Рог. Наследник Леса: путь трёх

другу в яме под корнями.

Теперь это были олени, только-только вышедшие из возраста оленят.

Их детская шкурка сменилась густым взрослым мехом, а в движениях

появилась уверенная грация выживших.

Шея Рыка стала мощной, а шрам на плече — его гордостью.

Его первые рога выросли острыми и крепкими; он втайне затачивал их о

камни, готовясь к бою, который, как он знал, неизбежен.

Мох превратился в статного оленя с чутким слухом.

Он научился исцелять такие раны, перед которыми пасовали старые

Травники.

Тень стал мудрее всех в яслях.

Он научился скрывать свои мысли за маской покорности, но его взгляд

всегда был устремлён на Королевскую Скалу.

Он видел, как стареет Север, и как его страх потерять власть превращается

в безумие.

Они продолжали жить среди Стада Чистой Крови.

Они ели то, что оставалось от Венценосных, они выполняли самую тяжёлую

работу, они терпели унижения от подросшего Снега.

Все эти годы они были образцовыми слугами, но внутри каждого из них

росла железная воля.

Север не доверял им.

Он видел, что «лишние пасти» превратились в сильных оленей.

Он понимал: наступает момент, когда ясли станут для них слишком малы.

Впереди был долгий путь.

Десятки дней жизни в тени закона Севера.

Десятки стычек, тайных заговоров и моментов, когда их дружба

проверялась на прочность.

Они верили, что смогут доказать своё право на место под солнцем.

Они ещё не знали, что приговор уже подписан.

Что их срок — это лишь цифры в голове безумного Короля.

И что когда наступит Пора Белого Снега, Лес Высоких Сосен выплюнет их в

ледяную пустоту, где их будет ждать истинное воплощение Клыкастого

Страха.

Но пока… пока они просто жили.

И учились быть сильнее тех, кто их презирал.

ГЛАВА 21

После того как лихорадка окончательно отступила, в Лесу Высоких Сосен

установилось странное, липкое затишье.

Прошло несколько дней.

Детская шерсть оленят окончательно сменилась густым, плотным мехом

молодых оленей.

Рык заметно раздался в плечах, его шрам побелел и затянулся, а первые

рога, хоть ещё и короткие, были острыми, как клыки волка.

Мох вытянулся, его шаги стали бесшумными, а взгляд — сосредоточенным и

спокойным, как у настоящего Травника.

Тень же научился двигаться в такт колыханию ветвей, становясь

практически невидимым для патрулей Копытных Дозора.

Благодаря тайному покровительству Королевы Земли, никто больше не

смел открыто толкать их или отбирать еду.

Но Тень чувствовал: это затишье — лишь что-то, за чем скрывается оскал.

В тот день они собирали сухую хвою на границе Солнечной Поляны.

Воздух уже пах приближающимися холодами — резким, покалывающим

ноздри ароматом первого мороза.

— Смотрите-ка, кто тут у нас, — раздался надменный, ставший более низким

голос.

Из-за золотистых кустов орешника вышел Снег.

Он превратился в крупного, статного оленя.

Его рога были безупречно симметричными, а шерсть была всё такой же

белоснежной.

За его спиной держались ещё двое молодых чистокровных из касты

Венценосных.

Рык мгновенно сделал шаг вперёд, загораживая Мха.

Его уши прижались к голове, а копыто нервно заскребло сухую траву.

— Мы просто собираем хвою, Снег. Нам разрешено здесь находиться, —

спокойно, но твёрдо сказал Тень, выравнивая дыхание.

Снег окинул их презрительным взглядом и медленно кивнул.

На его морде уже не было той ненависти, которая была в детстве.

Он задержавшись на шраме Рыка, а затем холодно усмехнулся.

— Пока разрешено, — тихо произнесла он, делая шаг ближе к Тени. От него

пахло смолой и сытостью. — Вы думаете, что если Королева прикрывает

ваши облезлые шкуры, то вы стали частью этого Леса? Ошибаетесь. Мой

отец помнит всё. И я помню, какой грязью меня поили в яслях.

Снег поднял голову, глядя на тяжёлые, свинцовые тучи, которые медленно

наползали на вершину Королевской Скалы.

— Скоро придёт настоящая Пора Белого Снега. В этом году она будет

суровой. И поверьте, «лишним пастям» не найдётся места под нашими

кедрами. Лес сбросит сухие ветки, чтобы выжить.

