БЕСКОНЕЧНО ВВЕРХ

— Привет! Я вожатая отрядов. Вы случайно не видели молодого человека по имени Размет? — спросила вожатая.

— Йо, чтобы жечь на баттле, не надо никого высматривать — залетай к нам, а кого ищешь, тот сам найдётся! — философствовал перед вожатой Верт.

— Я не танцор, я никогда не танцевала брейк-данс, я не умею. А вот Размета мне найти бы стоило поскорее! А то он один, не проживёт… — волновалась вожатая.

— Не надо заранее хоронить успех: твой Размет сам всё добьёт. Но неужели из твоих крю никто не зальёт на баттл? — звал Верт.

— Вы не понимаете: он ещё совсем юн, чтобы гулять в чужом городе одному. А за приглашение спасибо, но я думаю, что из наших отрядов никто не умеет танцевать брейк-данс! — ответила вожатая.

Вдруг из толпы неуверенно вышли два человека — это были братья Размета.

— Мы видели тренировки брата, мы можем! — сказали они.

Размет, который стоял всё это время с брейсерами, чуть не прослезился от смелости и даже отваги своих братьев.

— Йо, крутой заход! Давай, врубай бит, погнали танцевать! — был рад новым танцорам Верт и его команда.

Врубилась музыка, что аж площадка трещала, и братья попробовали что-то станцевать. Размет не выдержал и присоединился к ним.

Потанцевав около получаса, Трусовок и Примурок так и не распознали своего брата в его «зашифрованной» одежде.

Отряды направились спать: обратно в лес не пошли, а разложили микропалатки на берегу реки в городе. Ведь вожатая и отряды не собирались сдаваться и решили продолжить поиски с утра.

Натанцевавшись до шести, Размет и его новые друзья пошли по домам. Размет пообещал завтра же продолжить тренировку вместе с этой компанией — ему безумно понравилось. Размета взял к себе в гости Верт. Он жил в просторной квартире на последнем этаже. Кухня и комната были под крышей, а на самой крыше стоял диван и столик с книгами и записями. Размет лёг на крыше. Дом, в котором жил Верт, был одним из самых высоких в Целемечте. Вокруг был яркий мегаполис, на который ещё вчера в это время Размет смотрел из леса. Изменения происходили очень быстро у этого неудержимого парня.

Размет не засыпал, он раздумывал о разном. Например, о том, что сегодня он был в шаге от того, чтобы снова попасть в строгую атмосферу, где никто и никогда не был знаком с тем, чтобы реально полюбить свою мечту и мчаться к ней, словно сверхспособный человек. Размет был таким. Он не мог делать то, что не любит, ну или делал, но без удовольствия. Над этим-то и смеялись все — над его одержимостью, порой даже резкостью. Ещё Размет думал о своих родителях, которые думают, что он забил на свой брейк и веселится вместе со сверстниками, коротая драгоценные дни. Но реальность была намного другой. Размет был в двухстах километрах от родного Отьюндостара и родителей. Он жил у человека, с которым познакомился несколько часов назад, и был на крыше самого высокого дома в городе. Что ещё может быть страшнее для родителей этого неудержимого парня? То, что будет впереди.

Утром Размет проснулся наравне с Вертом. Оба встали, как только появилось солнце над горизонтом. Рассвет. Верт прошёл к своему столику с книжками и начал что-то изучать через ноутбук. Размет подошёл к нему и спросил, чем он занимается в такое раннее время в ноутбуке. А Верту ничего и говорить не пришлось: он повернул ноутбук в сторону Размета, и тот увидел на экране всех вчерашних брейсеров и ещё несколько незнакомых. Все они созванивались с утра пораньше, чтобы обсудить планы. Обсуждали около полутора часов. Размет в это время сидел рядом и пытался понять, о чём говорят брейсеры.

Как понял Размет, брейсеры собирались выступить на площади Целемечта, а потом сразу же мчаться на вокзал и ехать в Отьюндостар — выступать со своими иногородними друзьями. И это был только план на несколько дней. Как только Верт встал и пошёл на нижний этаж — на кухню, — он сказал Размету:

— Завтра сэйшн отменяется, бро. Если есть желание, можешь покрутить сам — мы с крю едем в другой город баттлить и жечь на джеме! — предупредил Размета Верт.

— Подожди, так вы выступаете? Пожалуйста, можно с вами? — просился Размет.

