Маг и Воровка

Высокие окна пропускали золотистый утренний свет, по стенам тянулись живые лозы, а ковры на полу были настолько мягкими, что шагов почти не было слышно.

Марр важно шествовал впереди с видом существа, которое лично владеет этим домом и всеми людьми внутри.

— Ты специально ходишь так, будто это твой особняк? — тихо спросила Лисса.

— А кто, по-твоему, воспитывал Элара? — невозмутимо ответил кот.

Лисса перевела взгляд на мага.

— Он сейчас шутит?

— К сожалению, нет.

Марр довольно дёрнул хвостом.

По пути им несколько раз попадались слуги. И каждый раз Лисса автоматически опускала голову, поправляла передник или смещалась чуть в сторону так естественно, будто действительно работала здесь уже несколько лет.

Никто не задерживал на ней взгляд дольше пары секунд.

Элар заметил это почти сразу. Одна из служанок буквально столкнулась с Лиссой плечом, извинилась и через секунду уже смотрела куда-то мимо, словно девушка просто растворилась среди света и теней коридора.

Лисса этого даже не заметила.

Для неё это было привычно.

Лаборатория находилась в восточном крыле особняка почти под самой крышей. Тяжёлая дверь открылась после короткого прикосновения Элара к медной пластине у стены, и замок тихо щёлкнул, вспыхнув зелёным светом.

Лисса сразу замедлила шаг.

Комната оказалась огромной. Почти половину пространства занимали столы, заставленные колбами, картами, приборами и магическими конструкциями, назначения которых она даже представить не могла. Высокие шкафы поднимались до самого потолка, а вдоль стен тянулись металлические кольца со светящимися внутри кристаллами.

В воздухе пахло травами, бумагой, металлом и магией.

Странный запах. Живой.

Марр сразу направился к большому креслу у окна и запрыгнул в него с видом уважаемого учёного, пришедшего наблюдать за экспериментом.

— Мне уже интересно, чем это закончится, — сообщил он.

— Ты выглядишь слишком довольным, — пробормотала Лисса.

Элар тем временем подошёл к центральному столу.

Положил тот самый осколок внутрь тонкой серебряной конструкции, исписанной рунами. При дневном свете кристалл выглядел ещё красивее: глубокий сине-зелёный свет медленно двигался внутри, будто под поверхностью переливалась вода.

Лисса остановилась чуть дальше.

Почему-то рядом с этой штукой ей становилось не по себе.

Элар заметил это сразу.

— Боишься?

— Опасаюсь.

— Разумно.

Он осторожно коснулся металлического кольца вокруг осколка, и руны вспыхнули мягким зелёным светом.

Магия отозвалась мгновенно.

Лисса почувствовала это почти физически. Воздух в комнате словно стал плотнее и теплее, а по коже пробежали мурашки.

Она резко нахмурилась.

— Мне это совсем не нравится.

— Мне тоже, — спокойно ответил Элар. — Поэтому я хочу понять, что именно происходит.

Марр лениво приоткрыл глаз.

— Обычно после этой фразы что-нибудь взрывается.

— Спасибо за поддержку.

— Всегда пожалуйста.

Элар проигнорировал их обоих.

Теперь, среди приборов, карт и книг, он выглядел совсем иначе. Более собранным. Более уверенным. Движения стали точными и спокойными, а взгляд — внимательным и цепким.

Лисса неожиданно поймала себя на мысли, что ей нравится наблюдать за ним во время работы.

Это раздражало. Очень.

Элар раскрыл одну из толстых книг и быстро пролистал несколько страниц.

— Подойди ближе.

Лисса сразу прищурилась.

— Мне уже не нравится, как это звучит.

— Я не собираюсь делать ничего опасного.

— Все люди перед катастрофой говорят именно так.

Марр согласно мурлыкнул.

— Она права.

Элар тихо выдохнул через нос, но всё-таки посмотрел на неё спокойным внимательным взглядом.

— Лисса.

И почему-то именно после этого она всё-таки подошла ближе.

Медленно. Осторожно.

Осколок сразу вспыхнул ярче.

Все трое это увидели одновременно.

Свет внутри кристалла стал глубже и живее, а по серебряной конструкции побежали тонкие линии голубого свечения.

В комнате дрогнули тени.

Не сильно, почти незаметно, но Элар сразу поднял взгляд.

