Мой маленький демон

Александр Малышев

Мой маленький демон

Глава 1 Мой маленький Демон Я жил совсем простой, спокойной жизнью — каждый день по одному и тому же маршруту, с привычными делами, и мне это даже нравилось: когда всё предсказуемо, можно замечать мелочи. И в один прекрасный (для него, но точно не для меня) момент произошло следующее.

Я шёл через парк на заброшку. Люблю такие места — они вдохновляют и хранят историю, будто каждый кирпич помнит чьи-то шаги. В тот день особенно тянуло туда: небо было серо-синим, низким, а ветер шуршал сухими листьями так, словно шептал старые истории. Мне хотелось просто побродить, потрогать облупившуюся краску на раме окна, послушать, как ветер гудит в пустых проёмах, будто дом всё ещё пытается что-то рассказать.

И тут я услышал шаги и крики. Причём крики были явно не человеческие: резкие, каркающие, будто кто-то смеялся, не умея этого делать, и от этого становилось не по себе. Звук шёл откуда-то из глубины здания, из тёмного проёма, где уже давно не было двери. Я замер,

прислушиваясь, потом медленно попятился назад, чувствуя, как по спине пробежал холодок, и в итоге просто убежал оттуда, почти не разбирая дороги. Тот день так и закончился: я вернулся домой, всё ещё прислушиваясь к каждому шороху, будто за мной кто-то шёл. Уже дома, спокойно открывая рюкзак, я меньше всего ожидал, что оттуда вылетит что-то непонятное, закричит и заявит: «Вот тут я понаделаю пакостей, и этот мир будет моим!» Звук был такой, будто в маленьком помещении одновременно хлопнули дверью и звякнули связкой ключей.

С виду это был маленький демон. Крылышки у него тоже были такие же маленькие, полупрозрачные, с неровными краями, будто их кто-то слегка пожевал, но он как-то умудрялся летать — рывками, то взмывая вверх, то резко падая, будто не очень хорошо управлял своими крыльями. Он тут же забрался на высокий шкаф, будто сразу выбрал трон, и в руке у него появились скипетр и держава, а на голове — корона, блестящая так, словно её сделали из фольги и крышки от банки. Он важно обращался к невидимым подданным,

вещал, что этот мир будет его, и заливисто хохотал, но смех у него выходил какой-то дребезжащий, будто он ещё не до конца научился смеяться.

А я наблюдал за этим и... как-то он меня не пугал. Наоборот, казался даже забавным — такой маленький, суетливый, будто щенок, который пытается рычать, но только смешно пыхтит.

Тут он наконец меня услышал. На мою молчаливую доброту он буркнул: «Я не хороший! Я плохой!» — и демонстративно начал топтать ковёр, поднимая клубы пыли, будто хотел доказать свою грозность. Я не выдержал и посмеялся — не зло, а просто от нелепости всей картины. Потом спокойно взял его за шкирку, чтобы как следует рассмотреть. Оказалось, это реально демон, но какой-то... бракованный. Или, может, он ещё не дорос. А может, его и правда из ада выгнали за хорошее поведение — эта мысль даже показалась мне самой правдоподобной.

«Странно, что ты делаешь здесь, у нас?» — спросил я, разглядывая его: у него на боку была маленькая заплатка из чего-то

похожего на чёрную ткань, а один рог чуть кривоват, будто треснул и его кое-как починили. Он приосанился, насколько мог, и гордо ответил: «Я демон Азраэль, повелитель мира, ангел смерти!» А потом добавил, глядя на меня сверху вниз так важно, как только мог с высоты своего крошечного роста: «Как ты можешь так обращаться со мной? Падай на колени!» Я лишь слегка ухмыльнулся, глядя на эту грозную картину: на его пыльную корону, на скипетр, который он держал не очень уверенно, будто боялся его уронить. Потом отпустил его. Он тут же взлетел обратно на шкаф, сел там, нахохлившись, как обиженный воробей, и вскоре просто исчез — будто его и не было. Только на пыльной полке остался маленький отпечаток лапки, будто доказательство, что это не привиделось.

Наверное, ушёл пакостить, или ему позвонили из самого ада — помогать кому-нибудь. Ну я решил не узнавать, куда он мог уйти. Просто лёг спать, натянув одеяло до самого носа, будто оно могло защитить от любых демонов. В комнате было тихо, только часы на полке мерно тикали, и этот привычный звук почему-то успокаивал: раз тикают — значит, всё по-старому, даже если в рюкзаке живёт демон.

