Отношения

— Не может быть. Либо они были настолько завуалированными, что ты их не осознала. Либо на тот момент они не казались тебе настолько не важными, что ты их не запомнила. Либо ты неосознанно прячешь их от себя в самых далеких комнатах своей памяти, потому что они для тебя болезненны. Я вижу такие варианты. Я предполагаю, я не знаю.

— Как узнать? Я не понимаю, как это нужно делать.

— Наверное, если все так запутано, лучше обратится к профессионалу.

— К кому?

— К психологу или даже к психотерапевту, если выяснится, что у тебя есть какая-то травма и связанное с ней невротическое расстройство.

— Так не хочется этим заниматься. Это же потребует времени во всех смыслах: и время на встречи с психологом, и на обдумывание того, что мы с психологом выясним, и в целом этому надо посвятить какой-то промежуток времени: месяц или больше.

— Или значительно больше. Скорость обнаружения ответов на твои вопросы зависит от того, насколько запутано все в твоих мыслях и чувствах, и от того, что именно вы обнаружите в процессе общения. Возможно, вы обнаружите сложную травму. Тогда ещё потребуется какое-то время на её проработку.

— О, ещё и это! Зачем её прорабатывать?

— Психика устроена так же, как и тело. Если у тебя сильный мышечный зажим, то он болит, можно перестать его замечать, он перейдёт в хроническую стадию и будет болеть всегда, и вылечить его уже будет невозможно, и его болезнь повлияет и на другие органы, и это приведёт к перекосу всей системы в целом.

— А если у меня не было серьёзных психических травм?

— А как ты определяешь, какая травма серьёзная? Травма может быть несерьёзной, но нести серьёзные последствия. Кроме того, у всех исходные генетические данные разные, у одних — крепче, у других — слабее, как относительно физических, так и относительно психических характеристик. Для кого-то эта травма не отразилась бы на здоровье, а для кого-то оказалась тяжёлой. В телесном примере: ты подвернула левую ногу, вытянула связки, они оказались от природы слабыми, ты не уделила травме внимание и не лечила ее, решив, что само собой как-нибудь пройдёт, без твоей помощи связки долго восстанавливались, за это время ты привыкла на левую ногу наступать аккуратнее, чем на правую, эта привычка осталась с тобой на много лет, в итоге привела к спазму мышцы правого бедра, потому что большая нагрузка при ходьбе приходилась на правую ногу, мышца правого бедра спазмировалась, укоротилась и начала перетягивать на себя правую тазобедренную кость, в результате чего перекосился позвоночник, и появилась грыжа позвоночника, и острая боль в спине, а началось все с того, что ты не проработала, не вылечила травму в связках. В психическом примере: тебя предала подруга, ты стала острожной, и, вместо того, чтобы проработать, прожить эту травму, ты о ней забываешь, но при этом неосознанно делаешь вывод, что людям лучше не доверять. Ты осторожничаешь, отдаляешься и от других подруг, потом это распространяется и на мужчин, и на всех окружающих, и вот ты уже сидишь одна без каких бы то ни было отношений, и не понимаешь, как это произошло. А всего-то нужно было не загонять эту ситуацию, этот психический зажим в долгосрочную память, а прогоревать предательство, разложить ситуацию на детали, и сделать вывод относительно одной конкретной подруги, а не всех людей в целом.

— Хорошо, допустим. Как прорабатывать травму?

— Есть несколько вариантов. Можно идти непосредственно в психическую травму при помощи психоанализа и постепенно углубляясь в больное место, работать с ним, и выходить из пост-травматического состояния, Как, например, с мышечным зажимом можно работать при помощи глубокого массажа хронически воспалённой мышцы, постепенно погружаясь в мышцу и ослабляя спазм. Сначала будет больно, но постепенно мышца расслабится, вытянется и перестанет перекашивать работу всей системы организма. На примере с подругой это будет так: ты расскажешь психотерапевту, что тебя беспокоит проблема боязни сближения или одиночества, психолог раскопает эту травму предательства, ты проживёшь свои забытые эмоции, сделаешь адекватные выводы из травмирующей ситуации в сотрудничестве с психологом, и эта ситуации перестанет быть болезненной и негативно влиять на твою жизнь.

— А вдруг мне будет так больно, что я не смогу вытерпеть эту боль?

