Когда мы счастливы, мы танцуем

Инна бросила на нее злой взгляд и тут же нежно улыбнулась генеральному:

— Вы обещали отвезти меня сегодня в необыкновенное место. Пойдемте же скорее.

Вадим Георгиевич нехотя перевел взгляд на Инну. “Сучка крашеная! Думает, что захомутала. Видали мы таких”, — подумал в раздражении и направился к выходу с висящей на его локте Инной.

Глава 10.

С утра Инна позвонила Юльке и сообщила, что не придет на работу — заболела, о чем просила передать Вадиму, когда та пойдет к нему на назначенную встречу. “Как же, заболела, -— подумала девушка. –— Эта ее болезнь не более, чем обычная женская уловка”.

— И не вздумай там перед ним вертеть хвостом. Он мой! — добавила Инна.

— Больно он мне нужен! Тоже мне —сокровище! — возмутилась Юлька.

— Мне он тоже не так чтобы очень нужен, но мужик денежный, упускать не хочется, — ответила Инна с присущей ей циничной прямолинейностью.

— Разбирайся ты с ним сама, а меня не впутывай! — разозлилась Юлька и отключилась. — Надо успокоиться, — думала она, идя в кабинет генерального.

Тот встретил ее приветливо, пригласил сесть, заботливо пододвинув кресло, спросил, не желает ли кофе или чаю, от чего Юлька категорически отказалась. Вадим Георгиевич интересовался, как ее приняли в коллективе, довольна ли она условиями работы. Глядя на его гладкое лицо барина, редкие волосы, прикрывающие намечающуюся лысину и хитрые маленькие глазки, она все ждала какого-то подвоха. И дождалась. Он встал за спинкой ее кресла, положив руки ей на плечи, и наклонился к шее так, что она ощутила его дыхание. Ее охватило чувство, близкое к омерзению, будто от прикосновения отвратительно гусеницы. А мужчина стал говорить, что ее красота сразила его наповал, как только он ее увидел.

— Я хочу с вами чаще видеться и приглашаю сегодня на ужин. Заеду за вами через час после работы.

— Приплыли! — с тоской подумала она. — Что теперь будет? Как от него отвязаться? Пожалуй, сразу стоит поставить его на место.

Она резко встала, отбросив его руки, и повернулась к нему лицом, хотя находилась в тесном пространстве между креслом и столом.

— Отойдите от меня! И никогда ко мне не прикасайтесь! — проговорила твердо, глядя ему в глаза. — В эту компанию я пришла работать, а не заводить интрижки. На вашу кандидатуру найдутся желающие и без меня.

— Вот ты как заговорила, работница без году неделя! Такая храбрая? Что ж, иди работай, не задерживаю.

Радуясь, что легко отделалась, Юлька понеслась на свое рабочее место. Тем временем генеральный вызвал Василия Юрьевича и велел ему отобрать у Юльки все текущие задания, бросив ее на выполнение мелкой работы, вроде “подай-принеси” для коллег-дизайнеров.

— Чем это ты насолила нашему главному? — спрашивал Василий Юрьевич и понимающе поглядывал на сжатые губы этой славной девочки, к которой он относился с отеческой теплотой.

Несмотря на неприятности, она продолжала работать над эскизами костюмов двенадцати месяцев, но теперь уже дома, поскольку на работе ей нельзя было этим заниматься. К сроку все было готово. Месяцы выглядели замечательно: веселый юный Апрель, напоминающий знакомого Пажа; в венке из цветов и с посохом, обвитым цветами, Май; молодой мужчина с пробивающейся бородкой Июнь... Еще ей особенно удались Декабрь и Январь. Первый — сердитый, злобный старик, прячущий в рукаве ветры и метели, а второй —благодушный богатырь в снежной шубе, с белкой на плече.

Свои эскизы она принесла на работу и показала Инне, хотя их отношения в последнее время стали прохладными и чисто рабочими. Инна, похоже, вообще ничего не подготовила, но не могла скрыть восхищения, оценив как профессионал работу Юлии. “Как она будет выкручиваться?” — удивлялась девушка, глядя на безмятежное лицо наставницы, но не стала забивать себе голову чужими проблемами. Как старшая, Инна отнесла Юлину работу начальнику отдела.

