Отголоски Гваэдтира. Заложник Вечности

-Логично.

Вскоре после разговора капитана с доктором к едва идущей по морю шхуне направили шлюп с шестью вооружёнными матросами, старпомом и доктором Олбрантом. Подготовились они хорошо не только к бою, но и к трупным миазмам, на лицах у экипажа были маски из многослойной мокрой марли. Они поднялись на верхнюю палубу шхуны по верёвочной лестнице. В нос сразу ударил омерзительный запах гниющей плоти, жужжание мух стояло такое, сильное, что собой заглушало звук волн, бьющихся о борт. Повсюду лежали тела, какие-то разложились сильно, что сквозь плоть виднелись кости, какие-то не очень. Пока матросы шли проверять капитанскую рубку, доктор осматривал тела, пытаясь по увиденным следам составить картину боя. Старпом же оглядывал пушки, внутри стволов было много сажи, как после залпа, их совсем не прочистили, хотя даже самый отбитый пират знает, чем чревато халатное отношение к пушкам.

К моменту, когда доктор и старпом успели всё осмотреть из капитанской рубки выскочил матрос в поднятой руке он держал какую-то книгу.

-Старпом Сед, журнал не нашли, но есть дневник капитана.

Седрик бросил на палубу пиратский тесак со странной глубокой засечкой на нём и взял в руки дневник. Он быстро листал страницы с маловажными заметками и датами отбытий из портов, но ближе к середине дневника его глаза стали округляться всё шире и шире. Застыв на последней заполненной странице дневника, старпом крикнул.

-Эй, тюфяк. Мотай сюда.

После этих слов он оглянулся: за его спиной уже будто бы довольно давно стоял доктор Олбрант.

-Ох, блять! Ты бы хоть предупредил, что подошёл.

Поправив очки мизинцем, доктор сказал, продолжая стоять на носочках и читать книгу, что была довольно высоко поднята.

-Mon ami, вас шиффланцев умом не поймёшь. То зовёте, то потом беснуетесь от того, что к вам пришли.

Седрик фыркнул и опустил книгу пониже, говоря.

-Ладно, ме-сье, просто скажи, что думаешь.

Врач глубоко вдохнул и стал шёлкать пальцами, для него это был довольно типичный жест, позволяющий сфокусироваться на мыслях.

-Полагаю, что неистовый шевалье(10), за которым они охотились, тоже неким образом прознал о Дракелоне, учитывая их странный курс перехвата. Следовательно, в худшем случае нашим конкурентом является виновник этой скромной в своей односторонности резни.

Седрик задумчиво почесал затылок и сказал.

-Выходит корвет Сердце Аморея(11), вышедший из порта вольного города Тейласа - это наш враг номер один?

Олбрант хмыкнул и протянул.

-С'est non et non. Если они дали отпор пиратам, это ещё не значит, что они станут резать головы матросам под шиффландским флагом.

Старпом взглянул на десятки пушек, выглядывающих из корабельных ганпортов и полушёпотом сказал.

-Как бы капитан сам не приказал рубить этим ребятам головы.

Доктор сделал вид, словно не слышал этих слов, и поправил свой серебряный амулет с символом богини жизни Вивиест в форме восьмёрки, обозначающий бесконечный цикл жизни. Видя волнение в действиях и мимике доктора, Старпом дал приказ.

-Берите порох, ром и масло для ламп. Грузим шлюп до отвала и сразу отплываем.

Матросы к приказу прислушались и еще через двадцать минут гружённый шлюп уже был поднят на борт Вестника Рассвета. Седрик отрапортовал об увиденном в капитанской рубке, максимально утаивая информацию от экипажа, чтобы не вызывать лишних волнений и вопросов. Лично ознакомившись с содержанием дневника, Ричард сказал, отложив книгу в сторону.

-Серебряный Тейлас значит. То, что они под флагом города государства развязывает нам руки. В морской битве корвет с одной гандекой не осилит соперничать с нами в огневой мощи, так что надежда у них лишь на абордаж, где себя проявит их рыцарь.