Чистокровные за его спиной согласно зафыркали.

— Пойдем, — тихо шепнул Мох, дёргая Рыка за ухо. — Не надо. Он только и

ждёт, чтобы мы начали первыми.

Рык с трудом сдержал рычание, но медленно отступил.

Снег проводил их издевательским смешком, и его банда скрылась в глубине

сосновой аллеи.

Тень долго смотрел им вслед.

В его груди холодным камнем заворочалось предчувствие.

Королева Земля защищала их, но её силы таяли, а безумие Короля Севера

только крепло.

Ложное затишье подходило к концу, и первые хлопья пепла на небесах

предвещали скорую бурю, к которой они обязаны были подготовиться.

ГЛАВА 22

Тёмная, скрытая от чужих глаз лощина на самом краю территории стада

стала их тайной ареной.

Здесь, среди острых серых валунов и колючего терновника, не ложился

красивый, ровный снег — его выдувал холодный ветер с Пустоши.

Это место пахло опасностью, и именно его Рык выбрал для своих уроков.

— Подними голову, Тень, но не подставляй шею! — Рык кружил вокруг друга, его копыта глухо стучали по замёрзшей земле. — Чистокровные бьют лбом

в лоб, потому что верят в свою силу и тяжесть рогов. Но если противник

больше тебя, такой удар — это смерть.

Тень тяжело дышал, его бока ходили ходуном.

Он опустил голову, пытаясь удержать равновесие на скользком камне.

— А если он пойдёт на таран? — спросил Тень, вытирая грязь со лба о плечо.

— Уклоняйся! — рявкнул Рык и резко, без предупреждения, бросился вперёд.

Тень едва успел среагировать.

Вместо того чтобы принять удар на свои пока ещё небольшие рожки, он, вспомнив наставления друга, резко присел и ушёл в сторону.

Рык пролетел мимо, но Тень, используя его же скорость, выкинул заднюю

ногу и подсёк колено Рыка.

Крупный олень споткнулся и с шумом повалился на сухую траву, подняв

облако пыли.

— Отлично! — Рык быстро поднялся, отряхивая шкуру, и в его глазах

вспыхнул гордый огонёк. — Именно так! Без благородства. Только скорость

и точный расчёт. Нам не выиграть честный бой, поэтому наш бой должен

быть умным.

Мох сидел на валуне поодаль, наблюдая за ними.

Его уши чутко подрагивали, ловя каждый шорох Леса.

В его зубах был зажат пучок сухих, горьких корней.

Пока друзья учились ломать чужие копыта, Мох учился их собирать заново.

Каждое утро, пока стадо спало, он тайком пробирался к старой тисовой

роще, где жила травница Янтарь.

— Запомни, — шептала Янтарь, показывая ему сморщенные серые ягоды, спрятанные под корой старого пня. — Это — сонные слёзы. Если раздавить

три штуки и смешать с водой, олень уснёт так крепко, что не почувствует, как ты вправляешь ему сломанную кость. Но если дашь четыре — он не

проснётся вовсе. Граница между жизнью и смертью тоньше, чем волос на

твоём хвосте.

Мох впитывал каждые её слова.

Он учился различать запахи ядов в морозном воздухе, находить под снегом

редкие стебли целебного вереска и останавливать кровь с помощью липкой

паутины болотных пауков.

Когда тренировка в лощине закончилась, Мох подошёл к уставшим Тени и

Рыку, протягивая им пахучую мазь из сосновой жилы и мяты.

— Натрите плечи, — тихо сказал он. — Иначе завтра ваши мышцы просто

одеревенеют от холода, и Снег заметит вашу слабость по походке.

Рык послушно подставил плечо со шрамом, блаженно зажмурившись, когда

прохладная мазь коснулась уставшего тела.

— Мы становимся сильнее, — тихо произнёс Тень, глядя на свои копыта, которые уже не дрожали от усталости. — Но достаточно ли быстро?

— Достаточно, чтобы выжить, когда этот Лес решит от нас избавиться, —

твёрдо ответил Рык.

Они стояли втроём, глядя, как первые редкие снежинки медленно

опускаются на серые валуны лощины.

Ложное затишье продолжалось, но под их копытами уже крепла сила, о

которой Король Север даже не догадывался.

