То, что предсказать нельзя...

– Ваша яхта, – уголки пухлых губ слегка приподнялись вверх, а у Диего во рту внезапно пересохло. – Такое странное название… Почему именно «Восхождение»?

– Ты знаешь латынь? – Диего на мгновение показалось, что все его четкие систематизированные представления о мире внезапно обрушились. Разве может девушка с таким телом и внешностью знать что-то, кроме имен модных дизайнеров?

– Я изучала ее в университете, – просто ответила Белл. – Красивый язык… Так почему «Скандере»?

Это было просто невероятно. Он, Диего Торрес Нуес ди Алвейра, сидел за столом с роскошной женщиной и разговаривал с ней о латинском языке! Мужчина попытался припомнить, о чем он обычно разговаривал с женщинами за ужином и с удивлением подумал, что не может вспомнить ни одной темы, кроме постели и секса. Легкий флирт, откровенные намеки, постепенно переходящие в интимные ласки – иногда все заканчивалось раньше, чем они успевали добраться до спальни.

– Хочешь шампанского, Изабелла?

– Да, – улыбнулась девушка и протянула ему бокал. – Хочу.

Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Диего вздрогнул от пронзившего его насквозь желания. Поставив бокал на стол, он неуклюже плеснул в него шампанского.

– Вы не привыкли обслуживать своих гостей, – пробормотала девушка, глядя на брызги шампанского, упавшие на скатерть и столовые приборы.

Диего нахмурился.

– У меня есть для этого специально обученные люди, – отрезал он, протягивая ей бокал.

– Только для этого? – усмехнулась девушка, осторожно делая маленький глоток.

Рука Диего застыла на тонкой ножке бокала. Он ослышался, или в ее голосе ему послышалась провокация? Она что, дразнит его?

– Я бы не советовал шутить со мной, сеньорита Росси, – и во вкрадчивом голосе мужчины послышалось предупреждение.

– Да, да, я знаю. Вы утопите меня, – в ее голосе послышалась насмешка.

– Может быть и хуже… – и зеленые глаза мужчины потемнели.

– Нет, – и она сделала еще один глоток. – Не может.

И, заметив, как непонимающе изогнулась темная бровь Торреса, задумчиво сказала.

– Если бы вы хотели совершить надо мной насилие, вы бы давно его совершили. Денег вам не надо – у вас их в разы больше, чем достаточно, – и Белл обвела бокалом, который держала в руке, роскошную обстановку яхты.

– Может, я хочу превратить тебя в сексуальную рабыню и посадить на цепь в подвал своего замка? – мрачно предположил мужчина, глядя в темные синие глаза.

Белл несколько долгих мгновений смотрела на него, а затем звонко расхохоталась.

– Вы это серьезно? – синие глаза искрились от смеха.

– Абсолютно! – кивнул мужчина, любуясь девушкой.

– Нет, сеньор Торрес, – покачала головой Белл. – Вы обманываете меня.

– Почему ты так думаешь? – облокотившись на стол, Диего всем телом подался вперед.

– У вас сотни женщин, – сделав тоже самое, парировала Изабелла. – Мне читала про них в журналах моя соседка по квартире. И я думаю, что все подвалы вашего замка уже давным-давно заняты! А у вас правда есть замок? – внезапно заинтересовалась она.

– Есть, – впервые за вечер улыбнулся Диего. Губы Изабеллы находились в опасной близости от него, и он всеми силами старался смотреть куда угодно, но только не на них. – Он стоит на высокой горе. Иногда, когда из долины поднимается туман, кажется, что он стоит на облаке.

– Как красиво, – зачарованно прошептала девушка, а мужчина на мгновение прикрыл глаза. Его так сильно тянуло к ней, что он уже не мог контролировать себя. И не мог думать ни о чем, кроме сливочной кожи, по которой хотел провести губами… Запустить ладони в темные блестящие волосы… Сжать в объятиях стройное гибкое тело…

– Еще шампанского? – хрипло предложил он и сам удивился тому, что сказал. Приглашая утром Изабеллу Росси на ужин, он думал, что это будет простая формальность. Он посидит с ней полчаса, а потом под надуманным предлогом уйдет к себе. Но сейчас ему совершенно не хотелось этого делать.

– Да! – кивнула головой девушка, протягивая ему бокал.

Большая мужская ладонь накрыла ее пальцы, держащие бокал, и Белл замерла. От прикосновения Диего Торреса по телу стало медленно разливаться странное тепло. С трудом оторвав взгляд от их переплетенных пальцев, девушка неуверенно взглянула на сидящего напротив мужчину.

Ему казалось, что время остановилось. Исчезли все люди и звуки. Исчезло все. А мир вокруг сузился до огромных темно-синих глаз, которые растерянно смотрели на него. И, словно омуты, затягивали в свою глубину…

– Простите, – смущенно пробормотала девушка, осторожно высвобождая свою ладонь из его руки. Тонкий хрустальный бокал, который больше никто не держал, жалобно звякнул, разбившись о столовые приборы.

