Покориться зверю

Но он не обернулся, лишь замедлился на несколько секунд и слегка повернул голову в мою сторону, а потом невозмутимо продолжил свой путь, просто молча ушел, заперев меня на замок.

Глава 8.

После того, как Соболев покинул мою комнату, я была взвинчена до предела, но это не помешало мне вырубиться сразу, как только голова коснулась подушки. Единственное, на что у меня хватило сил перед сном, это вытащить из пакета, где оказалась не только одежда, но и разные мелочи и вещи первой необходимости, белую, однотонную сорочку и такие же белые, хлопковые трусики. Усталость, недосып, нервы и стресс дали свое - несмотря на то, что я находилась в чужом доме, окруженная чужими, недружелюбными ко мне людьми, я спала всю ночь, словно убитая. И даже не сразу проснулась и услышала, как лязгнул замок, и дверь открылась.

Распахнув глаза, я резко села в кровати и прижала к груди одеяло, уставившись сонным и перепуганным взглядом на незнакомых мне людей.

- Вставай, давай. Хватит дрыхнуть, ты тут не на курорте! К тебе пришли, - ко мне подошла высокая девушка на вид постарше меня с длинными, черными волосами, заделанными в высокий, конский хвост, и бросила в меня такой же костюм, какой был одет на ней самой, и по которому я догадалась, что она служанка.

- Не трать время, не одевайся, все равно раздеваться. Я и так уже спешу. Валентина, выйди, оставь нас, - послышалось из-за спины девушки, которая тут же послушно удалилась и плотно прикрыла за собой дверь.

Строгая, пожилая женщина с седым пучком и красивыми очками с черной оправой оперативно и без промедлений разложила на столе свой большой, медицинский кейс, обработала руки антисептиком, накинула белый халат, надела перчатки и присела на край кровати рядом со мной.

- Здравствуй, Кристина. Меня зовут Галина Николаевна, я врач - гинеколог. Сейчас я уточню у тебя ряд важных моментов, мы проведем осмотр, я возьму анализы и оставлю тебе таблетки, которые ты будешь принимать строго по инструкции и по дням цикла. Если у тебя появятся вопросы, ты сможешь их задать. Приступим, - огорошила она меня сходу, введя в замешательство.

- Стоп, стоп, стоп! Какие еще анализы, какие таблетки? - отшатнулась я от женщины, когда она подсела ближе.

- Обычная процедура, стандартный набор анализов: мазки, кровь - все, чтобы убедиться в том, что жизни и здоровью Тимура Константиновича ничего не угрожает, - само предположение о том, что я могу быть заразной и кого-то чем-то заразить повергло меня в шок, но прежде, чем я чуть не задохнулась от возмущения, женина продолжила, - а таблетки самые сильные из противозачаточных. Ты же не маленькая и сама прекрасно должна понимать, что прерванный половой акт не является эффективным методом контрацепции. Тимур Константинович уже ввел меня в курс дела и дал четкое указание - исключить любые, даже самые малейшие, вероятности вашей беременности, которая, безусловно, будет для него нежелательной. А теперь давай уже приступим - у меня времени в обрез.

Чувства стыда, смущения и досады едва не заставили меня разрыдаться прямо при враче, но я все же сдержалась и послушно согласилась и на осмотр и на анализы, ведь выбора у меня не было. А потом беспрекословно приняла противозачаточную таблетку, но оставшуюся пачку убрала на дальнюю полку шкафа, удивляясь, зачем мне выдали так много.

- Поторапливайся! Одевайся и выходи, я жду тебя в гостиной. У нас на сегодня очень много дел! - вновь зашла ко мне ворчливая девушка - служанка практически сразу после того, как от меня вышла врач.

Взглянув на униформу скептическим взглядом, я все-таки ее надела, хоть и выглядела в ней крайне странно и даже нелепо. Синяя, короткая, плиссированная мини юбка, белая, обтягивающая рубашка и белый передничек! Я словно в фильме собиралась сниматься, причем в каком-то не очень приличном, ведь юбка была уж слишком короткой. И все же, пусть лучше так, чем как-то иначе. По всей видимости, из двух вариантов развития событий, которыми пугал меня Соболев, мужчина выбрал первый, что конечно не могло не радовать. К тому же я прекрасно понимала, что все это не надолго!