Через день незадолго до окончания рабочего дня на собрании отдела обсуждали представленные работы. Собрание удостоил своим посещением и сам генеральный. Он стрельнул злыми глазками в сторону Юльки, скромно примостившейся в последнем ряду сдвинутых стульев, поморщился, но ничего не сказал. Комиссия в лице двух старших специалистов и начальника отдела сообщила результаты. Отметили несколько удачных находок в работе коллег, похвалили молодого дизайнера, который искусно обыграл образы Старика, Старухи и Курочки Рябы.

— Особо хочется отметить работу Колосковой Инны Петровны, — сказал Василий Юрьевич. — Отличная работа в смысле качества и в смысле оригинальности. Инна Петровна в своей работе показала удивительный прогресс, и я рад, что мы вырастили такого специалиста в нашем коллективе. Предлагаю оценить ее работу.

С этими словами Василий Юрьевич пустил по рядам Юлькины эскизы. От шока она не могла вымолвить ни слова в то время, как коллеги с одобрением и восхищением рассматривали ее работы.

— Погодите! — наконец, хриплым голосом произнесла она. — Это мои работы.

— Вы хотите сказать, что как помощница вы убирали мелкие недоделки и выполняли прочую мелкую работу? Как мне известно, в настоящее время вы не допущены к более серьезной работе, стало быть, не могли рисовать эти эскизы? — спросил главный специалист отдела.

— Я рисовала их дома! —запальчиво воскликнула Юля. Инна, как ты могла?

Послышались удивленные возгласы коллег:

— Что происходит? — недоумевали они.

До сих пор не было случая, чтобы кто-то присвоил себе чужую работу. У Колосковой опыт, она очень технично рисует, хотя и без полета фантазии, а недавно принятая на работу девушка настаивает на своем авторстве.

— Я думаю, девочка просто заигралась в дизайнера и выдает нам плод своей фантазии, — произнес Вадим Георгиевич, с усмешкой взглянув на нее. — Что ж, всем спасибо за интересные работы. Собрание окончено.

После его ухода дизайнеры стали расходиться, хотя кое-кто из коллег подходил к Василию Юрьевичу, прося разъяснить ситуацию.

— Потом, все потом — торопливо отвечал начальник отдела. — Разберемся.

Юлька тоже пыталась добраться до начальника, но тот лишь взглянул на нее, покачал головой и произнес:

— Иди отдыхай, девочка.

Инна исчезла, и разгневанная Юлька не смогла посмотреть в ее бесстыжие глаза. Она возвратилась в их с Инной уже пустой кабинет и дала волю слезам. То дело, которому она вдохновенно отдавалась последние дни, приписали бездельнице и вдобавок назвали ее, Юльку, никчемной пустышкой, пытающейся выдать себя за дизайнера! А эта мелкая месть генерального! Будто нет у него других забот, чем получать удовольствие от того, что унизил сотрудника, стоящего в самом низу карьерной лестницы!

Глава 11.

Выплакав обиду, Юлька отправилась на выход, поняв по установившейся в офисе тишине, что основная масса сотрудников покинула его. Теперь она, не привлекая внимания, сможет тоже удалиться.

Осуществить задуманное Юльке не удалось. На выходе из лифта она буквально столкнулась с Прекрасной Дамой. Именно эти слова пронеслись в голове нашей героини, когда она увидела стройную, строго, но со вкусом одетую черноволосую женщину с мраморным лицом, гордой осанкой и прекрасными карими глазами. Она несла себя со спокойным достоинством, и это покоряло. Дама вскинула на Юльку свои прекрасные глаза с длинными ресницами, слегка приподняла красивую бровь и произнесла:

— Почему меня встречают с заплаканными глазами? Юлька пробормотала: “Простите!” — и попыталась проскользнуть мимо нее к выходу, но дама решительно остановила ее, ухватив за запястье:

— Я хочу знать, почему мои сотрудники плачут на рабочем месте!

Неизвестно откуда материализовался начальник службы безопасности.