— Братан, ты реально чё на чилле, но на джем тебе пока не варик ехать — у тебя фишка не на изи, надо дриллить! — не брал с собой Размета Верт, так как Размет не знал их вариацию, с которой ребята хотели выступать.

— Я выучу вариацию, я сегодня целый день её учить буду! — не переставал упорствовать Размет.

— Фарту, бро! Вечером чекну, если всё ровно, тогда вместе погнали на джем, — дал шанс Размету Верт.

Время было ещё раннее, времени было очень много, но Размет не терял ни минуты. Он скачал видео из ноутбука Верта с этой вариацией и пошёл на площадку, где вчера с двух до шести занимался вместе с брейсерами. Размет не отдыхал ни минуты: он «крутил» новую вариацию так, что площадка превратилась в море пота и усилий. К вечеру, проверив себя на камеру и понимая, что вариация схожа с той, какую показывал на видео Верт, Размет решил позвать Верта.

Верт пришёл на площадку и заметил, что Размет здесь изрядно попотел, и решил посмотреть, получилось ли у Размета всё-таки выучить сложную вариацию до вечера. Включив бит на колонке, Размет начал крутить.

— Мет, фишка у тебя огонь, но по технике не дотягиваешь… — сказал Размету Верт.

Размету на это замечание было нечего сказать в ответ. Он прекрасно понимал, что для соревнования это не годится! Размет остался на площадке до позднего вечера. Он отрабатывал технику движений. Он очень сильно хотел поехать на соревнования. Когда Размет в ночной темноте ставил свой телефон, включал вспышку и пробовал себя заснять, то, посмотрев это видео, понимал, что он не то что на соревнования не гож, но даже перед Вертом выступить стыдно.

В итоге Размет тренировался аж до половины второго ночи, а потом, свалившись без сил на землю, встал и ещё раз повторил вариацию, а потом, упав, уснул.

Рассвет пришёл очень быстро — примерно около четырёх утра. Размет проснулся и, не теряя ни минуты, вскочил и тренировал правильную технику дальше. Ему очень сильно хотелось спать. Размет чуть не засыпал в воздухе. Даже гуляющая с собачкой женщина предложила вызвать ему скорую. Но Размет с закрытыми глазами и сонным голосом ответил ей:

— Доб-доб-доброе утро… Приходите на моё выступление! — приглашал Размет.

Женщина посмеялась и ушла. Размет потренировал технику до семи утра и пошёл к Верту, чтобы тот посмотрел, как у него получается.

Верт и сонный Размет пришли на площадку. Размет пробовал что-то показать Верту. Но Верт, который знает брейк-данс как свои пять пальцев, сказал Размету, что нужно поспать. Размет грохнулся прямо на площадке перед Вертом. Проспал Размет около трёх часов. Верт в это время оттачивал свою вариацию.

Размет проснулся и в более бодром состоянии подошёл к Верту.

— Верт, готовься, сейчас ты увидишь лучший брейк в своей жизни! — заинтриговал Размет.

— Давай-давай, задай жару, покажи топовый брейк! — поддержал Верт.

Размет начал брейсить, и Верт очень созидательно на него смотрел. Но вскоре просто присоединился к нему. Когда вариация закончилась, Верт сказал одну фразу Размету:

— Собирай бэг! — сказал Верт и устремился домой.

Тем временем отряды обходили все подходящие площадки для брейк-данса в Целемечте. Вожатая уже съедала восьмое мороженое: ей казалось, что за этот день она перенесла все стадии простуды из-за холодного мороженого.

— Сегодня баттл брейсеров будет на одной из площадей города! — сказал вожатой отрядов Примурок, брат Размета.

— Ты тоже брейком горишь? — спросила вожатая.

— Я думаю, что среди зрителей может быть Размет! — сказал Примурок.

— Да-да, он точно там будет, можете не сомневаться! — поддержал брата Трусовок.

Отряды устремились к этой сцене.

Размет, Верт, Винт, Ток и Безног уже были за кулисами той сцены. Через три захода должен быть их выход. Размет на секунду почувствовал, что забыл вариацию. Но сразу сказал себе прямо вслух: «Я знаю вариацию!» Это было первое выступление Размета на сцене перед тысячами зрителей, и эта фраза подействовала на Размета в положительную сторону.

Настал выход на сцену.