Начав чертить маршрут из Тейласа к Дракелону, капитан убедился в верности своих суждений.

-Они должны будут высадиться на юго-восточном берегу Дракелона. Только там и на северо-западе есть удобные места для того, чтобы бросить сходни (12). Вероятно, они успеют прибыть быстрее нас, но потратят немало времени, чтобы пройти по мангровым зарослям, что есть на обоих пляжах.

Ричард хмыкнул и краем глаза взглянул на палубу сквозь мутное окошко. У них была дюжина шлюпок, это примерно в четыре раза превышало количество шлюпов, что есть на вооружении у корвета.

-Значит, мы станем рейдом(13) у северных скал и на шлюпах высадимся на скалистый берег, соберём лебёдочный подъёмник и напрямик выйдем к джунглям с выгодной высоты.

Седрик был ошеломлён скоростью решений и рассчётов капитана, похоже, с годами Ричард стал в этом только лучше.

-Выходит, ты хочешь их опередить и вообще не пересекаться?

Ричард кивнул, а затем добавил, выставив на карту острова несколько шахматных фигур, подразумевая живые силы и укрепления.

-Даже если дело дойдёт до стычки, у нас будет лагерь на возвышенности и огневая поддержка с воды. Во всех раскладах преимущество будет за нами.

Стапом махнул рукой и усмехнулся.

-Эх, блять, как всегда продумываешь всё за десятерых!

Ричард едва заметно улыбнулся в ответ на эту похвалу. С левого уголка его губ потекла тонкая струйка крови, а следом за ней начался тяжёлый кровавый кашель. Мелкие капли крови чуть ли не целиком забрызгали карту острова, превращая его в некую жуткую аллюзию грядущего.

-Эй, Рик!

Стоящий напротив стола Седрик рванул к капитану и попытался найти на столе лекарство, которое тот обычно принимал. Увидев только пустую склянку, он закричал как резанный.

-Врача! Зовите Олбранта сейчас же!

Сноски:

(7) Золотой Гранд - Шиффландская монета самого крупного номинала, весом в 12 грамм. За счёт своей распростронённости является очень ходовой валютой среди международной торговли на море. На реверсе монеты изображён герб Шиффланда в виде русалки, а на аверсе было лицо бывшего герцога Георга фон Эонхейда.

(8) Корабельный Марс - Площадка на мачте с которой обычно ведётся наблюдение за округой.

(9) Миленитский Монтанте - Стиль фехтования двуручным мечом, который активно применяется рыцарями и бывалыми солдатами королевства Милента, расположенного почти в самом центре континента.

(10) Шевалье - так называют рыцарский титул в королевстве Милента.

(11) Сердце Аморея - Пьеса, основанная на эпосе о мифическом герое Аморее, который влюбил в себя богиню жизни Вивиест и получил её сердце, способное даровать вечную жизнь всем, кто хоть раз на него взглянет. Аморей построил великий маяк в городе Имрет, водрузил на его вершину сердце Вивиест и сделал всех жителей своей страны бессмертными. Впрочем, конец истории печален. Имрет стал городом греха и порока, где люди стремились лишь к жестокости и наслаждению. Аморей, созерцавший все пороки людей, собственноручно уничтожил свою страну и навсегда отнял у людей право на бессмертие.

(12) Сходни - Специальные деревянные платформы, порой крупнее трапов, которые нужны для того, чтобы спуститься с судна на неровную поверхность без причала, например пляж.

(13) Стать рейдом - это состояние корабля, когда брошен якорь, паруса убраны, но сам корабль не пришвартован, а находиться в воде относительно далеко от берега.

Дополнительные Материалы:

Доктор Луи Олбрант

Дата Рождения: 21 сентября 524 года от сошествия.

Возраст: 29 лет.

