Ева и Полли: Возвращение домой

Елизавета Уварова

Ева и Полли: Возвращение домой

Ева и Полли: возвращение домой

Утро на маковом поле

Лепестки алых маков раскрываются с первыми лучами солнца. Это значит, что пришло время просыпаться и начинать новый день.

Ева приоткрыла глаза, зажмурившись от яркого света. Девочка долго не могла уснуть ночью, потому что смотрела на звёзды, поэтому пробуждение далось ей с трудом. Она потянулась, лёжа на подушке из мягкой пыльцы, затем встала с кровати. Пальчики её ног коснулись холодного пола, от этого по телу пробежали мурашки. Ева натянула на себя маленькие чёрные башмачки, отряхнула фиолетовое платье, расправила складочки ткани и спустилась по стеблю цветка. Там Ева зевнула, подняла руки к солнцу, здороваясь с ним, и отправилась к ручью, бежавшему недалеко от поселения. Быстрыми шагами, перепрыгивая через камушки и обходя колючки, она спустилась к воде. Надо было умыться и привести свои кудрявые, непослушные волосы в порядок.

Девочка набрала в ладони прохладную воду и несколько раз умыла лицо. Затем она достала из кармашка фартука гребешок и, присев на теплый от солнца большой серый булыжник, начала расчёсывать тёмные вьющиеся волосы. Каждую прядь она накручивала на указательный палец и придавала форму своим локонам.

Ева сидела у ручья одна. Обычно здесь уже собирались другие девочки, но в этот раз никого не было. Полюбовавшись голубым небом и пушистыми облаками, девочка встала и поспешила на завтрак. Жили мастерицы в раскрывшихся маках, там у каждой была целая комната с кроватью и местом для личных вещей, а домик их наставницы стоял на краю поляны. Каждый день они собирались там за столом со вкусной едой, обсуждали планы на день, говорили друг другу пожелания и отправлялись работать в поле до самого вечера.

По дороге девочка вспомнила сказку, которую им рассказывали в один дождливый день: «Говорят, есть в этом мире ветер-озорник, который любит шалить и своими играми спутывать судьбы. Часто он проверяет кого-то на прочность, верность и смелость. Если вы держитесь вдвоем, то не отпускайте друг друга ни за что». Это красивая история, которую юные мастерицы любили слушать, представляя, как на месте героев справились бы с ветром и его испытаниями.

Погрузившись в воспоминания, Ева и не заметила, как быстро дошла. Поляну озаряли светлые солнечные лучи, воздух был наполнен сладким запахом меда.

— Доброе утро! — крикнула Ева, подбегая к небольшой лужайке, где все давно собрались за длинным столом.

Женщина в длинном жёлтом платье, сидевшая во главе стола, сняла очки и отложила на край толстую книгу в коричневом переплёте. Она посмотрела на девочку, стоявшую неподалёку.

— Ева, ты опять проспала. Мы не можем ждать тебя каждый день, это тормозит нашу работу. Ты же знаешь, что мы не можем выполнить меньше нормы, иначе мы не успеем к лету, — женщина хоть и делала замечание, но её голос был спокойным, а выражение лица оставалось доброжелательным.

Раиса и не умела ругаться. Ко всем мастерицам она относилась с любовью, как родная мама. Но Ева опаздывала уже не в первый раз, чем и тормозила всю работу.

Если всегда говорить ученицам только хорошее, они расслабятся и перестанут стараться. Поэтому как бы ни хотелось Раисе ругать юных мастериц, иногда приходилось напоминать им о порядке.

Ева опустила глаза. Ей было стыдно. Она стояла и не могла поднять взгляд на старшую мастерицу, всё, что могла девочка в этот момент, — это нервно перебирать складки на фартуке. Больше всего она не любила чувствовать вину, особенно перед другими девочками, а особенно когда на неё смотрят.

— Извините меня, пожалуйста, я постараюсь больше не опаздывать. Вчера я долго не могла уснуть, поэтому мой мак раскрылся сегодня позже, и я опоздала.

— Присаживайся, главное, что ты поняла свою ошибку, — Раиса подала знак, что можно подавать завтрак.

Из домика поочерёдно начали выползать божьи коровки, на спинах у которых были подносы с ажурными тарелками и кружками. Следом за ними вышел Карл Иванович, гусеница в зелёном смокинге, в коричневых лакированных туфельках на каждой ножке и с бабочкой красного цвета на шее. Он держал сразу три подноса: два в руках и один на голове. Приблизившись к столу, он начал расставлять пиалы с мёдом, ирисками и вареньем, и, ловко удерживая третий поднос на голове, вдруг заговорил:

— А вы знаете, что я сегодня вычитал в газете? Оказывается, жучки так подружились с нашими поселениями, что научились понимать любой язык, — он говорил это все на одном дыхании и так воодушевленно, — Это поразительно! Так научиться слушать и воспринимать речь. Обязательно надо познакомиться с кем-нибудь из представителей таких насекомых поближе.