– Простите, – виновато прошептала Белл, глядя на маленькие бриллианты осколков, рассыпавшиеся вокруг. – Я такая неуклюжая… – она торопливо встала. – Я все сейчас соберу…

И отшатнулась, услышав резкое приказание.

– Сядь!

Острый осколок стекла вонзился в ее ступню, и девушка еле слышно вскрикнула. Из глаз градом покатились слезы.

– Проклятье, Изабелла! – Диего Торрес подхватил ее на руки и перенес на белоснежный диван. Опустился рядом и осторожно взял в руки пораненную ступню.

– От тебя одни неприятности, – проворчал мужчина, аккуратно вытаскивая из-под кожи осколок. Маленькая ступня в его ладони дернулась.

– Мне кажется, вы их любите, – парировала девушка, намекая на то, что в своих неприятностях виноват он сам.

Перевязав пораненную ступню носовым платком, Диего медленно поднял голову. Изабелла Росси спокойно смотрела на него темно-синими глазами. В них не было ни сожаления, ни неловкости, ни извинений за сказанные только что слова.

– Ты всегда говоришь то, что думаешь? – сухо спросил мужчина, пытаясь разобраться в странных ощущениях, которые вызывала в нем эта девушка. Она реагировала на него совсем не так, как все остальные женщины. Не было томных улыбок, прикрытых ресницами глаз, соблазнительных поз… Она не дотрагивалась до него, пытаясь наладить телесный контакт, дать понять, как сильно желает его… Изабелла Росси вела себя с ним так, словно вообще не замечала, что он – мужчина.

– Да, – улыбнулась девушка. И с удивлением заметила, как зеленые глаза Торреса сузились.

– Я не нравлюсь тебе? – и в тихом вкрадчивом голосе Белл расслышала угрозу.

Она пристально взглянула на мужчину, сидевшего рядом с ней. Он был весьма привлекателен, но Белл знала, что телесная красота очень часто скрывает за собой душевное уродство. Диего Торрес привык потакать своим капризам и ему было неинтересно, сколько людей пострадает от этого. Девушка еле слышно вздохнула.

– Я вас не знаю.

Диего даже не знал, что для него было неприятнее – ругательства, которыми осыпала его сегодня утром Изабелла, или этот вежливый безразличный ответ, подразумевавший под собой слово «Нет»!

И не хотел признавать то, что ее слова задели его.

– А того, что ты видишь, тебе недостаточно?

– Что вы имеете ввиду? – не поняла Белл.

– Например, я очень богат, – пристально глядя в ее глаза, сказал Диего.

– Вы что, серьезно? – изумилась девушка. – Серьезно считаете, что деньги могут заменить в человеке такие качества, как доброта, порядочность, надежность? Что огромный счет в банке снимает любые ограничения? Стирает нормы морали? Заменяет закон?

Циничная улыбка изогнула четко очерченные губы мужчины, а зеленые глаза покрылись тонкой корочкой льда. Ему даже не нужно было отвечать на ее вопрос – Белл и так все поняла, без слов.

– Мне очень жаль вас, – тихо сказала девушка, а темно-синие глаза смотрели на него так, словно он был убогим калекой. – Жаль, что в вашей жизни произошли события, которые вынудили вас так думать.

– Ты ничего обо мне не знаешь, – процедил Диего сквозь зубы ее же слова, мгновенно разозлившись. Как эта девица, которая продает свою красоту за деньги, может осуждать его? Она точно такая же, как все женщины, готовые отдаться тому, кто больше заплатит. Такая же, как его мать.

– Да, – печально сказала девушка. – Не знаю…

Осторожно высвободив свою ступню из его ладоней, она неуклюже отодвинулась от него как можно дальше.

Зачем она сказала ему все это, думала Белл, нервно кусая губы. Она только разозлила его. Таким людям, как Диего Торрес, неинтересно чужое мнение, если оно отличается от их собственного. Они преисполнены осознания собственной значимости и важности, а на подобных ей смотрят свысока, презрительно поджав губы. Мужчины, такие, как Диего Торрес, рассматривают женщин как красивое приложение к их персоне. А не как живого человека со своими чувствами, эмоциями и переживаниями.

Все происходило неправильно. Не так, как должно было происходить. Когда он летел сюда, он думал о длинной страстной ночи, которую проведет в объятиях Изабеллы Росси. Легкий, ни к чему не обязывающий секс, который доставит удовольствие им обоим. Но сейчас, глядя на забившуюся в угол дивана девушку, он понимал, что они так же далеки от секса, как Луна от Земли. Изабелла не видела в нем мужчину, ей было все равно, что он богат, и – Диего на мгновение с силой сжал челюсти – и он ей даже не нравился.

