Огородница

Веяло от этого товарища чем-то напряженным, а что я? Я с этого дня все подобное твердо решила избегать. Поэтому, попытавшись пару раз обойти это чудовище, я решила чуток психануть. Чисто символически. Ну, чтобы пройти, но не ругаться.

Поэтому я слегка нагло попробовала протиснуться между открытым багажником пикапа и дверью. Надо было именно в этот момент ему выйти из магазина с очередным мешком. Я пискнула. Он матюкнулся.

А дальше все было по классике жанра. Мешок в его руках треснул, и из него прямо нам под ноги посыпалась какая-то смесь. Пришлось мне тоже выдать пару нецензурных банковских фраз. Не от хорошей жизни, между прочим.

— Куда вы прете?! — неожиданно раздалось сверху.

Я вообще-то немаленького роста, но все равно пришлось задрать голову. Благо, вид у меня был ничего так. Я еще не успела одачниться, так что легкое летнее платьишко, что нашлось в закромах шкафа, балетки и дорогие брендовые очки (наконец-то, есть повод их носить) выдавали во мне человека приличного.

Жаль, что все это было подпорчено пылью, грязью и впечатлением. Я сейчас напоминала человека, в ноги которому рассыпали муку. Фу. Тем не менее искренне возмутилась:

— Я?! А вас не учили парковаться? Хотя, о чем это я, это же высший уровень для человека, что даже под ноги не смотрит! — огрызнулась я, пытаясь отряхнуться.

Больше всего досталось балеткам. Что-то мне подсказывало, что рассыпанная смесь — это цемент, и отмыть их вряд ли получится. Это обстоятельство расстраивало меня сильнее хмурого мужика, пострадавшего не меньше.

— Так, дамочка, или туда или оттуда, — процедил он, явно сдерживаясь.

Ну, надо же, а мне уже казалось, что сейчас он попробует наехать дальше. Но, видно, здравый смысл еще не покинул его. Поэтому я гордо вздернула подбородок и направилась внутрь.

Прямо от входа вела пыльная цементная дорожка. Понятно. Надеялась, хозяин магазина окажется адекватнее своих посетителей, а пока я покопалась в сумке и развернула список от Николаевны. Ну, ничего себе!

Едва не присвистнула. А губа не дура! Огляделась. Верила, что с учетом разведенного бугаем срача, никто меня ругать, что натоптала, не станет. Пошла искать продавцов.

Лично мой список был весьма внушителен, а Николаевна добавила еще с десяток пунктов. Я как-то не догадалась посмотреть сразу, но, судя по всему, меня ждала проверка на вшивость.

Ибо как иначе было объяснить наличие пяти кило удобрений, два пятидесятилитровых ведра и еще двадцать плюс пунктов по мелочи? Покачала головой, взглядом обшаривая небольшое помещение.

Сдавалось мне, что все это добро тут не купить. А ехать в город не хотелось. Я никому не сказала о том, что приобрела дачу и бросила работу. Сотрудники меня искать вряд ли станут, а вот от Гондона Ивановича могли быть проблемы. Ну, где уже этот продавец? Хотя бы один. Громко позвала:

— День добрый! Есть тут кто? Мне нужна помощь!

Никакой клиентоориентированности! Хотя чего я ожидала от местечкового магазинчика в стиле дом-сад-огород? Ну, явно не того, что сбоку раздастся уже знакомый, сдерживавший недовольство голос:

— Да, что вы хотели?

Резко обернулась. Ну, разумеется. Тот самый бугай.

Глава 6. Ух, ты, мы вышли из бухты

Смотрела на мужика, методично отряхивавшего себя от очередного слоя грязи. Ну, просто великолепно! Давно я не выясняла отношения вот с такими вот… Хозяевами жизни. Начальниками самих себя. Аж пару часов.

Сейчас передо мной стоял не только этот насупившийся, скрежетавший зубами продавец, но и выбор. Чего я хотела меньше? Взаимодействия с бугаем или посещения другого магазина?

Я даже не знала, куда придется ехать, если тут не срастется, да и посещение города всегда означало риск встретить кого-то из знакомых или сотрудников прошлой жизни. А я, вроде как, от нее открестилась только что. Решено. Потерплю вот этого вот.

