай остановимся на пару ночей в этом замечательном отеле. Здесь так хорошо, и город завораживает, — очаровательная спутница-змея с тонкой просящей улыбкой воззрилась на брата и смотрела так, что он вынужден был капитулировать.

— На одну ночь, Абигайл, на одну ночь. Завтра улетаем. Не хочу, чтобы твой питомец нас обнаружил.

Скоростным лифтом они поднялись на десятый этаж к своим апартаментам, по традиции располагающимся рядом. Девушка прошла в номер и внимательно его оглядела. Придраться было не к чему: идеальная чистота, свежая современная обстановка, восхитительный вид из панорамного окна, узкий балкончик — все на достойном уровне. Хотя чему тут удивляться? Все это тщательно убирается отрегулированным на результат роботоперсоналом, не допускающим огрехов труда.

Сестра змея сбросила туфли и с удовольствием погрузила босые ступни в мягкий ворс ковра. Привычка носить шпильки при любых обстоятельствах отличала красотку Абигайл. Но в своей комнате она могла позволить себе расслабиться. Растирая уставшие пальцы ног, она с озорством поглядела на брата.

— Может, поохотимся, Армил, дорогой? Такой большой город, что никто и не заметит, если пропадет пара-тройка его жителей, как думаешь?

Раздвоенный язычок прошелся по розовой поверхности губ, в глазах сверкнуло радостное предвкушение пиршества. Змея в ней вновь возобладала, намереваясь заразить охотничьим азартом и младшего крылатого родственника. Армил колебался с минуту, но, поразмыслив, решил поддержать сестру. Пекин и правда не поредеет, если его слегка прочесать в поисках добычи. Да и они вовсе не собирались устраивать бойню: так, слегка полакомиться местной кровушкой — одна-две жертвы для утоления голода, не более.

— Как твое крыло?

— Охотиться оно мне не мешает, сестра, так что полный порядок, не волнуйся. Вернемся домой — залатаем. Здесь в пригороде есть неплохой бар, «Восточный единорог» называется. Мне его рекомендовал тибетский гид.

Восприемница Сантанико, новая Королева змей, одобрительно закивала:

— Тот самый гид, которого ты лишил языка, братец Армил? — ядовито заметила она, посмеиваясь. — Ладно, я буду готова через пятнадцать минут.

* * *

Хитрый китайский таксист подвез братьев де Силва на окраину Пекина, в какие-то немыслимые дебри, сильно напоминающие фавелы Рио.

— Мы что, просили его доставить нас в квартал красных фонарей[10][9]? — недовольно буркнул вымотанный дорогой Энрике, заметив яркий свет у входа в питейное заведение. — Куда ты привез нас, малый?

Таксист хитро улыбался и указывал на утонувшую в земле неприметную дверь в бар, над которой горел прожектор.

— Здесь есть гостиница, сэр, — он протянул желтоватую ладонь за провозной платой и добавил: — Господам тут понравится, не сомневайтесь.

Бар «Восточный единорог» представлял собой узкое, утонувшее в густых клубах табачного дыма с примесью какой-то восточной дряни, пространство. Вдоль длинной барной стойки сидели разномастные гости, и никто не обращал внимания друг на друга. Ввалившиеся в бар Рик и Маркус тоже не вызвали интереса у завсегдатаев бара. Братья спокойно прошли в дальний угол и уселись за свободный столик. Молодая официантка в костюме гейши подошла осведомиться, что парни намерены заказать. Привычный виски нашелся и здесь, а к нему восточная закуска и свежий сок. Спросили о номере в гостинице и получили утвердительный ответ: да, мол, есть. Что ж, таксист не соврал, и на том спасибо. Атмосфера бара действительно располагала к отдыху, и комната, где можно кинуть кости, тоже имелась. Удачное совпадение!

Энрике раскурил трубку и лениво принялся созерцать посетителей бара. Их оказалось немного: несколько офисных клерков, зашедших расслабиться после тяжелой недели, компания рабочих с ближайшего завода или фабрики, трое студентов и сильно опьяневшая парочка. Скорее всего, залетные, как и де Силва, и, судя по говору, туристы, возможно, итальянцы или французы. Справа сидел хмурый китаец с дочерью — упитанным подростком четырнадцати-пятнадцати лет. Мужчина был хорошо одет, хотя одежда его выглядела потертой — все это выдавало былой достаток. Девочка в пестрых одеждах напоминала сверкающую люстру. Казалось, на нее надели все самое лучшее, что еще осталось в доме, наверняка ради привлечения чьего-то нескромного внимания. Очевидно, мужчина торговал молодостью и свежестью дочки из-за крайне тяжелого положения. От всего происходящего осталось ощущение, что общемировой прорыв в развитии техники не способствует тому же в человеческих отношениях — здесь по-прежнему царило печальное средневековье и правила балом грубая животная суть.

Маркус отпил большой глоток виски из засаленного бокала и едва не подавился, когда дверь с шумом распахнулась. В бар, гордо стуча каблучками, спустилась ярко накрашенная Абигайл в облегающем платье из голубого шелка. Как всегда, ее сопровождал мрачный долговязый брат. Молодой человек был в темном плаще, с тонкой бархатной маской на лице и легкой бамбуковой тросточкой в руке. Пара неторопливо расположилась на высоких барных стульях у стойки и заказала мохито и ром-колу для Абигайл и водку для ее спутника. Неспешно потягивая напитки, они стали сканировать взглядами гостей ночного клуба. Маркус, оклемавшийся к тому времени, и Рик сидели в небольшой нише поодаль, благодаря чему не попали под зоркий перекрестный взгляд косумельских вампиров.

Абигайл посмотрела на девочку-китаянку и перевела взор на ее нерадивого папашу. Губы демоницы злобно сжались, узкие черные брови сошлись на переносице. Поднимающийся гнев залил краской возмущения лицо, ее стала бить нервная дрожь, довольно сильная, заметная и усиливающаяся… Когда Армил мягко положил руку на ее ладонь, девушку слегка отпустило. Он отрицательно покачал головой, не соглашаясь с ее выбором. Абигайл нехотя перевела взгляд на других. Скользнула по юным студентам, рабочим и остановилась на напившемся в дрова офисном сотруднике. Он что-то лопотал на своем наречии, яростно доказывая коллегам собственную правоту. Те лишь снисходительно улыбались, цокая языками. Тогда он кинулся с кулаками на соседа, намереваясь таким образом установить истину. Их разняли, отогнав не в меру вспыльчивого китайца вглубь зала и усадив в кресло. Абигайл снова посмотрела на де Вегу, ожидая утвердительного кивка. Он с сомнением разглядывал парня, будто оценивая его на вкус.

Притихший дебошир сполз со стула и на четвереньках двинулся к выходу из бара, а затем на улицу. Его коллеги даже не взглянули в сторону несчастного, продолжая мирно «гамбеить» рисовую. Недолго думая, де Вега отправились за ним, бесшумно держась в ста метрах позади. Маркус и Рик, расплатившись с барменом, кинулись следом.

Беднягу китайца с полчаса надрывно выворачивало в ближайших кустах, и брезгливая Абигайл хотела уже отказаться от мысли его обескровить. Она предложила брату подождать на воздухе следующего посетителя: вдруг кто-то покинет бар в более приличном виде. Но мексиканец был непреклонен и выбора своего не поменял. Он догнал жертву у клумбы и протянул парню белый шелковый платок, вызвав тем самым его неподдельное удивление и благодарность. Затем помог подняться и даже предложил трость для равновесия. Китаец захохотал, но помощь принял. Добродушно схватившись за руку Армила, он попробовал сделать шаг.