— Сейчас ты в центре внимания, зажги сцену, выдай свой максимум! Погнали! — сказал Верт и вместе с Винтом, Током и Безногом выбежали на сцену. Размет в тот момент хотел остаться стоять за кулисами. И он остался бы там стоять, если бы не мысль в голове: «Этой ночью и все эти годы тренировок я не был помешан страхом, и он не имел власти надо мной. Но сейчас страх готов сделать из меня неудачника, который сам отказался от своего шанса». И Размет, пусть и с небольшим опозданием, буквально взял себя в руки и вынес самого себя на сцену.

К этому времени собралось очень много зрителей. Все гости города и местные пришли посмотреть, что за движ происходит на сцене — народу не было конца и края… Среди бескрайней толпы были отряды. Вожатая и её отряд смотрели на толпу. Им хотелось увидеть в ней Размета. Вожатая понимала, что в конце всех Размет не стал бы стоять, и повела отряды через толпу кричащих и шумных людей к сцене, всё время смотрела на всех зрителей, дабы узнать в ком-нибудь Размета. Но вожатая не могла подумать, насколько Размет был близок к сцене! В итоге вожатая с отрядами прошли прямо к сцене, прямо к её подножью.

— Как же всй-таки они круто танцуют! — смотрел на сцену Трусовок и восхищался.

— Жалеешь, что не пошёл вместе с братом в брейк-данс? — спросил кто-то из отрядов.

— Я бы не смог, как он… — сказал с небольшой грустью на лице Трусовок.

— А как он? — спросили его в ответ какие-то ребята из отряда.

— Тренироваться, когда другие закончили, думать об тренировках, пока другие думают о сценарии своего отдыха, уйти от всех в неизвестность и заставить целые отряды искать тебя безрезультатно… — говорил Трусовок о своём брате Размете.

— Смотри, парень какое движение танцует! Я помню, как Размет в комнате тренировал его целый месяц! — вспомнил рядом стоящий Примурок.

— Да, это ты точно подметил! Я смотрю на этого парня и вспоминаю нашего Размета в небольшой комнате! — поддержал Трусовок.

— Размет сейчас стоит где-нибудь в толпе, наверное, и мечтает вместе с ними выступать! — думал Примурок.

Вожатая стояла рядом с братьями и прекрасно слышала их разговор. Она знала по опыту, что не существует ничего невозможного, и смотрела на сцену, не отводя взгляда. А в особенности — на парня, который Трусовку и Примурку напоминал их брата. Всё выступление вожатая буквально выжигала взглядом мальчика, очень похожего на Размета. И в конце, когда танцоры представились публике, а после представления Размета под псевдонимом «Мет», вожатая, убедившись, что это Размет, скомандовала отрядам ребят окружить сцену.

Размету и его команде после этого выступления предстояло ехать в Отьюндостар, который был как раз-таки за двести километров. Это был город, откуда уехал в лагерь с братьями Размет. То есть это был его родной город, где сейчас были его родители.

На задней части сцены стоял автобус, в котором должны были ехать Верт, Ток и другие танцоры в Отьюндостар, в том числе и Размет. Но чтобы к нему пройти, нужно было миновать отряды, которые как-то заняли все входы и выходы из гримёрок.

Размет понимал, что если он соберётся выйти через дверь, то про поездку на выступление в родной город Отьюндостар он может забыть, поэтому стандартного выхода для Размета не существовало. Он предупредил Верта, что ненадолго задержится. А сам пошёл в туалет. Убедившись, что в туалете никого нет, Размет открыл техническую дверь, за которой был проход на технический этаж. Технический этаж — это цокольный этаж, где располагается вся инженерская составляющая здания. Размет спустился туда по деревянной лестнице и, освещая фонариком от часов округу, пробовал пробираться сквозь трубы в место, над которым стоял автобус. Размет немного путался — тем более была темнота, — но всё-таки постарался скоординироваться по максимуму и идти в сторону, где стоял автобус с «коллегами». Размет упёрся в стену — дальше прохода не было. Размет посветил фонариком вверх и увидел люк на улицу. В этот момент Размет понял, что он уже одной ногой на выступлении в Отьюндостаре.

Размет полез по лестнице наверх. Аккуратно выглянув из люка, Размет понял, что он прямо у колёс автобуса. Размет смело вылез из подземного коллектора и, прикрыв люк колодца, забежал в автобус.

