Полная версия
Неприступная для бандита
Когда возвращаюсь, Влад сидит в кресле и жестом приглашает меня присесть на диван.
- Сначала поедим, - говорит он. – Потом о делах.
- Одно другому не мешает.
- В нашем случае помешает, Саша. Давай, просто насладимся вкусными блюдами, а потом под шампанское и коньяк поговорим на серьёзные темы.
Влад убирает с тарелок крышки, и я восхищённо охаю. У меня на тарелке – запечённый лосось с овощами. Я так давно не ела любимую рыбу… Откуда Огнев узнал о моих вкусовых предпочтениях? Сам он будет ужинать стейком и картофелем. Пахнет всё восхитительно.
- Ты сегодня вышел? – спрашиваю прямо.
- Да.
- И сразу ко мне?
- Да.
- Как проник в квартиру?
- Тебе стоит поменять замки, - с улыбкой отвечает Влад, отправляя в рот сочный кусок мяса.
Залипаю на этом моменте. Он красиво ест. Боже, я правда об этом думаю? О том, что он красиво ест? Улыбаюсь сама с себя и продолжаю есть рыбу молча.
- На этом вопросы закончились? – интересуется Влад.
- Не уверена, что ты ответишь честно.
- А ты рискни.
- Хм… Почему ты так рано вышел?
- Ты знала о смене руководства прокуратуры?
- Да. Слышала. Верхушки полетели.
- Вот и ответ. Мне нужно было подождать этого момента. Остальное – дело техники и размера благодарности.
- Я тебя поняла.
- Теперь моя очередь задавать вопросы, - говорит Огнев, откладывая приборы. – Почему ты уволилась?
- Потому что в отношении Артёма возбудили уголовное дело и взяли под стражу.
- Тебя вынудили уйти?
- Нет. Я сама ушла. Потому что стала защитником брата.
- Почему у него нет адвоката? Хотя бы государственного. Ты выступаешь, как гражданский защитник?
- Да. Государственный оказался идиотом. Мы от него отказались.
- То есть ты – безработная?
- Почему же? Я устроилась юристом на местный завод.
- Из князей в грязь?
- Я не считаю грязью должность юриста.
- Я не это имел ввиду. Но ладно. Расскажи, что случилось с братом?
- А ты разве не пробил эту информацию? – удивлённо вскидываю бровь.
- Пробил. Но я хочу услышать твою версию. Но давай, сначала уберём со стола.
Я снова удивляюсь. Он серьёзно сейчас? Оказывается, серьёзно. Влад собирает со стола тарелки и идёт на кухню. Я думала, он сложит их в раковину и уйдёт, но нет. Он закатывает рукава рубашки, открывает кран и начинает мыть посуду.
- Что ты делаешь, Влад?
- Мою посуду. Принеси оставшиеся приборы со стола. А как вернёшься поставь чайник. Что-то мне не хочется спиртного. Да и ты от шампанского снова уснёшь, а ты мне нужна в трезвом уме.
Я хмыкаю, но его просьбу исполняю. Влад перемывает всю посуду, а я готовлю нам кофе и разрезаю пирог, который он принёс. С этим добром мы возвращаемся в комнату и присаживаемся на свои места.
- Я готов слушать.
Я делаю глубокий вдох. Каждый раз мне тяжело вспоминать тот страшный день, который перевернул мою жизнь на до и после. Но сейчас я готова в который раз вскрыть рану, потому что знаю – Огнев спрашивает не просто так. Возможно, именно он – единственный шанс на спасение для Артёма. Я, конечно, не знаю, что он попросит за свою помощь, но если на кону будет стоять свобода брата, я готова на всё. Лишь бы вытащить Артёма из того ада, в котором он находится. Лишь бы вернуть его домой…
Глава 8
- Это была пятница, когда мне позвонила мама. Она рыдала в трубку и сказала, что Тёму в наручниках вывели из зала, где он занимался боксом. За ним приехало человек десять в брониках с автоматами. Задерживали, как особо опасного преступника, который будет оказывать сопротивление. Парни потом говорили, что ему в зале пару раз дали прикладами в голову. На улицу, по сути, выносили, потому что он потерял сознание. Потом бросили его на землю возле микроавтобуса, водой полили, чтобы в себя пришёл. И увезли в неизвестном направлении.
- Это как?
- Ну, в отделение полиции он не доехал.
- А куда его повезли?
- Как оказалось, к отцу потерпевшего. Брата обвинили, что он вымогал деньги у одного мажора. Тот деньги давать отказался. Артём якобы его избил, в результате тот парень умер.
