Ложь не во благо

Кейт Крамбл

Ложь не во благо

Глава 1: Благотворительный вечер

Лондон — наши дни

Яркий свет ударил в глаза ещё до того, как я переступила порог. Вспышки фотокамер. Приглушённые голоса. Звон бокалов. Запах дорогого парфюма смешивался с ароматом свежих цветов. И только потом я увидела его.

Молодой человек в идеально сидящем чёрном костюме улыбнулся так выверенно, словно эту улыбку репетировали несколько часов.

— Мисс Теш, добро пожаловать!

Он слегка наклонил голову и жестом предложил следовать за ним.

Всегда поражалась подбору персонала на светских вечерах. И девушки, и парни выглядели как супермодели с обложки глянцевого журнала. Строгие костюмы позволяли им безупречно вписываться в обстановку, но ни в коем случае не затмевали разодетых в дорогущие наряды гостей.

Сегодняшнее мероприятие не было исключением. Здесь всё было по высшему разряду: прически, украшения, макияж. Где же ещё сверкнуть своим внушительным состоянием, если не на благотворительном вечере? Дамы из кожи вон лезли, чтобы переплюнуть друг друга, мужчины не отставали.

Во сколько обходилась организация подобного торжества, сложно было даже представить. Вот если бы вместо покупки всех этих платьев и бриллиантов присутствующие просто отдали деньги тем, ради кого сегодня собрались, то и собирать ничего не пришлось бы. Толку было бы в разы больше. Но, похоже, без сопутствующего пафоса творить добро куда труднее.

— Спасибо! — ответила я молодому человеку.

В соседнем зале собравшиеся гости что-то бурно обсуждали, и я решила присоединиться к ним. Прихватив по дороге бокал игристого, я лавировала между плотно расставленными столиками. Это далеко не первый вечер, который мне доводилось посещать, но сегодня здесь было поистине тесно и внутренне некомфортно. Возможно, оттого что я знала: на этом вечере будет он.

Кто же он такой, спросите вы? Сейчас уже никто. Чуть ранее — центр моей жизни, моя вселенная, мой космос. В общем, тот, без которого жизнь теряет смысл, тот, без которого сложно дышать и от которого я зависела как от наркотика.

Стараясь не ушибиться о чужие стулья, я и сама не заметила, как врезалась прямо в него. Его аромат — первое, что я почувствовала, уткнувшись в мускулистую грудь. В голове сразу щёлкнуло: «Это он». Подняв глаза, я поняла, что не ошиблась. Он стоял напротив и молча впивался в меня взглядом тёмно-карих глаз. Я молчала в ответ, пытаясь прийти в себя. Он был не один.

После нашего расставания прошло всего несколько месяцев, а он с лёгкостью закрутил роман с девушкой, внешне как две капли воды похожей на меня. Возможно, это всего лишь случайность. Не исключено, что он искал мою копию. Одно могу сказать точно: в глазах его спутницы читались негодование и неловкость. Похоже, она прекрасно знала, кем я приходилась её кавалеру. Она отчаянно пыталась выглядеть уверенной в том, что он принадлежит лишь ей, но лёгкое подёргивание уголков губ говорило об обратном. Чем дольше затягивалось наше молчание, тем нервознее становилась эта девушка, переводя испуганный взгляд с него на меня.

— Марк, пойдём, — не выдержала девушка.

— Хорошего вечера! — произнёс Марк в мой адрес, послушно следуя за своей спутницей.

Мне осталось пройти мимо двух столиков, и вот я уже в соседнем зале, где собиралась затеряться в толпе лондонского бомонда. Сделать это не удалось — меня мигом вычислила Марго. Это была потрясающая женщина лет шестидесяти. Знала я её всего каких-то три года, но оставалось полное ощущение, что она присутствовала в моей жизни с самого рождения.

Марго являлась владелицей огромной мастерской по изготовлению эксклюзивных драгоценностей, которые продавались только в её ювелирных магазинах. На сегодняшнем вечере многие дамы красовались в украшениях, созданных руками мастеров этой строгой на первый взгляд женщины. Марго и вправду была резка на язык, но всегда говорила по делу и, глядя прямо в глаза.

«Лучше сразу показать свой истинный характер, чем играть нелепую роль послушанки, от которой сводит живот!» — любила повторять она. И Марго, не стесняясь, демонстрировала все прелести своего темперамента, утирая нос самым несносным дамам высшего общества.

