Тихое падение. Том 2

— Вероятнее всего. У каждой квартиры нашли по записке: «Держись подальше от Ким Раон». Узнаете почерк? Похож на тот, которым вам писали?

Я повертела записку в руках.

— Трудно сказать… Хотите, принесу для сравнения? Я их выкидываю, но последняя еще должна лежать в мусорке.

— Буду благодарен. Сможете поскорее?

Я кивнула.

— Того, кто это сделал, не засняли камеры? — Хису забрал у меня записку и вперился взглядом в иероглифы.

Детектив Пак вздохнул.

— Засняли. Высокий человек в черном с закрытым лицом — вот и все приметы. Камеры там не лучшего качества.

— И Мун Ищик уже был в квартире, когда этот человек появился? — Хису подозрительно сощурил глаза.

Детектив Пак хмыкнул с оттенком уважения.

— Был, это мы проверили. Он не сам себе дверь измазал.

Услышанное с одной стороны успокаивало, а с другой — добавляло беспокойств. Меня радовало, что я не ошиблась в Мун Ищике и тот, несмотря на бурный нрав, не оказался жутким сталкером. С другой стороны, тот человек все еще ходил на свободе… И его методы становились все более и более изощренными.

После того, как я ответила еще на несколько вопросов, детектив нас отпустил — с обещанием как можно скорее принести записку. Стоило выйти из полицейского участка, как мы наткнулась на Ли Щивона и Мун Ищика. Как выяснилось, они тоже только что закончили с дачей показаний. Судя по поведению, произошедшее сблизило недавних спорщиков — они больше не смотрели на друг друга волком и общались и вполне дружелюбно.

— Сталкер, ха? — невесело усмехнулся Ли Щивон. — Вот и издержки популярности, Ким Раон. Жуть та ещё, если серьёзно.

— С тобой все будет в порядке? — обеспокоенно спросил Мун Ищик.

Я неуверенно пожала плечами.

— Надеюсь, полиция его найдёт.

— Кстати, о этом, — вмешался в разговор Ли Хису. — Вы не заметили вчера в баре ничего подозрительного? Или кого-то?

При мысли о том, что подразумевал вопрос Хису, я похолодела. Сталкер знал о драке парней, а значит, с большой долей вероятности был вчера в баре. Как он там оказался? Следил за мной?

При мысли о слежке я тут же невольно завертела головой по сторонам.

— Детектив тоже спрашивал, но мы ничего не заметили. Прости.

Мун Ищик выглядел искренне сожалеющим, что не смог помочь. Я поспешила его успокоить:

— Это вы меня простите. Я обязательно оплачу ремонт дверей. Подождёте немного?

— Глупости! — Ли Щивон и Мун Ищик синхронно покачали головами. — Пусть этот придурок платит, когда его найдут. Ты, Раон, ни в чем не виновата.

На этом мы с ребятами расстались. Они отправились приводить в порядок двери, а я поехала домой на поиски записки. По пути Хису настоял, чтобы мы зашли в магазин электроники и купили камеру. Он сам заплатил на кассе, не слушая возражений.

— И не нужно ничего возвращать, Ким Раон, — добавил Хису, прежде чем я успела вставить слово. — Считай, что я плачу за собственное спокойствие.

Вопреки смутному опасению, с дверью моей квартиры все было нормально, и даже постоянный букет не торчал из дверной ручки. Смущаясь, я пригласила друга внутрь. Квартира была скромной, на грани бедности, и, кроме Наын, друзей я сюда никогда не приглашала. К счастью, Хису ничем не выдал удивления, даже если и испытал что-то подобное.

— Хочешь чаю? Или кофе? У меня, правда, только растворимый… — засуетилась я, как заправская хозяйка.

— Давай лучше сначала найдем записку.

Ли Хису сегодня отвечал за голос разума. Смущаясь, я открыла мусорное ведро. К счастью, записка лежала прямо сверху: копаться в мусоре на глазах у друга не слишком-то хотелось.

Дрожащими руками я развернула бумагу. От обилия иероглифов в глазах зарябило.

Дорогая Раон!

Сегодня мне грустно: я понял, что наши отношения могут значить для тебя не то, что они значат для меня. Иначе как объяснить, что ты окружаешь себя такими людьми? Приближаешь к себе других парней, а они ведь недостойны даже твоего пальца. Неужели ты так тщеславна?

