Развод в 90-е. Выжить любой ценой

– Да, мам. Я там гогурта тебе оставила.

– Спасибо, малышка. Пойдём, – поднимаюсь с пола, держась за стену. Голова немного кружится. Наверное, от недостатка воздуха. Все-таки душил меня муж не понарошку, а со знанием дела. Маньяк проклятый…

Мне кажется, что от любви к Максиму не осталось и следа. Её место заняла ярая ненависть. Дикое желание, чтобы муж быстрее исчез из моей жизни.

Раздражение и обида на то, что Родионов не звонил, теперь кажутся несусветной глупостью.

Да не звонил – и, слава Богу! Надо держаться подальше от этого бешеного кобеля…

На кухне Аня забирается на табурет и возвращается к яркой коробочке. Зачерпывает розовую массу в ложку и протягивает мне:

– Попробуй, мам, как вкусно!

Наклоняюсь и касаюсь ложки кончиком языка. Рецепторы взрываются от восторга: сладкая масса со вкусом клубники заставляет прикрыть глаза от удовольствия.

– Очень вкусно! Ешь!

Мне стыдно, что я повелась на подачку Родионова, попробовала гостинец. Но с другой стороны, у Анютки и так в жизни не много радостей. И за восторг в глазах ребенка можно чуток придержать собственную гордость.

Готовлю тесто для блинов на воде и сухом молоке, и пока мутовкой размешиваю комочки, продолжаю обдумывать свой план защиты от Родионова.

Первое, что нужно сделать, это поменять дверной замок. Не станет же он выламывать дверь в квартиру?

Или станет? Он же здесь тоже прописан…

Ладно, буду надеяться, что до этого не дойдёт.

Теперь надо найти мастера, который поможет купить новый подходящий и надёжный замок и установить его. На ум приходит только одногруппник Родионова по ГПТУ – Тарас Гараев.

Перед глазами встаёт Гора, как его называют друзья. Высокий, под метр восемьдесят, крепкий, здоровый парень с большими руками и широкими плечами. Пудовые кулаки – это про него.

Тарас ещё в школе был грозой всех хулиганов, любого мог усмирить. Подозреваю, что дружба Родионова с ним основывалась, в том числе и на силе Гараева. С таким напарником можно в любую драку вписаться и выйти оттуда победителями.

А драк было много: школа на школу, район на район…

Бывшие хулиганы стали бандитами, и сейчас разборки не столь безобидны: в ход идут и ножи, и огнестрельное оружие… Вечером на улице совсем небезопасно…

Но Тарас как-то смог отойти от этих дел. Окончил ГПТУ, работает в трамвайном депо, у отца в гараже сделал себе мастерскую. Руки у парня золотые и голова светлая: может отремонтировать всё, что угодно, будь то железо или дерево.

В мастерской Гараев делает мебель: кухонные уголки, шкафчики, буфеты, кровати. У его родственника в районе есть пилорама, подходящие доски оттуда привозят. В общем, Тарас не бедствует.

Он и нам шкафы делал, и кроватку для маленькой Анютки, когда родилась. И стульчик детский, и лошадку-качалку.

Гараев не обладает подвешенным языком и обаянием Родионова. Скорее замкнут и молчалив. Но девчонки всегда обращали на него внимание: мимо такого фактурного парня сложно пройти.

После ужина, сделав на шею компресс из смоченного холодной водой полотенца, звоню Тарасу. Он живёт с родителями. Есть квартира бабушки, но они её сдают.

– Тамара Андреевна, добрый вечер! Это Вера Родионова. А Тарас дома? – обращаюсь к маме Горы.

– Верочка, здравствуй! Дома, дома, сейчас позову, – и куда-то в сторону. – Тарас, подойди, тебе жена Максима звонит.

При упоминании Родионова меня передёргивает. Интересно, Тарас был в курсе его похождений?

Конечно, он знал. Не мог Макс скрыть от друга наличие любовницы.

В груди что-то царапает ребра, стыд заливает щёки и раздражение, злость на Гараева заставляют сжать челюсти.

Знал и не сказал…

Хотя, друг ведь никогда не сдаст друга, чему удивляться?

Мне нужна от Тараса небольшая услуга, поэтому заталкиваю своё недовольство подальше и проглатываю колючий ком в горле.