Сила не сдаваться. Истории людей, которые нашли свой путь к успеху

Еще в школьные годы Колумб прочитал одно из сочинений Пифагора и впервые узнал, что Земля круглая; эта теория глубоко запечатлелась в его памяти. После долгих размышлений и исследований он смело выдвинул гипотезу: если Земля действительно круглая, то, возможно, ему удастся добраться до Индии по кратчайшему пути.

Естественно, многие эрудированные учёные и философы высмеяли его точку зрения. Плыть на запад, чтобы добраться до Индии на востоке — разве это не бред сумасшедшего? Они говорили ему: Земля не круглая, а плоская, а затем предупреждали: если он будет плыть на запад, его корабль достигнет края Земли и упадет в бездну… Однако Колумб твердо верил в свои выводы, но, к сожалению, его семья была бедной, и у него не было денег, чтобы воплотить эту смелую мечту в жизнь. Он пытался убедить других оказать ему помощь, но «разумные» люди не хотели рисковать своими деньгами. Он тщетно ждал целых семнадцать лет, но так и не добился успеха, поэтому решил больше не стремиться к этой «мечте». Слишком много тревог и разочарований привели к тому, что его рыжие волосы полностью поседели — хотя ему тогда еще не было и пятидесяти лет. Разочарованный Колумб в этот момент хотел лишь уйти в испанский монастырь и дожить там остаток своих дней.

И вот в этот момент появился его спаситель. Папа Римский проявил большой интерес к фантастической затее Колумба и убедил испанскую королеву Изабеллу помочь ему. Папа дал ему шестьдесят пять монет на дорогу, чтобы он мог встретиться с Изабеллой. Но, считая свою одежду слишком лохмотной, он потратил эти деньги на новый костюм и осла, а затем отправился в Мадрид, по пути вынужденный просить милостыню, чтобы прокормиться.

Королева действительно проявила большой интерес к его идее и обещала предоставить ему корабли, чтобы он мог заняться этим рискованным делом. К сожалению, моряки боялись упасть с края земного шара, и никто не хотел следовать за ним. Тогда Колумб вернулся к своему прежнему ремеслу вербовщика пиратов, набрался смелости, побежал к побережью, схватил нескольких моряков, сначала убеждая их, потом умоляя, затем предлагая вознаграждение, а в конце концов угрожая, и заставил их сесть на борт величайшего пиратского корабля в истории. Одновременно он обратился к королеве с просьбой освободить заключённых, приговорённых к смертной казни, пообещав им, что в случае успеха экспедиции их преступления будут прощены, а они обретут свободу. Когда все было готово, на рассвете 3 августа 1492 года (в пятницу) Колумб во главе с 88 моряками, разделившись на три корабля, начал это эпохальное плавание.

Его бесстрашие, отвага и неукротимый дух действительно достойны того, чтобы служить нам примером. Когда моряки теряли мужество, он горячо подбадривал их, призывая смело идти вперёд. Когда моряки, охваченные стыдом и гневом, заставили его повернуть назад, он ответил лишь одной фразой: «Вперёд! Вперёд! Вперёд! Вперёд!»

В конце концов экспедиция Колумба увенчалась успехом, но колонии, основанные на «Новом Свете», принесли ему разочарование и страдания. Во-первых, индейцы не приветствовали этих захватчиков, и в их лагерь в любой момент могли полететь стрелы и острые копья; во-вторых, губернатор колонии завидовал его заслугам, постоянно стараясь досаждать ему, и в конце концов просто воспользовался своим служебным положением, ложно обвинив его в халатности и коррупции, приковал его цепями и отправил прямо в Испанию. Хотя по прибытии в Испанию он сразу же обрёл свободу, пережитые им разочарования и страдания были достаточными, чтобы наполнить его сердце безграничной печалью и сожалением.