— У меня два списка. Один мой, вот он, а другой передала Елена Николаевна, знаете такую? — прищурилась я.

Скрежет зубов прекратился. На меня взглянули уже не с позиции: прибил бы, да профессиональная этика не позволяла, а просто с недовольством.

— Знаю. Давайте ваши списки, — пробурчал бугай.

И прямо грязными ручищами едва ли не вырвал листки у меня из рук. Фу, но я стерпела. Вообще странное кино получалось.

Два взрослых, явно не взлюбивших друг друга человека, не сговариваясь, решили сделать вид, что не бесят друг друга с первого взгляда. Он наверняка потому, что клиент всегда прав, а я потому, что этот магазинчик — единственная моя возможность не тащиться в город.

— Можно ли будет заказать у вас то, чего в списке нет? — спросила я сквозь зубы.

Надо было отдать самой себе должное. Какая же я молодец, что даже не стала хамить ему и устраивать разнос. Просто гордость брала за такую реакцию. Это все дача.

Интересно, если такой эффект случился от нескольких часов пребывания там, то что со мной станет через неделю? Я превращусь в местного Будду? Стану мычать «ооом» и дышать маткой?

Пофиг. Лишь бы больше не слышать: «Почему ты до сих пор не в офисе, у тебя там аврал!» — в два часа ночи после очередного трындеца, заявленного боссом. А то как не проснешься, то что-то куда-то прилетело, то улетело, то небо в огне, то его затопило. Тут не угадаешь.

А на даче все спокойно. Пока что. Не считая какого-то там Васька, которого мне следовало на место поставить. Но ничего, парочка дней, и я его спокойствием задавлю. Ну, или новой лопатой умахаю. Если она тут есть, разумеется.

— Можно, но по вашим двум спискам все есть, правда, учитывая, что вы от Николаевны, ваш список я бы подкорректировал, — нехотя добавил он.

Создавалось впечатление, что имя соседки волшебным образом сделало из меня лицо неприкосновенное. Даже настрой у него не такой мученический стал. Бугай неожиданно спросил:

— Вы купили участок Егоровны?

Ну, ничего себе осведомленность! Подозрительно покосилась на него. Как-то перебор для простого продавца, хотя нет, он наверняка хозяин этого магазинчика.

— С чего вы взяли? — настороженно спросила я.

— Так у меня его знакомый риелтор продавал. Хороший участок, но слегка запущенный. Триммер вам не нужен пока, там придется либо тяпкой, либо вручную, да и лучше заказать в фирменном магазине на аккумуляторе. Вам обслуживать легче будет. Женщины обычно его берут. А еще уверен, что вилы вам не нужны, и вот еще что…

Через пять минут я сменила гнев на милость. Бугай тоже отошел от первого впечатления. И хоть наш внешний вид все еще напоминал последствия Мамаева побоища, общаться мы стали намного любезнее.

Ну, и тот факт, что он в отличие от Николаевны не сыпал бестактными вопросами, а сразу понял, что мужиком на моей новой даче не пахнет, тоже сыграл в его пользу. Хотя, может, просто лезть не стал не в свое дело.

В любом случае я поставила себе мысленно галочку спросить Дениса про этого типа. Ну, на всякий. Может, скидка будет больше. Все же, как финансист я очень любила, когда дебет сходился с кредитом.

— Ваша серая машина, верно? Я отнесу покупки, — пробасил он, после того как мы целый час набирали все необходимое, а он объяснял мне что и как использовать.

— Да, — кивнула я, мысленно расстраиваясь.

Никто не обещал, что будет легко, но все эти копалки, сетки, пленка для парника и геотекстиль никак не желали укладываться ни в машину, ни в мою голову. Такого количества инструкций даже на борту самолета не выдавали.

Бугай сыпал рекомендациями как из рога изобилия, а я понимала, что в них с Николаевной общего. Оба были знатными дачными душнилами! Мне зачем такой объем информации сразу? Я как все это должна запомнить?

Ладно, придется пользоваться искусственным интеллектом. Иначе меня просто разорвет. Диктофон с хозяином магазинчика включать я не рискнула. Мало ли, не так поймет.

— Картой или наличкой? — спросил он, показывая сумму на экране кассы.

