Хранители слова

Коридор предательски быстро заканчивался, и рыжеволосая красавица уже видела силуэт главы корпорации возле окна.

Она постучала.

— Здравствуйте, Олег Александрович. Можно?

Высокий широкоплечий брюнет с лёгкой сединой на висках, одетый в тёмно-коричневый костюм и белую рубашку с голубым галстуком, подходящим по тону к его глазам, обернулся, подошёл к массивному дубовому столу и сказал:

— Проходи, присаживайся. Будешь кофе?

— Нет, спасибо, — ответила посетительница и села за переговорный стол, приставленный к столу Олега в форме буквы «Т».

— Как же так вышло, Наташенька, что Юрий Князев сейчас не сидит вместе с тобой в этом кабинете? Объясни мне, пожалуйста…

Таша стиснула челюсти. Она крайне редко терпела неудачи. Всегда старалась сделать всё идеально, чтобы шеф был доволен. За пять лет работы в GenFarm не было ни разу случая, чтобы она с чем-то не справилась. Но больше, чем сам факт провала, её донимало то, что она сама допустила ошибку. Да ещё и такую, которую невозможно объяснить. Если бы она не ушла от Юры утром, всё было бы прекрасно. Но…

— Что произошло? Ретроградный Меркурий? Или ты растеряла все свои чары? Или мозги? Ты же написала утром, что всё по плану! — постепенно повышая тон и уже почти переходя на крик, Олег встал, опершись на стол большими и указательными пальцами.

— Я не знаю, Олег Александрович, — проглотив ком обиды, застрявший в горле, сказала его правая рука. — Зачем-то пришёл Преображенский, и я растерялась… Не знала, что делать. Вы меня не предупредили, что он может прийти, я побоялась, что он меня сдаст этому оладуху…

— То есть я во всём виноват?.. — брови Волкова поднялись домиком, но тон и голос заметно смягчились.

— Поручите, пожалуйста, кому-то другому. Это, наверное, слишком сложно для меня, — опустив глаза, сказала Наташа.

Повисла пауза. Олег встал из-за стола и подошёл к ней сзади. Его руки мягко опустились на её плечи.

— Девочка моя, а кроме тебя никто не может это сделать, — нежно массируя её трапеции, проворковал Волков. — Мне не столько важно его физическое присутствие здесь, сколько его лояльность ко мне и ко всему, что я ему скажу. Он должен мне доверять, а это произойдёт только в том случае, если им будешь манипулировать ты. Так что хватит раскисать. Езжай сейчас домой, прими горячую ванну, выпей шампанского и расслабься. Можешь считать, что у тебя пока отпуск. Я позвоню, когда тебе нужно будет подключиться. Хорошо?

Девушка кивнула.

Олег подошёл к своему столу, открыл ящик, достал пачку пятитысячных купюр и небрежно бросил на стол перед ней.

— Это на карманные расходы, ни в чём себе не отказывай. А теперь иди, отдыхай и наслаждайся жизнью. А мне нужно подумать, как исправить твою досадную оплошность.

— Хорошо, спасибо, — с каменным лицом помощница встала и вышла в коридор.

Деньги так и остались лежать на столе — они не имели для неё никакого значения. Больше всего на свете ей сейчас хотелось просто выйти вон из этого здания и поскорее забыть обо всём. А ещё лучше — чтобы этого просто не было. Очень мало было в её жизни людей, которых она боялась, но шеф возглавлял их список. Холодный, расчётливый, с постоянными перепадами настроения, он как будто видел её насквозь и знал все мысли — даже те, которые она сама не осознавала.

Наташа вспомнила, как впервые встретилась с ним в центральном офисе компании в Москве. Она пришла на собеседование на должность младшего офис-менеджера и сидела в стеклянной переговорной перед его кабинетом вместе с другими соискателями, ожидая аудиенции. Чувствовалась общая нервозность. Кто-то ёрзал на стуле, кто-то ходил из стороны в сторону, кто-то листал ленту новостей в телефоне, чтобы хоть как-то отвлечься. А она сидела на чёрном офисном стуле возле прозрачной стены, закинув ногу на ногу, и смотрела через коридор на дверь в кабинет Волкова. Огромная, тяжеленная, из массива красного дерева — та определённо демонстрировала статус своего хозяина.

