Путь Разрушителя. Глотая дым

- Нам нужен новый Смотрящий, — пробормотал Грег. – Раймондас должен был присоединиться к нам, а теперь его нет.

Курт не ответил. Вложив в ладонь Полковника флягу, он обошел машину и уселся на заднее сиденье.

- Нам нужно уходить, — тихо сказала Рита. – Я сяду за руль.

Грег не стал спорить. Известие о смерти старого Смотрящего ударило его обухом по голове.

Дело, ради которого он вызвал Риту и Курта, изначально казалось трудным.

Теперь же оно представлялось еще и очень опасным.

… ураган настиг их в тот момент, когда до Велислава-на-Роне оставалось ровно сто километров.

ГЛАВА 4. ПАТ

Полковник

Смесь запахов попкорна, сладкой ваты и пива щекотала ноздри. Искусственная кожа дивана скрипела при каждом движении, а условно-нейтральный музыкальный фон лишь усугублял общее раздражение Грега. Обычный вечер в заурядном кинотеатре. Нормальные люди сюда приходят, чтобы расслабиться и получить удовольствие, но Полковник давно уже воспринимал людные места исключительно, как иные — рабочий кабинет.

Когда он в последний раз ходил в кино ради того, чтобы посмотреть фильм на большом экране? А в театр на представление? А на стадион ради игры?

Расслабиться он может только дома. А точнее, в служебной квартирке, находящейся в Столице, потому что его собственный дом очень далеко. Попасть туда получается настолько редко, что Грег уверен: он не сразу сможет сообразить, где находится душ.

Откинувшись на спинку дивана, Полковник крутанул колесико мыши, и на него с экрана ноутбука посмотрела женщина. Ее слегка волнистые каштановые волосы ниспадали на плечи, а ярко-голубые глаза смотрели с улыбкой. Пухлые губы были слегка приподняты в усмешке. Вообще, весь вид этой дамы говорил, что она точно знает о своей невероятной красоте. На фото она была возле дорогой красной машины с открытым верхом, а у ее ног сидела маленькая собачка. Из тех, что никогда не линяют и больше похожи на плюшевую игрушку, чем на живое существо, которое гавкает и ходит в туалет.

Женщина была совершенно не похожа на чинхайку, скорее на еуропейку, но имя «Хоуп Тен» говорило о том, что отец ее точно был из оузиатов. На Прядильщика она тоже была не похожа, скорее уж на Разрушителя, но строчка из ее досье указывала на обратное.

Ко второму представителю Восточного отдела у Грега вопросов не возникало. Типичный Укрыватель: невзрачная внешность, хитрый и одновременно жестокий взгляд черных глаз яркого представителя Оузии. Худой, маленького роста. Но имя интересное: Андрей Лю Ким. Тоже, получается, полукровка.

Впрочем, ничего удивительного. Было бы странно, если бы Восточный отдел направил людей, которые не знают рассейского, ведь большая часть каскада происходит именно на территории этой страны. И идет каскад с запада на восток.

Урманов прислал эти файлы одновременно с сообщением о времени прибытия новых членов команды в Вальчейк и просьбой встретить их в местном аэропорту.

Причин, по которым эти двое прибывали на следующий день после первого критического события, Макс назвать не мог. И складывалось такое впечатление, что и не пытался этого сделать. По настоянию Риты и Курта Грег продолжал общаться с начальником исключительно посредством текстовых сообщений, поэтому даже примерно не представлял, что сейчас творится в Еуропейском отделе. Но в том, что у столичных Разрушителей тоже много работы, не сомневался. Иначе бы проблем с новым Смотрящим не было. А сейчас – были. Урманов прямо и без уверток написал, что взамен Раймондаса пока никого найти не может. Он пытался выцепить Романа Салиева, еще одного пенсионера, но тот куда-то исчез из города. В тот же день, когда Полковник, Рита и Курт двинулись в сторону Анютинграда.

Совпадение или нет, но Грегу совершенно все это не нравилось. Включая поведение внештатников, доверять которым с каждым днем становилось все трудней.