ГЛАВА 23

Солнце над Лесом Высоких Сосен больше не грело.

Оно висело над верхушками деревьев блёклым, белесым диском.

Тень возвращался с дальних границ.

Его уши были прижаты к голове — в воздухе слишком отчётливо пахло

гарью и скорой бурей.

На узкой тропе, ведущей к пещере, он увидел Её.

Королева Земля шла медленно, слишком медленно для величественной

правительницы.

Её правая задняя нога заметно дрожала, и при каждом шаге Королева

тяжело заваливалась набок.

На её морде застыло выражение глухой, изнуряющей боли, но она упрямо

несла голову высоко.

— Ваше Величество, — тихо позвал Тень, выступая из тени еловых лап.

Земля вздрогнула, но, узнав его, облегчённо выдохнула.

Её тёплые карие глаза подёрнулись мутной дымкой болезни.

— А, это ты, Тень... — её голос прозвучал тихо, как шелест сухой листвы. — Ты

вырос. Твои плечи стали шире. В тебе больше нет того испуганного

оленёнка, которого я встретила в яслях.

— Благодаря Вам, — искренне сказал Тень, сделав шаг ближе, чтобы, если

нужно, незаметно подставить своё плечо для опоры. — Но... Ваша нога. Вам

хуже?

Королева грустно улыбнулась и опустилась на сухую хвою прямо посреди

тропы.

Для чистокровной это было признаком слабости, но у неё просто не

осталось сил бороться с собственным телом.

— Моё время уходит, маленький следопыт, — прошептала она. — Этот Лес

суров к слабым. Север видит во мне лишь тень той Королевы, которой я

была. Он больше не слушает моих советов. Его разум ослеплён страхом

перед голодной Порой Белого Снега.

Тень почувствовал, как внутри него всё похолодело.

Королева Земля была их единственным щитом.

Если она потеряет власть, Север уничтожит всех изгоев в один миг.

— И... что тогда? — спросил Тень, и в его голосе впервые за долгое время

прорезался страх. — Рык учит нас драться, Мох учит лечить... Но... мы не

выстоим.

Королева Земля внимательно посмотрела на него, и в её глазах вспыхнул

последний огонёк королевской мудрости:

— Не держитесь за этот Лес, Тень. Его идеальный мир построен на песке и

крови. Земля под нашими копытами уже дрожит. Север готовит указ... Когда

придёт первая настоящая буря, он очистит стадо.

Она потянулась вперёд и коснулась своим тёплым носом лба Тени.

— Спасай друзей, Тень. Уходите сами, пока не стало слишком поздно. Моя

защита — это опора из песка, которую вот-вот смоет буран Поры Белого

Снега.

Она медленно поднялась, превозмогая боль, и побрела дальше по тропе, даже не оборачиваясь.

А Тень остался стоять на месте, глядя на её неровные, хромающие следы на

первом снегу.

«Мы не можем пока уйти...» — в бешенстве подумал Тень, сам не зная, почему. — «Не можем... Не можем!...»

Их защита за величественной спиной треснула.

И времени у них почти не осталось.

ГЛАВА 24

Ледяной Ручей оправдывал своё название.

В Пору Белого Снега он почти полностью замерзал, оставляя лишь

небольшую полынью с кристально чистой, обжигающей водой, куда стадо

ходило на водопой.

Мох пришёл сюда один.

Ему нужно было набрать особой болотной осоки, которая росла у самой

кромки льда — её стебли, замёрзшие на морозе, становились отличным

средством от кашля, который начал душить низинных оленят.

Он осторожно потянулся копытом к зелёному стеблю, как вдруг сзади

послышался хруст наста.

— Смотри, куда лезешь, изгой, — раздался резкий голос Снега.

Мох не успел повернуться.

Один из приспешников Снега, крупный и чистокровный, с силой толкнул его

плечом.

Мох потерял равновесие, его копыта поехали по скользкому льду, и он едва

не рухнул в ледяную воду, в последний момент успев уцепиться зубами за

прибрежный куст.

Снег и его банда громко захохотали.

— Что, изгой, водички захотел? — издевался Снег, наступая на него. — Тебе и

твоим дружкам место на самом дне. Там вам самое время остудить свою

гордость.

Снег поднял копыто, собираясь наступить Мху на ногу и столкнуть его в

воду.

Мох зажмурился, готовый к удару...

Но удара не последовало.