- Отец пытался выбить признание?
- Выбил.
- На что надавил?
- На меня, - с горькой улыбкой отвечаю я и делаю глоток чая, чтобы сглотнуть подступивший к горлу комок. – Люди этого урода несколько дней снимали меня. Тёме показали запись в режиме онлайн. Я как раз выходила с работы. Ему пригрозили, что меня затолкают в микроавтобус и пустят по кругу, и он будет на это смотреть.
- Дальше, - холодно просит Огнев.
- Артём написал явку с повинной. Процесс был запущен. Его сразу же взяли под стражу. Подписали наперёд некоторые документы. Когда я добралась до него, было поздно. Обвинение было предъявлено. От него приняли признательные показания.
- Так он же у тебя – мент.
- Мент, - согласно киваю я. – Ему превышение служебных полномочий и приписали. Там много чего нарисовали. Прокуратура постаралась.
- Твои коллеги? – удивляется Влад.
- Нет. Занимались областники.
- А твой отец что?
- Что мой отец?
- Он не помог?
- Он отказался от Тёмы. Сказал, что не позволит порочить его фамилию.
- А ты?
- А я сама его послала после этого. Они ведь с мамой уже в разводе были. Я к нему первому побежала. Объяснила, что случилось. Он посоветовал мне найти адвоката, но с оплатой помогать не собирался. Но знаешь, что смешно? Те адвокаты, с которыми я не раз сталкивалась в суде и вроде нормально общалась, отказались от этого дела. Испугались. Брат подал ходатайство, чтобы я выступала его защитником, как родная сестра. А мне сказали выбирать: или успешная карьера в прокуратуре, или родной брат. Я в тот же день рапорт на увольнение подала.
- Охуеть.
Влад откидывается на спинку кресла, но продолжает смотреть на меня.
- Я не думал, что даже сейчас творят такой беспредел.
- Творят, Огнев.
- Ты вступила в дело?
- Да. Только нюанс общественного защитника в том, что я смогла вступить в дело только на стадии судебного разбирательства. Я не могла присутствовать на следственных действиях, подмечать нарушения. Я с материалами дела ознакомилась только в суде, и у меня волосы дыбом встали. Я не понимала, как это говно можно было направить в суд. Но это смущало только меня.
- И сколько длится рассмотрение? – спрашивает он.
- Полгода почти.
- Какие прогнозы?
- Ужасные. Прокуратура хочет крови. Но я постоянно вставляю им палки в колёса, не даю быстро завершить дело. Ищу доказательства невиновности брата, вызываю новых людей. Любой нормальный судья это дело уже бы отправил на дополнительное расследование.
- Не отправит. У него другое указание.
- Какое указание? – тут же напрягаюсь я.
- Твой отец и отец потерпевшего плотно сотрудничают. И между ними договор. Товарищ Зверев вкладывает капитал в одну задумку твоего отца, а твой отец делает всё возможное, чтобы твой брат сел на долгие годы.
- Ты серьёзно?
У меня сейчас мозг взорвётся. В висках начинает пульсировать от боли. Я не могу поверить, что родной отец мало того, что отказался от сына, так помимо этого ради собственной выгоды оказывает давление на судью! И это тот, который кричит налево и направо, что никогда и ни под кого не прогнётся! А это как называется? Не прогнулся? Ну, не прогнулся, а продался! И он ещё смеет говорить о чести фамилии!
- Боже, какой ужас… - выдыхаю я. – Знаешь, Огнев, открывай шампанское. Иначе я с ума сойду.
- Это не всё…
- Что ещё? Ты хочешь меня добить?
- Лучше ты будешь морально к этому готова, и услышишь это от меня…
Глава 9
- Говори, - прошу шёпотом, но Влад вдруг усмехается.
Он молча встаёт, выходит из комнаты и возвращается с бутылкой шампанского. Всё так же молча откупоривает её и наполняет мой бокал.
- Пей.
Я беру в руки бокал и делаю несколько глотков. Ммм… Вкусное шампанское. Розовое полусладкое. Как я люблю. На языке остаётся сладкий привкус винограда.
- Это чтобы я расслабилась?
- Можно и так сказать.
Влад возвращается в кресло.
- Хочешь знать больше? – спрашивает с хитрой улыбкой.
- Да! Что за вопрос?
- Тогда у меня будет условие.
- Ты о чём?
- С меня информация, с тебя поцелуй.
