Последняя наложница императора.

Внезапно всплывшее воспоминание, пробившееся сквозь туман моего сознания, заставило меня напрячься. Я инстинктивно потянулся к нему, пытаясь ухватиться за тонкую нить, ведущую вглубь лабиринта разрушенных воспоминаний.

- Ну что, Татьяна, может, напоследок займемся сексом?

- Отвали, Руслан!

- Да ладно тебе строить из себя недотрогу. Я тут случайно узнал, что гладиаторам тут весьма несладко. Помимо боёв, вас тут и трахать будут, кто захочет. А я тебя ублажу напоследок как положено, будет хоть что вспомнить перед смертью.

Я почувствовала, как ко мне сзади прижался мужчина, уткнувшись в обнажённые ягодицы возбуждённым мужским естеством.

- Давай расслабимся, доставим друг другу удовольствие, завтра меня здесь уже не будет, останешься совсем одна среди этих варваров.

- Я тебе сказала, отвали! Я резко развернулась и коленом ударила его между ног.

Руслан взвыл и сложился пополам. «Сука», — зло выплюнул он.

Я быстро огляделась вокруг, пытаясь уловить детали в густом тумане пара. Свет был тусклым, а воздух горячим и влажным. Душевое помещение было огромным, с множеством кабинок, выстроенных в ряд, но в этом сумраке я едва различала их очертания. Где-то вдали слышался приглушённый смех, то ли радостный, то ли нервный, и время от времени раздавались звуки, похожие на стоны удовольствия.

Я нарушила правила, применять силу к другим рабам было запрещено и сурово наказывалось. Присев возле скорчившегося Руслана, я потянула его за волосы и, прислонившись вплотную к его голове, прошептала: «Расскажешь кому — вообще останешься без наследства».

Он посмотрел на меня взглядом, полным ненависти, и процедил сквозь зубы:

- Тварь, сдохнешь тут.

- Поживём увидим, — я брезгливо его оттолкнула и вышла из кабинки.

Я резко распахнула глаза. Вокруг царила знакомая обстановка — душевая кабина на борту корабля. Тёплый свет ламп мягко рассеивался по стенам.

Потёрла виски, пытаясь унять пульсирующую боль. Воспоминание, которое только что вспыхнуло в моём сознании, было настолько ярким и пугающим, что я почувствовала, как по спине пробежал холодок, несмотря на обжигающие струи воды, хлещущие сверху.

Я с трудом сглотнула ком в горле. Что это было? Прошлая реальность или лишь плод моего воображения?

Вода продолжала литься, но я не замечала её. Всё моё внимание было сосредоточено на том, что я вспомнила.

Руслан был нашим соседом по гостинице, он был человеком, вызывающим неоднозначные чувства. Высокий, почти двухметровый мужчина с худощавой фигурой и пронзительным взглядом, он казался воплощением беспокойства. Его глаза, маленькие и лихорадочно бегающие, добавляли его виду какой-то болезненной нервозности.

С первых дней нашего пребывания в гостинице Руслан начал досаждать нам с сестрой своим назойливым присутствием. Он часто заходил в номер без стука. Бросал пошлые намёки. Но самое мерзкое в его поведении было, когда он, абсолютно не стесняясь, засовывал руку в карман шорт и теребил свои причиндалы, пристально наблюдая за нашей реакцией. Мы как могли пытались избегать его, но это было нелегко, ведь наши номера были смежными.

Особенно раздражало то, что Руслан никогда не давал нам покоя по ночам. Его шаги по коридору, тихие разговоры и странные звуки, доносившиеся из его комнаты, мешали нам спать. Мы часто просыпались от внезапных шорохов и чувствовали себя некомфортно.

Сестра, более любопытная и наблюдательная, чем я, постаралась разузнать о нём побольше. Оказалось, что он врач-патологоанатом, разведен и детей нет.

— Ужас, всё, мне надоело, у меня от этого извращенца-потрошителя мурашки по коже. Я иду к администратору и попрошу переселить нас в номер подальше от него.

Администрация проявила понимание и переселила нас в другой корпус. Несколько дней нам удавалось избегать встречи с ним, и мы начали думать, что проблема решена. Однако, когда мы готовились к экскурсии к бедуинам, неожиданно столкнулись с ним, когда он садился на квадроцикл.

