Пансионат «Сансет Хиллс»

— Я раздумываю над тем, чтобы уйти, — сказала она. — Хочу написать заявление, отработать положенное и быть свободной.

— Интересное начало разговора. Звучит как-то поспешно, не находишь?

— Я четыре года говорю себе это: еще немного. — она сжала горячий напиток еще крепче. — Еще одну смену, еще один месяц, еще один год. А потом что-нибудь изменю. И ничего не меняется. Мне скоро тридцать, Майкл. Я не хочу однажды проснуться и понять, что мне уже сорок, а я все еще жду момента, когда начнется моя собственная жизнь. Мне нужно попробовать что-то другое. Понять наконец, чего я вообще хочу. А если ошибусь — медсестры нужны всегда. Вернуться я успею.

— Да, у нас не выстраивается очередь желающих ухаживать за пожилыми, но ты уверена что дело в работе? Может это просто какой-то кризис среднего возраста и стоит переждать? — в голосе Майкла прозвучал легкий скептицизм.

Бри сделала вид, что не услышала вопрос. Она уверена. Она больше не хотела жертвовать собственной жизнью ради других. Возможно, это звучало эгоистично, но своим предназначением она больше это не считала. И никто не сможет ее переубедить.

— «Поверните направо и следуйте до точки назначения. Один километр», — прозвучал искусственный голос навигатора.

Минуту спустя Майкл разорвал тишину.

— Я понял. Мне было приятно с тобой работать. — Он слегка повернул голову в сторону Бри, не отрывая взгляда от дороги и улыбнулся ей.

Разговор закончился не так, как ей хотелось, но продолжить возможности уже не было. Они свернули с главной дороги на проселочную. По всей видимости, будущая подопечная пансионата жила в частном доме с несколькими гектарами земли. Впереди показался невысокий забор и белый деревянный домик — словно сошедший с открытки или мультфильма про Барби.

Стоило машине проехать под аркой, как у Бри резко перехватило дыхание. Всего на секунду, но ей показалось, будто сердце пропустило удар. Глаза расширились, дыхание сбилось и чувство испуга заклубилось в районе солнечного сплетения.

Майкл остановил пикап возле дома и вышел наружу не заметив состояния коллеги. Бри еще несколько секунд сидела неподвижно, пытаясь восстановить дыхание. Таких приступов у нее еще не бывало. Пытаясь хоть как-то себя успокоить разум находил все больше причин начиная от разовая акция и заканчивая тебе уже почти 30 и дальше будет только хуже. Майкл, наблюдая за домом, постучал ладонью по боковому стеклу торопя коллегу выйти, и, отстегнув ремень безопасности, Бриттани открыла дверцу и спрыгнула на землю.

Небо было ярко-голубым, солнце заливало все вокруг теплым светом, пробуждая природу после весны. Оглядевшись, Бри уловила что-то неправильное во всем этом. Здесь было что-то не так.

Она, щурясь от яркого света, стала прислушиваться.

Тишина. Вот что тут было иначе. Не раздавалось пения птиц. Ни единого звука. Ни стрекотания кузнечиков, ни цикад. Ничего.

Вайс перевела обвела взгляд на дом. Издалека он действительно казался сказочным, но вблизи стали заметны облупившаяся белая краска на стенах, высохшие клумбы у крыльца и покосившееся под крышей кресло-качалка, которое лениво поскрипывало от ветра.

Бри невольно поморщилась от этого звука и подошла к двери. Над дверным молотком висела перекошенная ржавая подкова. Весь вид дома вызывал липкое чувство неприязни. Бри нахмурилась и негромко постучала.

Через несколько секунд за дверью послышались шаги, затем она медленно открылась.

На пороге появился мужчина лет сорока пяти. Первое, что отметила Бри, — его маленькие мышиные глаза. Они беспокойно бегали, не задерживаясь ни на ней, ни на Майкле дольше пары секунд.

Натянув виноватую улыбку, он распахнул дверь.

— О, вы как раз вовремя. Спасибо, что приехали. Я Малкольм Блейк, сын Гвиневры. Она сейчас с семьей. Мы решили устроить ей прощальный семейный обед.

