Не пустоцвет!

Глава 1. Праздник на грани катастрофы

Октябрьский ветер швырял пригоршни ледяного дождя в панорамные окна развлекательного центра, словно пытался пробиться внутрь. Ксения стояла посреди главного зала игрового центра, критически осматривая новые декорации. Сегодня на ней был яркий костюм пиратки.

Она уныло размышляла, что судьба снова решила показать ей, кто главный. Спина тупо и настойчиво ныла. Это старая травма после аварии в двадцать лет давала о себе знать при каждом резком движении. До старта развлекательного квеста на дне рождении Егора — шестилетнего поклонника пиратов, оставалось пятнадцать минут. Дети уже собирались в фойе, и гул их возбужденных и восторженных голосов пробивался сквозь неплотно закрытые двери.

А ключевой аниматор — ужасный «Капитан Грозный» по имени Виталик, не приехал. Вообще не появился в центре. Его телефон упорно не отвечал.

Ксения посмотрела на экран своего мобильника. Двадцать три пропущенных — это всё ему звонила она. От него — ноль входящих. Диалог снова получался каким-то односторонним, как всегда выходило у нее с мужчинами.

— Может, он в пробке? — с надеждой спросила администратор Люся.

— Стоит со вчерашнего вечера? Мы с ним вчера разговаривали, и он подтвердил, что приедет, — усмехнулась Ксения. — Люся, солнце, он просто исчез. Свалил, слился… Назови, как нравится. Испарился, как и аванс, который я ему перевела вчера за срочность.

Люся вздохнула, не зная, как подбодрить хозяйку. Ксения уныло смотрела на воткнутую в углу зала пальму. Праздник отменять нельзя, иначе случится грандиозный скандал. Родители заплатили за «Пиратский остров сокровищ» всю сумму заранее. Еще две недели назад. Часть из нее уже было потрачено на реквизит и актера. Так что именинник с друзьями, хоть на лодке, хоть на каравелле должен был отправиться в плавание за пиастрами.

Она приняла решение и потянулась, выпрямляясь и расправляя плечи. Спина тут же отозвалась знакомым «куда, дура». Но деваться было некуда, кроме как уходить в одинокое «в плавание». Как всегда, отдуваться придется ей самой.

— Костюм на мне, — сказала Ксения тоном, не терпящим возражений. — Саблю давай. Шляпу. И не смотри на меня так, будто я на сумасшедшая.

— Но вы же владелица… не солидно, — пискнула Люся.

— Вот именно. Владелица бизнеса должна уметь все. Даже изображать пиратского капитана, вернее капитаншу. И пофиг, что с утра разыгрался радикулит.

Люся потянула ей необходимый реквизит. Ксения отдала помощнице микрофон ведущей, который до этого сжимала в руке как гранату с выдернутой чекой, и шагнула к двери.

Дети встретили ее воем восторга. Ксения подняла саблю вверх. Жест получился эффектный, несмотря на то, что спина просила хотя бы десять минут полежать на ровной поверхности.

— Команда! — «рявкнула» она «прокуренным» голосом, который вполне себе получился. — Карта у меня, корабль у нас, сокровища — где-то ждут! Но доберется до них только тот, кто не боится загадок, штормов и морских чудовищ. Есть такие?

— Есть! — заорали дети так, что почти зазвенели стекла.

Родители с улыбками наблюдали за началом праздника. Некоторые уже пошли в комнату ожидания, где их ждали напитки и закуски.

Ксения повела детей за собой в игровой зал. Остров сокровищ, три причала, загадки, поиск «пиастров» — все это было продумано до мелочей, но рассчитано на двоих аниматоров и помощника. Теперь же ей предстояло в одиночку изображать и капитана, и боцмана, и, судя по всему, всех морских чудовищ разом. Боль в спине она прятала за улыбкой, пока не приглядишься, не заметишь.

Она вела детей по дистанции, выкрикивала загадки, изображала мощный шторм, раздавала подсказки и параллельно прикидывала в уме, сколько еще продержится. Внутренний монолог каждые десять минут, проведенных в жизнерадостной компании активных детей, буквально рвался наружу. Ксения держался, не делая себе поблажек.

Сегодня вообще был сложный день. Два года назад Антон бросил ее в похожий октябрьский день. Прямо в день рождения. В этом был особый, почти театральный цинизм. Он вошел в комнату с цветами, только что купленными в магазине. Она одевалась, уже представляя, как они едут к её родителям, как она задувает свечи на торте. А он сел напротив, посмотрел ей в глаза и вдруг выдал.