Раон, я понимаю, что это неизбежно: ты актриса и всегда будешь привлекать внимание со сцены. В конце концов, именно там я тебя и увидел. Ты была прекрасна, Раон, и я сразу понял, ты — такая единственная. Но при мысли, что на тебя смотрели и другие… эти жалкие, невежественные парни с их грязными мыслишками… При одной лишь мысли об этом, Раон, мне хочется спрятать тебя от мира.

В конце концов, разве цель любой актрисы — не найти поклонников? Но ты уже нашла почитателя, Раон, самого лучшего, самого преданного. А если цель достигнута — не пора ли остановиться? У тебя есть я, Ким Раон, играй только для меня, и я положу к твоим ногам все цветы мира. Ты же знаешь, я серьёзно. Я огражу тебя от любых невзгод и неурядиц. Просто положись на меня, и ты ни в чем не будешь нуждаться.

Надеюсь, ты воспримешь мои слова серьезно, Раон-а. Оставь этот глупый спектакль. Твоя игра должна принадлежать только тем, кто этого по-настоящему заслуживает.

Глава 6

Десять лет назад

С того дня букеты прекратились — как отрезало. Возможно, сыграла роль камера, которую Ли Хису всё-таки установил над дверью, но что-то подсказывало, что причина глубже. Похоже, сталкер приревновал к заступничеству Мун Ищика — другого объяснения бреду про единственного достойного поклонника у меня не было.

Но больше всего в записке пугало другое: просьба, вернее требование оставить спектакль. При одной мысли, что этот человек указывал мне, что делать, внутри поднималась волна негодования. Что этот сумасшедший о себе возомнил? Я ни при каких обстоятельствах не собиралась уходить со сцены.

«Us», с которыми я поделилась содержанием записки, разделяли возмущение. Больше всего негодовала Пак Йечжу, воспринявшая слова сталкера как личное оскорбление.

— Кто, он думает, он такой? — Йечжу даже покраснела от злости. — Не могу поверить. Ким Раон, ты ведь не собираешься его слушаться? Премьера через две недели!

— Конечно нет. Даже не думай.

— Но это может опасно, — вмешался в разговор Квон Мингю. — В Америке была история. Один мужчина преследовал актрису и, чтобы привлечь ее внимание, выстрелил в президента.[6]

— Квон Мингю, не каркай! — вскинулась Йечжу. — Ким Раон и так плохо!

Помощник режиссёра больше ничего не сказал, но атмосфера, и без того невеселая, была безнадежно испорчена. Репетиция тоже прошла без энтузиазма — но Пак Йечжу не стала ругаться. Ей самой было трудно сосредоточиться.

Слова Квон Мингю, однако, имели далеко идущие последствия. Удивительно, но больше всего они повлияли не на меня, а на совершенно неожиданного человека.

Ли Хису.

— Мингю-сонбэ прав, — заговорил он, едва Пак Йечжу объявила перерыв на обед. — Это может быть по-настоящему опасно. Заметила, как меняется постепенно его тон? Он становится все более и более требовательным. И выходит за рамки простого восхищения.

— Но что мы можем сделать? — Наын выглядела не менее взволнованной. — Полиция про нас как будто забыла.

— Полиция полицией, всегда можно что-то придумать. Не отпускать Раон одну, например. Раон, с сегодняшнего дня я буду везде тебя сопровождать.

— Что? — от удивления у меня открылся рот. — Хису, это уже чересчур…

— Не чересчур, — отрезал парень решительно. Куда только делся мягкий, дружелюбный Ли Хису? В последнее время он почти не улыбался…

— Что, если на тебя нападут? Во сколько ты возвращаешься домой после подработки? Случись что, никто даже не услышит.

Я прикусила язык. Хису был прав: я и без того с опаской ходила ночью по своему району. Единственное — казалось неловким так напрягать друга. Мы познакомились пару месяцев назад, а я уже вешала на его шею такое бремя.

Словно почувствовав мои сомнения, Хису добавил:

— И не думай даже смущаться. Мне все равно нечем заняться, кроме спектакля. На самом деле, будет даже полезно побольше двигаться.

Возражать дальше было невежливо, и я согласилась на предложение. Меня немного беспокоило, как отреагирует нам это Наын — в последнее время ребята сильно сблизились, — но подруга горячо поддержала Хису, и сердце успокоилось.