Ему был присвоен титул «Главнокомандующего флотом и генерал-губернатора Индии», но это было лишь пустое звание: до самой смерти он так и не обрёл никакой «реальной власти» и даже ни на один день не насладился «славой». Самым несправедливым было то, что открытый им Новый Свет не был назван в его честь! Напротив, его назвали именем картографа. Что ещё можно сказать? Наградой за открытие Нового Света ему достались лишь «горе» и «унижение».

Если бы Колумб знал, что открыл новый континент, он, по крайней мере, получил бы душевное утешение; к сожалению, он до самой смерти об этом не догадывался. Он по-прежнему считал, что открыл лишь новый морской путь в Индию, поэтому называл краснокожих туземцев Америки «индейцами»; но даже во сне ему не пришло бы в голову, что он открыл новый континент! Возможно, у человечества есть такая общая слабость: с одной стороны, люди хотят быть выдающимися, а с другой — желают, чтобы другие ничего не достигали. Активные люди будут постоянно стремиться к этому; а подлые люди будут только отчаянно тормозить других, когда те прилагают усилия, чтобы таким образом обеспечить, что оба окажутся на одной стартовой линии, или даже прибегнут к ещё более низким средствам, чтобы присвоить себе плоды победы. Однако такое поведение в конечном итоге глупо и смешно, потому что у каждого есть глаза: может быть, он сможет на время обмануть историю, но история в конце концов восстановит его истинное лицо.

Жизнь в Арктике

Он был потомком средневекового пирата, красивым норвежцем с седо-серыми волосами по имени Стивенсон; он стал первым человеком, осмелившимся отправиться в экспедицию к Северному полюсу через Северный Ледовитый океан без запасов продовольствия и топлива.

Когда он впервые рассказал людям о своём намерении отправиться в экспедицию на Северный полюс, все посчитали его сумасшедшим и предупредили, что, если он действительно это сделает, то умрёт от голода в пути — кто знает, может, и так и будет? Ведь никто ещё этого не пробовал. Он сам немного колебался, но, будучи учёным, он был готов поверить только в то, что подтверждалось фактами. Поэтому в конце концов он, взяв с собой двух отважных помощников, а также оружие, патроны, порох и прочее, отправился к Северному полюсу.

Он рассказывал, что сначала они провели несколько месяцев в Северном Ледовитом океане, на дрейфующих льдинах. Эти льдины были разных размеров: от размера футбольного мяча до размеров острова; толщина варьировалась от чуть более дюйма до ста футов. Все эти льдины дрейфовали в Северном Ледовитом океане на глубине от одной до трёх миль. Первые сорок дней на льду у них ещё были запасы провизии, которые они привезли с собой, но когда провизия закончилась, они стали охотиться на тюленей и белых медведей, чтобы утолить голод, а когда хотели пить, разжигали огонь с помощью китового жира и растапливали лёд, чтобы пить воду.

Они проплыли по плавучим льдинам в Северном Ледовитом океане более семисот ли, и не только не умерли от голода по дороге, как того опасались многие, но и за девяносто семь дней даже набрали вес. Стивенсон говорил, что если бы они в то время стали привередничать в еде, то, возможно, действительно умерли бы от голода. В Северном Ледовитом океане в изобилии водились жирные тюлени и белые медведи; хотя сырые они не очень вкусны, иногда, запеченные на медвежьей шерсти, служившей топливом, они приобретали восхитительный вкус, поэтому их здоровье оставалось превосходным.

Стивенсон был заядлым курильщиком. Однажды, когда у него сильно затянуло, а сигареты были полностью выкурены его помощниками, он в порыве отчаяния даже стал жевать тканевый мешок, в котором хранились сигареты, и выворачивать его наизнанку в поисках крошек сигарет.

В рационе их экспедиции, помимо тюленей и белых медведей, были дикие утки, дикие гуси, куропатки, совы и т. д. Говорят, что самым вкусным из них была сова. Когда Стивенсон был очень голоден, он даже ел коровью кожу со своих кожаных ботинок; он говорил, что кусок вареной коровьей кожи на вкус действительно превосходен, не уступая свиной ножке.