- Ты серьёзно? Ты обещал не распускать руки!
- Вот именно. Я говорил о руках. О губах ничего не сказал. Сашенька, всего лишь поцелуй. Информация того стоит.
Всего лишь поцелуй! Так и знала, что Огневу нельзя доверять, но если информация о связи с отцом потерпевшего (а для меня это прямо шок) – ещё не всё, то что же я услышу дальше?
Всего лишь поцелуй…
Влад сидит расслабленно, откинувшись на спинку кресла, его взгляд направлен на меня. Он ждёт, что я буду делать дальше. Хотя, думаю, он уверен, что я соглашусь. А у меня есть другие варианты?
Я медленно поднимаюсь с дивана, чувствуя, как сердце ускоряется. Каждый шаг даётся с трудом, словно я иду не по мягкому ковру, а по тонкому льду.
Огнев продолжает смотреть с лукавой улыбкой. И этот его взгляд притягивает, манит, наполняет меня смелостью.
В шаге от него замираю.
Может, ну его?..
- Ты чего застыла? – усмехается он, слегка наклонив голову набок, взгляд его становится вызывающим. – Боишься?
- Ты же знаешь, что нет, - отвечаю дерзко.
- Тогда докажи.
Демон-искуситель! Я делаю последний шаг, сокращая расстояние между нами и медленно опускаюсь на колени к Владу. Сердце бешено стучит, по телу проходит волна жара от близости мужчины. Какой он горячий! Боже, а как от него пахнет…
- Ну, чего ждёшь? – шепчет он хрипло.
Всего лишь поцелуй…
Подаюсь вперёд. Когда наши губы соприкасаются, мир вокруг словно исчезает. Остаётся только удивительная мягкость и нежность этого поцелуя, его тепло и горячее дыхание, одно на двоих.
Я обхватываю ладонью его затылок, притягиваю к себе ещё ближе. Поцелуй становится глубже, чувственнее. Забываю про осторожность. Забываю, что этот мужчина может потерять контроль.
И, конечно, Огнев не остаётся равнодушным. Его руки приходят в движение, скользя по моей талии и притягивая ближе, вжимая в твёрдую грудь.
Со мной происходит что-то невероятное. Я ощущаю восторг и эйфорию, граничащую с опьянением, которые сменяются совсем неуместным сейчас желанием раствориться в крепких мужских объятиях. Моё тело отзывается на его прикосновения дрожью, усиливающейся с каждой секундой.
Влад нежно прикусывает мою нижнюю губу, заставляя вздохнуть прерывисто и чуть откинуть голову назад. Его глаза горят тёмным огнём.
- Уже лучше, Александра, но ты всё ещё слишком осторожна, – говорит он, едва касаясь губами моего подбородка.
- Хочешь, чтобы я потеряла контроль? – шепчу я, глядя в его глаза.
- Именно, - он соблазнительно улыбается, притягивая моё лицо ближе.
Теперь целует Огнев. Его поцелуй более требовательный, горячий и чувственный. И я пропадаю в этом моменте. Перенимаю инициативу, углубляя поцелуй, и наслаждаюсь мужской лаской и теплом.
Когда мы наконец отрываемся друг от друга, дыхание у обоих сбивается, глаза горят страстью, а губы чуть болят от долгого поцелуя.
- Можешь, когда хочешь, - чуть насмешливо шепчет Влад, проводя большим пальцем по моим припухшим губам.
- Ты – провокатор и манипулятор, Огнев, - отвечаю так же тихо.
- Но я всё равно тебе нравлюсь, - уверенно заявляет он.
- Пф.
Встаю с колен Влада и отхожу на безопасное расстояние. Допиваю остатки шампанского и с вызовом смотрю на гостя.
- Информация!
- Тебе понравился поцелуй? – спрашивает он и смотрит в мои глаза, будто пытается узнать ответ в глубинах моей души.
Понравился. Да только он об этом не узнает.
- Мне понравится наш поцелуй только тогда, когда я сама поцелую тебя. Не под давлением, а потому что захочу.
- Звучит, как вызов, Сашенька. И я его принимаю.
Глава 10
- Информация, Огнев! – снова требую я.
- Ты такая сексуальная, когда злишься, - улыбается он.
- Я когда злая, могу и ударить.
- А ещё у тебя есть пистолет. Я помню. Ладно. Поцелуй был хорош, поэтому скажу. Твой отец собирает на тебя компромат. Если ты начнёшь делать заметные успехи в деле брата, он обрушит этот компромат на твою голову. А там постарается посадить тебя рядом с сыном.