Примерно через полчаса послышались шаги. Волков в сопровождении охраны появился в коридоре. Проходя мимо переговорной, он скользил своим взглядом-рентгеном по всем собравшимся, и тут их глаза встретились. Рыжая красавица смотрела на него, не отводя взгляда. Было ощущение, что он замер на мгновение, а потом вернулся, открыл дверь переговорной, показал на неё жестом и произнёс тоном, не терпящим возражений:

— Вы, со мной, в кабинет!

Таша совершенно не ожидала такого поворота, но сумела подавить смятение, встала и спокойной уверенной походкой проследовала за ним, стуча каблуками по мраморному полу в полной недоумения тишине.

Когда открылась дверь кабинета, у неё перехватило дыхание. Было очень много света. Огромные чистейшие панорамные окна в пол создавали ощущение, что ты просто паришь на невероятной высоте среди небоскрёбов, окутанных небом со всех сторон, как одеялом. Она подошла к окну и посмотрела вниз. Там сновали люди туда-сюда, похожие на муравьёв, а машины, как разноцветные жуки, упорядоченно и равномерно двигались по дорогам.

— Завораживающее зрелище, не правда ли?

Молодая женщина вздрогнула от неожиданности — она совершенно забыла, где и с кем находится.

— Извините, — кротко бросила она, опустив голову и одновременно заправляя за ухо прядь медно-рыжих волос. Обогнула Олега и села напротив за стол для переговоров. — У вас очень красивый вид из окна…

— Спасибо. Я и сам часами могу стоять здесь, просто глядя вниз. Самые гениальные мысли последних лет пришли мне в голову именно здесь, — сказал Волков бархатным голосом, садясь за стол из такого же материала, что и дверь. — Можно взглянуть на ваше резюме?

— О, разумеется, простите…

Пробежав глазами за несколько секунд то, что она сочиняла несколько часов, он отложил бумаги в сторону, улыбнулся и сказал:

— Написано хорошо, но это не о вас…

Повисла пауза. Соискательница не знала, что и думать. Она очень хотела получить эту должность в GenFarm и старалась составить идеальное резюме, чтобы её взяли без колебаний.

Волков продолжил:

— То, что здесь изложено, по большому счёту есть в резюме у всех, кто был в переговорной вместе с вами. Отличаться будут только детали — опыт работы и бла-бла-бла… Для младшего менеджера идеально. Но… Вы очень сильно выделялись на фоне остальных соискателей, в вас есть стержень, так сказать. Поэтому у меня для вас иное предложение.

Олег встал и повернулся к окну. Снова повисла пауза, но в этот раз она затянулась минут на пять. Он внимательно смотрел вниз, как загипнотизированный, а потом резко развернулся и бросил:

— Я хотел бы вам предложить должность моего помощника. Платить буду много, но работать тоже придётся немало. Поручения будут разные, и поначалу придётся много учиться, но я хочу в итоге сделать вас своей правой рукой. Понимаю, что это не совсем то, на что вы рассчитывали, но уверяю — ваша зарплата будет расти пропорционально вашим навыкам. Что скажете?

В глазах рыжеволосой красавицы вспыхнули искры ярости. Она посмотрела ему прямо в глаза и ответила:

— Я не знаю, почему вы так обо мне подумали, но я никогда не смешиваю работу и личную жизнь. И мне не важно, сколько денег вы собираетесь мне платить. Всего хорошего!

Она резко встала и уже направилась к выходу, когда Волков окликнул её.

— Постойте, вы неправильно поняли. Я ни на что не намекал, и наши с вами отношения будут касаться исключительно работы. Даю вам слово.

При этих словах он положил правую руку на сердце и слегка наклонился вперёд с улыбкой.

Таша повернулась, подошла к нему и протянула руку.

— Хорошо, тогда я согласна стать вашей правой рукой, — улыбаясь, сказала она.

С этого момента началось её восхождение в компании. Было очень непросто. Приходилось сопровождать шефа во всех поездках, заниматься организационной работой, принимать участие в совещаниях и много-много чего ещё. Олег лепил из неё лучшего топ-менеджера, а его протеже впитывала как губка, не щадя ни времени, ни сил, ни здоровья…

Погрузившись в воспоминания, Наташа не заметила, как спустилась на парковку, открыла дверь своего «Лексуса» и села в салон. Только осознав, что она сейчас одна и никого на парковке нет, она дала волю эмоциям и просто разрыдалась. Слёзы обиды градом катились по щекам.