Автобус пока что не трогался, а Размет смотрел, как у входа внутрь здания наивно стоят, дожидаясь Размета, отряды.

В автобусе сидели уже все товарищи Размета — Верт, Ток, Безног и Винт. Двери в автобус закрылись. В этот момент Примурок повернулся и взглянул на автобус. На автобусе была табличка, на ней было указано, куда следует автобус. Примурок из любопытства решил посмотреть поближе, так как издалека было не видно. У этой таблички сидел брат Примурка, «намылившийся» на выступление в Отьюндостар. Но не успел Примурок подойти близко к автобусу, как он увидел в окне своего брата Размета. Размет даже не успел спрятаться под сиденье. Примурок, выпучив глаза, помчался к отрядам и сказал вожатой, что только что видел. Отряды ринулись к автобусу. Вожатая скомандовала своё классическое «окружай!», но автобус тронулся с места, так как водитель не хотел ждать, пока народ разойдётся с концерта и загородит проезд. Размет и его команда брейсеров уехали оттуда.

Вожатая понимала, что прямо на её глазах неуловимый Размет уезжает в Отьюндостар. Вожатая позвонила водителю автобуса, который вёз отряды из Отьюндостара в лагерь несколько дней назад. Водитель автобуса, в котором ехал Размет, из-за пристального внимания к видео не услышал зов вожатой ещё в начале поездки в лагерь. Этот автобус стоял около лагеря. Вожатая сказала водителю срочно подъехать к сцене. Водитель выехал из леса, где был лагерь, и оказался у сцены в Целемечте через полчаса. Примурок сказал, куда ехал автобус Размета, и все отряды поехали в сторону, откуда началась эта история, — в родной город Примурка, Трусовка и Размета, да и всех отрядов — Отьюндостар. Дорога была дальняя. Начало темнеть, как только автобус выехал в сельскую местность. Водитель гнал, всех обгоняя. Всем хотелось догнать автобус, в котором ехал Размет, и застать его врасплох. Но безуспешно: даже ночью машин по автостраде ехало немало, да вот автобуса с Разметом всё не было. Отряды смотрели по сторонам, на каждую остановку и заправку.

В итоге автобус Размета приехал в Отьюндостар поздно ночью. Он припарковался на стоянке. До сцены, где должна была выступать команда, было пять километров. Вся команда пошла в местную гостиницу. Размет видел из окна гостиницы свой родной район и знал, что однажды он приедет сюда на гастроли.

Отряды приехали чуть позже и остановились у въезда в Отьюндостар. Вожатая с отрядами начали смотреть в афишах ближайшие выступления, связанные с брейк-дансом. Приметив одно, вожатая сказала водителю адрес площадки, и автобус припарковался около неё.

Наступило утро. Вожатая приказала всем занять свои сторожевые позиции и наказала, чтобы ни одна муха и ни один брейсер не пролетели! Отряды встали и смотрели на каждого приходящего зрителя. Выступление должно было начаться в обед. И вдруг Трусовок видит своих родителей. Он бежит к Примурку и сообщает об увиденном. Примурок впадает в шок, и они вместе бегут к вожатой сообщить об этом.

Вожатая поняла, что ситуация очень рискованная. Если она выйдет к родителям Размета без самого Размета, то в вожатые она больше никогда не попадёт. Да и вообще потеряет уважение и статус в глазах тысяч людей, которые считали её лучшей вожатой. Запереживав, она приказала сообщить всем ребятам отойти от уличной сцены подальше.

На самом деле родители знали, что в этот день приезжают кумиры Размета, и поэтому хотели снять их на камеру и взять автограф, чтобы, когда Размет приедет из лагеря, в котором он толком, как видите, не был, вручить ему эти подарки. Знали бы они, что пришли смотреть на своего сына…

Наступало второе выступление Размета. Всё утро он тренировался и отрабатывал вариацию. А ближе к обеду Размет и его команда поехали к танцплощадке. Когда танцоры подъезжали к сцене, Размет заметил, что собралось очень много народу — не меньше, чем в Целемечте. И в сторонке от всех Размет увидел несколько детей из своего отряда — он их сразу узнал. Размет не предполагал, что они поедут за ним в другой город. Ну, зная упорство вожатой, это было неудивительно.

Автобус остановился у задней части стены, и танцоры должны были пройти в задний вход. Размет выходил из автобуса аккуратно, оглядывался по сторонам — не видит ли его кто-то из отрядов. Но как только Размет ступил ногой на асфальт, перед ним встали три мальчика из его отряда.