На этот перерыв закончился, и мы вернулись к репетиции. После обеда, когда все немного расслабились, дело пошло более споро. По окончании прогона Пак Йечжу выглядела довольной, да мы и сами чувствовали, что справляемся лучше и лучше.

Как и обещал, Ли Хису проводил меня до подработки. Это был небольшой ресторанчик в туристическом районе, где я последние пару лет подрабатывала официанткой.

Несмотря на возражения, Хису настоял, что подождет, пока закончится смена, и устроился за столиком в уединенном углу. Снова стало неловко — заставлять его ждать четыре часа! — но партнер по спектаклю был непреклонен.

— Удачной работы, Ким Раон, — пожелал он с улыбкой и уткнулся в ноутбук. Времени спорить уже не оставалось, и я поспешила в раздевалку.

Вечер в ресторане всегда привлекал много народа — и туристам, и местным жителям нравились еда и атмосфера. К счастью, руководство не экономило на персонале, и официантам не приходилось сбиваться с ног, обслуживая посетителей. Прохлаждаться, однако, тоже не приходилось — мы сполна отрабатывали зарплату и чаевые.

Сегодняшний день тоже заставил персонал попотеть, но это не мешало мне постоянно следить взглядом за Хису. Освещенный мягким вечерним светом, в очках для чтения, он выглядел как герой фильма — невозможно не залюбоваться. Я старалась не попадаться ему на глаза, чтобы не позорить себя, но все усилия оказались тщетными. К счастью, внимательным оказался не сам Хису, а моя коллега — официантка Шин Мичжу.

— Это что, твой парень? — возбужденно зашептала она мне на ухо, поймав во время короткого перерыва. — Какой симпатичный. Тебе так повезло, Ким Раон!

В панике я замахала руками.

— Он не мой парень, Мичжу! Просто друг.

— Ага, вижу я, какой там друг. Ты на него та-а-а-ак смотришь… Или он что, не свободен?

Я немного подумала перед ответом.

— Ну, не совсем. У него пока нет девушки, но…

— Значит, можно приударить?

— Нет!

Шин Мичжу расхохоталась. Она была старше меня на несколько лет и куда более искушенной в делах любовных.

— Если он тебе нравится, не теряйся, Ким Раон. Живем один раз. А красавчики на дороге не валяются.

В этот момент Шин Мичжу позвали в зал, и неловкий разговор закончился. Я прижала ладони к пылающим щекам. Слова Мичжу разбудили внутри ненужные мысли.

Чтобы очистить голову от глупостей, я вернулась к работе, не дожидаясь конца перерыва. В ресторане как раз добавилось посетителей, и меня отправили к последнему занятому столику.

Подойдя к назначенному столу, я вздрогнула. Клиент, мужчина средних лет, держал в руках букет цветов.

В ушах зашумело, а в глазах замелькали черные мушки. Я видела, как клиент открывает рот, но ни слова не услышала. Только через несколько секунд туман немного рассеялся.

— …вазу.

— Что, простите?

— Не могли бы вы принести вазу? Моя спутница еще не пришла. Не хотелось бы, чтобы цветы завяли.

Мужчина не выглядел раздраженным моей непонятливостью. Я поклонилась.

— Прошу прощения. Принесу незамедлительно.

Вазу я принесла быстро, но, когда опускала цветы в воду, руки немного дрожали. Букет подозрительно напоминал творения сталкера: ярко-красные розы, завязанные в плотный узел. Усилием воли я напомнила себе, что это одно из самых популярных сочетаний. Подобные букеты имелись в любом цветочном.

Самовнушение помогло слабо — из-за слабости в руках я чуть не опрокинула вазу. Пришлось снова извиняться за неловкость.

— Ничего страшного, — уверил клиент. — Вы, наверное, недавно работаете? Не волнуйтесь, примите заказ. Можете что-то из меню посоветовать?

Я не стала исправлять доброго мужчину и говорить, что работаю в ресторане уже второй год — сейчас это был не повод для гордости. Вместо этого я начала перечислять блюда дня и рекомендации шефа. Даже со стороны мой голос звучал механически. Коллеги начали оглядываться.

— Всё хорошо? — спросила Шин Мичжу, когда я приняла заказ и вернулась на кухню. — Ты как-то побледнела. Клиент достает?