Раздался глухой, яростный рык, и серая тень на полной скорости врезалась

одного из оленя, отшвыривая его в сторону.

Это был Рык.

Его глаза горели диким, первобытным огнём, а короткие рога были

направлены прямо на Снега.

— Назад, — процедил Рык, его шкура на загривке встала дыбом.

Снег презрительно фыркнул, выставляя вперед свои красивые, ветвистые

рога.

Он был крупнее и тяжелее Рыка.

— О, защитник прибежал. Ну давай, изгой, попробуй сразиться со мной

честно. Лоб в лоб. Посмотрим, чья кровь крепче!

Снег пригнул голову, готовясь к классическому тарану Венценосных.

Он ожидал, что Рык примет вызов и ударит в ответ.

Но Рык помнил их тайные тренировки.

Он знал: честно ему не победить.

Когда Снег с криком бросился в атаку, Рык даже не шелохнулся.

Он выждал секундную долю копыта, а затем резко, бесшумно уклонился

вправо, пропуская летящего напролом соперника мимо себя.

Снег, не ожидавший, что противник уйдёт с линии удара, по инерции

пролетел вперёд.

Рык мгновенно подпрыгнул и со всей силы ударил задними копытами по

опорной ноге Снега.

Раздался треск.

Снег потерял равновесие, нелепо взмахнул головой и с громким всплеском

полетел прямо в ледяную полынью.

Вода сомкнулась над его головой.

Через секунду Снег вынырнул, отплёвываясь, его безупречная белая шерсть

мгновенно промокла и потемнела, а сам он дрожал от дикого холода и

унижения.

— Ты... ты ответишь за это! — закричал приспешник Снега, пытаясь помочь

своему будущему Королю вылезти на скользкий лёд.

Рык даже не посмотрел на них.

Он аккуратно помог Мху подняться, бережно отряхнул его от снега и тихо

сказал:

— Идём. Нам здесь больше нечего делать.

Они уходили, оставляя позади крики и проклятия Снега.

Но Мох, оборачиваясь, видел, каким взглядом Снег смотрел им вслед из

ледяной воды.

Это был взгляд оленя, который больше не будет просто дразниться.

Рык применил грязный приём.

Он победил чистокровного Наследника.

И теперь Снег сделает всё, чтобы уничтожить их.

ГЛАВА 25

После происшествия на Ледяном Ручье страх в низинах стал почти

осязаемым.

Снега не было видно уже несколько дней — чистокровный Наследник

заперся в своей пещере, зализывая раны и греясь у Венценосных.

Но Тень знал: это не конец.

Это была ненависть, которую Рык случайно поджёг.

Чтобы унять дрожь в копытах и очистить мысли, Тень уходил далеко на

северную границу.

Туда, где деревья росли кривыми, изуродованными постоянными ветрами

из Пустоши.

Там, посреди замёрзшего болота, возвышался огромный чёрный валун.

Низинные олени называли его Камнем Изгнанников.

Стадо обходило это место стороной, считая его проклятым.

Тень подошёл к камню, вдыхая резкий, ледяной воздух.

Он невольно вспомнил старого Светоча Небо.

«А ведь я всё ещё помню тебя...» — вздохнул Тень, нервно оглядываясь. —

«Но я уже не оленёнок, чтобы быть твоим учеником. А вот бы увидеть тебя

хоть раз...»

Ветер выл над его ушами, словно предупреждая об опасности.

Он поднял переднее копыто и осторожно провёл им по шершавой, покрытой

коркой льда поверхности валуна.

Под его копытом что-то хрустнуло.

Тень прищурился.

На сером камне проступали неровные, глубокие борозды.

Это были не следы от когтей хищников и не трещины от мороза.

Это были знаки.

Кто-то намеренно высек их здесь много Пор Белых Снегов назад.

Дрожа от любопытства, Тень принялся яростно счищать налипший снег и

лёд.

С каждым ударом копыта перед ним открывалась древняя, страшная

картина, выбитая в камне.

На валуне были изображены олени.

Но они не стояли гордо, подняв головы, как Венценосные.

Они бежали.

Огромное стадо испуганных фигур устремлялось прочь от Леса Высоких

Сосен.

Тень затаил дыхание, его сердце забилось чаще.

Рядом с рисунком были выбиты три грубые полосы, перечёркнутые одной

горизонтальной линией.

