Вне протокола

Ждать было нечего. Он всё равно ждал.

Дверь открылась без скрипа. Он заметил это не сразу — сначала изменился воздух. Потом уже движение. Керри вышла спокойно, будто просто вышла подышать, закрыла за собой дверь, задержала ладонь на ручке на секунду дольше, чем нужно, и только потом отпустила. Она не спросила разрешения. Просто подошла и села рядом, оставив между ними расстояние, но не настолько, чтобы оно стало границей.

Каллен не повернул головы. Дым ушёл в сторону.

— Ты так и не ответил.

Он сделал затяжку, не спеша, выдохнул, проследил взглядом, как дым разрывается ветром. Только после этого повернулся. Не полностью — чуть.

— Напомни.

Керри не улыбнулась сразу. Сначала посмотрела на него внимательно, как будто примерялась, потом всё-таки позволила уголку губ чуть подняться.

— Ты с ней встречаешься?

Каллен молчал. Взгляд ушёл в сторону, туда, где асфальт был чуть темнее — влажный участок, оставшийся после утреннего дождя. Пауза затянулась, но не провисла.

— Нет. — Коротко ответил он. Без движения плеч, без изменения голоса.

Керри кивнула, будто услышала больше, чем он сказал.

— Тогда что тебя держит?

Он усмехнулся. Не ей — в сторону. Задержал сигарету у губ, но не затянулся. Пальцы чуть сжались. Ответ не пришёл сразу. И это было заметно.

— Ничего, — сказал он, и только потом добавил, тише. — Пойдём.

Это прозвучало не как согласие. Как уступка. Керри на секунду отвела взгляд, как будто фиксируя это, потом снова вернулась к нему.

— Ты резко на слова Миры среагировал.

Каллен посмотрел на неё уже прямо. Без улыбки.

— В душу лезть не надо.

Слова легли тяжело, без попытки смягчить. Он не повышал голос, но в паузе после них стало теснее. Керри подняла ладони, не отодвигаясь.

— Поняла.

И тихо усмехнулась, коротко, почти беззвучно, не обесценивая, а принимая как есть.

Они замолчали. Сигарета догорела до фильтра. Каллен потушил её о край подошвы, медленно, с нажимом, будто это было важнее, чем сам разговор.

Дверь снова открылась. Сайла вышла без спешки, закрыла за собой дверь аккуратно, почти без звука, и на секунду остановилась, давая глазам привыкнуть к свету. Она не искала их — знала, где они. Каллен поднялся сразу. Движение получилось резче, чем нужно, и он почти сразу сместился на шаг в сторону, разворачиваясь так, чтобы ветер шёл от неё к нему. Запах сигарет ещё держался.

Керри коснулась его предплечья легко, почти невесомо.

— Подожду тебя внутри.

Она прошла мимо, к двери, не оглядываясь. Сайла всё это время стояла, наблюдая. Не вмешиваясь. Когда Керри исчезла внутри, между ними осталось пространство — чистое, без слов. Девушка слабо улыбнулась на прощание Каллену и уже развернулась, чтобы уйти.

Каллен потянулся к ней быстрее, чем решил это сделать. Пальцы сомкнулись на левом запястье, как будто он уже делал это раньше. Кожа под рукой оказалась холоднее, чем он ожидал. Сайла дёрнулась резко. Не от страха — от самого касания. Сорвавшееся короткое болезненное шипение было почти беззвучным, но тело ушло из его руки сразу.

Пальцы разжались мгновенно, будто он и сам не рассчитывал. Пауза между ними стала плотнее. Не длиннее — тяжелее. Сайла не отступила. Просто чуть выровнялась, возвращая себе центр, и снова посмотрела на него. Без всплеска. Без попытки закрыться.

Каллен провёл языком по зубам, задержал дыхание на секунду, потом выдохнул.

— Ты... зачем ты опять к ней ходила?

Он кивнул, но это движение было коротким, резким, больше для себя, чем для неё. Плечо чуть дёрнулось, будто он хотел сказать что-то сразу, но сдержался. Сайла отвела взгляд в сторону. После невинно пожала плечами.

— Отца я тоже навестила.

Каллен отвёл взгляд, провёл рукой по затылку, медленно, с нажимом, потом снова вернулся к ней.

— Зачем?

Голос стал ниже. Сайла молчала. Он сделал шаг ближе, но не до конца — остановился на полпути, будто сам себе выставил границу.

— Твоё дело для Итана связано с родителями?

Она не ответила. Даже не попыталась.

Каллен шумно выдохнул. Воздух вышел резко, с остатком табачной горечи, и Сайла чуть сморщила нос. Это движение было почти незаметным, но он его уловил. Сразу. И тут же сместился, разворачивая корпус, убирая поток от неё.