— Ну что, Размет, накатался ты! Один раз выступил — и ладно, поехали в лагерь. Только теперь мы тебя никуда не выпустим! — смеялись парни.

Размет молчал и смотрел им в глаза, а внутри у него всё кипело от злости на этих неудачников. Но Размет знал, что выступление состоится, а поездка обратно в лагерь — ни в каких снах. Размет это знал и поэтому ни слова не сказал этим троим. Размет лишь ждал одного момента: автобус закрыл двери и поехал с территории на парковку. А чтобы выехать за территорию, где была сцена, нужно открыть шлагбаум. Ну и, как вы уже догадались, чтобы открыть шлагбаум, нужно посигналить сидящему и, как везде, читающему газету охраннику. Так вот, водитель автобуса посигналил, словно локомотив, и эти три неудачника повернулись на автобус, а в это время Размет ринулся в заднюю дверь сцены. Хоть они пытались догнать Размета, но ни у одного из этих троих это не вышло. Размет забежал в здание и закрыл за собой дверь на ключ.

Эти три парня посмотрели друг на друга и не могли поверить, что из-за гудка автобуса они «провалили миссию»!

Размет пришёл в гримёрку ко своим товарищам. Те сказали, что уже через десять минут их выход. Размявшись, Размет и его товарищи вышли на уличную сцену. Заняв все свои позиции, врубилась музыка, и брейк-дансеры завораживали всех своими умениями. И в один миг, когда Размет оказался на передних позициях, он краем глаза увидел в рядах своих родителей. От неожиданности он сделал слишком резкий поворот и чуть не завалился со сцены. Но, благо, всё обошлось, ведь у брейсеров хорошо развит вестибулярный аппарат. И Размет, красиво переоформив движение, продолжил брейсить.

Его родители тем временем снимали всё на телефон. Они особо не смотрели на сцену. В приоритете у них было показать потом видео сыну, что почти у его дома были кумиры. Как только выступление закончилось, все стали подходить к ребятам на сцене за автографами. Размет вместе со своими товарищами расписывался и фотографировался. Кто-то давал кепки, куртки, бумажки из кармана. Делали совместные фото. Родители же увидели, что уж очень много желающих, и попросили своих друзей получить автограф за них. Друзья родителей Размета стояли в очереди и хотели сфотографироваться с приезжими на память. Родители Размета ушли домой.

Как только родители пришли домой, они решили просмотреть видеозапись. Они включили её на большом телевизоре, который стоял у них в гостиной. Видео получилось очень качественным. Недолго родители Размета просмотрели его на ровном дыхании. Приглядываясь к танцорам, они увидели своего сына. Они сразу узнали, что это Размет. Только в голове не укладывалось, как он там оказался. В этот момент в дверь позвонили. Это были друзья родителей Размета, которые остались после концерта получить автограф у брейсеров. Они принесли автограф с концерта, и родители увидели на бумажке роспись своего сына — Размета.

Родители, испытывая сильное удивление, задавались вопросами к вожатой лагеря. Родители срочно позвонили ей.

Вожатая тем временем стерегла выезд с парковки, где была сцена, чтобы поймать наконец-то Размета и доказать, что всё-таки это осуществимо. Вожатая думала, что Размет уже у неё в руках.

Размет тем временем переодевался в гримёрке. Размет всё время думал, что если он поедет вместе с брейсерами обратно в Целемечт на автобусе, то его обязательно остановят и вожатая в прямом смысле утащит его в лагерь. Поэтому Размет думал, как бы миновать эту участь. И придумал: Размет решил ехать на электричке — уж её-то точно никто не остановит! Размет предупредил Верта и всю команду, что приедет в Целемечт ночью на электричке. Команда похвалила Размета за прекрасное выступление и уехала в город Целемечт на автобусе. Размет же вышел чуть позже из здания сцены и устремился на улицы города, чтобы попасть на вокзал в обход отрядов из лагеря.

Вожатой тем временем звонят родители Размета.

— Здравствуйте, Любовь Игнатьевна! Расскажите нам, пожалуйста, как дела у вас в лагере, как Размет себя ведёт? — спрашивали они, не говоря, что видели его несколько минут назад на сцене в двухстах километрах от лагеря.