Рита и Курт не просто вели себя странно, явно занимаясь параллельным делом. Они совершали это нарочито. Привезя его в Велислав-на-Роне, они высадили его у дешевого мотеля, напомнив, чтобы он не вздумал расплачиваться за номер кредитной картой, а сами уехали куда-то в центр города. Вернулись спустя почти сутки, когда Полковник уже начал подумывать о том, чтобы звонить Урманову и каяться в том, что он пошел на поводу собственных подчиненных. На разнос, который он им устроил, Рита и Курт никак не отреагировали. Разрушили все следы и повезли его дальше на юг. Поэтому на море Грег все-таки побывал. И даже искупался бы, если бы на регион не опустился огромный циклон. Буря сменялась промозглой сыростью, и через несколько дней Грег вспоминал недавнюю изнуряющую жару с некой долей ностальгии.

Но стоило погоде начать приходить в норму, как они снова сели в машину и двинулись на север.

Как Полковник и мечтал, в Вальчейке действительно было прохладно. Пожалуй, даже слишком прохладно.

И вот наступил день первого критического события…

Очередная песня закончилась, и спустя полуминутную паузу, заиграл «Fruit Juice» — танцевальный трек, общий смысл которого чем-то напоминал отношения Курта и Веры. Вот только строчки про «сладкую жизнь» были лишними. А вот подтекст слов «сорви меня сейчас, потому что осенью меня не станет, ибо я – фрукт, который к этому времени сгниет» заставлял горько морщиться. Потому что Вера погибла именно осенью.

Грег захлопнул ноутбук, сунул мышку в карман и пошел прочь из кафе кинотеатра.

Разрушители работают, и он может подождать их в каком-нибудь другом месте. Завтра в его подчинение поступят еще два человека. И ему надо подумать, как вести себя с новенькими. Как сделать так, чтобы представители Восточного отдела не поняли, что Рита и Курт параллельно работают еще над чем-то. Как сгладить углы.

Закат окрасил улицы северного Вальчейка в оранжево-розовый цвет. Но Полковник не оценил эту красоту: прохладный ветер забрался под ветровку, заставив зябко поежиться, а ароматы выхлопных газов и гудение машин не способствовали хорошему настроению.

Может, вернуться? Песня наверняка уже закончилась. Если так подумать, он вспылил, как придурок. Но что поделать: в последние дни он действительно чувствовал себя идиотом.

Поэтому вместо того, чтобы вернуться, Грег перешел улицу и открыл дверь ресторана оузиатской кухни. Здесь с ноутбуком он будет смотреться странно, может привлечь внимание. Но не настолько, чтобы его запомнили. В конце концов, он везде расплачивается наличными, а этот след не настолько явный, чтобы его вычислили…

Курт

Рита рассеянно вертела в руках мобильник, оглядываясь по сторонам в поисках Полковника.

- И куда его черти унесли? — задала она риторический вопрос.

Вид у нее был уставший, и Курт догадывался, что и сам выглядит не лучше. Последние дни были насыщенными, они оба почти не переставали использовать ауру разрушения, что сказалось на их облике не лучшим образом. Пожалуй, сейчас они не смогли бы сойти за двадцатилетних.

Усталость превратилась в одержимость, окрасила серую дымку разрушения в сизый цвет, но при этом заставляла чувствовать себя на удивление энергичным. Пожалуй, с каждым днем Курт ощущал себя все более живым. И даже вынужденное тесное сотрудничество с Ритой не портило настроения. Он ведь решил, что выждет время, и эта мысль окончательно заслонила собой ненависть. Заставила ее скукожиться и спрятаться на задворках сознания.

Курт вспомнил, каково это — просыпаться по утрам с мыслью, что надо что-то сделать. Именно сделать, а не напиться, тупо глядя в экран. Впрочем, фляга все равно всегда была с ним. И убывало из нее с той же скоростью, что и прежде.

Сунув руку в карман новенькой кожаной куртки, Курт вытащил флягу. Сегодня там плескался не грошовый коньяк, а элитный виски, по сотне желтых рублов за бутылку.

Это Рита пусть дешевкой довольствуется. Им осталось не так много времени, чтобы экономить такую мелочь, как деньги.

Сделав глоток, Курт направился к кассам кинотеатра, где толпилась знакомая компания так и не узнавших друг друга людей. Интересно, как Раймондас разглядел столь мелкое событие, пропустив предыдущие?