Внезапный голос Рами, раздавшийся за дверью, прервал мои мысли и вывел меня из воспоминаний. Я вздрогнула, осознав, что уже некоторое время стою неподвижно, погруженная в свои размышления.

— Танья, Саид просит тебя подняться к нему на мостик, говорит, что это очень срочно.

Так и не успев толком помыться, я окинула взглядом кабину в поисках хоть чего-нибудь, чем можно было бы вытереться. Не найдя ничего подходящего, я вздохнула и, приоткрыв дверь кабины, выглянув, крикнула:

— Рами, можно мне полотенце, пожалуйста!

Женщина, стоявшая почти рядом, замерла на мгновение, словно не сразу поняла, что я от неё хочу. Её лицо отразило растерянность, а потом расплылось в понимаюшей улыбке. Она направилась ко мне. Остановившись у двери, она протянула руку и нажала на кнопку над раковиной. Послышался тихий гул, и из отверстий в стене подули горячие потоки сухого воздуха.

Обсохнув, я сделала небрежную гульку из волос на голове. Натянула комбинезон, выбрала из многочисленной обуви ботинки, больше напоминающие земные кроссовки, и, проведя руками по бёдрам, удовлетворённая сказала: -Ну, в общем-то, я готова. Рами, ты со мной?

-Что ты, девочка, как можно, императорская карри не может появляться перед каргами вне дворца, это запрещено.

Я ответила ей с легкой иронией: — Что за глупости, тебя тут уже все видели. Да и вообще, забудь ты этого императора, он уже давно перестал быть нашей проблемой.

Но её взгляд оставался потерянным, словно она застряла в своих мыслях. Я решила зайти с другой стороны, пытаясь пробудить в ней интерес к чему-то более светлому. — Неужели тебе совсем не хочется подняться на мостик и увидеть звезды? — спросила я, стараясь придать своему голосу теплоту и искренность. — Представь, как там красиво...

Она посмотрела на меня, будто только сейчас заметив мое присутствие. В её глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство, и я решила не сдаваться. — Ты никогда не покидала пределы дворца. Теперь ты свободна и можешь делать и жить как тебе захочется, пойдём, — я взяла её за руку и, потянув за собой, как маленького ребёнка, вышла в коридор.

7

Я стояла у обзорного иллюминатора космического корабля, не в силах отвести взгляд от безбрежной черноты космоса. Звёзды мерцали, как далёкие маяки, освещая бесконечность. В этом океане мрака я увидела нечто удивительное — голубую планету, парящую среди звёзд. Её поверхность была настолько яркой, что я могла различить очертания континентов и океанов.

— Земля, — прошептала я, чувствуя, как моё сердце наполняется трепетом. — Земля, это моя планета. Саид, ты только посмотри! — я схватила его за руку, пытаясь передать своё восхищение.

Саид посмотрел на меня с лёгким сомнением.

— Ты уверена? — спросил он.

— Конечно! — ответила я твёрдо. — Вон там Америка, а на этом континенте я жила... — я замолчала, не договорив, и шагнула ближе к иллюминатору. Моё сердце забилось быстрее, когда я увидела знакомые очертания, но что-то было не так. Я почувствовала, как радость, охватившая меня мгновение назад, сменяется разочарованием. Континенты были на своих местах, но выглядели иначе. Они казались искажёнными, словно кто-то поиграл с картой мира и выдрал из неё кусочки.

— Что-то не так, — пробормотала я, глядя на планету, которая одновременно казалась родной и в то же время чужой.

- Не расстраивайся, — Саид подошел ко мне и, нежно обняв за плечи, слегка притянул к себе. Его голос звучал успокаивающе, и я почувствовал, как напряжение немного покидает мое тело. Он поднял руку и, слегка коснувшись браслета на своем запястье, нажал на один из маленьких сенсорных символов. — Смотри. Внезапно иллюминатор потемнел, и на нём появилась спиралевидная галактика. Я даже подпрыгнул от узнавания.

- Это точно наша галактика, а Земля находится в Млечном Пути примерно в двадцати пяти световых лет от его центра, — выдала я мизерные знания астрономии. — В нашей солнечной системе восемь планет, — добавила я уже не столь оптимистично.

- Каждая солнечная система имеет свою нумерацию, как и планеты в ней, — он увеличил звёздную карту. — По твоим описаниям, таких солнечных систем может быть миллиарды. Если бы ты хотя бы приблизительно знала номер квадрата своей системы, возможно, мы и смогли бы ее отыскать, а так — прости.