Характер: На родине, в Миленте, Луи с малых лет был признан вундеркиндом. К десяти годам он уже умел писать и говорить почти на восьми языках, его навыки в точных науках оценивались на уровне взрослого студента университета, а этикет и выправка были на таком уровне, что его даже допускали к приёмам, где присутствовала знать. Но эти знания были плодом не только его таланта и ума, но и откровенного безумия его одинокой матери. Когда Мария, мать Луи, погибла, то он прекратил обучение, и слухи о ребёнке, которого избрал бог знаний, сразу пропали. После, попадя под опеку своего дедушки, аббата городского храма Вивиест, он зажил обычной жизнью и стал усердно изучать медицину, чтобы помогать прихожанам. Луи часто отправлялся в паломничество, посетил множество стран и порой оседал в некоторых на пару-тройку лет. Шиффланд для него был лишь одной из остановок.

Внешность: Доктор Олбрант обладает очень миловидной внешностью, низким ростом, а его длинные светлые волосы всегда ухожены. Из-за этого его довольно часто воспринимают как ребёнка или женщину. Не желая менять внешность, Луи стал брать уроки вокала и добился того, что его голос может звучать грубее, чем злобный крик старпома.

Хобби: Доктор увлекается коллекционированием древних исторических артефактов и обладает особыми познаниями в истории. Его интересует шаманизм и оккультизм, ведь для него попытки связаться с духами мёртвых и повелевать ими иногда даже заканчивались успехом. Так он подчинил себе одного мелкого духа, способного повелевать водой.

Любит: Луи обожает рыцарские романы и классику приключенческих романов, отчасти из-за этого он согласился отправиться на Дракелон вместе с Ричардом. Но всё же, больше всего он любит это неописуемое чувство, что ощущает, когда ему удаётся спасти чью-то жизнь.

Не Любит: Доктор Олбрант ненавидит глупых и грубых людей. Он так боялся пиратов именно по той причине, что маргинальные отродья не просто лишат его жизни, но и сделают вещи гораздо хуже.

Глава 5 - Ведьма с Каменным Сердцем

Тем временем корвет под флагом города Тейласа наконец-то увидел сушу.

Девушка, прекрасная и великолепная, как драгоценный рубин, созерцала своими алыми глазами приближающийся лазурный берег. Сильный ветер всё никак не мог сорвать с головы девушки громоздкую шляпу, покрытую узорами звёзд. Могучему ветру совсем не поддавались ни белоснежные локоны, ни черное траурное платье девушки, словно вся она застыла во времени.

По её правое плечо стоял высокий рыцарь в отливающих серебром латах, его величественный изумрудный плащ с гербом королевского льва(14) вовсю трепыхался ветром, в отличии от мрачных одежд девушки. Её тёплая, нежная ладонь прикоснулась к груди рыцаря, по холодному, безжизненному металлу пробежались ослепительно яркие всполохи статического электричества.

-Готфрид, пробудись, мой милый Готфрид. Прошу, открой свои прекрасные глаза.

Сквозь металл доспеха ладонь ведьмы ощутила вибрацию движущихся моторов, поршней, шестерней и насосов. Механическое сердце рыцаря забилось вновь. Он сразу повернулся к ведьме лицом, так резко, как не смог бы ни один живой человек.

На мгновение рыцарь замер, как замерла и девушка, созерцавшая его мужественные черты, его золотистые волосы, зачёсанные назад подобно гриве льва, его выразительные зелёные глаза, вызывающие в её душе истинный трепет, его милые симметричные родинки под обоими глазами.

Этот образ, исполненный незапятнанного благородства, заворожил бы любую девушку. Если бы только не огромная рваная рана, идущая от левого виска до левого уголка губ рыцаря. Разрезанная кожа обнажала не плоть и кости, а металлическое основание челюсти с острыми, как зубья пилы, клыками. Но даже так, созерцая весь этот гротеск, влюблённые глаза девушки видели в нём лишь бесконечную красоту.