Малкольм пригласил Бри и Майкла внутрь, они неспешно прошли через гостиную и направились на кухню.

Дом был заставлен множеством уютных мелочей: изящными чашками, фарфоровыми соусницами, статуэтками кошек, вязаными салфетками. Бри уже машинально отмечала эти детали.

— Проходите туда, я сейчас к вам вернусь, — хозяин дома жестом указал на нужный проем и подойдя к шкафу в холле судорожно начал что-то искать.

Когда Бриттани и Майкл вошли на кухню, их встретили приветливые улыбки.

Женщина примерно того же возраста, что и Малкольм, сидела у края стола. Справа от нее молча, не отрывая взгляда от своих тарелок, ели двое детей — на вид лет шести и восьми. С противоположного края,в придвинутой каталке к столу, сидела старушка.

— Ох, мы не ждали вас так рано! — слишком активно всплеснула руками женщина. — Может, присоединитесь?

— Спасибо, но мы уже пообедали, — за двоих возразила Бри.— Не спешите, пожалуйста. Мы пока заполним документы и проведем обязательный осмотр. Вот небольшой опросник — заполните его пока. И мне понадобятся документы Гвиневры.

— Это не мое имя! Астра! Зовите меня так!

Только теперь Бри внимательно посмотрела на старушку.

Её лицо буквально светилось — но вовсе не добротой. Оно было перекошено злостью и какой-то болезненной неприязнью ко всему вокруг.

— Простите ее, — виновато улыбнулся сын. — Она терпеть не может свое настоящее имя и просит всех называть ее Астрой. У пожилых свои причуды.

Малькольм извиняясь, пожал плечами.

— Приятно познакомиться, Астра, — Бри постаралась накинуть на себя маску доброжелательной улыбки. — Меня зовут Бриттани. У вас красивое имя. В честь цветка?

— Нет, я попозже расскажу его смысл.

Улыбка исказила лицо старушки. Уголки ее губ приподнялись, но гримаса выглядела странно. Глаза при этом не выражали ничего. В них была лишь пустота.

Малкольм неслышно подошел к Вайс сзади и пластиковая папка коснулась ее руки сзади. Она перевела взгляд на сына старушки.

— Вот, я все заполнил и даже сделал копии всех необходимых документов. Держите. Вещи тоже собраны. Ну что, мама… Нам пора прощаться.

Малькольм подошел к матери и наклонился. Он хотел поцеловать ее в макушку, но в последний момент остановился и лишь неловко похлопал по плечу. Все произошло так быстро, что Вайс видевшая многое за время своей работы, застопорилась.

Маленькие дети все это время не проронили ни слова и только молча смотрели в сторону бабушки.

— Детки, надо попрощаться с бабушкой Астрой.

Словно по команде, они поднялись и, остановившись на расстоянии вытянутой руки, почти одновременно произнесли:

— Мы будем скучать, бабушка Астра.

При этом оба опустили глаза в пол.

Бри переглянулась с Майклом. На его лице читалось такое же недоумение.

Все происходящее выглядело какой-то дешевой постановкой. Складывалось впечатление, что семья мечтала как можно скорее избавиться от ворчливой старухи и получить ее дом.

— Подсоби мне, Майкл.

Бри кивнула в сторону Астры. Согласно анкете, та большую часть времени передвигалась в инвалидной коляске, хотя иногда пользовалась ходунками.

Майкл подкатил коляску к выходу, но Бри почему-то задержалась.

Ее смущала вся эта сцена. Она никак не могла понять, что именно казалось неправильным. Она задержалась ещё на секунду, пытаясь уловить ответ, но так и не смогла.

Попрощавшись с женой Малкольма и детьми, она вышла вслед за Майклом.

На улице сын старушки помогал пересаживать мать на заднее сиденье пикапа. Затем они убрали сумки и закрепили инвалидную коляску в открытом кузове.

Бри спустилась с крыльца и направилась к автомобилю. Невольно она посмотрела в окно дома.