— Видела уже его? — целуя меня в щёку, поинтересовалась она.

Я натянула фальшивую улыбку и коротко ответила:

— Видела.

— Тебе улыбаться не обязательно. Разве в такой ситуации может быть до улыбок? Мерзавец! Ещё и её сюда притащил.

— Марго, не нужно. Наши с ним отношения в прошлом.

— Конечно, в прошлом. Подлец! Я любила его как собственного сына, а он так несправедливо с тобой поступил.

И пока Марго обрушивала свой гнев на моего бывшего (который, к слову, и познакомил меня с этой неординарной женщиной), я пыталась взять себя в руки, дабы не поддаться нахлынувшим эмоциям.

— Это хорошо, что ты уже всё знаешь, быстрее заживет. — Заметив мои душевные терзания, Марго попыталась меня успокоить. Получалось это у неё весьма коряво, но для неё подобное проявление чувств было уже высшей мерой сочувствия. — Ладно, пойдём присядем, скоро всё начнётся.

Мы расположились за одним столиком, хотя по списку рассадки гостей этого не предполагалось. Молодому человеку с очаровательной улыбкой, помогавшему гостям, было проще согласиться с настоятельной просьбой моей знакомой, нежели выслушивать лавину претензий в свой адрес.

Официальная часть тянулась бесконечно, впрочем, на иное я и не рассчитывала. Присутствие в зале девушки, до жути похожей на меня, отравляло каждую минуту. Но наконец пафосный вечер подошёл к концу, и я со спокойной душой направилась к выходу. Сделать это быстро не получалось: гости разбрелись по залам группами и, натягивая фальшивые улыбки, продолжали состязаться в остроумии и демонстрировать свою значимость.

Пробираясь сквозь толпу, я внезапно оказалась почти лицом к лицу с бывшим. Марк стоял чуть в стороне, бережно удерживая мою копию в объятиях.

— Поздравляю! — громкий голос прозвучал совсем рядом.

Я вздрогнула и машинально перевела взгляд на Марка. Окружавшие его люди заулыбались. Несколько человек начали аплодировать, кто-то одобрительно поднимал бокал. Я замерла, ничего не понимая. За что его поздравляют? Какой-то удачный контракт? Или очередная премия, которую Марк всегда притягивал с такой лёгкостью?

Аплодисменты становились всё громче, подхватываемые залом.

— Поздравляем!

— Наконец-то!

— Давно пора!

Осколки чужих слов доносились со всех сторон, оглушали, но никак не желали складываться в единое целое.

Я снова посмотрела на него. Он почему-то не улыбался. Только смотрел на меня — так, словно совсем забыл о людях вокруг. Будто мы снова оказались вдвоём всего на одно короткое мгновение. Я проследила за его взглядом и только тогда заметила её руку. Она подняла её высоко, словно хотела показать всем сразу. На безымянном пальце вспыхнул бриллиант. Свет люстр ударил в грань камня.

На секунду зал словно исчез. Я слышала только собственное дыхание. Нет. Не дыхание. Его отсутствие. Я не могла вдохнуть. Всё стало удивительно тихим, хотя вокруг продолжали хлопать, смеяться и поздравлять.

— Марк сделал предложение! — кто-то произнёс это совсем рядом.

Теперь слова наконец собрались в одну фразу. В одно событие. В одну беспощадную реальность. Он только что предложил ей стать его женой. Зал наполнился всеобщим ликованием и поздравительными речами, но я их больше не слышала. Только аплодисменты за спиной — они преследовали меня до самой двери.

Весенний лондонский дождь был как нельзя кстати. Я не стала ловить такси и, пешком шлёпая по мокрым тротуарам, отправилась куда глаза глядят. Шла ли я домой? Возможно. Я была полностью разбита. Рыдая в голос, я рухнула на колени прямо на асфальт и подняла голову к небу. Лёгкая морось мгновенно сменилась грозой с проливным ливнем. В сумочке вовсю трезвонил телефон, но я не обращала на него внимания. Из головы не выходила сцена помолвки. Я ведь была уверена, что всё давно закончилось. Но моя излишне эмоциональная реакция меньше всего походила на отсутствие чувств.