- Что??? Он не посмеет!
- Саша, ты, вообще, своего отца знаешь? Я поражаюсь, как рядом с таким уёбком выросли такие адекватные дети. Особенно, ты. Как бы ты брата не защищала сейчас, но грешки за ним имеются, и ты об этом знаешь. И я сейчас не о деле, по которому он сидит.
- Как много ты узнал о моей семье? – прямо спрашиваю я.
- Предостаточно.
- Я не думала, что отец на такое способен, - тяжело оседая на диван, говорю я. – Понимаешь, для меня он всегда был образцом для подражания. Идеальная репутация, карьеру построил сам, учился сам, он всего добился сам.
- Но потом пошёл по тёмной дорожке, Саша, - обрывает меня Влад. – Ты могла этого не заметить, как и твоя мама. Потому что ваше внимание отвлекло появление в его жизни любовниц.
- Ты и об этом знаешь?
- Знаю. И думаю, что твоя мама слишком долго терпела.
- Она терпела ради нас.
- Я это понимаю. Она – отличная мама. Я наслышан, как знакомые, друзья и коллеги завидуют вашим отношениям.
- Она хотела, чтобы мы встали на ноги. Отца к себе не подпускала, когда узнала о другой женщине.
- А ты знаешь, что он с этой женщиной ходил на официальные мероприятия.
- Что?
- Да. Все его ближайшие друзья и коллеги знакомы с его любовницей. Он открыто представлял её, как свою будущую жену.
- Тогда я не понимаю, почему он маму от себя не отпускал…
- Бизнес, Саша. На твою мамы был оформлен его бизнес. Нужно было время, чтобы найти проверенного человека, оформить нужные документы.
- У меня такое чувство, будто ты рассказываешь о другом человеке.
Я обхватываю голову руками и начинаю раскачиваться. Неосознанно. Будто так легче станет. И сердце перестанет болеть.
Я не хочу верить, что мой отец такой подонок.
Влад же будто взял огромный молот и разносит им образ идеального мужчины, моего отца, который я сама для себя создала.
После того, как он отказался помогать Тёме, я ещё пыталась найти для него какие-то оправдания. На чистом упрямстве.
Но то, что я услышала сейчас.
Сговор со стороной потерпевшего, игра против собственного сына ради успеха в бизнесе, любовница, которую он представлял всем нашим знакомым (интересно, бабушка тоже о ней знала?), а теперь ещё и компромат на меня.
- Ты там говорила, что отец отказался помочь Артёму, чтобы это не отразилось на его репутации?
- Да. Такая была официальная версия.
- Ну типа, родство и общение с преступником – табу?
- Ты что? Папа никогда не связывался с бандитами!
- Тебя тоже наставлял с такими, как я, связываться? – весело спрашивает Огнев и пересаживается ко мне на диван.
- Да.
- Хочешь открою ещё один небольшой секрет твоего отца?
- Ещё один? Мне кажется, уже предостаточно.
- Хотя нет. Я не расскажу. Я покажу.
- Что ты мне покажешь?
- Эээ, нет. Так будет неинтересно, если сейчас расскажу.
С этими словами Влад поднимается с дивана и направляется к двери.
- Эй, ты куда? – возмущаюсь я, выбегая за ним следом.
- Не хочешь меня отпускать?
Сама не понимаю, как оказываюсь прижата к стене. Руки Влада опираются в стену на уровне моей головы. Он склоняется ко мне и неожиданно мягко целует.
- Спасибо, что открылась мне. Я это ценю. И мне понравилось наше первое свидание.
- Это было не свидание!
- Ты такая наивная, Сашенька. Я же принял вызов. Теперь буду добиваться, чтобы ты меня сама поцеловала.
- У тебя ничего не получится! Никаких поцелуев больше!
- Кажется, мы это уже проходили, Александра. Если ты считаешь, что твоё «нет» меня остановит, то я тебя разочарую.
- Для тебя это игра? – прямо спрашиваю я. – Трахнуть прокурора?
- Возможно, в начале так и было. Галочку поставить хотел. Но я ведь тогда с тобой ещё лично не общался. В моих фантазиях ты была неприступной снежной королевой, которую я обязан нагнуть, наказать, трахнуть и выбросить из своей жизни.
- Ого, какие планы.
- Ты – не снежная королева, Саша. Ты – сильная девочка, на которую свалилось слишком много. Тебе нужна поддержка.
- Мне твоя поддержка не нужна. Я сама со всем справлюсь.