- Но кто-то же добрался до моей планеты и забрал нас с неё. Значит, те, кто похитил нас, имеет координаты нашей планеты.

- Рабским промыслом занимаются только труды, бродячая раса. — Саид брезгливо поморщился. — С ними лучше не сталкиваться и не иметь никаких дел.

— Почему?

— Они могут искажать пространство и время. Планета Трудов была уничтожена моим предком. Они поработили слишком много миров.

— Как уничтожена? — Я вздрогнула, представив гибель целой цивилизации.

— Её выжгли дотла. Теперь там лишь мёртвая пустыня. Планета находится в нейтральной зоне, и я недавно её выкупил.

Его слова были холодными, но в них звучала некая гордость. Я видела, как он смотрит на меня, словно ищет одобрения.

— Зачем ты это сделал? — спросила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

— Я приобрёл её для нас. Она будет нашим домом, когда мы вернёмся. Ты на ней уже была, Танья, когда сбежала.

Я молчала, пытаясь осознать услышанное. Планета Трудов... Живые существа, которые жили там, их страдания... Голая пустыня с обжигающим солнцем. Возвращаться на неё у меня не было ни малейшего желания.

Я стояла и задумчиво наблюдала за голубой планетой, плывущей в космосе. В моей голове медленно формировалась цепочка событий, связанных тонкими нитями странных совпадений. Они, как причудливый калейдоскоп, кружились вокруг меня, создавая мозаику, полную загадок и неожиданных связей. Каждый элемент этой мозаики казался случайным, но вместе они складывались в картину, которую я никак не могла разглядеть.

- Мы скоро войдём в воздушное пространство этой планеты. Я отсылаю наши данные с запросом на посадку, но ответ не приходит. Всё это очень странно, в реестре она числится как колонизированная.

Я, очнувшись от своих размышлений, посмотрела на говорящего карга. - Саид, ты не думаешь, что это ловушка и нас намеренно сюда привели? Ты смотрел записи капитанского мостика?

- Кристалл повреждён... Я думал об этом, - ответил он мне задумчиво. - Но у нас нет выхода, нам нужна дозаправка, чтобы вернуться обратно, Танья.

Я пристально посмотрела на Саида, который изучал показания приборов, не отводя взгляда от мерцающего экрана. Его руки слегка дрожали, когда он вводил команды, но я понимала, что это напряжение, а не страх.

— Могу предположить, что в медблоке кристалл тоже повреждён, — сказала я. — Ты понимаешь, что саботажник, который всё это проделал, сейчас находится на борту?

Саид медленно поднял голову, его глаза встретились с моими. Он кивнул.

Я хотела продолжить, но в этот момент раздался голос Рами, о которой мы оба совсем забыли.

— Саид, за Таньей кто-то следил, — произнесла она, её голос был тихим. Мы одновременно повернулись к ней.

Саид нахмурился, его лицо стало ещё более напряжённым.

— Что ты имеешь в виду? Кто следил за ней? И как ты это узнала?

Рами скрестила руки на груди и рассказала, как всё произошло.

Саид внимательно выслушал, его брови нахмурились, а лицо исказилось от тревоги. Он сделал глубокий вдох, пытаясь скрыть волнение, но я заметила, как его пальцы сжались в кулаки.

— Люки ведут в технический туннель, который проходит через все ярусы корабля, — медленно произнес он. — Как я уже говорил, карги не могут предать. Они дают клятву верности и готовы умереть за меня.

Я кивнула.

— Значит, это врач или кто-то, о ком ты даже не подозреваешь, — сказала я. — И его выносливость должна быть как у карга или даже больше. Скорее, как у меня. Тебе нужно изолировать доктора. Ты знаешь, где он сейчас? — Я посмотрела на Саида, ожидая его ответа.

Он замялся.

— Да, он должен заниматься погибшими, — наконец выдавил он, его голос звучал неуверенно. — Но я не думаю, что это он. Он слишком уважаем и любим на корабле. Никто не станет рисковать своей репутацией ради такого...

Я прервала его на полуслове, не давая ему закончить мысль.

— Ты должен быть осторожен, Саид, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко, но твердо. — Враг может быть рядом, и он может быть кем угодно. Не доверяй никому, даже тем, кто кажется тебе самым надежным. Поверь мне, я прошла слишком суровую школу на Арене и знаю, о чём говорю.