Тень Лиссы на полу словно смазалась на долю секунды, будто отражение на воде.

Она нервно переступила с ноги на ногу.

— Мне не нравится твоё лицо.

— Стой спокойно.

— Это звучит ещё хуже.

Элар осторожно протянул руку к осколку.

Магия тут же дёрнулась навстречу. Растения вдоль стен тихо зашелестели, а свет в кристалле стал ещё ярче.

И в этот момент произошло что-то странное.

Лиссе показалось, будто воздух вокруг неё на секунду потерял чёткость.

Один из стеклянных приборов на дальнем столе вдруг исчез.

Не разбился. Не упал.

Просто пропал на короткое мгновение.

Лисса резко моргнула.

Прибор снова стоял на месте.

Марр медленно поднял голову и внимательно посмотрел сначала на дальний стол, потом на девушку.

Элар уже смотрел только на неё.

Очень внимательно.

— Лисса.

— Что?

— Ты видела сейчас серебряную колбу возле книг?

Она нахмурилась и перевела взгляд.

Колба спокойно стояла на месте.

— Ну да.

Элар несколько секунд молчал.

Потом тихо сказал:

— Она только что исчезла.

В лаборатории стало непривычно тихо. Даже растения вдоль стен перестали шелестеть, будто магия в комнате тоже прислушивалась к происходящему.

Лисса нервно усмехнулась.

— Отлично. Значит, у тебя сломана лаборатория.

— Нет.

— Тогда это твоя магия.

— Нет, Лисса.

И вот теперь ей действительно стало не по себе.

Потому что Элар выглядел человеком, который только что увидел нечто очень важное.

Лисса скрестила руки на груди и мрачно уставилась на осколок.

— Мне уже хочется уйти отсюда.

— Это взаимно, — пробормотал Марр из кресла. — Подальше от магов с исследовательским взглядом. Обычно после него начинается хаос.

Элар не ответил. Он всё ещё смотрел на Лиссу слишком внимательно, будто пытался собрать в голове части головоломки, которые никак не хотели складываться.

Это начинало нервировать сильнее с каждой минутой.

Лисса первой отвела взгляд и раздражённо выдохнула.

— Перестань так смотреть.

— Как именно?

— Будто сейчас разберёшь меня на части и подпишешь баночки.

Марр тихо фыркнул.

— Узнаю лабораторию Эвертонов.

— Я не собираюсь никого разбирать, — спокойно ответил Элар.

— Пока что.

Он проигнорировал комментарий и снова перевёл взгляд на осколок. Свет внутри кристалла всё ещё оставался ярче обычного, а медленные сине-зелёные всполохи двигались под поверхностью почти как живые.

Элар осторожно коснулся серебряного кольца вокруг конструкции, и руны мягко вспыхнули.

Лисса сразу почувствовала, как по коже снова пробежал холодок. Воздух в лаборатории будто стал тяжелее, а тени вдоль стен заметно дрогнули.

Теперь это увидели все.

Возле дальнего шкафа неожиданно потемнело сильнее, чем должно было быть. Свет от магических кристаллов туда почти не проникал, и Элар заметил, как очертания одного из столов словно поплыли, будто сама комната на секунду потеряла чёткость.

Марр медленно выпрямился в кресле и настороженно качнул хвостом.

— Вот это уже становится интереснее.

Лисса резко обернулась к нему.

— Что опять?!

— Ты делаешь это снова.

— Я ничего не делаю!

И в тот же момент стопка бумаг возле дальнего стола исчезла.

Не упала. Не сгорела.

Просто пропала на короткое мгновение, словно её вырезали из реальности.

Через секунд 5 бумаги снова лежали на месте.

Лисса застыла.

Элар тоже не двигался несколько долгих секунд. В лаборатории повисла тяжёлая тишина, нарушаемая только слабым потрескиванием магических кристаллов на стенах.

— Это была не моя магия, — наконец очень спокойно произнёс он.

— Замечательно. Теперь мне стало намного легче.

Элар медленно подошёл ближе. Без резких движений, без угрозы, но Лисса всё равно почувствовала напряжение в плечах.

Она слишком хорошо знала, чем обычно заканчивается повышенный интерес магов.

Элар остановился в паре шагов от неё.

— Лисса, ты правда никогда не замечала ничего странного?