На следующий день я проснулся и пошёл в школу. Утро было сырое, с каплями росы на траве, и кроссовки сразу стали чуть влажными. И тут я увидел его — того демонёнка... как его... а, точно, Азраэль! Он подъедал сосиски и курицу из местной шаурмички: сидел прямо на прилавке, болтая ногами, откусывал по кусочку и хихикал, глядя на парня, который работал там. Парень хмурился, поправлял кепку и всё пересчитывал продукты, будто пытался поймать, куда они исчезают. «Вот же ему прилетит потом», — подумал я, невольно ему сочувствуя.

Как-то странно, что я его вижу, а другие — нет. Я даже на секунду остановился и потёр глаза: может, это сон? Или я типа особенный? Хотя, может, и так... В голове мелькнула мысль: вдруг это какой-то редкий дар, о котором не рассказывают в школе. Но думать об этом было некогда.

Демон рыгнул, довольно похлопал себя по животу и полетел дальше пакостить всем — видимо, у него был целый список дел на

день. Крылья у него при этом дёргались, как будто он всё ещё не до конца разобрался, как ими правильно пользоваться, и пару раз чуть не врезался в вывеску. А я вздохнул и пошёл дальше в школу, стараясь выглядеть как самый обычный парень, у которого не бывает демонов на завтраке.

Там я проучился, стараясь не думать про демонов, и пришёл домой. А там меня ждал «сюрприз»: Азраэль уже успел намусорить у меня в комнате. На полу валялись скомканные бумажки, карандаши, ластики, точилка — будто тут пронёсся маленький ураган. даже мой любимый блокнот лежал раскрытым, и на чистой странице красовалась корявая надпись красным фломастером: «Царство Азраэля. Вход запрещён!». Он сидел на спинке стула, гордо поправлял свою фольговую корону и смеялся, бормоча что-то про царство в Аду и про то, как он всех победит.

— Отстань от меня, демонёнок, — буркнул я, поднимая с пола тетрадь, на которой теперь красовалось несколько чернильных клякс. Кляксы были неровные, будто он специально тряс ручкой, чтобы получилось как можно хуже.

Он на эти слова как разозлился! Глаза вспыхнули (совсем чуть-чуть, будто спичку чиркнули), и он начал кидать в меня всем, что было под его демонической рукой: полетели бумажки, карандаши, ластики, точилка... Один карандаш даже воткнулся в подушку, оставив маленькую дырочку.

— да как ты смеешь, смертный?! На колени перед своим повелителем! — воскликнул он, размахивая крохотным скипетром так яростно, что чуть не сбил собственную корону.

А я не обращал внимания. Просто продолжал убираться, время от времени ловко уворачиваясь от летящих предметов. В голове крутилась одна мысль: только бы мама не зашла прямо сейчас.

— Если ты сейчас не перестанешь, мама придёт и точно решит, что это я всё раскидал, — спокойно сказал я, собирая в стопку разбросанные листы.

Тут Азраэль будто задумался, замер на секунду, нахмурил брови так сильно, что его кривой рог чуть не съехал набок. Потом резко исчез — просто растаял в воздухе, оставив после себя только лёгкое облачко пыли и один одинокий ластик на подоконнике. Ластик был зелёный, с потёртой надписью, и выглядел так буднично, будто и не участвовал только что в демоническом бунте.

Глава 2 дела Азраэля

А потом я как-то шёл по улице и краем глаза в переулке заметил что-то странное. Свернул туда и увидел: Азраэль стоит посреди двора и размахивает руками, будто кому-то горячо что-то доказывает. Я подошёл ближе и разглядел: вокруг него копошились котята и щенки — но им было совсем не до его великих планов. Один щенок грыз свой хвост, другой пытался поймать собственный нос, а котята вообще устроили мини-драку из-за бумажки. А Азраэль тем временем вдохновенно вещал: «Мир будет наш! Мы поставим этот мир на колени!» Потом сделал паузу, будто ждал, что сейчас все поднимут лапки и закричат «ура», и торжественно добавил: «Голосуйте за меня! И мы станем великими!»

Я тихо хмыкнул и подумал: «Вот он, маленький диктатор. Точно демон».