— В телесном примере: если зажим-травма слишком болезненна, и ты пока не готова её трогать, то можно для снятия зажима использовать лечебную физкультуру, для того, чтобы при помощи упражнений и нагрузок перераспределить напряжение мышц по всему телу так, чтобы нагрузка на больную мышцу снизилась, а потом, когда воспаление мышцы пройдёт, и она станет менее болезненной, возможно, ты захочешь поработать уже непосредственно с ней, а, может быть, она к этому моменту благодаря упражнениям вытянется и совсем перестанет болеть. В психическом примере: если ты боишься и выбираешь вариант не погружаться непосредственно в травму или не готова долго искать в своём прошлом причины ее появления, то можно использовать когнитивно-поведенческую терапию. На примере с боязнью сближения или с одиночеством: психолог будет тебе задания, чтобы практиковать сближение с людьми, ты будешь их выполнять в реальной жизни, со временем удостоверишься, что не все люди предают, и разрешишь себе доверять людям, и выстроишь здоровые отношения с другими людьми, таким образом травма вылечится в процессе когнитивно-поведенческой терапии без погружения в неё. Можно комбинировать и одновременно использовать оба метода.

— Как все долго и сложно…

— Можно оставить всё так, как есть сейчас, и не понимать, чего хочешь на самом деле, и идти наугад, ругаясь со всеми сама не зная почему, не понимая, чего хочешь на самом деле. Можно попытаться самостоятельно распутать клубок своих мыслей и чувств, но это довольно сложно, и, вероятнее всего, дольше. Это как сидеть в доме, который никогда не видела снаружи, и, зная только его внутреннюю отделку, пытаться, глядя из окна, описать как дом выглядит снаружи. Ты ведь видишь только внутренние процессы, а хороший психолог наблюдает и за внешними: рассказывая о чем-то пугающем ты расширяешь глаза и начинаешь говорить тише, о чём-то раздражающем — стучишь по столу и повышаешь голос, о неприятном — отодвигаешь предметы и кривишь рот. Снаружи легче и быстрее, да и объективнее: вы вдвоём сопоставляете внешнюю и внутреннюю картинку, и находите несоответствие. Когда участвуют два мнения, возникает меньше когнитивных искажений. К тому же, психолог видит больную точку и направляет в нее, а психика увиливает от больных точек. Я не смогла самостоятельно, поэтому и пошла к психологу. Полгода наших встреч, и я уже немного ориентируюсь в своих чувствах. Правда, есть побочный эффект: когда я понимаю, чего я хочу на самом деле, мне приходится вносить изменения в свою жизнь и отказываться от тех людей и тех событий, которые появились в моей жизни от непонимания себя и теперь мешают мне жить полно.

— Вот об этом я сейчас и думаю. Вдруг я выясню, что хочу семью, а Сергей не хочет, мне придётся закончить с ним отношения, а он мне так дорог. Я не смогу с ним расстаться.

— А вдруг он хочет? Может быть, он в Диснейленде тебе предложение хочет сделать?

— Ой, мамочки, я и об этом не подумала тоже.

— А ты не хочешь? Тогда ты родишь ребёнка, не имея желания и готовности?

— Я не знаю. Всё сложнее и сложнее с каждой минутой. Может быть, оставить всё как есть? Плыть по течению, как раньше плыла. Нормально вроде бы доплыла. Мне все нравится.

— Это тоже выбор. Каждый выбирает, что ему больше откликается. Я, как только поняла для чего нужна работа с психологом, сразу захотела попробовать, и мне понравилось. У тебя не возникло отклика и желания. Возможно, ты ещё не созрела для самокопания с помощью профессионала, или это в принципе не твой вариант, и ты со временем сможешь разобраться сама и выстроить линию жизни, или будешь ориентироваться на свои импульсы и чувства ситуативно. Каждому — своё, никто не знает, как правильно. Да и нет никакого правильно.

— А ты думала над тем, почему поколение наших бабушек и родителей не обращались к психологам и нормально справлялись?

— Темп жизни и уровень стрессов были меньше. К тому же, не все справлялись: кто-то сходил с ума; кто-то не умел выдерживать эмоции и становился медленным самоубийцей — алкоголиком или наркоманом, а кто-то единомоментно заканчивал жизнь самоубийством; кто-то не умел экологично выражать эмоции, копил их и срывался истериками на близких, ломая их психику и отношения с ними; кто-то подавлял эмоции и доводил себя до психических или физических болезней. Безусловно, есть люди, у которых генетически крепкая нервная система. Гены, вообще имеют решающее значение: кому-то крепкому от природы ничего не приходится делать, и можно даже всячески экспериментировать над телом и психикой, а кому-то приходится прилагать неимоверные усилия для того, чтобы хотя бы поддерживать здоровье на нормальном уровне. Так вот, естественным образом получившиеся от генов или от воспитания психически здоровые счастливчики имеют гибкую нервную систему, встроенные или приобретённые, осознанные или неосознаваемые навыки саморегуляции или самоанализа, но таких — единицы, в основном у людей нестабильная психика.

— Пожалуй, да. Иначе не было бы так много разрушенных семей, общего напряжения и непонимания между людьми, конфликтов, всевозможных болезней, фобий.

— Наверное, да.

— Спасибо тебе за разговор.