Быть может, это была уже не любовь? Может, я плакала вовсе не из-за неё, а потому, что когда-то отчаянно мечтала оказаться на месте этой девушки? Как бы там ни было, сейчас я не могла ответить себе на этот вопрос.

Почему он так и не сделал мне предложения? Тогда этот вопрос казался главным. Теперь я знаю ответ. Но чтобы рассказать его… придётся вернуться в самое начало.

Глава 2: Знакомство

Франция, за три года до благотворительного вечера

Доклад закончился под громкие аплодисменты. Только выйдя из душной аудитории, я наконец позволила себе облегчённо выдохнуть.

Именно ради этого выступления перед пятью сотнями слушателей я последние три месяца без сна писала магистерскую работу по искусствоведению. Это грандиозное событие — осенняя ярмарка искусств, которую организовывал мой Американский университет в Париже, — должно было стать ключевой точкой в учёбе. Но, как оказалось позже, оно перевернуло всю мою жизнь.

С чувством выполненного долга я отправилась в зал современного искусства. Фантазия местных авторов явно выходила за рамки привычного и земного.

Заострив взгляд на невероятной металлической скульптуре, я чувствовала, что рядом кто-то стоит. Но не оборачивалась. Молодой человек молча разглядывал экспонат вместе со мной. Иногда рядом с хорошей работой хочется просто постоять молча.

Как я узнаю позже, молодой человек простоял так минут пятнадцать, прежде чем решился заговорить.

— Увлекаетесь современным искусством? — наконец спросил незнакомец.

— Немного, — ответила я, мельком взглянув на парня.

— И как вам выставка? Немного мрачноватой не кажется?

— Нисколько!

Молодой человек явно желал привлечь моё внимание к своей персоне. Ему не потребовалось для этого особых усилий. Я обернулась и, с лёгким недоверием разглядев красавца, представилась:

— Лесли.

— Та самая Лесли Теш, что только что выступала с докладом о современном искусстве?

— Похоже, что та самая, — скромно улыбнувшись, ответила я. — И как вы находите мой доклад?

— Честно? Я опоздал. Но успел на аплодисменты слушателей в вашу честь, так что смело могу предположить, что ваша речь удалась.

— Спасибо!

— Вот я осёл, — выругался парень. — До сих пор не представился. Марк О’Брайан.

— Очень приятно. Можно я буду называть вас просто Марк, вместо осла? — решила пошутить я.

Марк рассмеялся, смущённо пряча взгляд в пол. Затем исподлобья взглянул на меня. Я, с улыбкой до ушей, замерла, утонув в его карих глазах. Он не отводил от меня взгляда. Я тоже. Несколько секунд никто из нас не говорил.

Его взгляд оказался слишком прямым. Настолько, что мне вдруг захотелось спрятаться. Я зажмурилась. Так гипноз тёмно-карих глаз моего собеседника стал сходить на нет.

— Лесс, с тобой всё в порядке? — встревоженно произнёс Марк, одёрнув меня за плечо.

Открыв глаза, я замерла. Так меня называл только один человек. У Марка это прозвучало слишком естественно, чтобы оказаться случайностью.

— Мне нужно на свежий воздух, — выпалила я и поторопилась к выходу.

— Да, конечно! — Марк последовал за мной.

— Я одна справлюсь, — приостановившись, произнесла я, желая отделаться от нового знакомого.

— Я не могу оставить тебя в таком состоянии, — настаивал Марк.

— Ладно, — закатив глаза, ответила я и продолжила идти к выходу.

Я слегка нервничала, и эта нервозность прослеживалась в каждом моём движении, особенно в походке. Ускорив шаг, я то и дело оглядывалась в надежде, что Марк передумает идти за мной. Но молодой человек был непреклонен.

Последнее, что я увидела, — как Марк собирается мне что-то сказать. Следующее — стеклянная створка двери. Причём значительно ближе, чем хотелось. От удара в глазах потемнело, и, если бы не мой спутник, могу представить, в каком неприглядном виде я бы расстелилась у самого входа в галерею.

Когда сознание начало ко мне возвращаться, я полностью находилась в объятиях своего кареглазого знакомого. Марк держал меня как пушинку и оглядывал лицо в месте удара.

— Больно? — спросил он.

В его «Больно?» была неприкрытая ухмылка вперемешку с «Так тебе и надо!».

— Лесс, ты меня слышишь? — уже встревоженно спросил он, видя мой стеклянный взгляд.

