Регрессор. Заново с нулевого ранга! Том 6

— Эй, ты! Куда прёшь? — офицер повернулся ко мне. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на шрамах, на грязной одежде, на странном металлическом наручнике.

— Пырьев, — повернулся к свету, чтобы он разглядел меня. — Дима Пырьев.

Офицер замер с ладонью на жёлтой ленте. Рот приоткрылся, потом он быстро оглянулся на напарника. Узнал парня с трубы, который спас терминал. Моё лицо последние дни показывали по всем каналам; теперь вместо арбалета передо мной была рация, и её владелец явно подбирал другое обращение.

— Пырьев? — переспросил он, понизив голос. — Тот самый? Из «Серых мышей»?

— Именно, — я кивнул на Аду, стоявшую за моей спиной. — Это гражданское лицо. Мне нужно вывести её в безопасную зону. Мой транспорт на другом конце улицы.

Офицер потянулся к рации, остановился. За его спиной напарник уже убирал телефон в карман.

— Пропусти, — тихо подсказал он. — Это он.

Первый снова посмотрел на фиксатор, затем на Адин рюкзак. Документы он так и не попросил.

— Давай, — наконец сказал он, отводя жёлтую ленту. — Быстро. И скажи своему оператору, пусть не снимает. Мне надоело писать рапорты.

— Спасибо, — я коротко кивнул.

Подхватил пику у ограды и провёл Аду под лентой. Прошли сквозь строй полицейских. Некоторые из них доставали телефоны, делая фото. Один даже повернул телефон экраном к себе, стараясь поймать меня за плечом в кадр. От камер зудело между лопатками. Смотрел на просвет между машинами, стараясь не поворачивать к телефонам лицо: пусть снимают затылок. Зато лента осталась за спиной. Ещё вчера меня бы здесь держали до утра, а сейчас офицер сам отодвинул её и пропустил Аду.

— Ты используешь их, — написала Ада, когда мы отошли достаточно далеко. — Они думают, что ты герой. А ты просто хитрый лис.

— Разница невелика, — отдал ей листок и показал на машину за оцеплением. — Герои нужны им для спокойствия. А мне нужен выход.

За оцеплением Ким открыл заднюю дверь своей машины. Ада села, не выпуская рюкзака; я втиснулся рядом, укладывая пику по диагонали под сиденьями. Ким отвёз нас боковым проездом к промышленной зоне, где располагался наш терминал. Воздух здесь был чище, меньше запаха гари. Смотрел назад через стекло, пока машины у оцепления не скрылись за поворотом. Всё казалось, что кто-то провожает нас взглядом. Полицейским мы уже показались; теперь хотелось убедиться, что за нами не едет тот, кому наше имя ничего не стоит.

У ворот терминала нас встречала Катя. Она стояла в тени грузового контейнера, закутанная в шарф, с планшетом в руках. Катя смотрела на мой окровавленный рукав. Я перехватил древко поудобнее и двинулся к калитке: сейчас ещё начнёт спрашивать про плечо, а Ада всё стоит снаружи.

— Проходите, — Катя открыла калитку и придержала её, пропуская Аду первой. — Внутри чисто. Пашка проверил периметр три раза.

Мы вошли в ангар. Шум улиц остался снаружи, заглушённый мощными стенами и звукоизоляцией. Здесь пахло смазкой, кофе и электроникой. Дом.

Катя держала планшет экраном к себе, но к данным не возвращалась. Проследила, как Ада вошла с рюкзаком, и только тогда шагнула ко мне с планшетом. Я поднял глаза с присохшего рукава: что ещё?

— Лёва Ким, — начала она. — Он прислал данные. Прямо сейчас.

— Что там? — прислонил пику к стене и стянул куртку со здорового плеча. На правом рукаве ткань присохла к крови; дёргать её дальше было нельзя. Катя опустила планшет, помогла освободить рукав вокруг фиксатора. Ожог чесался под повязкой.

— Он сравнил время прибытия чистильщиков и время нашего входа в контакт, — Катя провела пальцем по экрану, увеличивая карту района. — Адрес Ады. Твой адрес. Время.

Она повернула планшет так, чтобы я мог видеть.

— Смотри. Заявка на «вторичную обработку» объекта поступила в сеть Реестра за двадцать четыре часа до того, как ты вообще узнал, где живёт Верейская. Пометка: «Объект приоритетный. Картограф активен. Риск утечки данных высокий».

Вцепился левой в край планшета. Дата заявки расплылась перед глазами; перечитал её ещё раз. Сутки до того, как я нашёл Аду. Им даже не понадобилось следить за мной, чтобы прийти к ней.