— Мне нужен наследник, Ксюша. А ты — пустоцвет. Понимаешь в чем проблема? Ты не сможешь мне его дать.

Тогда она даже не заплакала. Она вообще умела не плакать на людях. Этому ее научили авария, больница, долгие месяцы реабилитации и врачи, которые так и не смогли вернуть всё как было.

После слов мужа, она смогла только глупо спросить: «Что?» Он повторил. Сказал это буднично, будто они говорили о погоде: «Дождь пошел… А ты бесплодна. Очень жаль…» А затем он ушёл. Букет цветов еще долго лежал на столе, пока она его не выбросила.

Всю свою нерастраченную материнскую любовь она выплескивала на чужих детей. И, надо признать, у нее неплохо получалось. Дети ее обожали. Родители хорошо платили. А в глубине души жила простая мысль: «Раз своих не будет, пусть чужие будут счастливы. Хоть это я могу устроить, хоть ненадолго».

Квест стремился к финалу. Дети носились по залу с картой, спорили, разгадывали шифр. Именинник Егор, рыжий и деловой, уже дважды пытался подкупить Ксению конфетами, чтобы узнать, где спрятано «золото». Ксения честно держала пиратскую тайну, хотя конфеты выглядели соблазнительно.

Чуть выдохнув, она заметила одну из девочек. Она стояла у стены, в стороне от всеобщей суеты. Маленькая, лет пяти-шести, темноволосая. В нарядном платье, которое совершенно не вязалось с пиратской темой, будто ее привели не на детский праздник, а на торжественный прием. Девочка не бегала со всеми, не кричала, не тянула руки за подсказками. Она стояла, вжавшись в стену, и смотрела на шумную толпу детей так, как смотрят на приближающийся ураган, с напряжением, когда единственное желание — чтобы он пролетел мимо.

Ксения узнала этот взгляд. Она слишком хорошо его знала. Шум — это пытка. Толпа — это ужас. А чужой праздник — это место, где ты лишняя, даже если тебя туда позвали. Девочка чувствовала себя плохо, ей было страшно и тревожно.

Ксения подошла к ней ближе и чуть ей улыбнулась. Девочка перевела взгляд на нее и некоторое время не двигалась, а потом вдруг, Ксения не поверила своим глазам, девочка сделала к ней шаг. Один маленький, неуверенный, но совершенно отчетливый шаг.

Ксения медленно, не сводя с нее взгляда, опустилась перед ней на одно колено. Спина «взорвалась» болью, но Ксения упрямо делала вид, что не замечает этого. Боль подождет. Потом она полежит в кабинете на полу, успокаивая спину.

— Привет, — сказала Ксения тихо, почти шепотом, как заговорщица. — Ты, наверное, хранительница?

Девочка моргнула, удивленно, но не отпрянула. Уже победа.

— У каждого капитана должен быть талисман, — продолжала Ксения, засовывая руку в карман мундира. — Вот этот, например. Он старинный, пиратский, приносит удачу тем, кто боится, но все равно идет вперед.

Она протянула ей игрушечный пиратский амулет — латунную бляшку на кожаном шнурке, с тисненым черепом и маленькой звездочкой. Дешевка из магазина карнавальных товаров, если честно. Но в руках Ксении она вдруг обрела вес настоящего сокровища.

Девочка смотрела на амулет. Потом на Ксению. Потом снова на амулет. И протянув руку, взяла его. Крепко сжала его в кулаке. Так, как держат то, что боялись потерять.

Ксения улыбнулась. Настоящей улыбкой, не дежурной.

— Хочешь, побудешь моим боцманом? Мне как раз нужен человек, который умеет хранить тайны.

Девочка коротко кивнула. И это было красноречивее любых речей.

Ксения поднялась, чудом не застонав — спина напомнила о себе с особой жестокостью, но теперь ей было почти все равно. Она чувствовала, что ей нужно помочь ребенку, которому явно хуже, чем самой Ксении. Может это её нерастраченная любовь, которой некуда было деваться, вдруг нашла адресата?