После моих слов карг замер и угрюмо уставился на меня. Время шло, а он продолжал молчать.

Я вся внутренне напряглась, мысль о том, что я перегнула палку, давая ему советы, мелькнула в моей голове. Ведь он вырос в обществе, где женщина хоть и ценна, но она всего лишь товар, разменная монета без права голоса в мире, где правят мужчины.

Я почувствовала, как Рами, не говоря ни слова, взяла меня мягко за руку и потянула к двери.

Я было поддалась и сделала шаг назад, но, опомнившись, отстранила её и, гордо расправив плечи, уставилась на Саида твёрдым взглядом, смотря ему прямо в глаза.

Мы простояли так некоторое время, буравя друг друга взглядами. Вдруг Саид усмехнулся и, резко развернувшись, направился к пульту управления.

- Всю команду в полном составе ожидаю на капитанском мостике немедленно. - властным голосом приказал он.

Я бросила победный взгляд на Рами, она же, не в пример мне, вся как-то сжалась, посмотрев на меня испуганно, и пролепетала: - Саид, нам уйти?

- Нет, вы останетесь. - ответил карг, не оборачиваясь к нам.

Вскоре на мостик начали подтягиваться карги. Сначала на их лицах отражалось явное удивление и легкое замешательство при виде нас с Рами, но они быстро брали себя в руки. Карги, словно подчиняясь невидимому сигналу, склоняли головы в глубоком поклоне, демонстрируя уважение и почтение.

Саид подошёл ко мне и, взяв меня за руку, обратился к команде.

— У нас чрезвычайная ситуация, — сказал Саид и обвёл присутствующих взглядом. — На корабле среди нас есть предатель. — Он замолчал, сделав многозначительную паузу.

Команда загудела.

Саид медленно поднял руку, призывая к тишине. Его голос прозвучал спокойно, но в нём ощущалась непреклонная решимость.

— В вашей преданности я не сомневаюсь, — начал он, его взгляд медленно скользил по лицам собравшихся. — Однако, прежде чем я продолжу, я бы хотел, чтобы каждый из вас выразил благодарность моей наложнице за наше спасение.

На мгновение на мостике повисла напряжённая тишина. Люди переглядывались, не зная, как реагировать на слова Саида. Некоторые из них нахмурились, другие склонили головы в знак уважения. Но все понимали, что это не просто формальность.

Саид сделал паузу, давая собравшимся возможность осознать сказанное. Затем он продолжил, его голос стал твёрже:

— И ещё. Я хочу, чтобы каждый из вас принёс клятву верности ей.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба. Я в полном недоумении посмотрела на карга. Некоторые из присутствующих были явно шокированы сказанным их капитаном. Но Саид не отводил взгляда, его глаза горели холодным огнём. Он ждал ответа.

Наконец, седовласый карг, который встречал нас в шлюзе, стоявший ближе всех к Саиду, медленно встал на одно колено и, ударив себя кулаком в грудь, склонив голову, произнёс слова клятвы, которые прозвучали эхом в полной тишине:

— Я клянусь в верности и преданности твоей наложнице Танье, мой капитан, и пусть покарают меня боги, если я нарушу свою клятву, — сказал он, глядя прямо мне в глаза.

Через мгновение карги один за другим последовали его примеру.

Полная растерянность, наверное, так можно было охарактеризовать моё состояние. Я почти не знала устоев и обычаев расы каргов, но происходящее здесь и сейчас явно выходило за рамки принятого их обществом.

- Благодарю, я ни на мгновение не сомневался в вашей преданности. - Саид довольным взглядом обвел свою команду.

- А теперь к делу. Кто-то намеренно сбил курс нашего корабля, кто это сделал, был уверен в нашей гибели. Но не учёл одного, а возможно, даже и не мог предположить, что на борту окажется кто-то, кто сможет преодолеть столь длительный переход, и не только преодолеть, но и спасти нас.

Саид с благодарностью взглянул на меня и, слегка наклонив голову, продолжил:

-Кристалл памяти кем-то серьёзно повреждён. Из-за этого просмотреть протокол событий, ранее произошедших здесь, не представляется возможным. Однако я могу поделиться тем, что мне стало известно из галактического источника. Согласно данным, изменённый курс был проложен именно к этой планете. Изначально разумной жизни в этом мире не было, но её поверхность была пригодна для обитания. Более того, её колонизировали, но не как новую родину, а как место ссылки для галактических преступников. Для этих целей её использовали несколько столетий, пока около трёх веков назад планету не изолировали от остальной галактики. Причины изоляции в источнике не указаны.