Про себя я сразу отметила и хорошее оборудование, и неожиданно приятную цену. Николаевна не соврала, скидка вышла значительной. Я достала карту, показывая ее мужику со словами:

— Понимаю, что наличкой выгоднее, эквайринг и все такое, но у меня пластик.

Тьфу, блин, даже тут лезет из меня банкирша на минималках. Тем не менее взгляд бугая стал куда заинтересованнее. Ой, нет, не надо! Из меня уже один сделал машину по отработке поставленных целей.

Хотя мурашки по спине неожиданно пробежали. Не знала, кто офигел от этого больше: я или пупырышки. Поспешила ретироваться. К слову, на улице уже стемнело, а меня ожидала первая ночь на новом месте.

Сразу захотелось шепнуть чушь про жениха. Тьфу на саму себя! Никаких женихов, бугаев и Гондонов Ивановичей. Меня ждали дача и огород с кабачками!

Глава 7. На новом месте приснись жених невесте

— Юлька! Юююлькааа! Поди сюды, я тебе цикория принесла. Отворяй калитку, — раздался раздражающе бодрый голос Николаевны из-за забора.

Щурясь, я бросила в ту сторону взгляд, полный боли. Вот не рада я была ее видеть, особенно после бурной ночки, что выдалась на моей даче. Вчера я явно переборщила с отмечанием.

За каким-то решила, что первый день — это идеальный повод, чтобы упахаться вусмерть. Что на новом месте надо все соорудить максимально быстро. Поэтому вопреки советам соседки не только поперлась дергать траву на ближайшей грядке, за что была жестоко покусана теми самыми мошками, но и до кучи разбирала вещи и покупки часов до трех ночи.

Совет про окна я тоже легкомысленно проигнорировала. Именно поэтому бОльшую часть времени для сна я отбивалась от полчища кровососущих тварей, жужжащих у меня над головой.

Так что утро у меня выдалось на редкость противным. Только свежий прохладный воздух, пение птичек и горячий чай спасали ситуацию. С чего вдруг Николаевна решила прервать этот момент, фиг его знает?

Если она возьмет за правило столь бесцеремонное и регулярное вмешательство в мою жизнь, то придется строить трехметровый забор. Но пока я поднялась, скрепя своими тридцатичетырехлетними суставами и пошла встречать нежданную гостью.

— Доброе утро, — буркнула я, искренне полагая, что женщина сама догадается, как я не рада посетителям.

Но той хоть бы хны. Она вошла на мой участок как заправская хозяйка, опытным взглядом окидывая мое поле битвы с сорняками. Затем ее взгляд переместился на меня, и она ухмыльнулась.

— На, давай намажу твои укусы. Как знала, что пригодится. И пойдем, помогу сетки на окна поставить, мы их вместе с Егоровной убирали в том году. Ты шланг купила? — деловито заявила она, как фокусник вытаскивая из кармана цветастого халата какую-то маленькую железную баночку.

Я же про себя подумала, что если в моем гардеробе появится сей традиционный дачный элемент одежды, то интеграцию с огородом можно будет считать успешной.

— Шланг купила, а ваш… Продавец, мне еще на него насадок надавал, — покосилась на воняющую звездочкой мазь.

Хотя стоп, скорее всего, это и была та самая советская звездочка, которой мазали все: от укусов до геморроя. Ну, на самом деле попробовать можно. Хуже вряд ли станет.

— Хорошо, что ты с Семеном познакомилась. Хороший мужик! Холостой, после того как…

— Я сама намажусь, давайте сюда вашу вонючку. А шланг зачем? — перебила я словоохотливую сваху.

Как бы так ее отвадить мне женихов искать? И ведь тему эту мы не поднимали больше, только вот из двух раз две попытки — это уже вмешательство в частную жизнь. Мне уже пора придумывать слезную историю несчастливой любви, чтобы она от меня отстала?

— Как зачем? Сетки мыть! Пойдем, покажу, куда его втыкать. Надеюсь, за зиму там ничего не рассохлось. Ох, и повезло тебе, что Егоровна успела все в зиму законсервировать. Тута бы жопа полная была иначе. Ироды эти мракобесные…

Дальше мы с Николаевной под ставшими за вторые сутки привычными причитания пошли искать сетки. Даже огород отошел на второй план, так как спать я любила очень. И, желательно, не отвлекаясь на всяких жужжащих кровососущих тварей.

