Злодейка не собирается умирать

— Как видите. Вопреки собственным желаниям, придворному этикету и здравому смыслу.

— Я польщён.

— Не стоит. Я просто не хотела, чтобы вы прислали мне второе приглашение.

Он улыбнулся.

— Боюсь, это вполне вероятно.

Я посмотрела на него с подозрением.

— Вы всегда настолько невыносимы?

— Только в обществе женщин, которые пытаются меня оскорбить.

— Тогда вам следует чаще бывать в обществе других мужчин.

Он тихо рассмеялся.

Я снова почувствовала это неприятное желание улыбнуться в ответ.

Нужно было срочно что-то предпринять.

Например, вспомнить, что он мой враг.

Да.

Прекрасный план.

Я расправила плечи.

— Итак, герцог. О чём вы хотели поговорить?

Адриан некоторое время смотрел на меня.

Затем указал на кресло.

— Сначала поужинаем.

— А потом вы зададите мне двадцать вопросов?

— Возможно, тридцать.

— Какое счастье, что я не взяла с собой адвоката.

Он предложил мне руку.

На этот раз я не отказалась.

Не потому, что мне хотелось прикоснуться к нему.

А потому, что не собиралась позволять ему думать, будто он может управлять моими решениями одним взглядом.

Мы направились в столовую.

Стол был накрыт на двоих. Серебряные приборы блестели при свете свечей, а в центре стояла ваза с белыми розами.

Я посмотрела на цветы.

Потом на Адриана.

— Вы специально выбрали розы?

— Нет. Почему вы спрашиваете?

— Просто пытаюсь понять, насколько тщательно вы планировали этот вечер.

Он приподнял бровь.

— А что не так с розами?

— Ничего. Я просто предпочитаю знать, когда меня пытаются очаровать.

Адриан отодвинул для меня стул.

— И каков ваш вывод?

Я села.

— Что вы слишком высокого мнения о себе, герцог.

Он занял место напротив.

— Возможно.

Это неожиданное согласие заставило меня замолчать.

Адриан налил мне воды.

— Виолетта, — произнёс он, — я пригласил вас не для того, чтобы соблазнить.

Я поперхнулась водой.

Он терпеливо дождался, пока я перестану кашлять.

— Хотя теперь мне интересно, почему вы решили, что именно это было моей целью.

Я вытерла губы салфеткой.

— Потому что мужчины редко приглашают женщин на ужин просто так.

— Возможно, вы слишком высокого мнения о собственной привлекательности.

Я медленно подняла глаза.

Он смотрел на меня с совершенно невинным выражением лица.

Я поняла, что проиграла первый раунд.

И мне это категорически не понравилось.

— Осторожнее, герцог, — сказала я. — Ещё немного, и я решу, что вы научились шутить.

— А вы ещё немного — и решите, что я вам нравлюсь.

— Это уже клевета.

Он улыбнулся.

И впервые за весь вечер я увидела в его глазах не холодность, не раздражение и даже не подозрение.

Интерес.

Настоящий, живой интерес.

От этого стало не по себе.

Потому что я могла справиться с ненавистью.

Могла справиться с оскорблениями.

Могла даже справиться с попыткой отравления, если вовремя узнаю, кто именно держит бокал.

Но я совершенно не знала, что делать с мужчиной, который начинал смотреть на меня так, словно хотел увидеть не титул, не репутацию и не скандальную герцогиню.

А меня саму.

И это было гораздо опаснее, чем я готова была признать.

Глава 6. Три вопроса и одно совершенно неприличное предложение

— Итак, — произнесла я, откладывая салфетку, — когда начнётся допрос?

Адриан поднял глаза от тарелки.

— Вы всегда настолько нетерпеливы?

— Только когда меня приглашают на ужин мужчины, которые смотрят на меня так, словно собираются выяснить, где я спрятала труп.

— А вы прятали трупы, герцогиня?

— Пока нет. Но вечер ещё не закончился.

Он рассмеялся.

Я посмотрела на него с искренним возмущением.

Это уже становилось проблемой.

Адриан Вальмонт не должен был смеяться над моими шутками. Он должен был смотреть на меня с холодным презрением, мысленно составлять список моих преступлений и ждать момента, когда я наконец совершу ошибку.