— И что теперь подумает обо мне этот олух Юра?.. Хотя какая разница?.. С какой стати это должно меня волновать?.. А ведь волнует… Дура!.. — проговорила она в сердцах сама себе.

Минуты через три зазвонил телефон. На дисплее отразился номер, и Таша, шмыгнув носом, взяла трубку.

— Да, алло!

— Привет, как ты? — в трубке раздался голос её подруги Кати.

— Скверно, если честно. Не задался денёк сегодня.

— М-м-м, понятно, — протянула Катя. — Подробности расскажешь?

— Не сейчас, мне нужно ехать домой. Давай вечером созвонимся, хорошо? — она снова шмыгнула носом в ожидании ответа собеседницы.

— Ты там плачешь, что ли?

— Нет, всё нормально, просто сейчас действительно неудобно. Я перезвоню, пока.

Не дожидаясь реакции подруги, Наташа повесила трубку. Слёзы снова подступили, но она закрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов и сказала мысленно: «Я сильная, я всё выдержу!» Завела двигатель и поехала домой.

Квартира, в которой она сейчас жила, принадлежала компании GenFarm. Волков специально купил её под их приезд — он ненавидел гостиницы, даже самые лучшие, и его помощница была с ним в этом вопросе абсолютно согласна. Что ни говори, Олег обладал отменным вкусом и любовью к роскоши. Дом считался элитным и находился на берегу реки, разделяющей город на две части, и из окон открывался красивейший пейзаж. А ещё была терраса с шезлонгами и стеклянным ограждением, где можно было лежать, наслаждаясь бездонно-голубым весенним небом и мягкими лучами солнца, приятно согревающими кожу. Внутри всё тоже было обставлено по высшему классу. Вся необходимая бытовая техника на кухне, в спальне — огромная двуспальная кровать с ортопедическим матрасом, гардеробная, гостиная с большим телевизором на стене и огромным диваном, на котором вполне комфортно могли разместиться человек пять-шесть. И пространство. Много свободного пространства. Квартира была большой даже по современным меркам.

Хозяйка скинула туфли в коридоре и прямиком направилась в ванную, где через секунду на пол полетели блузка, потом брюки и всё остальное, что было на ней. Душевая кабина была тоже просторной. Горячие капли воды падали на лицо и стекали по изгибам тела, унося прочь напряжение и неприятности сегодняшнего дня. Она не знала, сколько времени простояла так, просто закрыв глаза и растворяясь в «тропическом ливне». Гораздо важнее, что ей стало легче.

Завернув волосы в полотенце и надев любимый махровый халат, рыжеволосая красавица вышла из ванной босиком и направилась в спальню, где ровно по центру, раскинув лапы в разные стороны, спал её чёрно-белый кот Бася.

— Басяшкин, привет!

Она аккуратно легла рядом, чтобы не потревожить покой ненаглядного котика, и начала тихонько почёсывать его мягкое брюшко. Бася растянулся ещё больше и замурчал от удовольствия. Ей тоже было приятно. Постепенно женщина окончательно расслабилась и погрузилась в лёгкую дремоту.

Звонок в дверь выдернул её из царства Морфея очень резко — как будто падаешь в пропасть.

Таша вскочила и села на кровати. Её адрес знали всего три человека, и ни один из них не мог сейчас стоять на пороге… «Наверное, реклама какая-нибудь, — подумала она. — Сейчас отвалят». И снова плюхнулась обратно. Но звонок повторился, за ним последовал второй и третий — самый настойчивый и протяжный.

«Ну всё, сейчас я им устрою!» — девушка вспыхнула яростью и пошла в коридор разносить наглеца в пух и прах.

Когда дверь распахнулась и она уже готова была выплеснуть гневную тираду, её удивлению не было предела, а слова так и повисли в воздухе. На пороге стояла Катька с четырьмя огромными сумками продуктов.

— Ну чего ты копаешься? Помоги затащить уже всё это! — проворчала подруга, протянув к двери свою поклажу.

— Я не поняла, а ты как тут оказалась?.. Ты же в Москве была три часа назад.