Она раздражённо выдохнула и отвела взгляд к окну лаборатории, за которым шумел проснувшийся порт.

— Мы живём во Фрактусе. Здесь всё странное.

— Я серьёзно.

— А я начинаю подозревать, что сейчас услышу что-нибудь очень неприятное.

Марр задумчиво дёрнул ухом.

— Мы тебя на опыты сдадим...

— Марр, я тебя сейчас выкину в окно.

— Нет, не выкинешь. Я слишком красивый.

Элар всё ещё не сводил с неё взгляда.

— Люди часто теряют тебя из виду?

Лисса замолчала всего на секунду, но этого хватило.

Элар заметил.

Конечно заметил.

Она медленно скрестила руки сильнее.

— Иногда.

— Иногда?

— Люди бывают невнимательными. А ещё я из теневой гильдии. Быть незаметной это моя работа.

Марр тихо хмыкнул.

— Особенно когда ты проходишь мимо стражи несколько раз подряд, а они тебя не замечают.

Лисса резко повернулась к нему.

Элар выглядел слишком спокойным, и именно это пугало сильнее всего. Потому что сейчас он явно не просто удивился.

Он анализировал.

Очень быстро.

— Лисса, это похоже на морок, — тихо сказал он.

Она нахмурилась.

— На что?

— Магия восприятия. Искажение внимания. Тени. Иллюзии. Людям становится сложнее удерживать взгляд, сложнее замечать детали, сложнее запоминать лицо.

Лисса нервно усмехнулась.

— И ты хочешь сказать, что я случайно колдую всю жизнь?

— Я хочу сказать, что твой дар проявляется инстинктивно. А сейчас возле кристалла он начал проявляться сильнее.

Она уже собиралась ответить что-нибудь язвительное, когда свет в лаборатории снова дрогнул.

Лисса резко обернулась и наконец заметила то, от чего внутри неприятно похолодело.

Её собственная тень у стены снова расплывалась, будто отражение на воде.

Элар медленно перевёл взгляд вниз, потом обратно на неё.

И впервые за всё это время Лисса увидела в его глазах не просто интерес исследователя.

Восхищение.

ГЛАВА 5. МОРОК

Лисса первой отвела взгляд.

Ей совершенно не понравилось то, что она увидела в глазах Элара. Там не было ни страха, ни привычной для магов настороженности. Хуже — там был настоящий интерес, живой и почти восхищённый, будто он только что наткнулся на нечто редкое и теперь не собирался отпускать эту мысль.

Она резко отвернулась к окну лаборатории и скрестила руки на груди сильнее.

— Даже не начинаай.

Элар нахмурился и медленно закрыл книгу, лежащую перед ним.

— Что именно?

— Этот ваш взгляд.

— Какой ещё взгляд?

— Когда маги находят что-то необычное и начинают мысленно писать трактат на двести страниц.

Марр лениво дёрнул хвостом из кресла.

— О, этот взгляд у него с детства. Обычно после него в доме что-нибудь взрывается или начинает ползать.

— Спасибо, Марр.

— Всегда пожалуйста.

Элар тихо выдохнул через нос, но взгляда от Лиссы всё равно не отвёл. И это раздражало сильнее, чем должно было, потому что часть её уже понимала — он действительно что-то заметил.

Что-то важное.

Лисса снова посмотрела на собственную тень у стены. Теперь она выглядела нормально, как и должна была, только неприятное ощущение под кожей никуда не исчезло. Будто воздух вокруг всё ещё слегка дрожал.

— Я ничего не делала, — уже тише сказала она.

— Я знаю.

— Нет, ты не понимаешь. Я правда ничего не делала.

Элар подошёл к одному из столов и начал быстро перебирать записи. Страницы тихо шелестели под пальцами, а сине-зелёный свет осколка скользил по его светлой рубашке и тёмным волосам. Теперь, среди книг и приборов, он выглядел особенно уверенно — как человек, который наконец оказался на своей территории.

Лисса неожиданно поймала себя на том, что снова смотрит на него слишком долго.

Она тут же отвернулась и начала рассматривать лабораторию внимательнее. Комната выглядела так, будто здесь жил человек, который совершенно забывал о времени, когда работал. На одном столе лежали раскрытые карты с пометками на нескольких языках, рядом громоздились стопки книг, а возле окна стояли горшки с растениями, листья которых едва заметно двигались сами по себе.