Мастерицы, каждая по очереди, брали со спин божьих коровок свою чайную пару и тарелку с хлебом. Никто не смел перебивать рассказ Карла Ивановича, факт о жучках настолько поразил некоторых девочек, что они продолжали сидеть с задумчивым видом.

Закончив все приготовления, Карл Иванович погладил питомцев по крылышкам и присел на противоположный от Раисы край стола. Обычно он зачитывал мастерицам новости из газеты о других поселениях, чтобы никому не было скучно за едой. Этот раз не стал исключением: он достал заранее приготовленную газету и начал читать вслух.

Ева откинулась на спинку стула и погладила себя по животу. Последние два бутерброда с мёдом, наверное, были лишними. Другие тоже уже заканчивали завтракать. Карл Иванович помешивал чай, а Раиса, положив две руки на книгу, наблюдала за девочками и наслаждалась лёгким свежим ветерком.

— Сегодня мы будем работать на южной стороне. Надо высадить несколько десятков семян, проводить муравьёв к их новым жилищам и покрасить уже взошедшие бутоны. Девочки, только будьте внимательны: вчера я нашла пару розовых цветков, которых по плану у нас быть не должно, — Раиса оглядела учениц, чтобы убедиться, что все поняли сказанное.

Старшая мастерица распределила девочек по группам, каждой выдала плетёные корзины с необходимыми инструментами. Сама же она осталась на лужайке помогать Карлу Ивановичу убирать грязную посуду.

— Хорошей работы, дорогие мои! И пусть солнце будет с вами! — наставница помахала одной рукой и отправила воздушный поцелуй в сторону уходящих девочек.

Незнакомка из Ромашковой долины

Ева подняла свою корзинку с земли, та была достаточно тяжёлой из-за баночек с краской. Сегодня ей поручили красить цветы — это самое сложное задание. Вздохнув, девочка вместе с компанией отправилась в сторону южного склона, где под тёплым весенним солнцем взошли семена цветов. Их нераскрывшиеся, молодые бутоны были белыми. По плану, составленному зимой, на стороне маковых мастериц должны были расти цветы жёлтого, синего и фиолетового цвета. Другие поселения выбрали оставшиеся цвета, поэтому использование розового или красного было под запретом, хоть у Раисы и остались эти краски с прошлого сезона.

Дойдя до нужного места, Ева опустила корзинку, достала кисточку и баночку с жёлтой краской. Забравшись по зелёному высокому стеблю, девочка начала лёгкими движениями окрашивать цветок с самой его макушки.

За несколько часов упорной работы Ева окрасила семь цветков. Для маленькой мастерицы это было достижение — обычно к этому времени ей удавалось придать цвет только четырём бутонам. Держась одной рукой за стебель, Ева вытерла капельки пота со лба и подняла глаза, чтобы взглянуть на солнце. Оно и вправду начинало уже не просто светить, а греть. Конечно, не так сильно, как летом, но и этого тепла было достаточно для девочек, переждавших холода.

Ева огляделась и поняла, что ушла далеко от других мастериц. Она так увлеклась работой, что не заметила отсутствие остальных.

— Надо возвращаться, а то потеряюсь, — пробормотала Ева и спустилась по тонкому стеблю, — Раиса будет переживать.

Она направилась в сторону, откуда они пришли утром, как вдруг услышала шорох в траве. Вначале Ева подумала, что ей показалось, поэтому девочка остановилась, замерла и прислушалась к шуму. Подул ветер, трава заколыхалась, и Ева увидела светлую макушку. В их поселении не было девочек со светлыми волосами, значит, это кто-то с другого поселения. Но что он или она тут делает?

Мастерица набралась смелости и шагнула навстречу к неизвестному. Раздвинув мешающую траву, она увидела девочку в голубом одеянии. Та сидела на сучке, упавшем с дерева, и держалась за коленку. Видимо, нога была повреждена.

— Что случилось? Ты кто? — спросила Ева, напугав незнакомку своим присутствием.

— Меня зовут Полли, я из ромашкового поселения. Начался сильный ветер, и меня занесло сюда. Я зацепилась за дерево, но не удержалась и упала.

Ева подошла ближе, присела на корточки и начала рассматривать пораненную коленку Полли. Из рассказов Карла Ивановича она знала, что Ромашковая долина находится далеко, не на краю света, но и не за соседним холмом. Каким же сильным должен быть ветер, чтобы занести сюда мастерицу из другого поселения.

— У меня есть ватка и лечебная мазь, позволишь, я тебе помогу? — проговорила Ева, потянувшись к корзинке.

Получив одобрительный кивок от Полли, маковая мастерица обработала ранку. Закончив, Ева присела рядом.

— А как тебя зовут и где я вообще нахожусь? — повернулась с вопросом девочка со светлыми волосами. Было видно, что она напугана, её выдавал взгляд, бегающий из стороны в сторону.

— Я Ева, мы в Маковой долине, на южном склоне.

— Не может быть, это же очень далеко, — испуганно проговорила Полли, схватившись за голову. — Как же мне теперь попасть домой?