— Чего ты добиваешься?

Он задержал на ней взгляд дольше, чем нужно. Как будто пытался поймать момент, в котором ещё можно было сказать мягче. Не поймал. Челюсть сжалась. Слова вышли сразу, без раздумий.

— Ты хочешь вытащить свою поломанную мать из психушки?

Голос прозвучал ниже, чем обычно, с хрипом на выдохе. Не резкий удар — скорее давление, которое копилось и нашло выход. Он не повысил тон, не двинулся вперёд. Просто сказал. И после этого не отвёл взгляд.

Сайла не изменилась в лице. Ни морщины, ни сдвига в бровях. Только дыхание стало чуть глубже — почти незаметно, если не смотреть внимательно. Она выдержала паузу, не пытаясь заполнить её словами. И не ответила.

Каллен ждал. Секунда. Вторая. Пальцы на руке едва заметно сжались, ногти впились в ладонь, но он не пошевелился. Взгляд не отрывался. Она посмотрела на него ещё мгновение, а после слабо улыбнулась на прощание.

— Хорошо провести вечер... С Керри.

Слова легли ровно. Без нажима. Без скрытого смысла, который можно было бы зацепить и развернуть обратно. Сайла развернулась. Плечи остались прямыми, шаг — ровным. Не быстрым. Не медленным. Она не пыталась уйти быстрее, чем нужно.

Каллен остался стоять. Внутри что-то дернулось — не резко, а как короткий сбой в дыхании. Он сделал шаг вперёд, почти сразу, как она отвернулась, но остановился на полпути. Рука поднялась, пальцы разжались, будто собираясь поймать её за локоть, за край рукава, за что угодно.

Не дотянулся.

— Сайла...

Имя вышло тише, чем он рассчитывал, и прозвучало как проба, а не как попытка остановить. Он сам это услышал. Замолчал.

Она не остановилась.

Каллен стоял ещё секунду, глядя ей в спину. Взгляд зацепился за линию плеч, за движение руки, за то, как она не ускоряется и не оборачивается. Ничего не даёт. Он открыл рот снова. Воздух вошёл резко, будто перед словами, которые уже должны были выйти.

Не вышли. Челюсть сжалась сильнее. Он отвернулся первым. Шаг назад. Плечи опустились. Ладонь прошлась по лицу, задержалась на переносице, пальцы чуть надавили, как будто это могло чем-то помочь. Не помогло.

Когда он убрал руку, взгляд уже не возвращался к дороге. Только в сторону здания. Туда, где всё ещё было движение, где не нужно было договаривать до конца. Каллен остался стоять на месте. С тем же шагом вперёд, который так и не стал шагом.

Глава 7

Каллен стоял на бетонном балконе вполоборота к улице, плечом упираясь в ледяную стену, и курил уже не первую сигарету — это было видно по плотному, липкому слою дыма, который не успевал рассеиваться. Внизу редкие машины проезжали, оставляя за собой короткий гул и черные полосы от шин на фоне белоснежного снега. Экран телефона светился в ладони, тускло отражаясь в отражении стёкл.

Он пролистал список ещё раз, хотя уже знал, что там ничего нет. Ни имени. Ни пропущенных. Ни короткого «где ты». Пальцы на секунду зависли, затем экран погас. Каллен убрал телефон в карман, сделал затяжку, медленно выдохнул, и почти сразу снова достал его. Разблокировал. Та же пустота. Ни нового сообщения, ни старого, на которое можно было бы зацепиться. Он задержал взгляд на экране дольше, чем нужно, потом резко нажал на кнопку и убрал телефон обратно.

Дым пошёл в сторону улицы, но ветра почти не было, и запах вернулся обратно, оседая на коже. Каллен не двигался. Только челюсть периодически сжималась, едва заметно, как будто он пробовал что-то на зуб. Пепел с сигареты упал на перила, он стряхнул остаток, не глядя.

Сзади тихо открылась дверь. Каллен не обернулся сразу — только втянул дым глубже, чем нужно, и медленно выдохнул в сторону улицы. Шаги — лёгкие, почти босые. Ткань коснулась спины, затем руки — мягко, без спешки, обвились вокруг живота. Тёплое тело прижалось, и чужое дыхание упёрлось в затылок.

— Не спится? — голос Керри был ниже обычного, с хрипотцой сна.

Она потянулась чуть вперёд, подбородок коснулся его плеча, взгляд скользнул вниз — к телефону. Каллен уже нажал на кнопку, экран погас. Рука сама опустилась, закрывая.

— Возникли дела? — спросила она, будто невзначай, но пальцы на его животе чуть сжались.

Каллен провёл языком по внутренней стороне щеки, задержал дым во рту и только потом выдохнул.