— Где была, там уже нет, — улыбнулась Катя и подмигнула. — Давай сейчас разложим всё это добро, и ты мне под прохладный вишнёвый бренди расскажешь, что сегодня произошло такого, что довело мою девочку до слёз.

Они вдвоём очень проворно разобрали сумки, накрыли на стол и сели ужинать. Только сейчас рыжая красавица поняла, насколько голодна, — блинчики, которые Юра для неё приготовил, были единственным, что она ела сегодня. Она рассказала Кате про свидание, его финал и разговор с Олегом. Они были лучшими подругами и делились друг с другом всем — ну, или почти всем.

— М-м-м, прискорбно… — подытожила Екатерина, обгладывая куриную голень. — А может, давай сейчас завалимся к этому твоему Юре на порог — туда-сюда, тусэ-мусэ. Ты включишь свои чары, он потеряет голову от твоей красоты, и мы под белы рученьки приведём его к Олежке на поклон? И пусть там он на месте сам уже разбирается…

Катя тоже работала в центральном офисе GenFarm уже лет десять, наверное, поэтому и допускала панибратство в сторону начальника, когда его не было рядом.

— Да, но нет! Олег очень ясно дал понять, что сейчас мне не нужно никуда лезть. Надо принять поражение сейчас. К тому же там ещё по соседству живёт злой дед, с которым мне нельзя встречаться. Не знаю почему, так Волков сказал.

— Дед-пердед… Ну ладно, раз ничего исправить нельзя, так и плюнь. Что вышло, то вышло. Как-нибудь да будет. Давай «за удачу» и погнали в клуб отрываться. Я выбью из тебя сегодня эту грустинку, чего бы мне это ни стоило.

Катя уже тянула подругу за руку в гардеробную.

— Я надеюсь, в этом городе есть приличные заведения, где две одинокие дамы смогут весело провести время…

Глава 8. Истоки вражды

На часах было половина пятого утра, когда я открыл глаза. Где-то недалеко слышалась приглушённая возня. Я вышел из дома на улицу и увидел Толика с Таней с вёдрами наперевес.

— Доброе утро! Вы куда в такую рань собрались?

— Коз доить! — весело сказал Толик. — У нас шестнадцать молочных коз, времени на дойку надо много. И это никак не рано, а даже уже поздновато. Просто я вчера задевал куда-то свою любимую табуретку, и мы никак не могли её найти. Пойдёшь с нами?

— Пойду, отчего нет!

Мы пришли к козьему сараю, и первое, что я увидел, — на меня уставился большой белый козёл. Я узнал его. Это был он — тот, с которым у меня вчера состоялся странный диалог. А сейчас он не моргая смотрел на меня и ухмылялся.

— Это наш отец семейства Виталик. Племенной. Я смотрю, вы с ним уже поладили, — улыбнулся Анатолий. — Если хочешь, можешь зайти внутрь, познакомиться с остальными.

Честно говоря, я побоялся, что ко мне снова обратится либо козёл Виталик, либо кто-то из его гарема, и вежливо отказался:

— В другой раз… А вы не видели Валентина Николаевича?

— Он в мастерской. От дома налево и ещё раз налево, бревенчатый домик. Увидишь.

Я пошёл по тропинке к срубу, который Толик назвал мастерской, и открыл дверь. Изнутри пространство казалось гораздо больше, чем снаружи. Приятно пахло тёплым деревом. Сама комната была пуста. Никаких инструментов — ни дрелей, ни отвёрток в этой мастерской не было. Только большой кирпично-красный потёртый ковёр, полностью покрывавший дощатый пол. Учитель сидел в спортивном костюме на полу, сложив ноги по-турецки. Его руки лежали на коленях, а глаза были закрыты.

— Проходи, садись рядом, — сказал он.

Я сел прямо перед ним. Он открыл глаза и будто фокусировался на мне несколько секунд. После паузы сказал:

— Сегодня первый день твоего обучения, но прежде чем мы начнём, я готов ответить на твои вопросы. Можешь спрашивать обо всём.

— Расскажите мне про Гекату и этого Олега подробнее. Кто её создал? Зачем? И чем конкретно занимается это общество? Я хочу знать всё.