Вместо этого он сидел напротив, пил вино и выглядел так, будто ему действительно нравилось моё общество.

Я решила, что пора возвращать ситуацию под контроль.

— Хорошо. Начнём с простого. Почему вы пригласили меня?

— Мне хотелось поговорить с вами без посторонних.

— Для этого существует переписка.

— Вы сожгли бы моё письмо.

— Не исключено.

— Или отправили бы мне оскорбительный ответ.

Я невольно улыбнулась.

— Вы уже получили его?

— Разумеется.

— И всё равно пригласили меня?

— Разумеется.

Я посмотрела на него с подозрением.

— Герцог, вы случайно не страдаете от недостатка развлечений?

— Последние несколько лет — да.

— Тогда заведите собаку.

Он положил вилку на тарелку.

— У меня есть собака.

Я замерла.

— Что?

— Чёрный охотничий пёс. Его зовут Грим.

Я медленно откинулась на спинку стула.

В оригинальном романе о собаке Адриана не было ни слова.

Я понятия не имела, что ещё скрывается за страницами истории, которую считала хорошо знакомой.

— И где он сейчас?

— В загородном поместье.

— Как жаль. Я надеялась, что он составит мне компанию вместо вас.

Адриан улыбнулся.

— Вы бы понравились ему.

— Неужели?

— Он не любит людей, которые слишком стараются ему понравиться.

Я задумалась.

— Тогда у нас с ним много общего.

Адриан покачал головой, явно развлекаясь.

А я в очередной раз убедилась, что этот мужчина совершенно невыносим.

Особенно когда улыбается.

Когда подали десерт, я наконец решила, что ужин подходит к концу.

На стол поставили шоколадный торт с вишней, кремовые пирожные и небольшую вазу с засахаренными фруктами.

Я посмотрела на всё это великолепие и поняла, что ради одного только десерта готова была бы простить хозяину дома несколько недостатков.

Не все.

Но несколько.

— Вы любите сладкое? — спросил Адриан.

— Нет, герцог. Я просто решила, что если меня сегодня убьют, то хотя бы не стоит уходить из жизни с пустым желудком.

Он медленно положил ложку.

— Вы часто думаете о смерти?

Я перестала улыбаться.

Вопрос прозвучал слишком спокойно.

— А вы?

— В последнее время чаще, чем хотелось бы.

Я внимательно посмотрела на него.

Впервые за вечер Адриан не пытался меня поддеть. Он словно на мгновение забыл, что перед ним женщина, которую привык считать своим врагом.

— Это из-за работы? — спросила я.

— Отчасти.

— Вы всегда так отвечаете? Загадочно, словно герой дешёвого романа?

Он поднял глаза.

— Вы читаете романы?

Я почувствовала, как внутри всё похолодело.

Вот оно.

Неправильный вопрос.

Опасный вопрос.

Вопрос, который я совершенно не ожидала услышать.

Я заставила себя улыбнуться.

— Разумеется. А вы?

— Иногда.

— И какие предпочитаете?

Адриан задумался.

— Истории, в которых люди получают по заслугам.

Я посмотрела на него.

— Как скучно.

— Почему?

— Потому что в жизни всё гораздо сложнее. Хорошие люди совершают ужасные поступки, плохие иногда делают что-то достойное, а самые неприятные личности могут оказаться вполне терпимыми, если их правильно кормить.

Он тихо рассмеялся.

— Вы говорите так, словно оправдываете кого-то.

Я опустила взгляд на тарелку.

— Возможно.

Несколько секунд мы молчали.

Затем Адриан произнёс:

— Вы изменились, Виолетта.

Я вздохнула.

— Мы возвращаемся к этому?

— Да.

— Тогда позвольте мне сэкономить ваше время. Я не собираюсь рассказывать вам о причинах своих изменений, не собираюсь оправдываться за прошлое и не собираюсь просить вас относиться ко мне лучше.

Он внимательно слушал.

— Я знаю, что вы думаете обо мне. Знаю, что вы не доверяете мне. И, если честно, пока не вижу причин считать ваше мнение особенно важным.

Адриан медленно поднял бровь.

— Вы всегда были такой откровенной?

— Нет. Раньше я, кажется, была гораздо глупее.