Валентина уже ждала меня с ведрами, щетками и тряпками, когда я привела себя в порядок и спустилась вниз. И тут же повела меня за собой к большим панорамным окнам, которые мы намывали вплоть до самого обеда. И по мере того, как мой бедный желудок завывал все чаще, я все сильнее косилась на эту вечно угрюмую и сварливую девушку, пытаясь разобраться, на какой козе к ней подъехать, чтоб с нее наконец спала эта напускная брюзгливость. В конце концов, у нас с ней не было ни одного видимого повода для того, чтоб друг друга не любить, так почему бы не попытаться найти общий язык.

- Валь, а Валь, - позвала я тихо девушку и улыбнулась, поджав губы, - говорят, тот, кто работает, тот еще и ест, - намекнула я на то, что пора бы прерваться, но никак не ожидала получить агрессию в ответ на дружелюбие.

- Во-первых, я тебе не Валя! Для тебя я Валентина Петровна! Ты моя подчиненная, так что соблюдай субординацию! А во-вторых, обед будет только через час! Меньше надо было дрыхнуть, принцесса, - скривилась она брезгливо и высокомерно задрала подбородок, - тогда бы и завтрак не проспала!

Ахнув от такого напора, я решила не связываться с этой буйной и, по всей видимости, обиженной на жизнь и по жизни девушкой, а продолжить работать, но застыла, раскрыв рот и чуть не выронила тряпку из рук, когда увидела человека, зашедшего в дом.

- Федор Иванович! - выйдя из ступора, я окликнула седовласого мужчину, который работал у отца вот уже несколько лет, и с которым я всегда очень даже неплохо общалась.

Не веря своим глазам, я поднялась с колен на ноги, а в душе зародилась надежда, что уже скоро я уеду домой. Но мужчина не спешил ко мне приближаться, а лишь окинул меня взглядом, полным сожаления, кивнул в знак приветствия и прошел мимо. Растерянно глядя ему вслед, я видела, как он, поднимаясь вверх по лестнице, поприветствовал и пожал руку начальнику охраны. Да и вообще чувствовал себя здесь весьма уверенно, будто вернулся в место, где ему комфортно. В доме отца он никогда не выглядел таким спокойным и расслабленным, как тут! Неужели все это время он вел двойную игру?!

- Рот закрой, а то мухи налетят! И вообще, хватит прохлаждаться! Иди и протри пыль в комнатах, не стой без дела! - вновь заворчала Валентина Петровна, вручая мне пипидастр, но я ничего не ответила, ведь мне было совсем не до ее пустого кудахтанья.

Переходя от комнаты к комнате, я машинально выполняла порученную мне работу, но мысли мои были очень далеко. Как же так? Неужели никому нельзя верить? Федор всегда казался таким добрым, отзывчивым и ко мне всегда хорошо относился. А все это время, получается, только и ждал возможности воткнуть нож в спину! От осознания того, в каком мире я живу, мне стало тошно и обидно до слез. Все! Абсолютно все погрязли в грязи и крови! И Ворошиловы, и Соболевы, и другие семьи, с которыми они ведут дела тоже. И я все чаще приходила к мысли, что хочу вырваться, но не домой, а на волю - жить вдали от всего этого болота лжи и обмана.

Подойдя к очередной двери, я устало дернула за ручку, но она не поддалась. Повторив манипуляции еще несколько раз, я толкнулась в дверь сильнее, но тут же отскочила от нее к противоположной стене. За дверью раздался дикий рев, скрежет и топот! Кто-то рвался наружу, рычал и завывал! Вжавшись от страха в стену, я закрыла рот ладонью, чувствуя, как все леденеет внутри. А потом расслышала тихий плач женского голоса.

Глава 9.

Завывания длились всего несколько секунд, а потом все эти ужасные звуки прекратились так же внезапно, как и начались. Ошарашено глядя на закрытую дверь, я еще долго стояла, как вкопанная, все прислушиваясь, но по ту сторону воцарилась тишина. О дальнейшей работе не могло быть и речи - я тут же отправилась на поиски Валентины и обнаружила ее у входа на кухню.