За стеклом стояли дети и женщина. Всматриваясь в их лица, Бриттани отметила на них отчетливое облегчение. Они даже не скрывали, что избавлялись от старушки. Брови Бри чуть не сошлись на переносице.

— Не смею вас больше задерживать, мисс Вайс. Счастливой дороги. — Малкольм торопливо тряс их руки, а затем молниеносно скрылся в доме.

— Ну и семейка…

Майкл произнес это скорее себе под нос.

— Как-то все это было... неправильно.

Бри посмотрела на Астру через слегка тонированное заднее стекло машины. Та неподвижно сидела на заднем сиденье и неотрывно смотрела на приборную панель автомобиля.

— Эта старушка сначала смотрела на меня как агнец Божий, а потом поглядела так словно ее прислали из ада, — Майкл поежился.

Бри перевела взгляд на него.

— Только пациентов с психозом в моем корпусе не хватало. Видимо, они решили не рассказывать нам о некоторых особенностях ее поведения. По приезде попрошу нашего психотерапевта провести осмотр.

Она вздохнула.

— Ладно, Майкл. Поехали. Нам еще полтора часа добираться с этими пробками.

Устроившись на переднем пассажирском сиденье, Бри ощутила неприятный холодок, пробежавший по спине.

— Майкл, сделай кондиционер потише. Холодно, как в морозильнике. — Она потянулась к приборной панели и включила подогрев сиденья.

— Он выключен, — спокойно ответил Майкл, бросив быстрый взгляд на соседку.

Бри поежилась и сильнее вжалась в уже разгоряченное сиденье, пытаясь понять, когда успела простудиться. Она решила, что как приедет обязательно выпьет что-нибудь горячее. Радио, как назло, не работало, и перспектива провести полтора часа в гробовой тишине совсем не радовала.

— Астра, расскажите о себе. Кем вы работали? — Бри посмотрела в зеркало заднего вида и встретилась взглядом со старушкой. Теперь ее глаза казались совершенно обычными — усталыми, наполненными прожитой жизнью. Бри решила, что сделала слишком поспешные выводы.

— Что ж, я прожила долгую жизнь. Всяко больше вашего. Дети сплавили меня из-за моего буйного характера. Они думают, что у меня старческий маразм, но это не так. Я в своем уме. Большую часть жизни я работала переводчиком книг с мертвых языков и специализировалась на древнешумерских письменах. Я даже помогала в переводе «Эпоса о Гильгамеше».

С каждой фразой в ее голосе разгоралось всё больше страсти. Бри окончательно пристыдила себя за то, как поверхностно успела судить эту женщину.

— Ничего себе. А было что-то, что запомнилось вам особенно? — Майкл на мгновение отвлекся от дороги, искренне заинтересовавшись разговором.

Бри снова посмотрела на Астру, но та не спешила отвечать. На долю секунды — коротко, как вспышка молнии, — в ее глазах промелькнул настоящий ужас. Затем все исчезло. Лицо вновь стало спокойным, почти безучастным.

— Нет. Вряд ли такую молодежь, как вы, могут заинтересовать старые закорючки давно исчезнувшего народа.

И снова повисло вязкое молчание. На какое-то мгновение Бриттани показалось, что ей удалось найти с Астрой общий язык, но ощущение быстро рассеялось и остаток пути они провели в тишине.

Спустя примерно полтора часа, собрав все пробки их города, машина остановилась у дома престарелых.

Бри открыла заднюю дверь пикапа и подала старушке руку. Та молча смотрела на свое новое пристанище.

— Ну как? Вам нравится? — осторожно спросила Бри, пытаясь уловить хоть какую-нибудь эмоцию на морщинистом лице.

— О, дорогуша. Конечно. Здесь для меня будет настоящий рай.

— Рада это слышать, Астра. Мы сделаем все возможное, чтобы вам здесь было хорошо.

Бриттани помогла ей выбраться из машины. К этому моменту Майкл уже подкатил к ним инвалидное кресло, и Астра медленно опустилась в него.