Я произнесла это прежде, чем успела подумать.

И тут же пожалела.

Потому что Адриан перестал улыбаться.

— Что именно вы имеете в виду?

Я отвела взгляд.

Вот и всё.

Слишком много вопросов.

Слишком мало ответов.

И ни одного подходящего объяснения тому, почему женщина, которую он знал много лет, вдруг стала совершенно другой.

Я поднялась со стула.

— Благодарю за ужин, герцог. Всё было превосходно, особенно десерт. Но мне пора домой.

Он тоже встал.

— Мы ещё не закончили разговор.

— А я не давала согласия на бесконечный вечер.

— Виолетта.

Я остановилась.

Адриан обошёл стол и встал передо мной.

— Я не собираюсь заставлять вас рассказывать то, чего вы не хотите рассказывать.

Я недоверчиво посмотрела на него.

— Как великодушно.

— Но я хочу понять, что произошло.

— Ничего.

— Вы лжёте.

— Разумеется. Я же злодейка. Это входит в должностные обязанности.

Он не улыбнулся.

— Вы действительно считаете себя злодейкой?

Вопрос застал меня врасплох.

Я посмотрела на него.

На мужчину, который видел перед собой красивую герцогиню с дурной репутацией и не знал, что внутри неё живёт чужая душа.

На мужчину, который в оригинальной истории должен был ненавидеть меня до самого конца.

И впервые мне захотелось ответить честно.

— Я считаю, что люди слишком любят навешивать ярлыки, — сказала я тихо. — Так проще. Если назвать кого-то чудовищем, можно больше не задумываться о том, почему он таким стал.

Адриан долго молчал.

— Возможно, вы правы.

Я удивлённо моргнула.

— Простите?

— Не заставляйте меня повторять. Это портит мою репутацию.

Я рассмеялась.

И он улыбнулся в ответ.

На мгновение между нами возникло что-то странное.

Не доверие.

Не симпатия.

Скорее ощущение, что мы оба на секунду перестали играть привычные роли.

А затем Адриан сделал то, чего я совершенно не ожидала.

Он протянул мне руку.

— Потанцуйте со мной.

Я уставилась на него.

— Здесь?

— Здесь.

— Без музыки?

— Я могу попросить музыкантов.

— Вы серьёзно?

— Абсолютно.

Я посмотрела на его ладонь.

Потом на лицо.

Потом снова на ладонь.

— Вы понимаете, что это совершенно неприлично?

— Мы находимся в моём доме.

— Именно поэтому.

Он чуть наклонил голову.

— Виолетта, я приглашаю вас на танец. Не на помолвку.

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться.

— Вы совершенно невыносимы.

— Мне уже говорили.

Я должна была отказаться.

Разумеется, должна была.

Но мне вдруг стало любопытно.

Что произойдёт, если я хотя бы один раз перестану думать о том, что должен делать каждый персонаж этой истории?

Что произойдёт, если позволю себе прожить один маленький момент, который не предусмотрен оригинальным сюжетом?

Я вложила руку в его ладонь.

— Один танец, герцог.

Его пальцы осторожно сомкнулись вокруг моих.

— Один.

Адриан привлёк меня ближе.

И в тот момент, когда я положила свободную руку ему на плечо, поняла, что совершила ужасную ошибку.

Потому что он пах древесиной, холодным воздухом и чем-то тёплым, едва уловимым.

Потому что его рука лежала на моей талии с такой осторожностью, словно он боялся причинить мне боль.

Потому что он смотрел на меня не как на врага.

А как на женщину, которую хотел понять.

— Вы напряжены, — заметил он.

— Я размышляю.

— О чём?

— О том, как незаметно наступить вам на ногу.

Он рассмеялся.

— Вы можете попробовать.

— Не провоцируйте меня.

— Боюсь, это уже поздно.

Мы медленно двигались по комнате.

Без оркестра, без зрителей, без придворных, которые завтра превратили бы этот танец в главную сплетню столицы.

Только я и Адриан.

И это почему-то казалось гораздо опаснее любого бала.

— Виолетта, — произнёс он спустя некоторое время.

— М-м?

— Если бы вы могли изменить одну вещь в своей жизни, что бы вы выбрали?