- Валентина Петровна, - окликнула я девушку, которая нехотя обернулась и вперила на меня свой недовольно-раздраженный взгляд.

- Чего тебе? Обеденный перерыв не резиновый и мне совсем не хочется тратить его на тебя.

- Там происходит что-то странное, - начала я рассказывать встревоженно, - дальняя дверь на втором этаже оказалась заперта, но дело не в этом. Когда я попыталась зайти, с другой стороны начали раздаваться ужасные звуки! Кто-то кричал и плакал, возможно даже пытался выйти, я не знаю…по голосу как будто бы женщина, скорее всего ей нужна помощь! - служанка бесстрастно смотрела в мои испуганные глаза, но по мере того, как я рассказывала, ее губы все больше растягивались в неприятной, коварной улыбке.

- Кристиночка, деточка, - протянула она, понизив голос, - думаешь, ты одна такая безмозглая и безропотная овца, которую привели в этот дом на убой? У Тимура Константиновича есть свои, так скажем, особенности и вкусовые предпочтения. Нравится ему ломать и мучить таких милых овечек, как ты. Одни из них живут чуть дольше, другие дня не выносят и …. Кого-то выносят постепенно, частями, понимаешь? А кого-то и целиком. Но живым от туда еще никто не выходил. А там уж, кто сколько продержится. И теперь его главаря игрушка - ты. Скоро и тебя запрут насовсем. А что происходит по ту сторону ваших клеток, это знает только хозяин, - и хоть на лице девушки и играла улыбка, чем дальше она рассказывала, тем серьезнее и мрачнее становилась, так что под конец у меня ком в горле встал от надвигающейся паники.

- Похоже на сюжет какого-то триллера! - нервно хихикнула я, сморщившись.

- Хочешь верь, хочешь нет, но это так. Бежать тебе от сюда надо, пока не поздно. А то скоро и бежать то будет нечем, - заключила она, поджав губы, а потом наклонилась и прошептала на ухо, - и я могу тебе помочь.

Развернувшись, она как ни в чем не бывало отправилась на кухню, где спокойно стала обедать, а вот у меня, кажется, даже аппетит пропал. Я села за стол вместе со всем обслуживающим персоналом, только у меня кусок в горло не лез. Я равнодушно и отрешенно ковырялась ложкой в тарелке, пока меня за косу не дернула рядом сидящая незнакомая служанка.

- Пс, ты та самая Кристина, про которую все говорят? - склонившись, обратилась ко мне почти шепотом девушка с рыжими кудряшками, перевязанными черной, бархатной лентой.

- А что про меня говорят? - насторожилась я, ожидая, что и эта служанка будет такой же недружелюбной, как и Валентина.

- Да так, ничего особенного, не бери в голову. Меня Изольда зовут, - протянула она мне ладонь и улыбнулась.

- Очень приятно, Изольда, - пожав руку, я улыбнулась девушке в ответ и усмехнулась ее заговорщическому тону.

- Я слышала, как ты разговаривала в коридоре с нашей Валенькой. Мой тебе совет - не слушай ее. Она еще та стерва и просто издевается над тобой!

- Но ведь я и правда слышала плач за той дверью, - возразила я, замечая, как в глазах девушки появились смешинки, а потом она и вовсе рассмеялась.

- Комната, про которую ты говоришь, принадлежит родной, младшей сестре Тимура Константиновича. Ее зовут Лиза и ей недавно исполнилось пятнадцать лет. Она очень редко выходит из комнаты и никого к себе не пускает. А тебя она просто хотела напугать. Вот и устроила маленькое представление! Надо мной она тоже первое время так подшучивала. Что уж про тебя говорить! Ведь она тоже наверняка в курсе всех слухов, которые про тебя ходят.

- Каких слухов? - вновь переспросила я, хмуро глядя на девушку.

- Никаких! - буркнула Изольда, покраснела и отвела свой взгляд, принимаясь старательно поглощать оставшийся в ее тарелке суп.

- Иза, прикуси язык, - сделал замечание служанке мужчина, который прислушивался к нашему разговору с самого начала.

- Это дядя Валера, он наш управляющий, - представила мне девушка пожилого, худощавого мужчину, сидящего за столом напротив.