Бри обогнала их, первой вошла в регистратуру и передала документы на оформление. Пока Тиффани стучала тонкими пальцами по клавиатуре вбивая данные новой пациентки, Бри вела внутреннюю борьбу с самой собой. Если она не решится сейчас, то уже никогда не сможет. Полная решимости она направилась в кабинет миссис Корнели.

Бриттани постучала и, слегка нажав на ручку, вошла. Дверь оказалась не заперта.

Хозяйка кабинета сосредоточенно изучала бумаги, чуть щурясь поверх очков, которые привычно сползли на самый кончик носа.

— Миссис Корнели, добрый день. Уделите мне минутку?

— О, вы уже приехали. Как тебе новая постоялица? Надеюсь, милая старушка? Ворчливых ведьм у меня и без того полный этаж.

На секунду Бри растерялась. Она собиралась начать совсем с другой темы, но внутренний голос подсказал сначала рассказать о своих впечатлениях.

— На всякий случай я бы посоветовала провести психиатрический осмотр. Она очень резко реагирует на свое имя и просит называть ее другим. Кроме того, я заметила странные перепады настроения. Возможно, это ничего не значит, но это также могут быть первые признаки какого-нибудь заболевания.

— Что ж, спасибо. Завтра попрошу мистера Смитта ее осмотреть и дать заключение. У тебя всё?

Бри замерла, стиснула пальцы рук.

— Я хотела поговорить еще кое-о-чем. Миссис Корнели... — она набрала в грудь побольше воздуха.— Я хочу уйти. Отработаю положенный срок, но потом сменю сферу деятельности. Хочу попробовать что-то другое.

Пока Бриттани говорила, пальцы машинально сжимали ткань медицинской формы. Она почти не сомневалась в своем решении, но расставаться с этим местом все равно было тяжело. Здесь Бриттани чувствовала себя совсем как дома.

Миссис Корнели оторвала взгляд от рабочих папок и внимательно посмотрела на подчиненную.

— Не ожидала такое услышать. — ее лицо вмиг посерело. — Мне искренне нравится с тобой работать. Но у меня были планы на тебя. Как раз в следующем месяце освобождается место старшей медсестры. А там глядишь пару лет и сядешь в мое кресло, — запальчиво произнесла заведующая.

Ну конечно. Четыре года — ни единой возможности. Но стоило ей решиться уйти, как жизнь тут же выложила перед ней повышение и перспективы. Очень вовремя.

— Спасибо за предложение, но я… я все обдумала.

Лицо миссис Корнели осунулось, этим днем к ее заботам прибавилась еще и найм новой медсестры.

— Зайди в бухгалтерию и напиши заявление. У тебя будет две недели, чтобы изменить свое решение. На что я искренне надеюсь, — она мягко, но устало улыбнулась. Поиск нового сотрудника точно не входил в ее сегодняшние планы.

Бри чуть улыбнулась.

— Спасибо за понимание. Не буду больше мешать. Хорошего вам дня.

Закрыв за собой дверь, Бри не почувствовала долгожданного облегчения. Впрочем, не ощутила она и сожаления. Казалось, она шагнула в бескрайнее море неизвестности, полное вопросов, начинавшихся с одного и того же: «А что, если?..»

Погрузившись в свои мысли, она едва не прошла мимо кабинета бухгалтерии. Спохватившись в последний момент, остановилась перед дверью.

«Я ведь точно решила?» — мелькнуло у неё в голове.

Разозлившись на себя за сомнения, Бри коротко постучала, вошла в кабинет и быстро написала заявление.

«Точно. И этому уже ничто не помешает. Скоро у меня начнется совсем другая жизнь. Просыпаться каждое утро примерно в одно и то же время, а не отсыпаться после суток. Иметь субботу, которая действительно будет субботой. Встречаться с людьми по вечерам после непыльной работы в офисе. Может, мне даже повезет присмотреть себе какой-нибудь небольшой домик — не самый дорогой, но свой».

Она поставила подпись, вывела дату и отпустила лист. Теперь её прежняя жизнь начала отсчитывать последние две недели.