Но этого уже не узнать. Смотрящий-Во-Тьму убит, и это тоже заставляет сердце биться сильней.

Пусть это тревога и ожидание чего-то неотвратимого. Пусть эти эмоции нельзя назвать положительными. Но они есть.

Курт не просто дышит. Он живет.

Пустив в сторону компании последние искры разрушения, Курт повернулся туда, где осталась Рита. Она, очевидно, звонила Полковнику, и судя по тому, как она стремительно бледнела, Грег попал в беду.

Когда она дрожащими пальцами нажимала кнопку отбоя, Курт уже был рядом.

- Что произошло? – хрипло спросил он.

Снова тревога и ощущение неотвратимости. Снова сердце бьется, как безумное. Он жив. Но правильно ли так жить?

Для человека – вряд ли.

Для Разрушителя, который давно уже должен гнить в могиле, – в самый раз.

- Полковник в ресторане оузиатской кухни напротив кинотеатра, — безжизненным голосом ответила Рита, глядя на собравшуюся вокруг толпу безумными глазами.

- С ним все в порядке? – Курт не выдержал и схватил Дикову за плечи. – Соберись!

- С ним все в порядке, — избегая смотреть ему в глаза, ответила Рита. – Поедая суши, он обнаружил энергию Демиургов.

Курт мотнул головой, отпустил плечи Риты и оглянулся. Компания расходилась в разные стороны. Он все разрушил, в этом сомнений нет.

- Может, рядом Прядильщик? – спросил он. – Их же полно везде… Их даже не всех обучают и берут в отдел, потому что…

Рита бросила на него короткий взгляд исподлобья, и Курт осекся, осознав, что ляпнул глупость.

- У Грега слишком много опыта, чтобы путать Прядильщика и Демиурга, — произнесла она. А потом посмотрела в сторону и закусила губу, и Курта внезапно обдало жаром.

Так обычно делала Вера, и Дикова не имеет права воровать этот жест у той, что погибла по ее вине!

Сжав кулаки до такой степени, что ногти больно врезались в кожу ладоней, Курт развернулся и пошел к выходу из кинотеатра, лавируя между собравшимися людьми. Судя по всему, начинался очередной сеанс, поскольку в один прекрасный момент он понял, что он единственный вышагивает против толпы.

А потом осознал, что толпа смыкается, превращаясь в бескрайнее море идущих в одном направлении людей.

Кинотеатр не может быть настолько популярным, даже в вечернее время.

Он почувствовал рывок: кто-то схватил его за руку и потащил прочь из этого бескрайнего вихря связей, существующих прямо здесь и сейчас. Связей, которых не может существовать, потому что все вокруг — иллюзия.

- Идиот, — прошептала Рита, беспомощно провожая взглядом внезапно образовавшуюся толпу.

- Сама дура, — огрызнулся Курт, с досадой понимая, что Рита права. – Что делать будем?

- Полковника необходимо окружить аурой разрушения, — кусая губы, произнесла Рита. – А это… А это надо разрушить, пока оно не стало потасовкой.

Демиурги… Они создают связи. Люди знакомятся, обретают общую цель и идут к ней. Вот только в большинстве случаев цель они выбирают дурацкую.

Поэтому нужны Смотрящие-Во-Тьму, которые увидят эту цель.

Поэтому нужны Прядильщики, которые оставят только те связи, что не принесут миру вреда.

Поэтому нужны Разрушители, которые разорвут остальное и не оставят следов.

Поэтому нужны Укрыватели, которые привлекут внимание и замаскируют ауру разрушения.

Поэтому нужны такие, как Полковник, которые соберут всех вместе и будут служить той самой отправной точкой. Пунктом назначения, куда все вернутся.

Где был Полковник, когда в Райге все сорвалось?

Где был Полковник, когда Вера горела заживо?

Почему он не почувствовал Демиургов тогда?

Курт вытащил флягу и полностью опустошил ее. Нутро взорвалось жаром после того, как элитный виски опустился по пищеводу, и Курт отрешенно подумал, что для того, чтобы напиться, лучше всего подходит дешевая дрянь, которую покупает Рита.

- Я займусь толпой. А ты вытаскивай Полковника, — Курт протянул ей флягу. – А заодно сделай так, чтобы при следующей нашей встрече эта штука была полной.