- Здравствуйте, - вежливо поздоровалась я и вернулась к интересующему меня вопросу, - Но, почему эта девочка не выходит из комнаты? У нее какие-то проблемы со здоровьем? - предположила я, не договаривая, что уже заочно зачислила эту барышную в категорию психически больных.

- Нееет! Все с ней нормально! Да и сама она не такая уж и плохая. Просто у нее сейчас и так сложности переходного возраста, а тут еще и эта ужасная трагедия. После того, как их с хозяином родители погибли, она стала очень замкнутой, нелюдимой и агрессивной. Даже к своему брату она настроена враждебно и не хочет идти с ним на контакт. Что уж говорить об остальных? Так что не переживай, а на Валю даже не обращай внимания, она просто в хозяина влюблена, вот и бесится! - закончила девушка уже шепотом, склонившись к моему уху.

- В Тимура? - переспросила я удивленно.

- Изольда! А ну, марш работать! Обеденный перерыв закончился, - гаркнул на служанку управляющий, расслышав ее слова, хоть она и говорила совсем тихо.

- Для кого-то и Тимур, а для кого-то и хозяин, - подмигнула мне напоследок девушка и тут же ушла с кухни.

А у меня от мысли, что расчленять меня пока что никто не собирается, даже аппетит проснулся. И пусть мой суп уже остыл, я все равно его с удовольствием съела. И хорошо, ведь впереди меня ждал долгий, рабочий день. Валентина Петровна нарезала для меня целую кучу дел, а сама куда-то оперативно свалила. Так что ползала я на корточках в гостиной и вычищала ковер в гордом одиночестве.

А из головы все никак не шла одинокая девочка, сидящая взаперти на втором этаже. Бедный ребенок, как же это страшно, потерять родителей так рано. Но что еще более ужасно, я прекрасно понимала, что во всем виноват мой отец. И от этого становилось очень горько. И все же Лизе повезло, что у нее остался родной и близкий человек. Мне всегда казалось, что иметь брата или сестру это очень круто, и уж в особенности старшего брата. Тимур наверняка всегда защищает и оберегает свою младшую сестренку, заботится о ней. Ведь производит впечатление очень даже ответственного, сознательного, сильного и бесстрашного человека.

При мысли о мужчине я чуть щеточку из рук не выронила. С ума можно сойти! Как Валентину угораздило влюбиться в своего начальника? Ведь это же безумие! Да и он всегда такой суровый, грозный и холодный. К тому же занимается слишком опасными делами. И все же я не могла не замечать очевидного. С моей стороны было бы глупо отрицать, что Тимур очень даже привлекательный и видный мужчина. Красивый, сильный, мужественный…и глаза у него такие зеленые… и улыбка такая, что глаз не отвести.

Воспоминания о том, как ОН на меня смотрел, как прикасался, нахлынули горячей волной, и по телу разлилось приятное тепло. Щеки тут же залились краской, от чего я только яростнее принялась тереть ковер щеткой, рискуя протереть в нем дырку, но я этого не замечала, ведь перед глазами так и стояло его красивое лицо, его соблазнительные губы…

Поэтому я даже не сразу заметила, когда рядом со мной предстали черные, мужские ботинки, начищенные до идеального блеска. Я замерла, а сердце пропустило удар, ведь еще до того, как поднять голову, я прекрасно поняла, кто это. Моей щеки коснулась широкая, мужская ладонь, и я покраснела еще сильнее, когда встретилась с темными глазами хозяина дома. Заправив мне за ушко прядь волос, выбившуюся из длинной косы, мужчина дотронулся моих приоткрытых губ, поглаживая их большим пальцем в точности так же, как при нашей первой встрече, только сейчас еще до конца не зажившая губа немного болезненно ныла, от чего была еще более чувствительна.

- А тебе идет этот костюм, - сказал Соболев, усмехнувшись, но потом нахмурился и убрал от меня руку, - Вставай, пошли.

- Куда? Зачем? - растерянно взглянула я в серьезное лицо мужчины, опасливо прижимая к коленям щетку.

- Ты же хотела понять, что с тобой будет дальше? Так вот, время пришло. Сейчас ты узнаешь, что же тебя ждет, Кристина. Идем.