Как только их взгляды пересеклись, рыцарь быстрее ветра взялся за рукоять меча, но так и не смог извлечь его из ножен. Стоящая перед ним девушка положила свою вторую ладонь на навершие меча. Нечеловеческая мощь, которую она прилагала, заставила механизмы в теле рыцаря взреветь, как яростный дракон, чтобы попытаться её пересилить.

Девушка, что отвлеклась на рыцарский меч, упустила внезапный и мощный, как выстрел пушки, удар кулаком. Магический барьер, окружавший её тело, пошёл явно видимыми трещинами.

-Сгинь, ведьма!!!

Град ударов обрушился на её прозрачный магический щит, совсем скоро, по истечению одной секунды, он разбился на мелкие осколки, как обыкновенное стекло. Следующий кулак нёсся ей прямо в лицо со скоростью пули, но она и не думала уклоняться или защищаться от удара прекрасного рыцаря. С застывших в улыбке уст ведьмы успело сорваться лишь несколько нежных слов, в которые она вкладывала всю свою душу.

-Я люблю тебя.

Рыцарь замер в то же мгновение, когда была произнесена эта фраза. Его механическое сердце тотчас остановилось, как по волшебному приказу. Зелёные глаза совершенно потеряли живой блеск, а местами докрасна разогретый, дымящийся металл принялся быстро остывать.

-Я люблю тебя.

Ведьма обняла застывшего рыцаря. Она широко и радостно улыбалась, так ярко, будто пребывает в эйфории. Но с её глаз беспрестанно лились горькие слёзы, падая на раскалённый металл доспеха, они тотчас с шипящим звуком обращались белым паром. Даже когда её плоть была обожжена раскаленной сталью, ведьма повторяла одну и ту же фразу из раза в раз.

-Я люблю тебя.

-Я люблю тебя.

-Я люблю тебя.

-Я люблю тебя.

-Я люблю тебя.

-Я люблю тебя.

-Я люблю тебя.

-Я люблю тебя.

-Я люблю тебя.

Пока длились эти объятья, экипаж корвета вовсю готовился к скорой высадке на сушу: готовили сходни, опускали якорь, собирали паруса и проверяли припасы для экспедиции. А к самой ведьме подошла юная девушка в безупречно чистой одежде горничной и с дорогой, украшенной золотом, шкатулкой в руках. На шее у девушки были жуткие разрезы, напоминающие жабры, как у рыбы, кожа на её ладонях была в редких сине-зелёных чешуйках, поблёскивающих на солнца, а когда она вежливо поклонилась ведьме и открыла свой рот, то вместо обычных человеческих резцов и моляров, там были удивительно острые акульи зубы. В раскосых золотых глазах горничной читалась бесконечная верность и любовь к обезумевшей ведьме. Она смотрела на неё так, как ребёнок смотрит на матерь.

-Леди Кассия, люди смиренно ожидают ваших мудрых приказаний.

Слёзы перестали литься на грудь рыцаря. Ведьма отринула назад и резко развернулась в сторону прислуги. Лицо её совсем отличалось от того, каким было, когда она обращалась к своему рыцарю. В прекрасных рубиновых глазах был невообразимый, мёртвый холод, на лице не читалось ни единой положительной или негативной эмоции, словно эта женщина вырезана из камня, как и её непроницаемое сердце. Тоном, вызывающим те же чувства, что вызывает прикосновение к ледяной стали, ведьма сказала.

-Оно заряжено?

Горничная ещё раз поклонилась и ответила, протягивая ведьме изысканную золотую шкатулку.

-Да, всё так, как вы требовали ранее, леди Кассия.

Ведьма открыла шкатулку, влив в магический замок эфир своей души. Внутри находилась большая серебряная диадема с огромным зелёным эфилитом в ней. Необъяснимая, жуткая сила исходила от диадемы: Если бы рядом с ведьмой сейчас находились бы обычные люди, то сейчас бы они ощутили чудовищное головокружение и слабость. Без раздумий ведьма достала диадему и аккуратно возложила её на голову своего рыцаря. Не оборачиваясь лицом к горничной, она сказала.