— Это уже происходило... — со страхом прошептал Тень в пустой, воющий

ветер.

Жатва не была новой выдумкой безумного Короля Севера.

Это был древний, жестокий ритуал.

Стадо Высоких Сосен уже избавлялось от «лишних» много Пор Белых

Снегов назад.

И те, кого выгнали, не выжили в Пустоши.

Тень отступил на шаг, его копыта задрожали.

Он посмотрел на восток, туда, где за Чёрным Оврагом начиналась

бескрайняя, белая пустота метели.

Всё это время они думали, что борются за право жить в Лесу Высоких

Сосен.

Но древний камень говорил об обратном: из этого Леса нужно бежать.

Бежать самим, пока не захлопнулась ловушка.

Но как убедить Рыка, который спит и видит, как свергнет Короля Севера?

Как убедить Мха, который предан своим больным?

Тень стоял перед древним камнем, и ледяной ветер Пустоши впервые

показался ему не просто холодным, а смертоносным.

Время стремительно утекало.

ГЛАВА 26

Пора Белого Снега не просто пришла в Лес Высоких Сосен — она ворвалась

туда с ледяным воем.

За одну ночь небо окончательно побелело, и на землю легла первая тяжёлая

пороша.

Снег укрыл пушистым одеялом все поляны, но для изгоев эта красота

означала лишь одно — голод.

Вся сочная трава и мягкий мох оказались погребены под глубокими

сугробами.

Чтобы добыть хоть немного еды, низинным оленям приходилось часами

разгребать замёрзшую землю копытами, сбивая их в кровь.

Тень, Рык и Мох трудились с самого рассвета у северного склона.

Им повезло: под корнями старой поваленной сосны они нашли полоску

сухой, но питательной сладкой коры и немного замёрзших ягод вереска.

— Мох, ешь первый, — Рык аккуратно подтолкнул кусок коры к уставшему

другу. — Ты сегодня всю ночь провозился с больными оленятами в низине.

Тебе нужны силы.

Мох благодарно кивнул, но едва он потянулся к еде, как из-за заснеженных

кустов послышался хруст.

На поляну вышли трое молодых Венценосных.

На их головах уже красовались крепкие рожки, а шкуры лоснились от жира

— чистокровных кормили из королевских запасов.

— Ого, смотрите-ка, что тут у нас, — Один из них презрительно фыркнул, глядя на кучку коры. — Изгои нашли деликатес. А ну-ка, отошли в сторону.

Нам нужна эта сосна.

Рык мгновенно выпрямился.

Его шкура на загривке встала дыбом, а копыта глубоко вошли в снег.

— Мы искали это три часа, — процедил Рык, загораживая еду. — На севере

полно других деревьев. Убирайтесь.

Чистокровные угрожающе пригнули головы, выставляя рога.

— Королевский указ гласит: всё, что растёт в Лесу Высоких Сосен, принадлежит чистокровным, — надменно заявил Венценосный. — А вы, грязнокровки, едите только то, что мы вам оставим. Так что отдай кору, шрамированный, пока мы не закопали тебя в этот сугроб.

Рык уже приготовился к прыжку.

Его мышцы напряглись.

Он готов был разорвать их на части, забыв обо всех правилах.

Но Тень помнил слова Королевы Земли.

Если они устроят драку сейчас, Север получит идеальный повод избавиться

от них ещё до Жатвы.

Тень резко шагнул вперёд и упёрся плечом в грудь Рыка, удерживая друга

на месте.

— Рык, нет. Не надо, — тихо, но твёрдо сказал Тень.

— Тень, они забирают последнее! — в ярости прошептал Рык, тяжело дыша

ему в ухо. — Мох голодает!

— Я знаю, — Тень посмотрел другу прямо в глаза, передавая ему свою

холодную уверенность. — Но живой голодный олень лучше мёртвого. Мы

найдём ещё. Уходим.

Рык долго смотрел на чистокровных взглядом, полным чистой, концентрированной ненависти.

Снег на его рогах начал таять от горячего дыхания.

Но всё же, подчиняясь разумному слову Тени, он медленно отступил.

Венценосный торжествующе захохотал, наступая копытом на их сладкую

кору и раздавливая её в грязный снег просто из вредности.

Они уходили вглубь Леса, голодные, замёрзшие, под издевательский смех

чистокровных.