Я покачала головой. Мужчина потратил немало времени, определяясь с заказом, но меня это не раздражало. Чувствовалось, что он сильно волнуется перед свиданием и не хочет оплошать. Пришлось перечислить почти все меню, прежде чем он сделал стандартный выбор: вино и пасту.

— Да нет, все нормально.

— Уверена? Выглядит он крипово. Думаешь, правда свидание?

Шин Мичжу была известной сплетницей и обожала обсуждать клиентов. Даже в обычных обстоятельствах я старалась избегать ее компании, а сегодня и подавно.

— Не знаю?.. Извини, мне пора идти.

Однако после слов Мичжу я невольно обратила внимание на клиента с букетом. Мужчина был одет в костюм слегка не по размеру, из-за чего ткань во многих местах топорщилась. Его стрижку тоже как будто делали дома, и длина волос местами отличалась. В целом вся атмосфера вокруг клиента была немного странноватой. Он постоянно ёрзал на стуле, вертел в разные стороны салфетку, то брал, то клал на место приборы. Я понимала, почему Мичжу о нем так отзывалась.

Народ в ресторан все прибывал, и на некоторое время я забыла про странного клиента. Наконец кухня отдала его заказ, и я понесла пасту за столик. Спутница гостя так и не появилась.

— Стоит ли вернуть вторую пасту пока на кухню? Чтобы не остыла?

Я старалась, чтобы в голосе не звучало жалости. Клиент задумался.

— Нет, не стоит, — он слабо улыбнулся. — Моя спутница скоро будет.

Возвращаясь на кухню, я видела, как он набирает что-то в телефоне. Но ни через несколько минут, ни через полчаса, ни через час — спутница мужчины так и не появилась.

Нетронутая паста давно остыла, а на мужчину начали коситься другие посетители. В конце концов, менеджер ресторана велел мне аккуратно поинтересоваться, как долго господин собирается занимать столик.

— Люди ждут в очереди, а мне некуда посадить. Если не будет есть, пусть освободит место.

За спинами клиентов менеджер нередко позволял себе грубости: сказывалась нервная работа. Мне не слишком понравилась его просьба, но делать было нечего. Пришлось подчиняться. Но я, конечно, не могла выгнать клиента в лоб, и зашла издалека:

— Шеф просит уточнить — вам понравились блюда?

— А, конечно, спасибо. Все очень вкусно… — выдавил мужчина вместе с нервной улыбкой. Тарелка перед ним была почти нетронутой.

— Может, ещё что-то принести? Могу посоветовать отличные десерты.

— Возможно, позднее.

На другом конце зала менеджер жестами велел мне поторопиться. За его спиной маячила целая очередь.

Я собралась с духом.

— Прошу прощения за просьбу, но, если ваша спутница не придет, могу я пересадить вас за барную стойку? У нас сегодня полная посадка, и столов не хватает для всех желающих. Разумеется, с нас бесплатные коктейли.

Последнее было моей собственной инициативой — при виде брошенного мужчины сердце сжималось от жалости. Тот, однако, замотал головой отчаянно:

— Она скоро придёт! Обещаю! Уже совсем скоро!

Я в растерянности оглянулась на менеджера. Тот округлил глаза с сердитым выражением.

— Уверены?

Мужчина сжался, как лопнувший воздушный шарик.

— Это так очевидно?

— Вы уже полтора часа ждёте. Не похоже на простое опоздание.

Мужчина со вздохом запустив пальцы в растрепанные волосы.

— Как стыдно…

— Ничего страшного! Такое постоянно происходит.

Я слегка покривила душой, но мужчина немного приободрился.

— А, может, вы со мной посидите? Так не хочется пересаживаться в бар…

— Эм-м-м… — такое предложение поступило впервые, и на секунду я растерялась, что делать. — Простите, это запрещено. Кроме того, мне нужно закончить смену. Давайте провожу вас к бару, пожалуйста.

— А когда у вас заканчивается смена?

На лице мужчины появилось детское, капризное выражение — словно отобрали любимую игрушку. Разговор быстро переставал быть комфортным.

— Нам запрещено сообщать это клиентам.

На автомате я соврала — в конце концов, мужчина первым переступил границу уместности. Тот разгадал хитрость, потому что его лицо сморщилось.