-Патриция, немедленно прикажи им вырубать мангры. Если не поспеют, то обрати всё в прах и пепел, как ты умеешь.

Горничная вздрогнула от услышанного, по её испуганному, невинному выражению лица было понятно, что она не привыкла слышать такие жестокие приказы от своей госпожи. Она чуть ли не рыдала, но всё же сохранила напускную уверенность, сказав.

-Будет исполнено, ваше благородие.

Пока моряки исходили седьмым потом, исполняя приказы ведьмы, на северо-западном берегу острова происходило нечто куда более ужасное.

Трёхмачтовый бриг с флагом малоизвестного торгового дома, иссечённый картечью и ядрами, причалил к пологому берегу. Изможденные матросы, все в грязных от крови бинтах, спускались с судна по сходням. Некоторые, оказавшись на суше, просто падали на горячий песок и начинали молиться всем богам.

Среди всего экипажа сильно выделялся один мужчина лестрийской наружности с пышными чёрными кудрями, аккуратной бородкой и карими глазами с вертикальными зрачками. Даже в такой плачевной ситуации он выглядел совершенно спокойным. Там где другие были в грязи и шрамах, он не имел на своём дорогущем чёрно-красном фраке даже соринки. Его ботфорты были вычищены до яркого блеска, а изысканно украшенная рапира была идеально закреплена на поясе из красной кожи.

Одетый в очень дорогую одежду, моряк, вероятно, капитан брига, пал ниц перед лестрийцем. Держась за культю своей левой руки, которая выглядела загноившейся до состояния сепсиса, стал умолять.

-Господин Маттлеоне, прошу! Прошу, помогите мне! Вы же говорили, что когда ваши ноги коснуться суши, вы вернёте свои силы. Вернёте и излечите матросов! Вы же не станете нарушать обещание, сеньор Дарио?

Лестриец искренне улыбнулся и развёл руки в стороны.

-Истинно так, капитан Виктор. Я обещал исцелить твою пиратскую шайку.

Капитан тоже стал улыбаться, его редкие гнилые зубы не могли вызвать ничего, кроме омерзения.

-Поэтому, чтобы не нарушать своих обещаний.

Лестриец меньше чем за секунду выхватил рапиру и всадил её острие прямо в сердце капитана. Рапира, будто бы созданная из кости, стала сквозь желобки на лезвии высасывать из проколотого сердца кровь.

Капитан продолжал улыбаться, не сразу ощутив, что смерть уже пришла.

Его кожа морщилась на глазах и становилась похожей на изюм. Сухой, как хворост, правой рукой он попытался вырвать рапиру из тела, но как только он до неё дотянулся, его рука уже настолько высохла, что разорвалась в местах соединениях суставов. Рёбра, позвонки и остальные кости капитана стали отделяться друг от друга. В конце концов, когда рапира вернулась в ножны, капитан напоминал сморщенный кожаный мешок без определённой формы.

Вампир артистично хлопнул в ладони и крикнул.

-Ребятки, выстройтесь-ка в ряд.

Вдруг затихло всё: мольбы, крики, плач, смех. Матросы, невзирая на травмы, стали строиться в ровную шеренгу. Кто-то полз, кто-то ковылял, но так или иначе они добирались до места назначения. Пустые глаза моряков смотрели, будто бы куда-то далеко за тысячу ярдов, словно перед ними никого нет.

-Работничкам положено быть в здравии.

Дарио взмахнул рапирой, с её лезвия сорвались тысячи кровавых капель, целый дождь хлынул на моряков. Багряная кровь впитывалась в их кожу и заставляла даже самые тяжёлые травмы затянуться. Магия не восстанавливала конечности, но заставляла культи быстро зарубцеваться.

Аккуратно достав из рюкзака капитана карту, он пробормотал, изучая заметки.

-Так-с, посмотрим, где там твоё сокровище Вивиест.

Сноски:

(14) Королевский лев - это герб дома Тингейд, который является правящей династией королевства Милента. Изумрудный цвет, в свою очередь, является символом правящего рода и в открытую его носят обычно лишь рыцари, давшие присягу королю, а также королевская гвардия.