Рита покорно взяла флягу, сжала ее пальцами и, глубоко вздохнув, попросила:

- Будь осторожен. Связи хаотичны. Постарайся не оставить следов.

- Я никогда не оставляю следов, дорогая, — усмехнулся Курт, а потом осознал, что эти слова он обычно говорил Вере.

Салиев сказал, что доверять он может только женщине, которую ненавидит.

Да будет так.

- Раймондас указал не на то событие, — отрешенно сказала Рита, будто не заметив слов Курта. – Но мы все равно оказались в нужном месте. Мы справимся.

- Dann sei es so... — пробормотал Курт и пошел следом за людьми.

Он знал, что Рита отправится к Полковнику.

Знал.

Потому что он мог доверять Рите Диковой. И пока она ведет себя так, будто прошлого не существует, он сможет делать вид, что прошлого не было.

Да будет так.

Полковник

В ресторане оузиатской кухни играла какая-то занудная муть, и это более чем устраивало Грега. Сделав заказ, он достал ноутбук, еще раз просмотрел досье Хоуп и Андрея, а потом принялся разбирать почту. Куча уведомлений от конторы «Лучшая работа» сразу же отправились в корзину. Туда же улетели сообщения из интернет-магазинов, предлагающих огромные скидки на новейшие гаджеты и автомобильные запчасти. Не почта – а сборище хлама. Полковник всегда считал, что навязчивый сервис — хуже никакого, и с годами это убеждение лишь крепло.

Впрочем, одно письмо оказалось важным. Оно было от начальника Восточного отдела. Господин Айра Ли на корявом рассейском выражал благодарность Еуропейскому отделу Разрушения и, в частности, Грегу Ллойсу за возможность встать в одну шеренгу «с лучшими из лучших» для предотвращения каскада критических событий, «который пересекает наши границы». Продираясь сквозь витиеватые рассуждения, Полковник пытался понять, что скрывается между строк. По сути, в подобном письме не было никакой необходимости. Это не первая совместная операция двух отделов. В самом начале своей карьеры Полковнику повезло поучаствовать в предотвращении каскада из трех событий, каждое из которых происходило в юрисдикции разных отделов: Еуропейского, Мерайкийского и Южного. Недолюбливающий рассейцев Грег тогда в полной мере осознал, что никуда от них не денется. Из их страны – уж точно. Потому что, пусть и надменные, ценящие собственный труд в разы выше, чем чужой, в критической ситуации именно они спасли ту операцию. И заставили Полковника смириться с судьбой.

Письмо от Айры Ли было длинным и сумбурным. Прочитав его два раза, Грег только и понял, что Хоуп и Андрей — одни из лучших работников, и они, несомненно, будут полезны.

Решив, что письмо было простым жестом вежливости, Грег закрыл ноутбук и сунул его в сумку. Как раз вовремя: принесли заказ. Подняв глаза на симпатичную рассейку, Полковник поблагодарил ее, решив не поскупиться на чаевые, и хотел было приступить к еде, как его нутро внезапно взорвалось знакомым чувством.

Будучи опытным сотрудником отдела Разрушения, он давно уже научился различать ауры тех, чья жизнь отравлена даром. В том числе и даром Демиурга.

Если Разрушители окрашивали все вокруг себя в серый цвет, то Демиурги, наоборот, заставляли мир играть сотнями оттенков. Но в этом и был подвох.

Вся эта круговерть красок превращала реальность в абстрактное пространство без верха и низа. В место, где можно все. Самое невинное – набраться смелости подойти к симпатичной девушке, на которую любуешься уже несколько минут, и пригласить ее на чай.

Вот только невинными шалости Демиургов не были никогда.

Грег сжал зубы и потряс головой. Искать Демиурга смысла нет – в отличие от Разрушителей, эти ребята могут разливать свою ауру на очень большом расстоянии от себя. Сначала Грегу это казалось признаком силы.

За много лет работы в Столичном отделе, он изменил свое мнение и теперь считал это признаком трусости.

В любом случае Риту и Курта нужно было предупредить.

Дрожащими пальцами, он выудил мобильник из кармана, но не успел найти в адресной книге Риту, как она сама позвонила ему.

- Ты куда делся? – как ни в чем не бывало спросила она, и Полковник понял, что она еще ни о чем не подозревает.