— Только, есть ощущение, что я тебе не помогла, а ещё больше запутала.

— Да, только хуже сделала. Зачем я пришла к тебе? Шучу. Спасибо. Буду думать, что делать. Извинюсь перед Серёжей. Если он, конечно, ещё не собрал чемодан со своими вещами, по-тихому, пользуясь моим отсутствием, и не уехал жить к родителям. Ладно, поеду домой, может быть, ещё успею его перехватить и заставить выслушать. Только вот что я ему скажу? Скажу, что я ничего не знаю?

— Расскажи всё, как есть. Может быть, он тоже будет откровенным и вы открыто выясните кто чего хочет в ваших отношениях. Или не будет откровенным. Во всяком случае, после твоего честного рассказа он поймёт, почему ты так себя вела. Или не рассказывай ничего, пока сама не поймёшь в чем причина твоего беспокойства. Решай сама, какой вариант тебе ближе.

— Я не знаю. Надо подумать.

— Нет, надо не подумать, а почувствовать. Вот приблизительно так и происходит общение с психологом: тебе показывают варианты развития событий и оставляют тебя с этим выбором наедине до следующей сессии.

— Так может быть, я буду ходить к тебе с вином и мы будем разбирать проблемы друг друга? Это я сегодня без вина приехала, потому что за рулём.

— Учитывая количество проблем, которые нужно разобрать, мы сопьёмся.

— С пирожными.

— Разжиреем.

— С травяным чаем.

— Договорились. С травяным чаем, без алкоголя, без пирожных и без необходимых компетенций в психологии.

— В принципе, это можно и самостоятельно изучить, но для меня это настолько неинтересная тема, что я совсем не готова тратить на это время.

— Да, ты либо тратишь время, чтобы разобраться самостоятельно, либо тратишь деньги на того, кто уже потратил время, чтобы в этом разобраться.

— Либо продолжаю жить интуитивно, по наитию, как раньше жила. Пойду, мне пора.

— Напиши, когда поговоришь с Сергеем.

— Конечно, напишу.

Настя обняла Юлю и, грустная и задумчивая, вышла из квартиры.

РАЗНЫЕ

Алина читала рабочую почту, нервно стуча по клавиатуре, удаляя ненужное и помечая важное в почтовом ящике, одновременно думая о муже после свежей ссоры с ним: «Нет, это просто невыносимо, что он такой дурачок! Он никогда не начнёт зарабатывать. Он просто не понимает, как это делать, хотя менеджер по образованию, так же, как и я! Мы вместе учились, я научилась, а он, почему-то, нет, хотя успеваемость одинаковая была. Но как можно это не понимать! Ладно, если не понимаешь, то просто делай то, что все делают, и будут результаты. Не нравится ему, что надо много работать и мало отдыхать. Жизнь, видите ли, не получится жить, если так много работать! А мы на работе что, не живём что ли? Мы же общаемся с коллегами, с партнерами, разговариваем, смеёмся, реализовываем свой профессиональный потенциал, цели ставим, проекты воплощаем в жизнь. Это что, не жизнь? Зато на приличный отдых зарабатываем, а он готов просто в ближайший лес ездить, птиц слушать и в мяч играть, нормальным отдыхом это считает. Детям тоже нравится, конечно, но они ещё маленькие, ничего не понимают, им не с чем сравнить, а мне есть с чем, я всё понимаю. Все, значит, в другие страны летают, а мы, значит, должны в наших лесах отдыхать. Стресс у него, видите ли, от путешествий. Уставать он, видите ли, будет сильно в таких путешествиях. Вообще, слишком большое значение он придаёт усталости. Его смущает, что будет накапливаться усталость, если он будет полный рабочий день работать. Конечно, куда лучше сделать массаж клиенту и провести цигун раз в день. Так, конечно, не устанешь, но и не заработаешь. Все, кто работает, устают. Отдыхают по выходным, если получится, и в отпуске. К тому же, он, видите ли, не может заставлять себя быть в быстром темпе всегда. Видите ли, ему это не подходит. Можно подумать, что другим подходит! Просто заставь себя и всё, как все заставляют! Что в этом сложного?! Вот я не могу решить проблемы со здоровьем, это действительно сложно, сама я, конечно, понять не смогу, что происходит, у меня нет медицинского образования, а медики никак не разберутся, что со мной. Этот муж невнятный ещё со своими глупыми советами — „это от стресса, просто научись отдыхать и расслабляться“. А я не устала и не напряжена! Просто у всех с возрастом начинаются проблемы со здоровьем, это естественно и закономерно! Не хочу об этом думать! Что-то голова что ли разболелась, не пойму… Всё равно я его заставлю нормально работать! Судя по его сегодняшнему виду, он уже готов сдаться. Кажется, ещё пара таких ссор, и он сломается».