Дополнительные Материалы:

Патриция

Дата Рождения: 24 февраля 541 года от сошествия.

Возраст: 13 лет.

Характер: Будучи ведьмой, одарённой магией хаоса с рождения, Патриция никогда не получала любви и заботы. Она бежала от инквизиции ещё до того момента, как стала себя осознавать, и поэтому морально остаётся очень несформированной. Однажды, когда её обнаружила Кассия, она сама собой ощутила некое родство и близость с этой женщиной. В свою очередь доброта, проявленная Кассией и Готфридом, глубоко засела в её сердце, и она желает отплатить им за заботу, даже если придётся сделать что-то плохое или неправильное.

Внешность: Из-за мутаций, вызванных влиянием хаоса, она обладает чертами, свойственными рыбе или амфибии. Патриция очень стесняется своих дефектов, но не боиться показывать их перед Кассией и Готфридом, ведь доверяет им и знает, что они не станут высмеивать её и причинять вред.

Хобби: Патриция много читает и старается узнать как можно больше, чтобы быть более полезной для своей хозяйки. Она часто сама занимается уборкой, поскольку ей становиться спокойно, когда повсюду чистота.

Любит: Патриция очень любит всех животных и растения, даже самые отвратительные творения природы не оказываются обделены её любовью и заботой. Из-за любви ко всему живому, Патриции очень сложно убивать, даже муравьёв или комаров. Также Патриция любит музыку, но у неё никогда не было музыкального инструмента, чтобы научиться играть.

Не Любит: Патриция не любит громкие звуки, ей страшно, когда люди кричат. Она не любит применять магию и плести заклятья, также она не любит готовить и предпочитает есть сырую пищу, если, конечно, еду не приготовили её близкие, тогда она с радостью ест даже то, от чего обычного человека вырвало бы. Карательная кулинария шевалье Готфрида на неё совершенно не работала.

Глава 6 - Дракелон

Тяжёлые, словно налитые свинцом, веки поднялись. Размытая картинка медленно обретала смысл: сначала пришли цвета, потом рельеф и формы. Потолок и стены не были похожи на капитанскую рубку, в носу стоял запах спирта и горечь каких-то трав, он явно был в лазарете. Тело Ричарда ныло от боли, а вместе с болью приходила слабость и усталость. Он попытался подняться, или хотя бы сесть, но что-то чертовски сильно болело в районе диафрагмы, от чего он не мог даже нормально согнуться, а лёгкие горели в пламени от каждого вздоха. После первой попытки Ричард сильно закашлял, что разбудило доктора, пускающего слюни на стол, за которым тот сидел.

-Мсье Ришар! Quelle horreur! Я так испугался, что вы не проснётесь.

Изрядно откашлявшись, Ричард спросил с характерным скрипучим и хриплым голосом.

-Что со мной?

Олбрант уже успел подойти к койке, на которой лежал капитан, и приложил ладонь к его лбу.

-Болезнь продолжает захватывать ваше тело, слизистая рта разрушается, что вызывает кашель, острую боль и обильные кровотечения. Сознание вы потеряли из-за воспаления одного из нарывов. Благо, с ним я разобрался, как и с жаром.

Ричард стал выглядеть намного более довольным. До улыбки дело не дошло, но обычный стоический вид стал немного светлее, а морщины чуток размягчились.

-Выходит, много времени не прошло.

Доктор сразу кивнул, показывая два пальца, подразумевая пропущенные дни.

-У нас нет возможности для постельного режима. Можно ли увеличить дозу макового молока?

Олбрант задумался с каким-то очень виноватым видом, словно собирается совершить преступление.

-Мэтр Ришар, боюсь, что это вызовет передозировку. Поэтому придётся применить другое лекарство.

Ричард приподнял бровь и сказал, опять переходя на кашель.

-Кх-ха. Новое лекарство? Кха. Почему же ты раньше его не применил?