Вожатая увидела автобус с танцорами, выезжающий с парковки, и резко сказала в трубку:

— Я перезвоню, занята! — сказала вожатая и положила телефон.

Вожатая скомандовала отрядам занять места в детском автобусе. Водителю приказала не отрываться от автобуса с танцорами.

— Я работаю на школьном автобусе, а не на авторалли! — сказал с улыбкой водитель, крепко схватившись за руль и ведя автобус не по-детски.

Родители Размета непрестанно звонили вожатой, но она ждала, когда расскажет про Размета с Разметом вместе. Два автобуса — позади детский и впереди спортсменов — выехали на загородную трассу, которая вела в город Целемечт. Вожатая решила, что пора действовать.

— В автобусе, который мы преследуем, ребёнок из нашего отряда. Обгоните этот автобус и заставьте его затормозить! — пошла на риск вожатая.

— Любовь Игнатьевна, всё может пойти не так, как вы рассчитываете, — это очень рискованное действие! — предупреждал водитель детского автобуса, который ехал в спину автобусу с танцорами.

— Этот ребёнок должен сегодня спать в лагере! Он убедится, что идти против системы у него не выйдет! И лучше доказать ему это сегодня, чем через пять лет! — сказала вожатая, и водитель пошёл на обгон.

Все отряды детей летели в автобусе по трассе и были в удивлении: какая интересная им выпала смена на это лето!

Водитель сравнялся на полосе с автобусом брейсеров. Вожатая открыла окно и начала кричать водителю автобуса с танцорами, чтобы тот остановился. Водитель автобуса с танцорами не слышал, что кричала вожатая, и отвернулся.

— Подрежь его! Они меня не слышат, — сказала вожатая.

Водитель детского автобуса пошёл на обгон и, перестроившись в полосу автобуса с танцорами, начал притормаживать в надежде на то, что водитель, везущий танцоров, благополучно съедет на обочину. Но было бестолку: водитель с танцорами просто-напросто обогнал его и поехал очень быстро — успеть за ним было практически нереально. Но водитель и вожатая поддали газу и снова сравнялись с тем автобусом. Вожатая открыла окно и, получив своими волосами по глазам, кричала и показывала жестами автобусу с танцорами, чтобы они срочно остановились.

В самом автобусе сидел Верт. Он запомнил вожатую, когда та приходила к ним на брейк-площадке в Целемечте и искала Размета. Верт узнал её и попросил водителя остановиться. Два автобуса съехали на ближайшую стоянку.

Вожатая прошла в автобус танцоров и крикнула на всю округу:

— Размет, выходи, мы приехали за тобой! — сказала, войдя в автобус брейсеров, вожатая.

— Йо, ты опять тут? Ты тоже брейсить хочешь или просто за кентами нашими гоняешься? — спросил Верт вожатую с улыбкой.

— Я ищу парня по имени Размет! Где он? Где вы его прячете? Я видела, он выступал вместе с вами! — говорила вожатая.

— Мы не шифруемся, каждый из нас хочет стать узнаваемым би-боем! — сказал весело Верт.

— Тогда покажите свой состав, в котором вы выступали! — попросила вожатая.

— Ток, Безног, Верт и Винт — вот наша команда! — сказал Верт.

— Неправда, вы выступали впятером! — упорствовала вожатая.

— Раньше мы семикратно баттлили! Да и вообще, фан уже давно прошёл, так что давай увидимся на следующем джеме, а пока — держи краб, следи за нашими мувами! — сказал Верт вожатой.

Вожатая прошла по всему автобусу несколько раз и убедилась, что в нём каким-то чудом не было Размета. Вожатая была в сильном удивлении.

— Ну скажите, пожалуйста, к вам ведь пришёл новенький на днях! Вы с ним несколько часов назад выступали, ну вспомните же! — просила вожатая.

— Был у нас один легенда: за день вариацию выучил, тренировался как бешеный, реально топовый чувак! — рассказал Верт.

— Где он, скажите, пожалуйста! — поняла вожатая, что речь идёт про Размета.

— Ты серьёзно думаешь, что фанатам доступна такая инфа? Могу лишь сказать одно: увидишь его на следующем джеме! — ответил вожатой Верт.

— Когда будет следующее выступление? — спросила вожатая, сама понимая, что идёт по кругу.

— Вот такие вопросы мне по кайфу! А ты, краб, не зевай — все свежие новости и анонсы на нашем канале! — сказал Верт вожатой.