– Когда я смогу вернуться домой? – тихо спросила Белл, пытаясь разорвать тревожную тишину, застывшую между ними. Диего Торрес с каменным лицом смотрел на нее тяжелым неподвижным взглядом, и под этим взглядом она чувствовала себя очень неуютно. И уже не была уверена в том, что рядом с ним она в полной безопасности. Что еще он может потребовать от нее, стараясь потешить уязвленное ее необдуманными словами самолюбие? Девушка отодвинулась еще дальше, чувствуя, как ей в спину впивается твердый подлокотник дивана.

Обхватив себя руками, словно ей было холодно, Изабелла Росси старалась смотреть куда угодно, но только не на него. Темные синие глаза старательно избегали его, а Диего чувствовал, как в нем ярким костром разгорается ярость. Сотни женщин были готовы продать душу дьяволу за право провести с ним хотя бы одну ночь, а эта манекенщица торопливо считала минуты в надежде убраться отсюда как можно быстрее. Ей не нравилось в нем все. Не нравился он сам, его взгляды на жизнь, даже тот факт, что он богат, ей тоже не нравился. Она позволила себе говорить о нем с сожалением, словно он был урод или умственно отсталый. Всем своим видом Изабелла Росси демонстрировала свое высокомерное безразличие и полное презрение к нему. Он мог бы это ей простить, если бы ему было все равно…

Но ему, с удивлением подумал Диего, было не все равно.

Его почему-то задевало все, что делала или говорила эта девушка.

И страстное желание доказать ей, что она точно такая же, как все остальные женщины, захлестнуло его.

– Скажи мне, деньги вообще не имеют для тебя никакого значения, Изабелла? – вкрадчиво поинтересовался Торрес. А Белл почувствовала, как по спине пробежал холодный ветерок опасности. Девушка поежилась, пытаясь прогнать это странное ощущение, и неуверенно взглянула на сидящего в метре от нее мужчину. По его спокойному невозмутимому лицу невозможно было что-то понять.

– Почему вы спрашиваете это у меня? – нахмурилась Белл, пытаясь понять, к чему он клонит.

– Мечта каждой девушки – это богатый и щедрый любовник, который оплачивал бы все ее капризы, – медленно произнес Диего, пристально наблюдая за манекенщицей.

Неуверенная улыбка скользнула по губам девушки, а синие глаза недоверчиво расширились. Словно она сомневалась в том, что только что услышала.

– Вы ошибаетесь, – Белл отрицательно покачала головой. – Многие мечтают совсем не об этом…

– А о чем мечтаешь ты?

И от этого простого вопроса Белл застыла, нервно кусая губы.

Она не позволяла себе мечтать. Не позволяла думать о том, что ее жизнь могла бы сложиться совершенно иначе. Точно так же, как ее сверстницы, она могла бы весело проводить время на дискотеках… Или сидеть в жаркий полдень за столиком уличного кафе с книгой… Или целоваться с симпатичным парнем, гуляя по вечернему Лондону… Путешествовать не для того, чтобы заработать как можно больше денег, а чтобы их потратить… И просыпаться с рассветом не потому, что пора на работу…

– Ни о чем, – голос Изабеллы был еле слышен. – У меня все есть для того, чтобы чувствовать себя счастливой…

Диего пристально взглянул на нее. Кого она пытается убедить в этом – его или себя? Он вспомнил плотный график съемок и показов манекенщицы и еле заметно покачал головой – сидящая перед ним девушка работала по пятнадцать часов в сутки почти каждый день. У нее просто не было времени для того, чтобы мечтать. Ей даже спать было некогда…

И Диего задумался – а зачем Изабелла Росси так много работает? Она презирает деньги, и в тоже время не упускает ни одной возможности заработать еще немного. Почему?

– Я могу сделать твою жизнь более приятной и легкой, Изабелла, – тихо предложил ей мужчина.

– Сеньор Торрес… – начала было девушка, но мужчина поправил ее.

– Диего.

– Сеньор Торрес, – упрямо повторила Изабелла. – Я благодарна вам за предложение… – она на мгновение замолчала. – Но моя жизнь меня вполне устраивает…

Мужчина несколько долгих минут смотрел на нее, а затем еле заметно кивнул, молча соглашаясь с ее решением. Не глядя на нее, он поднялся и направился к лестнице, ведущей на верхнюю палубу. Изумленная тем, что он так безропотно принял ее отказ, Белл недоверчиво смотрела на широкую спину мужчины. Взявшись за перила, Диего остановился.

Белл задержала дыхание.

– Если твое решение однажды изменится, Изабелла, – не поворачиваясь к ней, сухо начал мужчина.

– Оно не изменится, – тихо сказала девушка.

– Если твое решение изменится, – словно не слыша ее, повторил Диего с нажимом, – просто позвони мне… Время не имеет значения…