Рык шёл молча, но Тень видел, как дрожат его плечи от сдерживаемой

ярости.

Предел их терпения не просто истощался — он трещал по швам, как тонкий

лёд на ручье под тяжёлым копытом.

ГЛАВА 27

Снежная пороша укрыла Лес Высоких Сосен, превратив его в ловушку.

После того как Венценосные отобрали у троицы последнюю сладкую кору, голод стал их постоянным спутником.

Но Рык, Тень и Мох упрямо держались вместе, делясь каждой найденной

хвоинкой.

Они сидели в своём тайном убежище под корнями упавшего кедра.

Тень пытался согреть дыханием замёрзшие копыта Мха, а Рык хмуро

смотрел наружу, на падающий снег.

Вдруг тишину нарушил сухой треск веток.

Рык мгновенно вскочил, выставив вперёд свои небольшие, но острые

рожки.

Тень напрягся, готовый защищать Мха.

Но вместо грозного патрульного Дозора в проёме показалась маленькая, дрожащая фигура.

Это была Искра.

Её пёстрая шкурка была взъерошена, на боках застыли капли растаявшего

снега, а уши испуганно прижимались к голове.

Она тяжело, прерывисто дышала, постоянно оглядываясь назад, на лесную

чащу.

— Тень... Рык... Мох... — задыхаясь, прошептала она, бросаясь в глубь их

пещеры. — Слава Камню Изгнанников, вы здесь. Я еле оторвалась от

Дозорных.

— Искра? Что случилось? — Тень мягко подтолкнул её поближе к тёплому

боку Рыка, чтобы она согрелась. — На тебе морды нет.

Мох быстро протянул ей кусочек сухого листа мяты, чтобы успокоить

дыхание.

Искра с благодарностью приняла его, но её глаза всё ещё оставались

расширенными от ужаса.

— Вы... вы даже не представляете, что натворили на Ледяном Ручье! —

быстро заговорила она, понизив голос до едва различимого шёпота. —

Снег... он в ярости. Он не просто обижен, он требует вашей крови!

— И что этот неженка сделает? Снова поплачет в полынье? — презрительно

фыркнул Рык, но в его глазах блеснула тревога.

— Он пожаловался отцу, Рык! — Искра встряхнула головой, её голос

задрожал. — Король Север созвал Светочей и Копытных Дозора. Снег

выставил всё так, будто вы напали на него толпой и пытались убить! Он

сказал, что изгои замышляют бунт.

Тень почувствовал, как внутри него всё сжалось.

Ложь Снега была идеальным оружием против них.

Север и так искал повод очистить стадо перед Порой Белого Снега, а теперь

у него была официальная причина.

— И каков приказ? — холодно спросил Тень.

— Копытные Дозора получили тайное распоряжение, — Искра посмотрела

на троицу взглядом, полным слёз. — Им приказано следить за каждым

вашим шагом. Каждым! Они ждут малейшего, самого крошечного повода.

Один косой взгляд в сторону чистокровного, одна поднятая ветка, которая

им не понравится — и вас просто уничтожат на месте. Север назвал это

«профилактикой бунта».

В пещере воцарилась ледяная тишина, нарушаемая только завыванием

ветра снаружи.

Мох тихо прижался к плечу Рыка.

Тень медленно опустил голову, понимая, что кольцо вокруг них сужается.

Королева Земля была права — их защита рассыпалась, как песок.

— Спасибо, Искра, — тихо сказал Тень, касаясь её носом в знак

благодарности. — Ты очень рисковала, придя сюда. Тебе нужно

возвращаться, пока тебя не хватились.

Искра кивнула, бросила на них последний, полный тревоги взгляд и

бесшумно растаяла в заснеженных кустах.

Рык медленно повернулся к Тени, его глаза горели мрачным, решительным

огнём.

— И что теперь, Тень? Будем сидеть и ждать, пока они придут за нами?

Тень посмотрел на падающий снег за пределами пещеры.

«Они ждут повода», — подумал он, и внутри него поднялась волна упрямой, холодной злости. — «Но мы не дадим им этого повода так легко»

Напряжение в Лесу Высоких Сосен достигло своего предела.

Искра подожгла нерв, и теперь взрыв был лишь вопросом времени.

ГЛАВА 28

Пора Белого Снега лютовала.

Метель не утихала уже третий день, заметая следы и поглощая звуки.