А я вновь утонула в его карих глазах. Не пойму, что в них было особенного? Глаза как глаза. Ну, подумаешь, карие, ну, огромные, но такие бездонные…

В следующее мгновение мы оказались на уличной скамье. Глотнув свежего воздуха, я наконец окончательно опомнилась.

— Немного припухло, но это ничего, пройдёт, — произнёс Марк, бережно убрав с моего лба прядь волос. — Я хотел предупредить, но ты так ломанулась вперёд…

— Марк, спасибо за помощь, мне уже намного лучше. Тебе вовсе не обязательно продолжать со мной возиться. Думаю, у тебя своих дел полно.

Я вновь попыталась отделаться от назойливого и безумно привлекательного парня. Сколько себя помню, всегда отвергала то, что мне нравилось. Представления не имею, откуда именно взялось убеждение в том, что я не достойна чего-то хорошего. Но если у меня и был выбор, я всегда делала его не в свою пользу. Можно смело сказать, подобного рода неуверенность тянулась из глубокого детства. У меня есть несколько догадок, почему так происходило, но нет конкретного ответа.

Быть может, это произошло в тот самый момент, когда моя мама смертельно заболела. Мне было шесть. Из озорной, вечно смеющейся женщины она за считанные месяцы превратилась в прикованную к постели больную со светлым платком на голове, прикрывающим её бритую голову. Рак не щадил. Каждый день он старательно забирал её у нас с отцом. Я пыталась её порадовать. Приносила самые вкусные лакомства, которые только были дома. Она от всего отказывалась, но я по-детски настаивала. К сожалению, ни профессионализм врачей, ни папины старания, ни моя детская жертва не принесли никаких результатов. Мамы не стало через год после того, как у неё обнаружили страшную болезнь, пожиравшую её изнутри.

Ещё одним травмирующим моментом для меня стал школьный спектакль, где дети должны были танцевать для своих мам. Наш третий класс готовил представление. Это был прекрасно поставленный номер с цветами, которые по завершении танца каждый ребёнок должен был вручить своей маме. Я была единственной, чья мать не смогла присутствовать на празднике не в силу огромной занятости.

После танца все дети побежали поздравлять своих мам, падали в их объятия и дарили цветы. Я, в полной растерянности, с маленьким букетом осталась на сцене. Ко мне подбежал одноклассник.

— Мой букет развалился, а тебе твой всё равно не нужен, — выпалил он мне прямо в лицо.

Выхватив букет из моих рук, парнишка скрылся в толпе родителей и детей.

От раздирающей душу внутренней боли, от непонимания окружающими моего состояния я замерла. Нет, не плакала, просто молча стояла и не шевелилась. Внутри же всё разрывалось на части. Мне, девятилетнему ребёнку, хотелось неистово кричать. В том возрасте я вовсе не знала значения слова «неистово», но от этого моё желание закричать во всё горло не сходило на нет. И я кричала. Где-то внутри, глубоко-глубоко, мой голос кричал так, что можно было оглохнуть от издаваемого звука. В реальности же никто не заподозрил моего состояния.

Был ещё ряд случаев, которые меняли меня, делали кроткой, уязвимой, неуверенной, с кучей всевозможных комплексов и предрассудков. Я росла и не осознавала силы внешнего влияния, которое на меня оказывалось. Позже я стала догадываться о том, что то, кем я себя ощущаю, и то, кем являюсь на самом деле, — два совершенно разных человека. Вот только совместить эти личности у меня никак не выходило. Я всё больше погружалась в личность, которую мне навязывало общество.

Невзирая на то, что я не находила сил на борьбу с окружающим миром и даже на борьбу с самой собой, я ставила себе собственные цели и упорно шла к ним. Тут мне никто не мог помешать. Я знала: рано или поздно вырвусь из кокона, в котором находилась всю свою сознательную жизнь.

Повзрослев, я из гадкого утёнка превратилась в прекрасного лебедя. Неожиданно прошли подростковые прыщи, долгое время заполнявшие моё лицо. Благодаря игре на фортепиано мои пальцы стали изящнее. Аккуратный маникюр подчёркивал утончённость кистей рук. Скинув десять килограммов, я резко улучшила осанку. Теперь внешне я выглядела как истинная леди. Что насчёт внутренних комплексов? За строгой внешней оболочкой их было не видно. К тому же я всё ещё верила, что когда-нибудь смело с ними распрощаюсь.