После слов Саида на борту корабля повисла напряжённая тишина. Карги с тревогой переглядывались.

— Капитан, кто мог это сделать? — произнёс седовласый карг. — Команда проверена годами, и никто из нас не вызывает сомнений.

Саид, нахмурившись, ответил:

— Пока не знаю. Из всех, кто не принадлежал к нашей расе, выжил только док. Кстати, где он сейчас?

Один из каргов, стоявший ближе всех, ответил:

— Он во втором шлюзе, занимается телами погибших. Привести его сюда?

Саид задумчиво посмотрел на двух мужчин, стоявших у входа.

— Нет, — сказал он, его голос стал твёрдым и холодным. — Изолируйте его до тех пор, пока мы не выясним всех обстоятельств.

Мужчины молча кивнули и, не задавая лишних вопросов, направились к выходу.

Капитан после этого обратился к седовласому мужчине:

— Необходимо провести тщательную проверку технического туннеля. За Таньей оттуда велось наблюдение, и мы не можем игнорировать этот факт, возможно, на борту есть ещё кто-то, о ком мы не знаем.

Пожилой карг ещё сильнее нахмурился.

— Док практически сразу ушёл в шлюз и не покидал его, это я знаю точно, — сказал он, слегка наклонив голову, добавив: — Я был с ним всё это время, пока ты не позвал нас.

Саид кивнул. — Приступайте.

— Будьте аккуратней, прошу вас, неизвестный однозначно имеет силу, не уступающую каргам, — неожиданно для себя сказала я и осеклась, так как взгляды всех оставшихся сосредоточились на мне.

Карги несколько мгновений пристально смотрели на меня, их суровые лица оставались неподвижными, как каменные маски. Но затем, словно под воздействием невидимой силы, их черты начали смягчаться. На лицах появились едва заметные улыбки, а в глазах промелькнуло что-то неуловимо тёплое, похожее на проблеск понимания или, возможно, даже одобрения. Этот момент был настолько мимолетным, что я едва успела его уловить, прежде чем их лица вновь застыли в привычной суровости.

Они все дружно склонили головы и спешно покинули капитанский мостик.

Я посмотрела им вслед, чувствуя, как в груди поднимается странное чувство.

— Всё это было лишнее, Саид, — тихо произнесла я.

Он сделал шаг вперёд, словно пытаясь приблизиться, но остановился. Его лицо исказилось, будто он пытался понять, что я имела в виду. Подойдя ко мне, он осторожно взял меня за плечи, будто боялся, что я могу рассыпаться.

— О чём ты, Танья? — спросил он, и в его голосе прозвучала нотка беспокойства.

Я глубоко вздохнула, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Клятва верности, зачем всё это? — спросила я.

Саид неожиданно улыбнулся, и эта улыбка была такой тёплой и искренней, что я почувствовала, как внутри меня что-то дрогнуло. Он нежно притянул меня к себе, и я оказалась в его объятиях. Его сердце билось ровно и спокойно.

— Знаешь, когда-то давным-давно мир каргов был совсем другим, — начал он, его голос звучал тихо, почти шёпотом. — Женщины нашего мира были так же сильны, как и мужчины. У каргов не было наложниц. Пара создавалась раз и навсегда, а рождение девочки считалось наивысшим благом.

Я подняла голову и посмотрела на него. Его лицо было серьёзным, но в глазах мелькнула тень грусти.

— Что же такое произошло в вашем мире, что всё так радикально изменилось?

Он вздохнул, и его объятия стали чуть крепче.

— Это долгая история, Танья, — ответил Саид. — Но я обязательно расскажу тебе всё, когда у нас будет время. Просто знай: моя команда полностью разделяет мои убеждения, и эта клятва — лишь одно из доказательств их верности и преданности.

Рами внезапно прервала нашу беседу.

— Саид, посмотри!

Мы оба повернулись к обзорному иллюминатору. На фоне голубой планеты виднелся стремительно удаляющийся объект.

— Кто-то покинул корабль на челноке, — встревоженно произнёс Саид, не отрывая взгляда от иллюминатора. Он быстро подошёл к приборной панели, его пальцы ловко заскользили по клавишам и сенсорам. — Челнок вылетел из второго шлюза, там находится док.