Я подняла голову.

Вопрос оказался неожиданно серьёзным.

Я могла бы сказать, что хотела бы вернуться домой.

Что хотела бы проснуться в собственной кровати и обнаружить, что всё происходящее было сном.

Что хотела бы никогда не открывать ту книгу.

Но вместо этого произнесла:

— Я бы хотела, чтобы у меня было достаточно времени.

Адриан посмотрел на меня внимательнее.

— Для чего?

Я слабо улыбнулась.

— Чтобы разобраться, какой жизнью я действительно хочу жить.

Он не стал задавать новых вопросов.

И за это я была ему благодарна.

Когда музыка, которой не было, закончилась, мы остановились.

Адриан не сразу отпустил мою руку.

Я тоже не сразу её забрала.

И именно в этот момент поняла, что попала в самую опасную ловушку из всех возможных.

Потому что ненависть можно пережить.

Страх можно преодолеть.

Даже казнь, если верить моему новому расписанию, можно попытаться предотвратить.

Но как спастись от чувства, которое начинает рождаться именно тогда, когда ты клялась никогда больше не позволять себе влюбляться?

Я отступила первой.

— Благодарю за вечер, герцог.

Адриан поклонился.

— До следующей встречи, Виолетта.

Я направилась к выходу.

И почти добралась до двери, когда услышала:

— Кстати, я всё-таки выяснил кое-что интересное.

Я обернулась.

— Что именно?

Он улыбнулся своей невыносимой улыбкой.

— Вы не любите розы.

Я нахмурилась.

— И?

— Поэтому в следующий раз я приглашу вас туда, где их нет.

Я несколько секунд смотрела на него.

Затем покачала головой.

— Герцог, вы неисправимы.

— А вы, герцогиня, всё ещё не ответили на главный вопрос.

— Какой ещё вопрос?

Адриан сделал паузу.

— Почему вы так отчаянно пытаетесь убедить меня, что вам совершенно неинтересно моё общество?

Я открыла рот.

Закрыла.

А затем, впервые за весь вечер, не нашла ни одной подходящей шутки.

Потому что он попал точно в цель.

И это было ужасно.

Глава 7. Утром столица уже всё знала

Если бы мне предложили назвать самое ужасное последствие ужина с Адрианом Вальмонтом, я бы без колебаний ответила: сплетни.

Не казнь.

Не заговор.

Не даже вероятность того, что однажды меня найдут в канаве с кинжалом между лопаток.

Сплетни.

Потому что от кинжала хотя бы можно увернуться, а от светского общества не спасёт даже добровольное заточение в монастыре.

— Миледи, вы уже проснулись?

Я натянула одеяло на голову.

— Нет.

— Но вы ответили.

— Это был голос моей покойной души. Передай ей, что я занята.

За дверью послышалось подозрительное шмыганье носом.

Марта смеялась.

Моя горничная смеялась надо мной.

Я отняла одеяло от лица.

— Марта, если ты не перестанешь, я начну платить тебе за каждую улыбку. Посмотрим, насколько весёлой ты останешься после первого месяца.

— Простите, миледи.

Она вошла, неся поднос с завтраком.

И письмо.

Я сразу села.

— Нет.

— Миледи…

— Если там опять серебряный волк, я перееду в другую страну.

Марта поставила поднос на стол.

— Это не от герцога Вальмонта.

Я облегчённо выдохнула.

— Какое счастье.

— Это от леди Селины Морвейн.

Я снова закрыла глаза.

— Забираю свои слова обратно. Лучше бы это был волк.

Марта протянула мне конверт.

На нём красовалась розовая печать с изображением цветка. Уже одно это выглядело как угроза.

Я вскрыла письмо.

«Дорогая Виолетта!

Надеюсь, вы прекрасно провели вчерашний вечер. В столице уже ходят самые удивительные слухи о вашем визите в особняк герцога Вальмонта.

Мы с девушками собираемся сегодня в салоне леди Авроры. Будем счастливы видеть вас и услышать подробности лично.

С нежностью, Селина».

Я перечитала письмо.

Затем медленно положила его на стол.

— Марта.

— Да, миледи?

— Как быстро распространяются слухи в этом городе?

Она задумалась.

— Зависит от слуха.