— Желаешь от меня отделаться? — прищурив глаза, спросил Марк, раскусивший меня в два счёта.

— Нет, что ты, — слукавила я, поняв, что полностью облажалась. — У тебя наверняка своих дел полно, а ты тут со мной возишься, — пыталась я выкрутиться.

— Как истинный джентльмен, я обязан отменить все свои дела, дабы убедиться в твоём благополучном самочувствии.

— Со мной всё в полном порядке. Правда.

— Всё же я хочу лично в этом убедиться.

Марк был напорист, а я слишком застенчива, чтобы дать ему строгий отпор. К тому же он мне понравился. Я решила не сопротивляться и, доверившись интуиции, которая редко меня подводила, скоротать свободное время с новым знакомым.

Мы отправились на пешую прогулку. Как же с ним было легко и весело. Марк оказался старше меня на два года. Он взахлёб рассказывал мне о своих студенческих годах, о том, как нелегко пришлось преподавателям с их группой, в которой по чистой случайности собрались неуправляемые девушки и юноши, предпочитавшие учёбе сплошные вечеринки и развлечения.

— Меня часто пугали, что я завалю ту или иную сессию, а до последнего курса и вовсе не дотяну, — продолжал Марк.

— И что же произошло? — с любопытством интересовалась я.

— Каждая сессия на отлично. Дипломная работа — лучшая на всём курсе, — хвастал парень.

— Так уж и лучшая? — с сомнением переспросила я.

— Думаешь, я сейчас тебе просто езжу по ушам?

— О, как грубо, — шутливо подловила я Марка. — Отличник, судя по всему, медалист, и так выражаешься…

— И медалист… — уже жалея, что расхвалил себя, Марк скорчил лицо в ожидании очередного упрёка с моей стороны.

— Да ладно тебе. Я пошутила. Что ты так напрягся?

— Я уж не знаю, для человека, претендующего на диплом по искусствоведению, употребление в своём лексиконе слова «напрягся» нормально?

— Вполне! — лукаво подхватила я.

В следующую секунду, оказавшись на парапете, я шагала по нему словно ни в чём не бывало.

— Ты зачем туда забралась? — как-то испуганно спросил Марк.

— А что такого?

У меня определённо поехала крыша рядом с новым знакомым, если я позволила себе взобраться на парапет, проходящий вдоль высокого моста.

— Слезь оттуда сейчас же! — командным голосом произнёс мой новый знакомый.

— И не подумаю! Чего это ты раскомандовался? — Я приподняла ногу, и она повисла над пропастью по ту сторону парапета.

— Лесли, я прошу тебя, пожалуйста, спустись ко мне, — уже вежливо, с натянутой улыбкой на лице произнёс парень.

Я поняла, что слегка переусердствовала, и протянула Марку руку. Он тут же вцепился в меня своими мускулистыми руками и подхватил словно пушинку. В это мгновение я почувствовала его силу и мощь. Внутри что-то даже кольнуло. То ли от испытываемого стыда за безрассудное поведение, то ли от той самой мощи, которая скрывалась внутри симпатичного нового знакомого.

— Больше никогда так не делай! — вновь включив командный голос, произнёс парень.

Я всё ещё находилась в его объятиях, и, кажется, он вовсе не собирался меня освобождать. Его бездонные карие глаза смотрели строго, с частицей лёгкого беспокойства и даже нежности. Я немного запуталась в объёмной палитре его переживаний и не нашла ничего лучше, чем продолжить подтрунивать над новым знакомым.

— Испугался?

После этих слов Марк не только отпустил меня, но даже немного отстранился. Похоже, моё шутливое настроение начало его раздражать.

— Не вижу повода для смеха. Глупый поступок! — строго осудил меня парень.

Я, которая и без его слов чувствовала неловкость, после жёсткого замечания и вовсе сочла себя полной дурой. Ну что ж, смело могу сказать: плюс один комплекс в копилку. Добро пожаловать!

Где-то внутри заскрежетало. Дурацкое чувство. Без вины виновата. Мне бы порхать, словно ласточка, покорять земные просторы, словно лёгкий весенний ветер, а я загоняюсь от слов своего нового знакомого в угол.