- А я тебя не спрашиваю. Я тебя ставлю перед фактом.
- Ты о чём? Что будешь рядом? Что будешь помогать? Слёзы мне вытирать?
- Плакать ты больше не будешь.
Глава 11
- А не слишком ли смелое заявление, Огнев?
- Хотя, знаешь, я, наверное, поспешил, - неожиданно соглашается мужчина. – Ты у меня девочка эмоциональная. Впереди много боли и разочарований, поэтому без слёз не обойтись. Уточню, что плакать в подушку ты больше не будешь.
- Ты подставишь своё надёжное плечо?
- Да.
- А ты не хочешь спросить – нужна ли мне вообще твоя помощь и твоя поддержка. Несколько поцелуев, и ты себя возомнил вдруг моим мужчиной? Меня называешь своей девочкой. С чего вдруг, Влад? Думаешь, я уже поплыла?
- Сашенька…
Влад оказывается рядом так быстро, что я взвизгиваю от неожиданности. Не успеваю увернуться. Снова оказываюсь в его руках. Огнев крепко прижимает к себе и склоняется к моему уху, обжигая кожу шеи своим дыханием.
- Если я сказал, что моя, значит моя! – рычит мне на ухо, больно сжимая пальцами талию. – Не дай Бог рядом с тобой увижу какого-то левого мужика. Голову ему не снесу.
- А ты не…
- Не перебивай! Тебе нужно просто смириться, что я снова ворвался в твою жизнь. Только в этот раз мы на равных условиях, милая. В прошлый раз тебя спасла только разделяющая нас клетка.
- И что, теперь насиловать меня будешь?
- Никогда.
- По доброй воле я под тебя не лягу, понял? – цежу ему сквозь зубы, а в ответ вижу лишь скептическую улыбку.
- Я тебе припомню эти слова, когда ты будешь дрожать подо мной от очередного оргазма, Сашенька.
От его горячего шепота у меня по коже мурашки идут. Огнев обхватывает мой подбородок пальцами и впивается в губы жёстким поцелуем. Мне не нравится такая грубость, поэтому я кусаю его губу до крови. Влад шипит от боли, но поцелуй не прекращает.
- Нежнее, Огнев, я не просто так кусаюсь, - шепчу между поцелуями.
- Хм…
Влад замирает на мгновение. Он внимательно смотрит в мои глаза, а после осторожно обхватывает лицо ладонями. Его крепкое тело вжимает меня в стену. Чувствую, как он напряжён, чувствую, как он возбуждён.
И что уж скрывать, мне чисто по-женски приятны его реакции на меня. Самооценка взлетает на раз-два. Ну и, подумаешь, что передо мной опасный бандит. Как мужчина он очень хорош собой. На таких мы, девушки, слюнки пускаем. А какое там тело…
- О чём ты сейчас думаешь? – с усмешкой спрашивает Влад.
- Думаю о том, что у тебя шикарное тело, - решаю немного его шокировать.
- Серьёзно?
- Да.
- Ты меня удивляешь, Александра. То отшиваешь меня, то о моём шикарном теле мечтаешь.
- Я не мечтаю! А оцениваю.
Он опускает многозначительный взгляд на мою грудь, и я с ужасом понимаю, что через тонкую ткань спортивного платья отчётливо видно мои затвердевшие соски. Вот это подстава, конечно. Я не ожидала такого предательства от собственного тела!
- Мне холодно, - тут же нахожусь я.
- Врёшь, Сашенька, - шепчет мне в самые губы и накрывает их своими.
Да сколько можно уже! Я сама от себя в шоке. Который раз позволяю себя поцеловать! Где моя сила воли? Где гордость? Где принципы? Вот так просто сдаюсь под напором этого обаятельного бандита?
И можно ругать себя бесконечно долго, но отрицать, что целуется Огнев просто потрясающе – глупо. А ещё от него так приятно пахнет, что немного кружится голова. И тело его горячее, будто душу согревает. И его объятия почему-то кажутся очень надёжными. И, вообще, кажется, будто он слишком быстро смог меня очаровать. Почему? В чём его секрет.
С губ срывается тихий стон, когда его ладонь накрывает грудь и мягко сжимает.
- Я тебе руку сломаю, - рычу угрожающе.
- Попробуй, - усмехается в ответ Влад и второй рукой забирается под юбку платья и сжимает ягодицу. – Какая ты охуенная везде.
- Очень оригинальный комплимент. Ммм.
Он закрывает мой рот поцелуем. Таким, что коленки дрожать начинают.