Магия здесь ощущалась повсюду.

Не тяжёлая и не пугающая, а странно живая, будто вся лаборатория дышала вместе с домом.

Лисса подошла ближе к одному из растений с длинными серебристыми листьями. Те почти сразу медленно повернулись в её сторону, словно реагируя на присутствие.

Она подозрительно прищурилась.

— Оно сейчас смотрит на меня?

— Да, — спокойно ответил Элар, даже не поднимая головы от записей. — Это мироцвет. Он чувствует магию поблизости.

Лисса немедленно отступила на шаг.

Растение слегка качнулось следом.

— Нет, мне это уже совсем не нравится.

Марр тихо хмыкнул.

— Ты слишком нервно реагируешь на флору.

— Флора обычно не следит за людьми.

— Вообще-то следит, — невозмутимо сообщил Элар.

— Почему ты говоришь это так, будто это нормально?

Он наконец поднял взгляд, и уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Потому что для меня это действительно нормально.

Демоны.

Ему очень шла улыбка.

Это было крайне неудобное открытие.

Элар снова вернулся к записям, но теперь говорил уже задумчиво, будто размышлял вслух.

— Морок редко проявляется настолько естественно. Обычно маги замечают его ещё в детстве, особенно если дар сильный.

— Ты опять говоришь так, будто я какая-то научная проблема. Я не прячусь. Люди просто невнимательные.

Лисса раздражённо выдохнула и отвернулась к окну.

— Лисса, служанка в коридоре посмотрела прямо на тебя, но с таким выражением лица, будто не видела рядом со мной девушку... Довольно симпатичную, кстати, а это повод для сплетен на кухне.

Марр снова хмыкнул.

Элар всё это время наблюдал за ней слишком внимательно. И именно сейчас Лисса впервые по-настоящему поняла, что он действительно видит её иначе, чем остальные люди.

Не теряет взгляд. Не отвлекается. Не «соскальзывает» вниманием в сторону.

Он смотрел прямо в глаза, на неё редко кто-то так смотрел.

От этой мысли внутри стало неожиданно тревожно.

Она всю жизнь привыкла быть тенью. Люди забывали её лицо, теряли в толпе, не замечали лишний раз. Это было удобно, безопасно и правильно.

А Элар замечал всё.

Марр неожиданно спрыгнул с кресла и бесшумно прошёл между ними. Потом уселся прямо возле стола с осколком и задумчиво посмотрел сначала на кристалл, потом на Лиссу.

— Мне одному кажется, что эта штука реагирует на вас обоих слишком лично?

Лисса нахмурилась.

— Лично?

— Обычно осколки так себя не ведут, — спокойно ответил Элар. — Когда я нашёл его, он был почти мёртвым. Нестабильным, слабым и едва держал магию.

Он осторожно коснулся серебряной конструкции, и сине-зелёный свет внутри кристалла мягко вспыхнул ярче.

— А вчера рядом с тобой он словно проснулся.

Лисса нервно усмехнулась.

— Отлично. Теперь у нас ещё и эмоционально привязанный магический камень.

— Вообще-то это возможно, — задумчиво сказал Элар.

— Это была шутка.

— Во Фрактусе это редко что-то меняет.

Справедливо, к сожалению.

Лисса снова посмотрела на собственную тень у стены и в этот раз отчётливо заметила странную вещь: тень дрогнула раньше, чем она сама успела пошевелиться.

Лисса несколько секунд молча смотрела на собственную тень у стены.

Та снова выглядела совершенно нормально. Никакой ряби, никакого странного размытия, только внутри всё равно оставалось неприятное ощущение, будто воздух вокруг неё стал другим.

Более тяжёлым.

Элар медленно закрыл записи и подошёл ближе к столу с осколком. Сине-зелёный свет мягко скользнул по его пальцам, отражаясь в серебряных рунах.

— Это не просто реакция на магию, — тихо сказал он. — Осколок будто… усиливает твой дар.

Лисса нахмурилась.

— У меня нет дара.

— Ну себе-то хоть не лги.

— Элар.

Он поднял взгляд.

Спокойный. Внимательный. Слишком сосредоточенный.

— Лисса, ты только что заставила исчезнуть половину предметов в моей лаборатории.

— На секунду!

— Это не делает ситуацию менее впечатляющей.

Марр лениво потянулся возле стола.