Валентин Николаевич на минуту задумался, почёсывая бородку, и начал свой рассказ:

— Гекату создал я.

У меня округлились глаза от удивления.

— Это общество задумывалось мной как параллельное ответвление Хранителей. Шёл пятнадцатый век — эпоха великих географических открытий, время Коперника и да Винчи. Я много раз беседовал с Леонардо в период с 1466 по 1468 год, когда он учился во Флоренции. Уже тогда он проявлял себя как новатор, намного опережающий своё время. А я совсем немного направлял его, помогая установить связь с источником, из которого проявляются все творения.

Понимая, что многие из идей мастера не будут восприняты, даже когда он станет взрослым, я принял решение создать тайное общество по образу и подобию Хранителей Слова. Но здесь братья должны были собирать великие научные труды, значение которых не было понято современниками, — чтобы эти идеи не потерялись в веках, не растворились в воздухе, а нашли отклик хотя бы в более поздних поколениях.

Лидером этого общества я выбрал Николя Пети — врача, математика и переписчика книг. Я был уверен, что этот человек способен собрать величайшую библиотеку научных открытий.

Николя прекрасно справлялся со своими обязанностями. Его пытливый ум развивался очень стремительно. В благодарность за работу я научил его излечивать любые болезни и телесные раны — то есть почти даровал бессмертие. Он стал чувствовать течение энергии жизни, научился черпать из неё силу и направлять её. Но когда я предложил ему помочь слиться с Единым, он отказался — это означало подчинение Эго. А подчиняться ум Николя, увы, не хотел. Мне тогда казалось, что его отказ носит временный характер и нужное время ещё придёт. Но я жестоко ошибся.

Николя понял, что самый большой потенциал — у энергии человеческого внимания, и начал разрабатывать способы, как это внимание притягивать, всё так же занимаясь изучением и накоплением научных открытий. Он настолько погрузился в плотный мир, что Хранители и Геката стали противоположностями, постоянно ведущими войну за человеческие души, — как материальное и духовное, как инь и ян.

Николя, так же как и я, перемещается из страны в страну и берёт разные имена, чтобы не привлекать внимания к тому, что его внешность не подвластна времени. Сейчас он в России, и зовут его Олег Волков. В мире денег он всемогущ, и нет ничего такого, чего он не мог бы получить при желании. Его влияние за последние сто лет увеличилось многократно и продолжает расти в геометрической прогрессии.

Помнишь, что я говорил тебе в прошлый раз про катаклизмы и войны? Их слишком много сейчас. Люди поглощены материальным миром и, стремясь утолить свою жажду, часто совершают страшные вещи, причиняя боль себе и другим. Это признак того, что у Гекаты сейчас значительный перевес.

Поэтому мне нужен ты. Нужно добиться равновесия, иначе многие погибнут в этой мясорубке, став жертвами собственной неосознанности.

Я молчал. Всё выглядело так, будто я одновременно включил ТВ-3 и РЕН ТВ. Мистика и тайный заговор. Скандалы, интриги, расследования…

— А Наташа тут каким боком? — задал я единственный вопрос, волновавший меня со вчерашнего утра.

— Наташа работает у Олега, и у неё приказ привести тебя к нему живым. Чтобы он смог переманить тебя на свою сторону или убить, если ты откажешься. Она вдвойне опасна, потому что имеет на тебя влияние и может помешать тебе исполнить своё предназначение.

Внутри все сжалось. Она спала в моей кровати. Она ела мои блинчики. Она нежно смотрела на меня. И все это была игра?.. Я не хотел в то верить, но если начну сомневаться в словах наставника сейчас - пиши “пропало”. Я отодвинул мысли о девушке как можно дальше и задал наконец вопрос, который волновал меня с того момента как Валентин Николаевич впервые рассказал мне свою историю:

— Получается, что вам больше восьмисот лет, как вы остаетесь в том же теле так долго?

— Клетки этого тела регенерируют согласно моей воле. Я могу принять любой облик, но мне больше нравится этот, — улыбнувшись в усы ответил Белозар, — этому я научил и Николя, на свою беду, а теперь пожинаю плоды своего опрометчивого поступка.

— Я понял, — это всё, что я мог сказать. — Давайте учиться. Я готов. Что нужно делать?

Глава 9. Уроки бытия.