Я нахмурился, пытаясь понять, что происходит.

— Ты думаешь, что это врач? — спросил я, не скрывая тревогу в голосе.

Саид не ответил сразу. Он продолжал внимательно изучать данные на экране, его лицо было сосредоточенным и серьёзным.

— Пока не знаю, — наконец сказал он. — Всё очень странно. Система зафиксировала отсроченный запуск. Кто-то заранее спланировал вылет. Карг нажал клавишу на панели и произнёс:

— Шамиль, что там у вас происходит?

Из динамика раздался встревоженный знакомый голос пожилого карга.

— Корабль покинул один из челноков, капитан.

— Кто? Это док?

— Нет, капитан, док ранен и находится без сознания. Пропал один труп.

— Чей?

— Вашего помощника, второго пилота, капитан.

После слов Шамиля я перевела взгляд на второе пилотское кресло, и в памяти всплыл образ человека, сидевшего в нём, когда я пыталась вывести корабль из гиперпространства. Ещё тогда его лицо мне показалось смутно знакомым. Сейчас я испытывала странное чувство дежавю, будто я уже встречала его раньше, но при этом не могла уловить ни одной конкретной детали, которая помогла бы мне окончательно вспомнить, кто он.

Саид отрывисто скомандовал:

— Дока в медкапсулу! Остальным членам команды — немедленно на мостик для доклада.

Его голос звучал ровно, но в каждом слове чувствовалась железная решимость. Он продолжал сосредоточенно вбивать данные в экран панели, его пальцы уверенно порхали по клавиатуре, выдавая короткие, четкие команды. В помещении висела напряженная тишина, нарушаемая лишь монотонным гулом систем и едва слышным шепотом механизмов.

Я сидела в кресле, завороженная открывшимся видом. Иллюминатор челнока позволял увидеть, как мы покидаем шлюз и начинаем входить в атмосферу планеты, удивительно похожей на мою родную Землю.

— Я проложил путь к старому космопорту, возможно, там мы найдём необходимое для нас топливо, — послышался голос Саида, отвлёкший меня от созерцания планеты.

На борту корабля, среди напряжённой дискуссии, наконец-то было принято решение отправиться на неизвестную планету для проведения разведывательной миссии. Саид, после долгих обсуждений и взвешиваний всех «за» и «против», объявил, что я тоже лечу с ними. Моё сердце забилось быстрее, а ладони начали слегка потеть от волнения, почувствовав лёгкую тревогу, ожидая негативной реакции от экипажа.

Однако, к моему удивлению и даже облегчению, реакция команды была совсем не такой, как я ожидала. Вместо возмущений и протестов со стороны каргов, которые я подсознательно ожидала услышать, все члены экипажа единогласно поддержали это решение.

Подготовка команды к операции заняла чуть больше получаса. Каждый тщательно проверял свое снаряжение: оружие, запас воды и аптечку. Я внимательно наблюдала за процессом.

Мой инструктаж по обращению с импульсным оружием прошёл быстро и весьма эффективно. Я старалась сосредоточиться на каждом слове Саида, хотя в глубине души терзалась сомнениями. Впервые взяв в руки эту высокотехнологичную штуковину, я не была уверена, что смогу с ней справиться. Однако, наблюдая за уверенными движениями других членов команды, я постепенно начала чувствовать себя более комфортно и, окончательно расслабившись, разнесла половину оружейного блока, нажав на пусковую кнопку.

Впервые в жизни я услышала дружный смех каргов. Он был оглушительным, словно грохот, раскатывающийся по залу. Этот неугомонный гогот был настолько неожиданным, что я не сразу поняла, что происходит.

Когда смех утих, воздух наполнился неловким молчанием. Я стояла в центре блока, не зная, куда деть взгляд. Каждый из присутствующих посчитал своим долгом подойти ко мне, словно я была маленьким ребенком, который случайно разбил любимую вазу. Их лица, обычно угрюмые и безэмоциональные, теперь были полны сочувствия. Мужчины теперь смотрели на меня с пониманием и теплотой.

Они по-приятельски похлопывали по моему плечу с такой деликатностью, словно боялись, что малейшее прикосновение может разрушить меня, как хрупкий сосуд. Их жесты — простые, почти машинальные — были полны искренности, которая пробивалась сквозь их обычную сдержанность.