В квесте остался «последний рывок». Теперь Ксения вела детей к финальной точке, а рядом с ней шла маленькая «боцманша», сжимавшая в кулаке амулет и не отходившая ни на шаг. Дети наконец нашли «пиастры» — коробку с шоколадными монетами и маленькими подарками. Они звонко завопили от счастья, началась фотосессия на память, родители полезли с благодарностями. Ксения улыбалась всем, принимала комплименты от родителей, а сама то и дело косилась на девочку.

Та стояла в стороне и ждала. Она не подходила ближе, и не уходила. Смотрела на Ксению с тем серьезным, изучающим выражением, с каким дети смотрят на тех, кого решили допустить в свой мир. А за всем этим, Ксения почувствовала это кожей, кто-то пристально наблюдал.

Действительно, из VIP-зоны, отгороженной от основного зала стеклянной перегородкой с лёгкой тонировкой, на праздник давно смотрел мужчина. Со всем вниманием, не отвлекаясь на телефон и кофе, который ему принесли. Он просто сидел и смотрел, отмечая для себя детали происходящего.

Ксения не видела его лица, только силуэт, когда он встал и подошел ближе к стеклу. Высокий, крупный, темная фигура, будто вырезанная из тени. Она чувствовала его взгляд почти физически, настолько он был пристальным. Под ним хотелось то ли распрямить плечи и гордо поднять подбородок, то ли наоборот спрятаться куда подальше. Ксения поправила шляпу, одернула камзол и заставила себя не оборачиваться и не смотреть. Мало ли кто там стоит. Может, чей-то папа, которому скучно. Может, вообще не на нее смотрит, просто ей кажется. Но убедить себя не получилось, она знала, что на нее.

«Девочка — его дочь». Эта мысль пришла и поселилась в голове с уверенностью факта. Ксения перевела взгляд на девочку. Потом усмехнулась про себя: «Поздравляю, отважная капитанша, ты только что спасла детский праздник и, кажется, привлекла внимание какого-то мрачного типа. День удался».

Она снова наклонилась к девочке, теперь уже без всякой необходимости, просто чтобы быть на одном уровне с ней.

— Ты отличный «хранитель», амулет принес нам удачу, — сказала она шепотом. — Сокровища нашлись.

Девочка разжала кулак, посмотрела на амулет и вдруг улыбнулась. Едва заметно, уголками губ, но это была улыбка.

А из полутьмы VIP-зоны все так же неотрывно, не мигая, на эту сцену смотрел мужчина. И в этом взгляде давно уже не было ни скуки, ни безразличия.

Праздник заканчивался, родители забирали детей, которые, захлебываясь восторгом, рассказывали им о «приключении». Люся начала собирать разбросанный реквизит. А взгляд мужчины все следовал за Ксенией и не отпускал.

Визуализация. Ксения

Ксения Зорина- хозяйка детского игрового центра.

Отважная пиратская капитанша )

Глава 2. Пристальный взгляд

Марк Александрович приехал в торговый центр без охраны и без своего секретаря. Это было настолько не похоже на него, что водитель, высаживая его у входа, дважды переспросил, не нужен ли кто-нибудь еще. Марк лишь покачал головой и сказал оставить машину на парковке, а водителю ждать его в «ресторанном дворике» ТЦ. Сам вылез из машины под моросящий питерский дождь, сунув руки в карманы дорогого пальто. Инкогнито — значит инкогнито. Без помощников, без щита из людей и ауры власти, которые обычно отделяли его от остального мира.

Он зашел в ТЦ и сразу же нашел детский игровой центр «Мультик». Он располагался на верхнем этаже галереи, и вывеску было видно уже от дверей. Марк поморщился, отметив дурацкое название, а также то, что оно запоминается. Он поднялся на лифте, зашел в детский клуб, к родителям именинника присоединяться не стал. Увидел няню, отпустил ее домой. А затем нашел администратора клуба, представился, и Люся сразу же проводила его в VIP-зону, которая обычно пустовала. Отсюда весь зал был как на ладони, а его не видно.

Он приехал сюда не ради праздника, вернее не только ради праздника. Он хотел оценить ТЦ, который ему предлагали купить, но в большей степени посмотреть, как будет вести себя дочка.

Его дочь Полина уже три года не шла ни с кем на контакт. Ни с родственниками, ни с друзьями семьи, ни с чужими людьми. Три года молчания, вздрагиваний от резких звуков и опущенных глаз. Три года, в течение которых Марк перепробовал все: лучших психологов, поездки ради отдыха и развлечений, дорогие игрушки, которые дочь не брала в руки. Ничего не работало. Полина жила в своем мире, накрывшись панцирем, и этот панцирь становился все толще.