- Здесь Демиурги, — коротко ответил он. – Ощущаю ауру, границу влияния не вижу.

Мир действительно стал абстрактным. Полковник чувствовал, как он буквально взлетает, лишаясь опоры в виде диванчика и пола.

- Где? – коротко спросила она.

Все вокруг кружилось в танце тысяч вечерних огней. Пытаясь совладать с собой, Грег потряс головой, убеждая себя, что он все еще сидит на диванчике за столом в ресторане оузиатской кухни. Он скороговоркой произнес свое местоположение, прекрасно понимая, что разум в любой момент вновь может его покинуть.

- Я поняла. Держись, — коротко ответила Дикова и сбросила вызов.

Полковник положил мобильный на стол, накрыл его ладонью и смежил веки.

Он не летит. Мир не настолько красочный. Эйфория, которую он сейчас чувствует – навеяна врагом. Он должен оставаться на месте. Он может оставаться на месте, ведь та официантка на самом деле ему не понравилась. Он просто подумал, что она довольно симпатичная, и все.

Не думать о глупостях. Нельзя. Он выше этого, пусть и простой человек. Он должен оставаться на месте. Потому что ненужные связи разрушают этот мир.

Нет, та официантка ему не понравилась.

Нет, он не хочет обсуждать результаты последней государственной лотереи с парнем за соседним столиком. Тем более что он не знает ее результатов.

Нет. Он не хочет посоветовать соседу с другой стороны перестать напевать под нос какую-то дурацкую мелодию.

Нет. Ему не одиноко. Он не хочет разбавить этот вечер знакомством.

Нет. Он знает, в чем причина его состояния и не поддастся этому. Он знает!

И он не одинок. Накануне он написал длинное сообщение некой Наталье Морозовой. Той самой девушке, что пострадала от его невнимательности и попала на операционный стол. Представился чужим именем, попросил прощения.

Между ними завязалась переписка, перекочевавшая из электронной почты в мобильный мессенджер.

Но даже ей сейчас писать нельзя.

Зато можно о ней думать, внушая себе, что он не одинок.

Он не одинок.

Зазвенели восточные колокольчики, знаменуя приход нового посетителя. Внезапно стало легче. Неужели воспоминания о переписке с Наташей помогли? Грег открыл глаза и понял, что ошибся.

Рита оглядела зал, кивнула, увидев его, и пошла к барной стойке. Аура разрушения серой мглой покрывала все вокруг, заставляя мир возвращаться в нормальное состояние. Появились верх и низ. Краски поблекли.

И реальность стала прежней. Пусть немного серой. Несовершенной. Но зато настоящей.

Получив от бармена бокал с ниппонским сливовым вином, Рита села напротив Полковника и достала сигареты.

- Где Курт? – спросил он.

- В кинотеатре, — Рита чиркнула зажигалкой. – Кажется, мы с ним поняли, почему Раймондас увидел именно это событие первым.

- И почему же? – вдохнув полной грудью настоящий воздух, Грег немного расслабился.

- Толпа, — коротко ответила Рита и глубоко затянулась. – Стихийная. Жаль, с нами нет Смотрящего, чтобы просчитать последствия в точности, но попытаться можно.

Толпа. Страшное слово в устах Разрушителя. Потому что оно означает не просто много людей. А много людей, одержимых единой целью. Целью посеять хаос.

- Но ведь речь шла о будущих сподвижниках Сергея Куратова, — Грег нахмурился. – Толпы Раймондас не разглядел.

- Демиурга он тоже не разглядел, — хмыкнула Рита и пригубила из бокала. Причмокнула. Бросив окурок на пол, затушила его носком тяжелого ботинка. А потом откинулась на спинку диванчика, сложила руки на груди и пристально посмотрела на Грега.

Полковнику стало неуютно под ее взглядом. Ему почему-то подумалось, что Дикова и Шварц не одобрят его общение с Наташей.

- Что? – осторожно спросил он, когда молчание затянулось.

- Я никогда не задавала тебе этот вопрос, Полковник, — начала Рита. – Но, кажется, время пришло.

- О чем ты? – устало спросил Грег.

Где-то за пределами серой ауры Риты бушевали краски, и мир становился ярким пятном. Но присутствие Разрушителя давало иллюзию спокойствия. Покоя Полковнику и хотелось.