— Ольга Евгеньевна! Рад приветствовать вас! Какими судьбами к нам?

— Хочу своими глазами увидеть, как обстоят дела в этой компании. Ваш генеральный ждет меня. Но прежде хочу побеседовать с этой девушкой.

— Мой кабинет к вашим услугам. Прошу! — он открыл дверь своего кабинета, находящегося рядом с постом дежурного.

Ольга Евгеньевна усадила Юльку рядом с собой на диван и спросила:

— Что случилось, девочка? Почему глазки красные?

Так мог расспрашивать только родной человек. Юлька вспомнила маму и снова расплакалась. Ее родители жили далеко в другом городе, дочери не часто удавалось с ними пообщаться. Порой, как в детстве, так хотелось прижаться к маме, почувствовать ее тепло и участие. Сейчас ей вовсе не хотелось говорить о неприятностях на работе, но участливые глаза женщины настолько располагали, что она выложила той все. Она не знала, кто эта женщина и надеялась, что, рассказав все незнакомой женщине, она просто облегчит душу, а их разговор останется между ними. Похоже, эта дама занимает достойное место в иерархии руководителей, но вряд ли станет разбираться в столь незначительной для нее ситуации. Однако, выслушав, женщина поднялась и сказала:

—Это хорошо, что ты мне все рассказала. Теперь я знаю больше, чем знала до сих пор. А ты не расстраивайся. Все будет хорошо. Возможно, мы еще увидимся.

Юлька благодарно улыбнулась, попрощалась и отправилась домой. На душе как-то посветлело. “Ну и чего я раскисла? Я все равно докажу всем, что я не бесталанная помощница дизайнера на подхвате. Ведь они же хвалили мои работы”.

Тем временем дама набрала номер Вадима Георгиевича и сообщила, что сегодня встреча не состоится. Она приедет завтра в рабочее время, чтобы познакомиться с людьми и заодно посмотреть работы дизайнеров.

Назавтра вся компания стояла на ушах. Ждали появления генерального директора холдинга, знаменитой Ольги Евгеньевны Рамнес. Юлька, едва заслышав еще в лифте, когда поднималась на свой этаж, это имя, ужаснулась: “Боже мой, так это с нею я разговаривала вчера! И все ей выболтала!” Однако вспомнила облик Прекрасной Дамы и обещание, что все будет хорошо, успокоилась: “Я же рассказала только правду!”

Ольга Евгеньевна в первую очередь пожелала увидеть эскизы, приготовленные для швейной фабрики. Она осталась довольна уровнем мастерства, заинтересовалась эскизами костюмов двенадцати месяцев, спросила, кто дизайнер. Василий Юрьевич замялся:

— Дело в том, что вчера возник небольшой спор между авторами этих эскизов, Нам предстоит с этим разобраться.

— Кто же они, эти авторы? — заинтересовалась генеральная.

— С некоторых пор они работают в тандеме — начинающая девочка-дизайнер и ее опытная наставница. У девочки твердая рука и богатая фантазия. У ее наставницы отличная техника, но фантазия хромает.

— А разве по стилю вы не можете отличить, кто выполнил работу?

— Я бы отдал авторство начинающему дизайнеру, но кое-где заметна техничная рука наставницы. Однако у нас никогда не было случая, чтобы кто-то выдавал чужие работы за свои, поэтому поверили в авторство Колосковой.

— Ольга Евгеньевна, стоит ли нам тратить время на эти склоки? — подал голос Вадим Георгиевич. — Работа выполнена, эскизы одобрены, обе приложили к ним руки, так стоит ли докапываться, сколько процентов труда вложено каждой в работу?

— Тут я с вами не соглашусь, Вадим Георгиевич. Зачем же бить по рукам молодое дарование? Похоже, что наставница злоупотребила своим служебным положением, оттеснив подопечную. Давайте пригласим эту наставницу и спросим, как было дело.

Приглашенная Колоскова вначале пыталась доказать, что работа Юльки была несовершенна, и ей пришлось немало потрудиться над эскизами, чтобы довести их до ума. Когда же она показала свои правки, всем стало ясно, что ничего существенного ею не было привнесено в работу.