А тут вдруг согласилась побывать на детском празднике. На шумном, полном незнакомых детей празднике — дне рождении сына одного из его деловых партнеров. Дочка тихо кивнула, когда он предложил. Марк не поверил своим глазам. И вот теперь стоял у стеклянной стены и смотрел.

Он договорился с няней, что она отвезет Полину на праздник, а сам подъедет позже. Он хотел понаблюдать за дочкой, чтобы она не знала о его присутствии.

Он сразу нашел ее взглядом. Полина стояла у стены, вжавшись в нее спиной, в нарядном платье, которое выбрала сама, что тоже было странно, потому что обычно ей было все равно, что на ней надето.

Шум нарастал. Музыка, крики, топот ног, взрывы смеха — всё это обрушивалось на Полину, как волны на одинокую скалу. Марк видел, как напряглись ее плечи. Он слишком хорошо знал этот признак. Еще немного и она замкнется, спрячется или заплачет и попросится домой, а потом будет молчать несколько дней. Для Полины этот шум был пыткой, он уже в этом убедился. И он её отец, и должен ее защитить. Забрать оттуда, ведь больше ничего он сделать не мог.

Марк уже собирался спуститься вниз и увести дочь отсюда. Извиниться перед матерью именинника, за то, что вообще привез сюда дочь. Но в этот момент к Полине подошла женщина-аниматор.

Пиратка. Он знал, что она — хозяйка этого детского клуба. Высокая, с забавной саблей на поясе и шляпой, сидевшей на голове с каким-то отчаянным вызовом. Она медленно, без суеты подошла к Полине и как-то неловко опустилась перед ней на колено.

Марк замер.

Женщина не тянула Полину в центр, хватая за руку, не улыбалась слащавой, фальшивой улыбкой, которой взрослые обычно одаривают чужих детей. Она просто о чем-то спокойно ее спросила. Полина не заплакала и не сжалась. Марк затаил дыхание.

Она достала что-то из кармана и дала это Полине. Марк безотчетно сжал кулаки, ожидая реакции дочери. Прошла секунда. Другая. И тут случилось то, от чего у Марка перехватило дыхание. Полина кивнула и взяла предмет. Марк не поверил своим глазам. Дочь добровольно взаимодействовала с чужим для нее человеком, которого она видела впервые в жизни. Его дочь, которая молчала даже с психологами, которая неделями не разговаривала, которая отворачивалась от всех. А сейчас женщина в пиратском костюме ее нисколько не пугает?

Он стоял и смотрел, как Полина берет из рук этой женщины какую-то вещь, как прижимает к груди руку, держащую предмет, как распрямляет плечи. А потом, Марк даже моргнул, не веря, Полина добровольно сделала шаг за этой женщиной. В сторону детского гвалта и хаоса, от которых раньше бежала.

Они вместе пошли через зал к группе детей. Пиратка держалась чуть впереди, то и дело оглядываясь, но не навязчиво, а словно хотела убедиться, что спутница не отстает. Полина шла за ней, прижимая к себе амулет, и шум, который только что был для нее пыткой, словно перестал иметь значение.

А потом Марк с нарастающим удивлением наблюдал, что Полина «участвует» в квесте. Она внимательно смотрела на происходящее рядом с ней, и даже указала рукой на подсказку, привлекая внимание других детей.

Марк почувствовал, как у него защипало в глазах. Он, человек, который много лет в бизнесе, и закален сделками на сотни миллионов, и не мог отвести взгляд от двух фигур — высокой женщины в пиратской шляпе и маленькой девочки в нарядном платье.

Он понял, что эта женщина каким-то образом совершила невозможное. Она пробилась туда, куда не смогли пробиться ни лучшие врачи, ни он сам, ни время. Она заставила Полину ожить, хотя бы на полчаса.

Праздник заканчивался. Дети нашли «сокровища», родители разбирали их по домам, администратор в фартуке собирала реквизит. Полина неохотно выпустила руку женщины из своей, Марк пропустил момент, когда дочь взяла ее за руку. Ему тоже следовало забрать дочку. Он вышел из VIP-зоны и спустился в зал.

Дочка увидела его и обрадовалась. Но прежде чем подбежать к нему, она обернулась и помахала хозяйке центра рукой. А та улыбнулась и помахала ей в ответ.