— Вообще-то делает. Если бы она случайно исчезла сама, было бы гораздо интереснее.

— Спасибо, Марр, ты невероятно поддерживающий.

Кот довольно дёрнул ухом.

— Стараюсь.

Элар осторожно коснулся пальцами серебряной конструкции, удерживающей кристалл. Свет внутри осколка сразу дрогнул и стал ярче.

И почти одновременно с этим Лисса почувствовала странное тепло под кожей.

Очень лёгкое. Почти неуловимое.

Тени у дальней стены снова поплыли.

Теперь это заметили все.

Элар некоторое время молчал, явно подбирая слова.

— Думаю… твой дар был с тобой всегда. Просто слабый. Неоформленный. Ты пользовалась им инстинктивно и даже не понимала этого.

— То есть я случайно колдовала всю жизнь?

— Скорее жила рядом с магией так долго, что перестала её замечать.

Лисса тихо выдохнула и отвернулась к окну.

За стеклом шумел портовый город. Между крышами медленно тянулся дневной туман, где-то далеко перекликались корабли.

Мир выглядел абсолютно обычным.

А внутри неё будто что-то медленно просыпалось.

Это пугало сильнее, чем она хотела признать.

— Почему сейчас? — наконец спросила она. — Почему всё это началось именно рядом с твоим кристаллом?

Элар перевёл взгляд на осколок.

Свет внутри мягко двигался, будто вода подо льдом.

— Потому что осколки чувствуют магию, — тихо сказал он. — Особенно нестабильную. Незавершённую. Они усиливают её.

Марр качнул хвостом.

— А этот, кажется, вообще решил, что ему стало скучно.

Элар слабо усмехнулся.

— Возможно.

Потом снова посмотрел на Лиссу.

И вот теперь в его взгляде появилось что-то ещё.

Не только интерес исследователя.

Понимание.

— Думаю, именно поэтому я вижу тебя лучше остальных.

Лисса нахмурилась.

— В смысле?

Он чуть помедлил.

— Морок работает через внимание. Людям становится сложнее удерживать взгляд, замечать детали, запоминать лицо. Но осколок… он реагирует и на тебя, и на меня.

Марр задумчиво прищурился.

— То есть эта штука буквально связала вас?

— Пока не знаю, насколько сильно, — спокойно ответил Элар.

Лиссе очень не понравилось, как прозвучала эта фраза.

Особенно потому, что внутри всё странно дрогнуло, когда он сказал «связала».

Она резко отвернулась и скрестила руки на груди.

— Отлично. Просто замечательно. Вчера я пыталась украсть кристалл, а сегодня магический камень решил устроить нам эмоциональное знакомство.

Марр довольно замурлыкал.

— Я говорил, что это будет интересно.

Элар наконец отошёл от стола и устало провёл ладонью по волосам. Напряжение последних часов постепенно начинало отражаться даже на нём.

— Думаю, на сегодня экспериментов достаточно.

— Слава богам, — пробормотала Лисса.

— Но нам всё равно нужно понять, насколько сильно осколок влияет на твою магию.

— Давай не сегодня.

Он внимательно посмотрел на неё.

И кивнул.

Без споров. Без давления.

Это почему-то удивило Лиссу сильнее, чем сама лаборатория.

Марр тем временем уже направился к двери.

— Если вы закончили пугать друг друга магией, то я хочу есть.

Лисса моргнула.

— Мы буквально завтракали не так давно.

— Это было давно и неправда.

— Ты невозможен.

— Зато честен.

Элар тихо усмехнулся и тоже направился к выходу из лаборатории.

— Идёмте. До обеда ещё есть время, но если Марр продолжит жаловаться, дом этого не переживёт.

— Наконец-то разумные решения, — важно сообщил кот.

Лисса задержалась возле двери всего на секунду и невольно бросила последний взгляд на осколок.

Сине-зелёный свет внутри кристалла мягко дрогнул.

Будто прощаясь.

К обеду особняк стал значительно живее.

Где-то внизу хлопали двери, слуги носили подносы, в коридорах слышались шаги и приглушённые разговоры. Из открытых окон тянуло морским воздухом и запахом дождя — над портом постепенно собирались тяжёлые серые тучи.

Лисса шла рядом с Эларом чуть медленнее обычного.

После лаборатории внутри всё ещё оставалось странное ощущение.