После этого он, не дождавшись аплодисментов,

взмахнул крылышками и улетел, оставив животных спокойно заниматься своими делами. Они ещё пару секунд посидели, будто пытались осознать, что вообще сейчас было, а потом разбежались кто куда.

Я пошёл домой, а там он меня уже ждал. На этот раз вёл себя спокойнее, даже пытался не злиться и выглядеть солидно. Но долго не продержался: что-то ему не понравилось, он нахмурился, поджал губы, а потом сдался и смешно отмазался: «Ну я же демон, мне можно!» — Ну ладно, тогда, демонёнок, — сказал я, стараясь не улыбаться.

И тут он опять разозлился. Глаза вспыхнули, и он начал кидать в меня уже не карандашами, а подушками, тапочками, всем подряд, что попадалось под руку. И вот что интересно: как-то у него во время злости незаметно появлялся тонкий красный нимб, будто и правда настоящая демоническая аура — но такая тоненькая, как ниточка, будто её из гирлянды выдернули.

Потом он снова исчез, но на этот раз у него из кармана выпала записка. Я поднял её и прочитал список дел, которые нужно было выполнить:

Облить водой соседа — выполнено.

Привязать к коту банки — выполнено.

З. Выкрутить лампу из подъезда — выполнено.

«Вот же хулиган!» — подумал я и оставил записку на столе, прямо посередине, чтобы он точно её заметил.

Вскоре он вернулся и сразу забегал глазами по комнате:

— Ты, смертный, не видел тут бумажку одну... особенную?

Знаете, когда ему что-то надо, он становится таким неожиданно милым: глазки большие,

КРЫЛЫШКИ чуть дрожат, будто вот-вот заплачет.

Прямо душка, а не демон.

Он нашёл записку, пробежал по строчкам, хмыкнул, будто это был официальный отчёт, и сказал:

— Всё, бывай, смертный. Я пошёл захватывать мир.

И снова исчез, оставив после себя только лёгкий сквозняк и подушку, которая так и осталась висеть на люстре.

А потом я как-то зашёл в магазин — просто прогуливался по улице и решил зайти купить чего-нибудь. Внутри было прохладно, пахло хлебом и пакетами, и всё выглядело так обычно, что казалось: никаких демонов тут быть не может. Но я почти сразу его заметил: Азраэль летал за кассиршей, корчил смешные гримасы покупателям и делал вид, будто он тут главный контролёр очереди.

А потом он короче смешно сделал. Там на витрине лежала рыба, и какой-то мужик внимательно её осматривал, проверял на предмет свежести, водил пальцем по стеклу и хмурился. И тут Азраэль подлетел, ухватился за край витрины и резко приподнял голову рыбы — так, что она будто посмотрела прямо на мужика. Тот вздрогнул, отшатнулся, пробормотал что-то про «странные магазины» и вообще вышел в другой магазин. Я, конечно, посмеялся тихо, стараясь не привлекать внимания, и пошёл дальше, а демон так и остался там — кружил между полок, довольный своей маленькой победой.

Мне вот интересно: откуда он такой и почему я его вижу, а другие нет? Эти вопросы всё не давали покоя, крутились в голове, как

застрявшая песенка. Я пытался придумать хоть какое-то объяснение: может, это из-за того кувшина? Или из-за книги, которая упала мне на голову? Или я просто... особенный? Но ни одна версия не казалась достаточно убедительной.

И тут снова он, только уже на грядке у соседа. Сосед решил полить цветы из шланга: положил его на землю «от греха подальше», чтобы потом спокойно взять, и отошёл к кустам, чтобы посмотреть, не завелись ли там муравьи. И тут появился Азраэль. Он тихо хихикнул, подлетел к вентилю, ловко прокрутил его, и вода с шипением рванула наружу. Демон радостно начал плескать водой во все стороны, будто это был самый весёлый душ на свете. Потом отпустил шланг, и тот, живой и извивающийся, пополз по грядке, заливая помидоры и пугая кота.

Сосед обернулся, увидел этот водный хаос, бросился ловить шланг, а потом, когда поймал, начал озираться вокруг, будто пытался понять, кто это устроил. И тут его взгляд упал на меня. Он нахмурился и пошёл ко мне, явно собираясь высказать всё, что думает про шумных мальчишек и про пса нашего, который лает

громко. А я не хотел с ним общаться — и точно не хотел выслушивать очередную лекцию. Поэтому я просто развернулся и убежал, петляя между заборами, пока шум воды не остался где-то позади.