— Допустим, вчера вечером я ужинала с мужчиной.

— К полудню об этом узнает половина столицы.

— А если я танцевала с ним?

— Вся столица.

— А если я танцевала с ним в его доме, без музыки?

Марта побледнела.

— Миледи…

Я откинулась на подушки.

— Я поняла. К обеду меня уже похоронят, к ужину объявят беременной, а завтра выяснится, что я родила наследника престола.

— Миледи!

— Что? Я пытаюсь понять местные обычаи.

Марта покачала головой, но теперь уже не скрывала улыбки.

Я взяла чашку кофе.

Всё было бы гораздо проще, если бы Адриан Вальмонт не обладал талантом превращать совершенно обычные события в катастрофы.

Хотя, если быть честной, в данном случае катастрофу устроила я сама.

Согласилась на танец.

Осталась на ужин.

А потом позволила ему смотреть на меня так, словно он действительно хотел узнать, что скрывается за моими словами.

Я поморщилась.

— Марта, скажи мне честно. Я вчера выглядела влюблённой?

Она замерла.

— В кого, миледи?

Я медленно подняла на неё глаза.

— Марта.

— Простите.

— Ты ужасная горничная.

— Я стараюсь, миледи.

Я рассмеялась.

И, к собственному удивлению, почувствовала себя почти счастливой.

Всего на несколько секунд.

Потом вспомнила, что до моей казни оставалось меньше шести месяцев.

И счастье снова показалось мне подозрительной роскошью.

Салон леди Авроры располагался в самом престижном районе столицы.

Это было место, где женщины собирались пить чай, обсуждать последние новости и делать вид, что их интересуют исключительно вышивка, музыка и благотворительность.

На самом деле они обсуждали мужчин, деньги, чужие помолвки и то, кто из присутствующих слишком часто меняет украшения.

Я знала это благодаря оригинальному роману.

И всё же, когда карета остановилась у изящного особняка с белыми колоннами, мне стало немного не по себе.

— Миледи, — осторожно сказала Марта, — вы уверены, что хотите туда идти?

Я поправила перчатки.

— Разумеется.

— Но леди Селина…

— Если я начну избегать каждого человека, который хочет посплетничать обо мне, мне придётся запереться в подвале.

— Это не такая уж плохая идея, — тихо пробормотала Марта.

Я посмотрела на неё.

— Вот видишь? Ты уже начинаешь мыслить стратегически.

Внутри нас встретила хозяйка дома — леди Аврора, женщина лет пятидесяти с безупречной причёской и глазами, которые, казалось, могли обнаружить чужую ложь на расстоянии нескольких комнат.

Она приветливо улыбнулась.

— Герцогиня де Ларен! Как приятно, что вы приняли приглашение.

— Благодарю за гостеприимство.

— Прошу, проходите. Все уже собрались.

Она произнесла это с такой интонацией, что я сразу поняла: меня ждали.

Не просто ждали.

Меня собирались препарировать.

Я вошла в салон.

За столом сидели семь женщин.

Селина Морвейн улыбнулась мне первой.

— Виолетта, дорогая! Мы так рады, что ты пришла.

Я улыбнулась в ответ.

— А я так рада, что вы нашли себе занятие помимо обсуждения моей жизни.

Одна из дам поперхнулась чаем.

Селина на мгновение застыла.

— Ты всё такая же остроумная.

— А ты всё такая же внимательная.

Я села на свободное место.

Слуга поставил передо мной чашку.

И началось.

— Говорят, вчера вы ужинали у герцога Вальмонта, — произнесла молодая леди в сиреневом платье.

— Верно.

— Наедине?

— Если бы нас было больше, это уже называлось бы приёмом.

Кто-то тихо хихикнул.

Леди в сиреневом платье покраснела.

Селина наклонилась вперёд.

— Но ведь вы всегда так добивались его внимания. Неужели он наконец ответил вам взаимностью?

Я сделала глоток чая.

— Нет.

— Нет?

— Он пригласил меня на ужин. Мы поужинали. Я ушла домой. Если в вашей версии событий есть свадьба, дети и совместное поместье, боюсь, вы перепутали меня с кем-то другим.

Леди Аврора внимательно посмотрела на меня.