У меня в прошлой жизни и так с этим проблемы имелись. Со сном, в смысле, хотя и твари тоже бывали. Не хотелось тащить сюда свою бессонницу. И так сегодня по привычке подскочила в шесть утра, и хоть глаза коли.

Радовало (хотя и немного огорчало одновременно), что ночью мне вместо привычных цифр, директив ЦБ и скачущего как горный козел Гондона Ивановича снился полуголый хозяин хозяйственного магазина. Как его там? Семен. Не то чтобы я была против мужика с таким торсом, но, во-первых, не факт, что под слоями грязной одежды там все именно как во сне, а во-вторых, можно было и голливудского актера мне какого показать!

Но мозг, очевидно, впечатлившись вчерашним днем, выдал шоу эротического содержания. Огородного формата. Потому что танцы бугая происходили на кабачках, а в итоге на нем оказались трусы из тыквы. Кому рассказать — в дурку попаду.

Это все свежий воздух. Вот что кислород с замоченными в офисе мозгами делает! Такими темпами будет повод книжки писать. Восемнадцать плюс. И тег ставить #огородофилия.

— Чего стоишь? Пошли ко мне, кабачков тебе накопаю, — выдернула меня из мыслей Николаевна.

К этому моменту решетки мы уже помыли и даже на окна водрузили. Стало темнее, но в целом дача приобретала более жилой вид. Еще какая-то неделя, и можно будет считать, что я обжилась.

Покрасить бы ее еще да забор обсудить трухлявый с соседкой. Я видела сетки такие зеленые, невысокие, вот можно аккуратно заменить. А пока да, пошла-ка я за кабачками.

Поэтому отбросила все мысли про сон, что упорно не желали выходить из головы, отпила еще немного уже остывшего цикория (вкусный, зараза такая) и направилась в гости к Елене Николаевне. В конце концов, мне тоже интересно, как там у нее что устроено.

Глава 8. Ого, вот это помидоры

Ну, все как я и предполагала. Уже с первых шагов стало ясно, что здесь царство огородницы-отличницы. Идеальным казалось все! И уютный домик, более современного типа как с обложки журнала, и грядки, и даже мангальная зона.

Я недовольно поджала губы, потому что стало завидно. И это мне-то? Кошмар какой! Но здесь действительно было как в дачном раю. Пробурчала:

— Егоровна случаем не от зависти умерла? У вас слишком все красиво и прямо-таки показательно.

Мой комплимент, несмотря на его некоторую двусмысленность, Николаевне зашел. Аж плечи расправила женщина, по-хозяйски окидывая взглядом свою фазенду:

— Ну, у меня тут, и правда, все хорошо. Внучок иногда помогает. У него фантазия хорошая, вот он и тащит сюда мне разные приблуды. Я ж тут живу на постоянку, — сказала она.

«Ого», — подумала я про себя. Неожиданно как. Не перевелась еще молодежь на Руси. Даже странно было слушать, что зумер может приехать и в грядках копаться.

Хотя они вообще странные. Я за эти годы взяла парочку на работу в филиал после банковской школы нашей местной. Разгон от «я не приду на работу сегодня, у меня депрессия» до «ой, а давайте вот эту штуку классную внедрим и подход оптимизируем» за ноль целых три десятых секунды. Очень неоднозначные ребята.

— Повезло вам с внуком. Как вы его только уговорили в таком возрасте к вам на грядки приезжать? — осторожно прокомментировала я, боясь ляпнуть что-то лишнее.

Вот как так у этого поколения получалось? Они могли говорить все бестактности мира. И про часики тикают, и про то, что мы такие-сякие, сами не знаем какие. А вот я реально боялась обидеть милую старушку!

Ведь если приезжал только внук, то с детьми что-то не так случилось. Раз один, то, скорее всего, он у нее только и остался. Вон она как на родню Егоровны наезжала. Значит — со своей таких проблем не имелось.

— Да, он у меня деятельный! С детства увлекался этой темой, — с гордостью сообщила она, добавляя. — Пошли на грядку с кабачками.

Ну, я и пошла. Сперва мимо того самого домика, что скорее напоминал небольшую избушку. Красиво и на первый взгляд очень практично для жизни одинокой старой женщины.