- Ты же сама меня провоцируешь, Саша, - мягко говорит Огнев, отстраняясь.
- Что мне сделать, чтобы ты меня больше не целовал?
- Опоздала. Мне слишком понравилось. Поэтому ни одна твоя уловка не сработает. А теперь давай серьёзно. Я понимаю, что вывалил на тебя слишком много сложной и в чём-то пугающей информации. Тебе нужно всё это обдумать и принять суровую реальность. В скором времени мы с тобой встретимся и подумаем, как осторожно помочь Артёму, чтобы никто из вас не пострадал.
- Зачем тебе это, Огнев?
Но он не отвечает. Просто молча уходит, оставив на моих губах лёгкий прощальный поцелуй…
Глава 12
Я просыпаюсь утром с жуткой головной болью. Смотрю на время и понимаю, что не могу себе позволить полежать даже полчаса. Нужно вставать, пить таблетку и собирать для брата сумку с продуктами.
Сегодня суббота, значит, людей на передаче в СИЗО будет много. Нужно приехать пораньше, чтобы не простоять там до самого вечера.
Заставляю себя встать, опустить ноги на пол и пойти к аптечке.
Растворяю таблетку в прохладной воде, выпиваю залпом и жду пять минут, чтобы прошла болезненная пульсация.
И как только мне становится лучше, я открываю холодильник. В сумку складываю практически всё. К моему счастью, ничего из этих продуктов не подпадает под запрет.
- Спасибое тебе, Огнев, - говорю вслух и улыбаюсь.
Я, конечно, так и не поняла мотивов мужчины, но решила отмести в сторону все страхи и сомнения и принять любую его помощь.
Я понимаю, что это не совсем правильно, это не то, чему меня учил отец, это против моих принципов.
Но…
Когда на кону стоит свобода и, возможно, даже жизнь родного человека, сомневаюсь, что кто-то другой на моём месте поступил бы иначе.
Я год шла против течения, одна противостояла некогда любимой системе, билась в закрытые двери. А сколько отказов в помощи я слышала?
Люди, которые называли себе моими друзьями, которые называли себя друзьями моего брата, которые считались друзьями нашей семьи, все отвернулись.
Кто-то скажет, что их можно понять, что каждый человек, в первую очередь, будет думать о себе.
Но и я не просила стоять со мной у очередного кабинета большого начальника.
Мне не хватало обычной моральной поддержки.
Я хотела услышать хоть от кого-то слова, вроде: «Саш, всё будет хорошо. Тёма вернётся домой. Ты справишься»
Но я слышала совсем иное. Никто не верил, что брата оправдают и освободят. Никто не даёт ему ни малейшего шанса. Никто не верит в успешный исход этого дела. Даже более того. Кто-то даже озвучивает срок, на который мой брат отправится в колонию.
Люди - твари…
Тут я себя одёргиваю. Мама меня ругает за такие мысли. Не все люди твари. Но у моей мамы слишком доброе сердце, чтобы принять реальность, в которой мы остались один на один со своей бедой.
Никто не хочет вмешиваться, чтобы не создать себе проблем. Это понятно. Если судить объективно. А я не могу быть объективной, когда дело касается Артёма. Его ситуацию я принимаю очень близко к сердцу. И мне каждый раз дико больно, когда я сталкиваюсь с предательством некогда близких людей. Я начинаю их ненавидеть.
И от этого мне становится грустно.
Я всегда была добрым, светлым человеком. Некоторые мои коллеги вообще поражались, как я работаю на таком непростом направлении, как поддержание уголовного обвинения в суде. Там ведь столько грязи, столько боли.
А мне нравилась моя работа. Да, порой было морально тяжело, но облегчало мои страдания осознание, что я хорошее дело делаю, я помогаю восторжествованию справедливости.
И, конечно, сейчас, когда я оказалась по другую сторону, я всё ещё в глубине души люблю свою прежнюю работу, я скучаю по ней, но…
Как говорится «люблю и ненавижу».
Ненавижу больше.
Почему?
Да потому что моя любимая работа отняла у моего брата год жизни, испортила её, покалечила его морально и физически. И когда меня иногда спрашивают, не хотела бы я вернуться, я только грустно улыбаюсь.
Вот как мне туда вернуться после всего?
Трясу головой, чтобы выбросить эти тяжёлые размышления. Мне некогда грустить о том, что было. Мне нужно жить настоящим.
Огнев предлагает помощь? Меня осудят, еслия соглашусь?