— Уверена, вы отлично проведёте время в баре, — я попыталась смягчить резкие слова, но мужчина уже обиделся. Он молча встал из-за стола и, не дожидаясь меня, пошёл к барной стойке. Даже спина его выражала крайнюю степень возмущения. При виде этой картины менеджер показал мне большой палец. Я глубоко вздохнула.

Сообщив бармену о бесплатных коктейлях, я на время потеряла из виду незадачливого клиента. Гости продолжали наводнять ресторан, и приходилось вертеться юлой, чтобы обслужить всех по высшему разряду. Глазеть на Хису времени тоже не оставалось, но я видела, что он спокойно сидит на своём месте. Немного беспокоило, не велят ли пересадить в бар и одинокого Хису, но, видимо, он заказывал достаточно, чтобы менеджер не решался его беспокоить. Воистину, великая сила денег.

Постепенно смена подходила к концу. Заканчивая с последними заказами, я уже валилась с ног от усталости. Оставалось сделать совсем немного: рассчитать нескольких гостей и вынести мусор. Сегодня последнее было моей обязанностью.

Попрощавшись с гостями, я скрылась за дверью для персонала, сгребла мусорные мешки и потащила на задний двор, где складировались отходы. Выкинув мешки в бак, я замерла на пару мгновений перевести дух. Вечерний воздух приятно холодил разгоряченное тело.

На какое-то время я потеряла счёт времени. Из оцепенения вывел хлопок задней двери ресторана.

— Шин Мичжу?

Я обернулась, но увидела не коллегу.

У дверей ресторана стоял тот самый гость — и держал в руках букет ярко-красных роз.

— Ким Раон… — позвал он тихо. Глаза мужчины закрывала длинная челка, и я не могла разобрать выражения.

По спине пробежал холодок. Откуда он знал моё имя?

— Почему ты не захотела со мной посидеть? Разве я невежливо просил? Или я для тебя недостаточно хорош? Почему меня все отвергают, Ким Раон? А ведь ты такая красивая… как актриса…

Бормоча, мужчина все ближе и ближе подходил ко мне. Я попятилась назад, пока не налетела спиной на край мусорного бака.

— Не подходите… — прошептала я. От испуга голос сел. Еле слышный сип — это все, что я могла из себя выжать.

— Почему, Ким Раон, почему?

Мужчина все приближался, но от страха тело отказывалась двигаться. Запах цветов в его руках смешался с отвратительной вонью от алкоголя.

— Я тебе не понравился? Это из-за моего лица? Или потому, что у меня нет денег? Но могла хотя бы принять розы! Посмотри, какие красивые! Посмотри, посмотри, Ким Раон!

Мужчина практически ткнул букетом мне в лицо. Теперь я могла видеть его глаза — мутные, покрасневшие. Паника волной затопила сознание.

— Ну же, ну же, возьми!

К глазам подступили слезы — хотелось разрыдаться прямо на месте.

— Не трогайте… Отойдите…

— Ну же, Ким Раон, ну же!

Я сжалась в комок у мусорного бака. В голове мутнело. Хотелось только одного — чтобы это закончилось.

И в этот момент…

— КИМ РАОН!

Дверь ресторана распахнулась.

Глава 7

Десять лет назад

Я рыдала в объятиях Ли Хису, как не рыдала уже давно — наверное, с момента аварии родителей. Слезы текли рекой и не думали прекращаться. В голове не осталось ни одной мысли: ни о том, что это неуместно, ни о том, каким некрасивым стало мое лицо. Страх, усталость и боль — все выплеснулось в этих слезах.

— Все хорошо, Ким Раон, все хорошо.

Ли Хису гладил меня по спине, не выражая ни малейшего недовольства по поводу мокрой рубашки или неловкости ситуации. Я прижалась ещё сильнее. Казалось, он единственный во всём мире мог меня защитить.

Когда гость с цветами — как выяснилось позже, его звали Ан Чонхо, — зажал меня в тёмном переулке, именно Ли Хису первым поднял панику. Не дождавшись моего возвращения, он отправился на поиски и довольно быстро нашел нас на заднем дворе. Пока я тряслась от страха, он оттащил Ан Чонхо, который и так едва держался на ногах. Другие официанты скрутили гостя, а я бросилась на шею спасителю.

В себя я пришла только в комнате отдыха. Но не окончательно — тело продолжали сотрясать рыдания, мешая связно говорить и думать. Прошло немало времени, прежде чем слезы начали высыхать.