Кстати, про круглогодичность я удивилась, хотя здесь по улице как минимум дома три выглядели как просто загородные жилища, а не дачи. Наверное, постепенно тут все расстроится и станет частью поселка.

У меня тоже мелькнула мысль, снести маленький домик и построить полноценную избушку. Вот как у Николаевны, например.

Сама ужаснулась таким мыслям. Чур меня! Так далеко заглядывать не хотелось. А вот под кусты с ежевикой вполне. Соседка рассказывала:

— Тут у меня четыре разных сорта. Осенью откопаю тебе немного. Два на два урожая, но помельче, один крупный, сладкий! В заморозку шикарно идет. Зимой есть самое то! А там у меня две теплички, — она махнула рукой в сторону притаившихся сбоку дома строений из поликарбоната.

Мы пошли туда, и я с интересом принялась изучать что почем. Меня, городскую жительницу со скудным деревенским опытом еще в детстве впечатляло подобное. Особенно понравились помидоры.

— Какие они уже большие у вас! А что это за сорта? — смотрела я на высокие, почти с меня ростом изящные завязи с кистями только начинавших наливаться малышей.

— Вот эти дылды — черри краски. Они сладкие, урожайные, очень люблю их вместо десерта. Вот те два куста на пробу взяла, говорят, мясистые, монгольский карлик. А здесь на засолку гроздевой и пламя. А там мой и внука любимый — сокровище инков. Он мясистый, желто-красный, вкууусный! Я тебе покажу. Так, вона, тама держи, я тебе пасынок в черепок положила.

У меня в руках оказалась пластиковая крышка от какого-то торта. Там, замоченные в воде, лежали так называемые пасынки. Угу, так вот какие вы! Постаралась скрыть свой испуг.

Одно дело траву рвать и порядки наводить и совсем другое — сажать растения с надеждой на урожай. Почему-то в данную секунду мне директивы ЦБ казались не такими пугающими как это зеленое богатство.

— Так-то у Егоровны тепличка-то была. Но прошлым годом ее ураган потрепал, и она хотела новую заказать. Не успела… И куда ж тебе теперь все садить-то?

Чуть не поправила ее «сажать», но осеклась. Пусть говорит, как хочет, а я постараюсь зубами не скрежетать, хотя некоторые словечки раздражали. Но то ли я приняла Николаевну со всеми ее тараканами, то ли ее внезапно осипший голос… В общем, решила не умничать.

— Я парник пока поставлю! — уверенно заявила я, спрашивая. — Вы про кабачки не забыли?

— Ох, да! В эту теплицу не пойдем, там перцы да огурцы. Пошли на грядки.

Грядки у нее были разные: с клубникой, земляникой, тыквой и в самом конце плантация кабачков. Почему-то именно с ними у меня всегда ассоциировалось огородничество. Все же, кабачок — зверь неприхотливый, простой и уж точно должен у меня получиться!

— Тебе повезло. Обычно я сажаю не больше одного-двух, но в том году семена гадкие попались. Пришлось у Егоровны брать на икру, а это срам-то какой! Что же за огород без кабачков да картошки? — искренне возмущалась она.

Рассказала, что в этом психанула и насажала два десятка почти, а куда их столько? Кстати, картошка там тоже в углу участка сидела. Правда, даже не гектар и не бесконечные грядки, уходящие вдаль, а так… Чисто символически. Было видно, что Николаевна уже прошла все стадии принятия, и теперь у нее адекватный подход к хозяйству.

А то была у меня уборщица в кабинете. Каждую весну и осень она ложилась в больницу с сорванной спиной. После сначала посадки, а потом и выкапывания того самого гектара картошки.

Во всем должна быть адекватность! Именно поэтому я отправилась к себе через полчаса, еле держа в руках целый ворох рассадного материала. Все как я и хотела! И что самое главное — никаких мужиков и Гондонов Ивановичей. Огородная благодать!

Вот только пройти к себе у меня не получилось. Дорогу мне перегородил… уже знакомый пикап.

Глава 9. Наташ, мы тут!

Хорошо, что никто не видел в этот момент моего лица. Ну, это же надо было такому случиться? Опять. Хотя не опять, а снова! И что он ту забыл?

Хозяина машины, впрочем, в ней не оказалось, и я было задалась резонными вопросами, где куда и как, но не успела.

— День добрый, — пробасили сзади.