Белозар пригладил усы и продолжил:

— Времени у нас очень мало. Многие люди всю жизнь идут к тому пониманию, которое я собираюсь дать тебе за несколько недель. У тебя пытливый ум и чуткое сердце. И то и другое нам очень понадобится. Я не буду читать лекции, рассказывать притчи и делиться с тобой мудростью веков. В попытке объяснить непроявленное в любом случае придётся прибегать к разным концепциям, твой ум будет цепляться за них, проецировать на себя и примерять новые маски. А это нам совершенно не нужно.

По сути, чтобы стать просветлённым, нужно всего лишь выполнение двух условий: присутствие в настоящем, а также полное и безоговорочное принятие того, что в этом самом моменте происходит. Эго стремится на всё повесить ярлык и дать свою оценку. Не оценивай, просто будь в том, что сейчас перед тобой разворачивается. Тогда ум стихнет и появится глубина, из которой приходят именно те действия и слова, которые наиболее актуальны для текущего момента.

— Я знаю, нужно убить Эго! Читал книжки в своё время… — многозначительно поддакнул я.

Но Белозар только снисходительно посмотрел на меня, улыбнулся в усы и сказал:

— Убить Эго невозможно, оно останется с тобой до конца этой жизни. Это персонаж с набором качеств и функций, который оживляется Сознанием — или Богом, или Вселенским разумом, его по-разному называют, но суть одна, как ни назови. И пока ты здесь, в этом мире, ты и Эго, и Сознание одновременно.

Мне стало неловко. Я хотел сказать что-то умное и показать свою осведомлённость, а оказалось — спорол несуразицу. Учитель продолжал смотреть на меня с той же улыбкой и продолжил:

— Не переживай из-за того, что сказал сейчас. Это только для Эго важно быть правым, постоянно подкреплять свою правоту и значимость, оправдывая своё существование перед самим же собой. Если посмотреть со стороны на жизнь неосознанного персонажа, можно заметить, что это разговор с самим собой. Люди, события, роли, появляющиеся перед глазами такой личности, есть не что иное, как вереница раздражителей, на которые он или она реагирует положительно или отрицательно, наделяя этот самый раздражитель соответствующими качествами. Ты удивишься, узнав, что даже самые близкие люди, которых ты, как тебе кажется, очень хорошо знаешь, на самом деле ничего не имеют общего с твоим о них представлением. Ты смотришь «своё кино», а они — своё. Ты видишь их через призму своего восприятия. Неосознанность отодвигает на второй план саму жизнь, не признавая настоящий момент и заменяя его прошлым и будущим. Прошлое чаще всего наполнено сожалением, будущее — надеждой, но и то и другое своим существованием отвергают настоящее — единственное, что на самом деле существует. Именно настоящее несёт в себе силу Божественного Сознания, именно находясь «сейчас» ты движешься по течению жизни в своём направлении.

— Быть в потоке… — я снова не выдержал и поддакнул.

— Да. Эта фраза хорошо продаётся сейчас и очень часто используется не по назначению. Но ты научишься действительно ощущать этот поток, я покажу тебе. Вот, возьми это. Надень и не снимай никогда.

Валентин Николаевич протянул увесистый амулет на цепочке с крупными звеньями. Это был продолговатый огранённый молочно-белый кристалл, который показался мне очень могущественным.

— Он поможет тебе удерживать равновесие и обрести гармонию, усилит интуицию и укрепит твою силу. И вот это ещё надень.

Учитель дал мне тёмно-бордовый тряпичный свёрток. Развернув его, я увидел изрядно потрёпанный халат.

— Это мантия ученика. В ней ты будешь заниматься. Обязательно переодевайся перед практиками, это очень важно.

Я нацепил на себя мантию. Несмотря на то что она была достаточно плотной, по ощущениям казалась абсолютно невесомой и просторной. Возникло лёгкое ощущение наготы. Очень непривычно.

Белозар продолжил:

— Следующий шаг — нужно успокоить ум. Только в спокойном состоянии ты можешь прикоснуться к тишине и начать слышать свою душу. Ты же читал «Трансерфинг реальности»?.. Вадим Зеланд использовал там фразу «шелест утренних звёзд». Она очень точно описывает это ощущение. Душа говорит тихо, чтобы её слышать, нужен тихий ум.