— Вы, кажется, изменились, герцогиня.

Я вздохнула.

— Если мне будут платить по монете за каждый раз, когда я услышу эту фразу, к концу месяца я смогу купить половину столицы.

На этот раз рассмеялись почти все.

Даже леди Аврора улыбнулась.

Селина, однако, не собиралась сдаваться.

— А что вы думаете о леди Эвелине Розье? Я слышала, вчера вы разговаривали с ней и наследным принцем.

Я поставила чашку на блюдце.

Вот теперь разговор становился интересным.

— Я думаю, что леди Розье — взрослая женщина, которая способна сама принимать решения.

— Но ведь вы прежде были влюблены в принца.

— Люди меняются.

— И вы больше не хотите стать принцессой?

Я посмотрела на неё.

— Селина, дорогая, если бы мне хотелось стать принцессой, я бы выбрала принца, который умеет самостоятельно завязывать шнурки и не нуждается в постоянном восхищении окружающих.

Тишина.

Затем кто-то рассмеялся так громко, что едва не уронил чашку.

Я прикрыла рот ладонью.

— Прошу прощения. Это было грубо.

— Нет, — неожиданно сказала леди Аврора. — Это было точно.

Селина побледнела.

И впервые за утро я почувствовала, что разговор начинает идти совсем не так, как она планировала.

Но самое интересное произошло позже.

Когда я уже собиралась уходить, ко мне подошла девушка, которую я раньше не замечала.

Она была чуть старше меня, с тёмно-русыми волосами и спокойными карими глазами. Её платье было скромным, но дорогим, а на пальце поблёскивало кольцо с небольшим сапфиром.

— Герцогиня, — произнесла она, — можно вас на минуту?

Я кивнула.

Мы отошли к окну.

— Меня зовут леди Маргарет Эшфорд, — сказала она. — Я хотела предупредить вас об одной вещи.

Я насторожилась.

— Слушаю.

Маргарет оглянулась на остальных.

— Не доверяйте леди Селине.

Я удивлённо моргнула.

— Уверяю вас, я и не собиралась.

— Я серьёзно.

Её голос стал тише.

— Вчера вечером кто-то видел, как человек из дома Вальмонтов передавал письмо одному из слуг вашей семьи.

У меня похолодели пальцы.

— Какое письмо?

— Не знаю. Но сегодня утром Селина уже рассказывала всем, что герцог Вальмонт собирается жениться на вас.

Я медленно повернула голову.

Селина сидела за столом, улыбаясь и делая вид, что слушает разговор другой дамы.

— Зачем ей это?

Маргарет посмотрела на меня с выражением человека, который знает больше, чем хочет рассказывать.

— Потому что если вы выйдете замуж за Адриана Вальмонта, некоторые люди потеряют гораздо больше, чем просто возможность посплетничать.

Она помолчала.

— И потому что леди Селина не единственная, кто заинтересован в вашем падении.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Вот оно.

Первый настоящий намёк на то, что происходящее вокруг меня не ограничивается светскими интригами.

В оригинальном романе Виолетта действительно была окружена врагами.

Но я всегда считала, что большинство из них просто ненавидели её характер.

Теперь начинала подозревать, что ненависть была лишь удобным прикрытием.

— Леди Маргарет, — произнесла я, — почему вы решили предупредить меня?

Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Потому что однажды я тоже поверила человеку, который улыбался мне так же, как сейчас улыбается леди Селина.

В её голосе прозвучала горечь.

— И едва не потеряла всё.

Она поклонилась и вернулась к столу.

Я осталась у окна.

В голове крутились десятки вопросов.

Кто передавал письма?

Почему Селина распространяла слухи о моей свадьбе?

И что именно означали слова Маргарет о моём падении?

Я посмотрела на свои руки.

Красивые, изящные, украшенные тонкими золотыми кольцами.

Руки герцогини.

Женщины, которая в оригинальной истории умерла, даже не успев понять, кто именно её погубил.

Я медленно сжала пальцы.

Нет.

На этот раз всё будет иначе.

Я не собиралась становиться святой.

Не собиралась спасать всех подряд.

Но если кто-то решил, что может использовать меня как удобную пешку, ему предстояло познакомиться с одной неприятной особенностью моего характера.