Я от неожиданности аж подскочила. Разумеется, зеленое добро, что я кое-как держала, затрещало. По сути, вся моя поклажа ворохом лежала именно на пластиковой таре с пасынками. Пришлось осторожно развернуться.

Но все зря, все зря… Увидев этого то ли Степана, то ли Семена, я не запомнила, обомлела. Он как будто частично вышел из моего сна, где вместо трусов на нем была тыква.

Ойкнула, дернула своим добром, пластик скрипнул напоследок и помахал мне ручкой, разваливаясь прямо в руках. Запоздало я сообразила, что тыква никакими трусами не была. Напротив, мужчина держал в руках явно подгнивший плод, источавший ужасный запах.

Но кому теперь от этого легче? Явно не мне. Я в целом-то выглядела уже по огородному в пластиковых чунях на ногах, да старых джинсах и полинявшем лонгсливе. А теперь еще меня обсыпало землей и пасынками. Не дай Бог, не приживется чего!

Начала закипать, глядя на мужика. Процедила:

— Вы загородили мне проход.

Он посмотрел на меня непонимающим взглядом, в котором на мгновение мелькнуло смущение. Вот тем самым, которым обычно всякие бугаи словно говорят: «Вы вообще кто?» Не узнал, что ли?

Но то ли у него в целом шестеренки работали медленно, то ли я мало походила на вчерашнюю знакомую (хотя как можно было меня не запомнить?!), но лицо Степано-Семена никак не желало расслабляться. Я уже было собиралась напомнить, как позади раздалось милое оханье:

— Семенчик! Да что ж вы так-то встали? Ох, помидорчики мои, Юля, давай помогу собрать, и вместе уже их посадим. А этот негодник пойдет дальше тыквы мои выкидывать. Я его попросила помочь мне по старой памяти как постоянной клиентке.

Если бы Николаевна не открывала рот, я бы ни за что не поверила, что это она. Превращение из язвительной старой перечницы в Божьего одуванчика прошло феноменально! Я даже зависла. Судя по всему, не только я.

Все-таки Семен оторвал нахмуренный взгляд от Николаевны и прошелся по мне уже более пристально. Спустя пару мгновений он сказал:

— Так это вы у Егоровны участок купили?

— Бинго, мистер очевидность! Мне пройти к моей собственности можно? — не удержалась я.

Ну, а что он тут разос… Перегородил все? Не видел машину мою в закутке? Я же на ней вчера приезжала, и он лично грузил мне все в нее. Совсем, что ли? Хотя об избирательности мужского зрения слагали легенды.

Ко мне когда Гондон Иванович приезжал в командировки (правильно, чего за гостиницу платить?), он никогда не мог найти сливочного масла. А оно всегда лежало на одной и той же полке сбоку на дверце холодильника. Всегда в одном и том же месте!

Ну, вот, я не только свое травяное богатство уронила, но еще и про бывшего начальника вспомнила. Одни неприятности от этого бугая! Ну, за исключением того момента, что Николаевна подрядилась мне помогать.

Хотя, косясь на немолодую женщину и разгоравшуюся жару, я как-то забеспокоилась. Мне тут не надо костьми ложащихся на грядках! Особенно моих грядках.

И хоть в уголовном кодексе еще не было статьи доведения огородом до убийства, но как бы рисковать не стоило. Все же, женщина немолода. Да и какой ценный экземпляр! Вон, ей даже местный предприниматель помогал.

— Да проходите на здоровье. Вам бы, может, в церковь сходить, а то попадаетесь все время под ноги. Так и до травмы недалеко, — неожиданно выдал он.

Я вопросительно вздернула бровь. Ух, и ничего же себе! У кого там голос прорезался? Я так понимала, что вне магазина клиентоориентированность дала сбой?

— Ну, вам виднее, где грехи отмаливать, — огрызнулась я.

Мне тоже совершенно не обязательно быть милой дамочкой. Все-таки я сторона пострадавшая. Дважды! И что это он меня в церковь гонит? Намекает, что из меня следует бесов изгнать?

— Семен, поди сюды. Я тебе еще списочек дам. А ты, Юля, иди, корневин приготовь. Пусть тама лежит, будем в него окунать все. Только не разводи! Как в муку опустим, а для этого стакан надобно…