— Не обижайся, у меня были свои причины тебя осудить. Хоть судить мне и вовсе не хотелось, — признался Марк, осознавший степень своей грубости и злости.

— Расскажешь? — Я видела: мой поступок был для него больше, чем безобидный шаг в пустоту по ту сторону парапета.

— Не хочу омрачать день знакомства печальными историями. И вообще, я проголодался. Предлагаю зайти куда-нибудь перекусить.

У меня в кармане было пятьдесят евро, не больше. Позволить себе роскошный обед было более чем безрассудно. Не зная, сможет ли и захочет ли Марк взять на себя все расходы, мне пришлось сделать вид, будто я вовсе не голодна. В это время мой желудок неистово молил о пище.

— Все расходы беру на себя. Можешь не волноваться, — сообщил парень, похоже, распознавший голод в моих серых глазах.

— Не стоит, я и сама могу за себя заплатить, — гордо выпалила я, из-за чего мысленно выругалась за несдержанность.

Марк даже не стал настаивать. Он, в свойственной ему манере, словно строгий босс, отдал жёсткое распоряжение — войти в ресторан. Я, словно его подчинённая, боялась ослушаться своего серьёзного начальника.

— Позволь, я угадаю твои предпочтения!

Глава 3: Пикник

После дня знакомства мы с Марком обменялись контактами. Я не рассчитывала на отношения. Голова была слишком забита учёбой, предстоящими выпускными экзаменами, к тому же я усердно трудилась над дипломной работой. В перерывах между всем этим безумием мне удавалось сходить в кино, театр или посидеть в кафе с друзьями. Я была не из тех студентов, что любили ночной образ жизни и готовы были жертвовать сном ради полуночного веселья. И самое забавное — мне нравился тот образ студенческой жизни, который я проживала.

Марк исчез, словно его никогда и не было в моей жизни. Он не звонил, не писал и не появлялся на горизонте. Можно было бы сказать, что я и вовсе забыла о существовании такого обаятельного молодого человека, с которым провела чудесный день, но это была бы ложь. Я периодически думала о нём. Сама звонить не решалась. «Истинные леди не навязывают своё общение», — была убеждена я.

Собираясь на субботний пикник, я укладывала вещи в автомобиль Юлианы, моей однокурсницы из Испании и по совместительству соседки по комнате. Утро выдалось весьма суматошным. Мы уже жутко опаздывали к остальным ребятам, то и дело названивавшим и поторапливавшим нас.

— Далеко собрались? — неожиданно раздалось за спиной.

Я узнала голос говорившего. От нахлынувшей внутренней радости, вперемешку с неожиданностью, поднимая голову из багажного отсека автомобиля, я, конечно же, ударилась головой.

Марк тут же подбежал ко мне, и я рухнула в его объятия.

— Как-то удивительно получается: при каждой нашей встрече ты теряешь над собой контроль и оказываешься в моих объятиях, — пронзительно глядя мне прямо в глаза с лёгкой улыбкой на лице, произнёс парень.

— Может, наоборот, каждый раз, когда ты появляешься, я обязательно обо что-нибудь ударяюсь, — съязвила я в ответ, придерживая место удара.

После моих слов Марк сжал губы, сделал вид, будто о чём-то задумался, и тут же выдал:

— Вынужден не согласиться. Мой вариант мне нравится больше.

Я поднялась на ноги, всё ещё придерживая рукой дико пульсирующий затылок. Во мне бушевала смесь злости, радости и ещё целого ряда чувств, которые я пыталась скрыть от Марка. Я и без того уже выглядела в его глазах не лучшим образом, не хватало только, чтобы парень догадался, что он мне нравится. Уверена, мои старания были напрасны. Марк прочёл в моих сияющих глазах всю информацию, которую я так тщательно пыталась от него скрыть.

— Привет! Я Юлиана! — прервав наше затянувшееся молчание, произнесла моя одногруппница, погрузив в багажник последние вещи.

Она косо посмотрела на нас с Марком, пожала плечами и села за руль. Мы всё ещё стояли молча, пожирая друг друга глазами. Юлиана не выдержала — её телефон разрывался от звонков. Выглянув из окна, она строго спросила:

— Ну, мы едем или как?!

Тут я мигом пришла в себя, виновато заулыбалась и, указывая на автомобиль, произнесла:

— Мне пора. Рада была тебя увидеть.

— То есть ты решила от меня вот так легко отделаться?