— Уже лучше? Хочешь воды? — заботливо спросил Хису. Мысленно сопротивляясь, я отстранилась от него и вытерла руками лицо. Не дождавшись ответа, Хису просто протянул бутылку с минералкой.

В этот момент в дверь постучали. Я вздрогнула.

— Можно?

Это оказался уже знакомый нам детектив Пак.

— Как-то часто мы стали видеться, госпожа Ким, — беззлобно заметил детектив Пак. Он пододвинул себе стул и сел напротив нас с Хису. — Готовы поговорить? Не хочу тащить вас в участок.

Поколебавшись, я кивнула.

— Расскажите, что произошло.

Запинаясь и всхлипывая, я поведала о событиях вечера.

— Как вы думаете, это он? Ну, сталкер?

Это был самый важный вопрос. Неужели таинственный поклонник наконец обрёл имя и лицо? Но детектив Пак не дал определенного ответа.

— Не знаю, госпожа Ким, не знаю… Нам удалось связаться с девушкой, с которой он должен был встретиться сегодня. Она реальна, и у них действительно планировалось свидание. Пока дама не решила его продинамить.

— Но он знал моё имя!

— Ан Чонхо утверждает, что спросил его у ваших коллег, и они это подтверждают.

— А что с букетом?

— Совпадение, полагаю?

Я растерянно посмотрела на Хису. Неужели Ан Чонхо действительно не был сталкером? Не слишком ли много для этого было совпадений?

Хису словно почувствовал мои сомнения:

— А что по поводу вечера, когда испортили двери Мун Ищику и Ли Щивону? У него есть алиби?

Детектив Пак понимающе усмехнулся.

— Есть.

— Достоверное?

Полицейский пожал плечами.

— Звучит достоверно, по крайней мере. Проверить невозможно — у меня связаны руки. Сегодня он по большому счету ничего не сделал — напугал только. Можете попробовать предъявить обвинения, но вряд ли выйдет что-то путное.

Накатило чувство бессилия. Разумеется, никаких обвинений предъявлять я не собиралась — смысл тратить время? Ан Чонхо все равно бы отпустили.

На этой невеселой ноте мы расстались с детективом Паком, у которого и без нас хватало дел в полицейском участке. Напоследок он наказал мне быть осторожнее и по возможности никуда не ходить в одиночку.

— Никогда не знаешь, что придёт в голову сумасшедшему, — добавил он пессимистично.

Из-за происшествия и вмешательства полиции ресторан пришлось закрыть пораньше, и, когда я пошла переодеваться, в раздевалке уже никого не было. На обратном пути мне встретился менеджер — единственный, кто еще оставался в заведении. Хотя коллега никак не выразил недовольства, в том, как он держал себя, отчетливо чувствовалось напряжение.

Менеджер убедился, что у меня все в порядке, и велел взять несколько дней отдыха. Предложение было щедрым, но что-то подсказывало, что за ним последует увольнение. Кому нужна официантка, лишающая заведение прибыли? Менеджер наверняка слышал историю о сталкере и понимал, что мои проблемы еще не закончены.

— Не переживай, — попытался успокоить меня Ли Хису, когда я поделилась опасениями. — Скоро премьера, на подработку и так не будет времени. А потом гонорар выплатят.

Это соображение немного утешило, но, стоило выйти на улицу, как настроение упало снова. Полутемная улица напомнила о произошедшем.

— Слушай… — начал Хису неуверенно — необычное для него состояние. — Не подумай ничего странного, пожалуйста. Если честно, мне страшно отпускать тебя сегодня домой. Если Ан Чонхо всё же сталкер, неизвестно, что он сделает по пьяни. Если нет — все равно опасно. Может, переночуешь у меня? В квартире есть гостевая спальня. Клянусь, я не затеял ничего странного!

Хису покраснел как помидор, и вслед за ним я тоже зарделась. Следом за смущением меня на мгновение охватила растерянность.

— Эм-м-м, даже не знаю…

Честно говоря, мне тоже не хотелось возвращаться домой. При одной мысли, что в двери может ждать букет цветов, скручивало внутренности.

Логичнее, конечно, было пойти ночевать к Наын. Но подруга жила с родителями, и я сильно сомневалась, что они оценят неожиданную гостью, еще и так поздно. Другой вариант — отель, но приличное место требовало больших денег. Как ни крути, предложение Хису было самым реалистичным.