Будто её мир незаметно сдвинулся с привычного места.

И теперь назад уже не вернуть.

Столовая оказалась неожиданно светлой. Большие окна выходили прямо на внутренний сад, где среди зелени журчал небольшой фонтан, а солнечный свет мягко скользил по длинному деревянному столу.

Лисса остановилась у двери и подозрительно прищурилась.

— У вас здесь всё слишком красивое.

— Это жалоба?

— Это настораживает.

Марр уже запрыгнул на один из стульев и устраивался с видом существа, которое намерено принимать участие в обеде официально.

— Она просто выросла без нормального вкуса.

— А ты вырос с ним?

— Я вообще не рос. Я сразу был великолепен.

Лисса закатила глаза и всё-таки села за стол.

Обед оказался неожиданно простым для такого дома: запечённая рыба, овощи, тёплый хлеб, густой сливочный суп и чай с какими-то травами, запах которых Лисса даже не узнала.

Элар заметил её взгляд.

— Что?

— Я ожидала у вас тут золотые тарелки и пафос.

— Это обычный обед.

— Ты очень странный аристократ.

Марр тихо фыркнул.

— Поверь, это ещё мягкая формулировка.

Несколько минут они ели спокойно. За окнами шумел ветер, листья в саду тихо шелестели под приближающимся дождём, а Лисса всё никак не могла перестать думать о лаборатории.

О собственной тени. О мороке. О том, как Элар смотрел на неё.

Элар первым нарушил тишину.

— Если мы действительно найдём второй осколок у коллекционера, магия может стать стабильнее.

Лисса подняла взгляд.

— Твоя магия?

— Не только моя.

Она нахмурилась.

— Мы всё ещё говорим обо мне так, будто я внезапно стала магом.

— Ты и есть маг.

— Я воровка.

— Одно другому не мешает.

Марр важно кивнул.

— Во Фрактусе иногда даже помогает.

Лисса откинулась на спинку стула и мрачно посмотрела в окно.

— Великолепно. Значит, теперь мне ещё и придётся разбираться с магией.

— Я помогу.

Ответ прозвучал спокойно и настолько естественно, что Лисса на секунду даже растерялась.

Будто для Элара это уже было решённым вопросом.

Она быстро отвела взгляд и взяла чашку с чаем.

— Ладно. Допустим. Но у нас есть проблема посерьёзнее.

— Какая?

— У меня совершенно нет платья для приёма у коллекционера.

Марр тут же заинтересованно поднял голову.

— О, вот теперь начались настоящие трудности.

Элар выглядел удивительно спокойным.

— Это не проблема.

Лисса подозрительно прищурилась.

— Ты сейчас очень зря это сказал.

— На чердаке остались сундуки с одеждой. Там должно найтись что-нибудь подходящее.

Она уже собиралась съязвить, но вдруг остановилась.

— Чьей одеждой?

Элар ответил не сразу.

Он медленно поставил чашку на стол, и Лисса впервые за всё утро заметила, как чуть заметно изменилось его лицо.

Улыбка исчезла.

— Моей матери.

Тишина за столом стала неожиданно тяжёлой.

Лисса тут же выпрямилась.

— А ей… не пригодится больше?

Элар спокойно посмотрел в окно.

Серые тучи за стеклом стали темнее.

— Нет. Родители погибли пятнадцать лет назад во время кораблекрушения.

Лисса замерла.

Демоны.

Марр тихо выдохнул и лениво улёгся обратно на стул.

— Я же говорил, что воспитывал его.

Лисса медленно перевела взгляд на кота.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— Ты вырастил мага-аристократа?

— И прекрасно справился.

Элар тихо усмехнулся.

Совсем слабо, но Лисса всё-таки заметила.

— Марр действительно остался со мной после их смерти.

Марр важно качнул хвостом.

— Кто-то должен был следить, чтобы ребёнок не ел чернила и не пытался разговаривать с ядовитыми растениями.

— Подожди… ты пытался?

— Один раз, — спокойно ответил Элар.

— Три, — поправил Марр.

Лисса всё-таки не сдержала смешок.

И только спустя пару секунд поняла, что после слов о родителях Элар снова улыбнулся. Её сердце снова сделало кульбит.

ГЛАВА 6. ЧЕРДАК

На чердак они поднимались по узкой винтовой лестнице в дальнем крыле особняка.