— Пап, ты здесь! Я так рада, — сказала Полина, подойдя. Голос у нее был тихий, но живой. — Мне понравился пиратский праздник. См

Марк кивнул, не в силах что-либо сказать. Он обнял дочь, чувствуя, как бьется ее сердце. Быстро, взволнованно, но не от страха, а от радости.

— Смотри, что она мне дала, — дочь показала ему дешевый пластиковый «волшебный» амулет.

Дешевая игрушка, какие во множестве вариантов продаются в магазине игрушек. Если бы он знал, что такое поможет, то купил бы десяток, да что там — сотни, уже давно.

Марк взял Полину за руку, они попрощались с гостями. Марк отказался от приглашения на обед вместе со всеми, подумав, что на сегодня дочери хватает впечатлений. В машине Полина уснула, сжимая в кулаке амулет. Марк смотрел в окно на проплывающий мимо мокрый Петербург и думал.

Уже дома она опять вспоминала праздник и даже спросила, могут ли она поехать в игровой центр еще раз. Марк пообещал, что обязательно.

Он знал, что не сможет оставить это без продолжения. Не после того, как его дочь впервые за три года улыбалась. Не после того, как какая-то женщина в пиратском костюме сделала то, что не смог никто другой. Поэтому уже вечером решение о покупке этого ТЦ было принято. Как и еще одно, касающееся лично хозяйки детского клуба.

В понедельник Ксении позвонили из администрации торгового центра и пригласили приехать в главный офис. Звонок раздался утром, когда она подводила финансовые итоги последней недели. Голос в трубке был сухим и деловым. Мужчина представился помощником Марка Александровича Белова и сообщил, что его интересует сотрудничество с ее детским центром.

— Господин Белов ждет вас завтра к часу дня. Прошу вас не опаздывать, — нисколько не сомневаясь, что Ксения и не подумает отказываться.

Отказ не предусматривался, это читалось в самой интонации. Он продиктовал ей адрес и телефон, по которому можно позвонить, если возникнут трудности. А затем попрощался.

Ксения постояла с телефоном в руке, глядя на свое отражение в стекле. Потом перевела взгляд на пиратскую шляпу, которая лежала на ее столе.

— Ну вот, — сказала она вслух. — Кажется, капитанша приглянулась не только детям.

Действительно, когда Марк Александрович Белов что-то решал, мир обычно быстро начинал перестраивался под его решение. А если кто-то был против… что ж, тем хуже для него.

Глава 3. Предложение

Офис Марка Александровича Белова располагался неподалеку от Невского проспекта в одном из старинных зданий. Ксения стояла у входа, запрокинув голову и разглядывая фасад. Она чувствовала себя персонажем сказки, который вдруг нашел амулет исполнения желаний.

Она, конечно, «погуглила». Как всякий здравомыслящий человек, получивший приглашение от незнакомого бизнесмена. Результат ей не понравился. Марк Александрович Белов был не просто богат, он был богат настолько, что его состояние не помещалось в сознание обычной владелицы детского клуба. Владелец сети торговых центров. Инвестор нескольких национальных проектов. Человек, чье имя в деловых новостях произносили с той особенной интонацией, с какой говорят о человеке, который очень влиятелен.

Но хуже было другое. Ксения наткнулась на старые статьи. Три года назад, в результате несчастного случая, он потерял жену. Она сразу же вспомнила его. Все каналы тогда об этом передавали. Неожиданная авария, маленькая дочь, оставшаяся без матери. Ксения даже смутно вспомнила сюжет, мелькавший в новостях. Тогда она была занята собственной жизнью, в которой было уже множество проблем, чтобы вникать в чужую трагедию.

Темноволосая девочка с праздника, которой она дала «амулет» точно была его дочерью. Понятно, почему испуганная и растерянная. И это он стоял в VIP-зоне не сводил с нее глаз. Собственно, это было понятно уже после рассказа Люси, которая его туда проводила.

Ксения поежилась. Зачем он ее вызвал? Вдруг ей предложат что-то, к чему она, скорее всего, не готова. Она гадала, что стоит за словом «сотрудничество. Скорее всего, какая-то должность. Возможно, Белов решил, что она обычный аниматор, и хочет нанять ее для мероприятий в своих торговых центрах. Но для этого не нужно общаться с человеком лично. Можно было бы отправить в отдел кадров.