— Хорошо, что спросила, — он коротко кивнул самому себе, будто решение уже было принято. — Одевайся. Едем к Рейку.

Пауза. Не больше секунды. Керри не отстранилась, наоборот — прижалась сильнее, ладонь скользнула вниз, под край его шорт, пальцы медленно провели по ворсистой коже. Губы коснулись кожи у основания шеи, почти лениво, но точно.

— Можем чуть позже поехать, — выдохнула она, уже ниже, ближе к уху. — Итан никуда не денется.

Её рука пошла ещё ниже, уверенно, без колебаний, будто знала маршрут наизусть. Каллен не дёрнулся. Только челюсть сжалась сильнее, и он не сразу затушил сигарету — прижал её к бетону, медленно, пока табак не треснул под давлением.

— Ненасытная, — пробормотал он, поворачиваясь к ней.

Он развернул Керри спиной к себе, ладони легли на её бёдра, скользнули вверх и вниз, оценивая, как всегда — коротко, без лишнего. Затем — резкий хлопок по ягодице. Не сильно, но достаточно, чтобы звук разрезал тишину.

— Одевайся.

Она улыбнулась — уголком губ, без обиды. Только взгляд задержался на нём на долю секунды дольше, чем обычно, будто что-то отметила, зафиксировала, а потом ушла в комнату, не спеша. Каллен остался на балконе. Пальцы снова потянулись к пачке, но он остановился на полпути. Посмотрел на ладонь, сжал её, разжал. Достал телефон. Экран загорелся — пусто. Он провёл по нему пальцем, будто проверяя, не завис ли.

Заблокировал. И только тогда зашёл внутрь.

Дверь закрылась за спиной глухо, без щелчка — просто утонула в коробке, и воздух внутри сразу сменился. Не легче. Другой. Более вязкий, слабо сладкий, липкий на языке. Краска почти ушла, уступив месту клею — сырому, тянущемуся, будто его можно было почувствовать не только носом, но и кожей.

Каллен остановился на секунду в проёме, не заходя дальше. Вдохнул. Слишком глубоко. Горло отозвалось сухостью, и он чуть повёл плечом, как будто это могло стряхнуть ощущение. Рядом Керри тоже замедлилась, но не из-за запаха — она просто смотрела вперёд, уже выхватывая детали.

Шаги эхом ушли в коридор и поднялись на второй этаж.

Итан сидел у стены, на корточках, будто не дошёл до чего-то и застрял на полпути. Спина упиралась в бетон, голова чуть опущена, подбородок почти касался груди. Пальцы правой руки с силой сжимали левое плечо, так, что ткань футболки собралась в складки, и под ними угадывалось напряжение, неровное, рваное. Губы двигались — быстро, почти судорожно, но звука не было, только сухое трение.

Он не поднял голову. Не повернул. Даже не вздрогнул.

Каллен сделал ещё шаг, остановился ближе, чем обычно позволял себе с чужими — на расстоянии, где запах уже должен был быть очевиден. Клей, пот, усталость, металл — всё это было. Но реакции не было.

— Рейк.

Голос прозвучал резко, почти грубо — не громко, но с нажимом, который обычно цеплял.

Тот дёрнулся так, будто звук прилетел не из коридора, а изнутри. Резко вскинул голову, взгляд метнулся мимо, не сразу находя лица, и только потом зафиксировался. На долю секунды — слишком короткую, чтобы назвать её осознанием.

Итан не ответил. Пауза повисла между ними, но не стала тишиной — дыхание оставалось слышным, тяжёлым, сбивчивым, как после бега, который не закончился, а просто оборвался на месте. Он сидел, уткнувшись локтями в колени, пальцы в волосах, будто держал голову, чтобы она не развалилась на части. Потом резко выпрямился, словно вспомнил что-то важное, и взгляд, наконец, зацепился за Каллена — не фиксируясь, а скользя мимо.

— Я... — начал он и тут же ушёл в сторону, — клей другой оказался, надо было раньше брать, он быстрее, но пахнет сильнее, я думал, выветрится, но нет, надо окна держать открытыми, и если кто зайдёт — пусть не дышит глубоко, там ещё слой... я потом закрою, когда подсохнет.

Он прошёл мимо них, почти задевая плечом, развернулся, сделал пару шагов обратно. Речь не держалась на одной линии — перескакивала, цеплялась за детали, которые не были связаны между собой, как будто он пытался удержать сразу всё.

— И ещё звонили. По аренде. Сказали, если успеем до конца недели, они готовы внести аванс. Надо договор посмотреть, я его куда-то... — он запнулся, оглянулся на пустой коридор, будто документ мог лежать прямо на полу, — я найду. И Роан придёт, он обещал распечатать, там ещё...