Почему координаторов, одним из которых является Грег, не отпускают на пенсию пораньше? Может, он тоже хочет попробовать эту жизнь на вкус!

Рита опустила взгляд.

- Курт справится. Стихийная толпа – это не крепкие связи, — пробормотала она.

- Рита…

- Я не виновата в смерти Веры, Полковник, — она снова посмотрела на него, и в ее глазах Грег увидел отчаяние. – Не виновата. Даже косвенно. Скажи мне: ты это знал?

Теперь уже он не мог не отвести взгляда.

Не знал.

Догадывался.

И понимал, почему Рита не стала разубеждать Курта.

Пожалуй, именно этот поступок громче всех остальных говорил о том, что она действительно его до сих пор любит.

Курт

Погасить толпу. Не проредить, не разогнать. Погасить. Разрушители, и те, кто работает с ними, называют это действие именно так.

С таким явлением, как искусственно созданная толпа, может справиться только опытный Разрушитель. Тот, кто хотя бы раз уже потерпел неудачу.

В те времена, когда Курт был неопытен, такому обучали. Пытались, по крайней мере.

Сейчас же, когда за штурвалом махины отдела Разрушителей Еуропы находился Макс Урманов, все изменилось. Рассеец до мозга костей, он считал, что шишки надо набивать самостоятельно. В полевых условиях. Нет, он никогда не наказывал молодых за ошибки, но Курт все равно недолюбливал начальника отдела. Может, поэтому и предпочел остаться внештатником, когда не выгорел в срок. И поселился в Шальцбурге, подальше от Столицы, где всегда было слишком много связей. И толпы.

Сегодня в кинотеатре Вальчейка толпа была искусственной. Разноцветная аура неизвестного Демиурга расползалась над городом, и здесь, в кинотеатре, концентрация была просто запредельной.

Опасность этой ауры в том, что Разрушитель ее не видит, пока на нее не указать. Прядильщики, Укрыватели… Смотрящие. Все они бесполезны. Демиургов могут распознать лишь такие, как Полковник. Те, кто очень долго смотрел на серость разрушения, и только поэтому в состоянии увидеть слишком яркие цвета.

Теперь же, когда Курт знал, что аура есть, он видел ее сам. Ощущал ее кожей. Пробовал на вкус тонкие нити связей, создающихся прямо сейчас. Невесомые, словно паутина, почти невидимые, они пронизывали пространство, заполняя его хаосом и нарастающей злобой. Потому что разделенное недовольство простыми вещами очень быстро перерастает в повальную драку.

Курт прислонился к стене, чтобы видеть толпу полностью, и приступил к делу. Здесь главное — не торопиться. И не совершать ошибок новичка. Мимолетные связи, призрачные и кажущиеся хрупкими нельзя рвать обычным разрушением. Потому что под каждой такой нитью скрывается желание быть причастным. Желание быть нужным. Ощутить себя настоящим человеком, который влияет на ход событий. Удар чистой энергией разорвет связи вместе с этим стремлением, и на выходе можно получить стадо унылых людей, которые сами не понимают, зачем они сюда пришли. И не знают, зачем они живут. И тогда уже можно получить другую толпу. Естественную.

Поэтому Курт был точен и нетороплив. Словно садовник, обрезающий лишние ветки с разросшегося куста, он аккуратно избавлялся от липкой паутины связей, чувствуя, как его переполняет азарт. Сколько он успеет разорвать, прежде чем остатки толпы исчезнут из зоны его влияния? Хватит ли этого для повальной драки на выходе из кинотеатра, или дело ограничится распитием спиртного в баре неподалеку?

Наверное, стоит дождаться конца сеанса и проверить это, но Курт не собирался тратить свое время на ерунду. Большая часть толпы погашена, а это главное.

Закончив, Курт покинул кинотеатр и, шатаясь от усталости, зашел в ресторан оузиатской кухни, где его дожидались Рита и Полковник. Зал был укутан серой аурой Риты, которая явно перепугалась сильнее Курта. Оттого, наверное, и не спорила, когда он сказал, что справится в одиночку. Надо же… значит, она, как и Курт, чувствует себя живой. Как там Салиев сказал?