И откуда у него ее телефон? Ксения прокручивала в голове вчерашний день. Она никому не давала свой личный номер. Люся, администратор, могла дать номер клуба. Но звонили именно ей, на мобильный, и звонил помощник, который назвал ее по имени-отчеству. Это значило, что о ней уже навели справки. Быстро, как умеют только очень богатые люди, для которых любая информация — вопрос одного звонка.

Она еще раз посмотрела на телефон. Без десяти час. Пора. Она потянула на себя входную дверь…

Внутри было тихо. На входе ее остановил охранник и после ее слов, тут же проводил к лифту. Он поднялся на третий этаж. Широкий холл и дверь кабинета. Ксения одернула жакет и поправила волосы. Потом одернула еще раз. Потом мысленно велела себе перестать дергаться.

Дверь кабинета открылась, и появился мужчина, который представился помощником. Он пригласил ее внутрь. И Ксения шагнула навстречу своей судьбе.

Марк Александрович Белов поднялся ей навстречу, коротко кивнул, указал на кресло. Никаких лишних любезностей и цепкий, изучающий взгляд. Он был высоким, темноволосым, в дорогом костюме. Ксения дала бы ему лет сорок на вид, но из прочитанного знала, что ему тридцать семь. Внешне собранный, с лицом человека, который привык, что мир подчиняется ему без лишних вопросов. Обычно Ксения таких мужчин старалась избегать.

— Ксения Владимировна, — произнес он, и голос у него оказался ниже, чем она ожидала. — Спасибо, что пришли.

Ксения села. Спина, как всегда, напомнила о себе, и она постаралась чтобы это не отразилось на ее лице.

Марк не стал ходить вокруг да около. Просто положил перед ней договор, напечатанный на нескольких листах. Ксения посмотрела на него, потом на Марка.

— Что это? — спросила она, хотя уже начала подозревать, что ответ ей не понравится.

— Сотрудничество, — сказал Марк. — Официально — должность «управляющая семейным досугом» сети ТЦ. Управление игровыми зонами во всех торговых центрах, которые принадлежат мне.

Ксения моргнула. Во всех? Это же десятки объектов по всей стране.

— Я владею детским клубом «Мультик», — осторожно сказала она. — Не думаю, что смогу совмещать…

— Я знаю, что «Мультик» — ваш клуб, — перебил он спокойно. — Это меня не смущает. Я предлагаю вам именно сотрудничество, а не найм в классическом смысле.

Она ждала, ничего не понимая. Как это — «должность», но не «найм в классическом смысле»? Он выдержал паузу.

— Но это официальная часть, — продолжил Марк. — Есть и неофициальная. Моей дочери Полине нужна помощь. Вы видели ее на празднике. Вы видели, какая она.

Ксения молчала, понимая, какие особенности поведения ребенка он имеет в виду.

— После гибели матери, — голос Марка не дрогнул, но Ксения уловила, что ему сложно об этом говорить, — Полина замкнулась. Три года она не идет на контакт с чужими людьми. Психологи, врачи, лучшие специалисты — ничего не помогло. А с вами она впервые за три года заговорила. И улыбнулась.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Я хочу, чтобы вы стали компаньонкой для Полины. Помогли ей пройти реабилитацию. Вернули ее к жизни.

Ксения растерялась. Это была очень странная работа. Даже не работа, для нее это было словно погружение в чужую семью. В чужую боль. В чужую трагедию, к которой она не имела никакого отношения.

— Послушайте, — она покачала головой, — я не психолог и не врач. Я просто провожу детские праздники. Я не имею права…

— Вы уже сделали больше, чем все психологи вместе взятые, — отрезал он. — За один день.

Ксения замолчала. А вдруг у нее не получится? А вдруг она все испортит? А вдруг девочка привяжется к ней, а потом она, Ксения, не оправдает надежд? У нее же свой бизнес, черт возьми. Детский клуб «Мультик», который она поднимала с нуля, на который ушло столько сил. Она не может просто все бросить и нянчить чужого ребенка миллиардера.

— У меня есть свой бизнес, — сказала она твердо. — Я не могу закрыть клуб.

— А я и не прошу закрывать, — пожал плечами Марк. — Напротив. Ваш клуб станет частью программы. Вы будете координировать игровые зоны, а «Мультик» получит новый статус. Все это прописано в контракте.