Клятва маркизы де Вальмон. Пятая книга цикла «Завещание Великого Магистра»

Лишь когда Элеонора вновь положила письмо в ларец, настоятель подошел к столу и положил ладонь на лежавший рядом длинный свернутый свиток.

— Не думаю, что ваша бабушка случайно положила родословную рядом с письмом, — произнес он вполголоса. — Напротив, мне кажется, она рассчитывала, что после первых страниц вы непременно захотите проверить каждое слово Изабель.

Элеонора кивнула.

— Именно этого мне сейчас хочется больше всего. До сегодняшнего дня родословная представлялась мне всего лишь перечнем имен. Теперь я понимаю, что она может оказаться ключом к событиям, которые пережили столетия.

Она развернула длинный свиток.

Старый пергамент неторопливо расправлялся на поверхности стола, постепенно занимая почти всю его ширину. В верхней части листа, окруженный изящным орнаментом, был изображен герб де Вальмонов, знакомый Элеоноре с детства. Ниже, расходясь многочисленными ветвями, тянулись поколения семьи. Каждое имя было выписано одной и той же уверенной рукой, а тонкие линии, соединявшие родителей и детей, создавали сложный узор, напоминавший ветви огромного дерева.

Несколько минут она пристально рассматривала знакомые фамилии. Вот ее дед. Ниже — Луиза. Еще ниже — собственное имя, вписанное позднее другими чернилами. Все выглядело совершенно привычно.

И вдруг взгляд остановился.

Там, где начиналась самая верхняя часть родословной, что-то показалось ей странным.

Она наклонилась ближе.

— Отец Огюстен… посмотрите сюда.

Настоятель подошел к столу.

— Что вас удивило?

Элеонора коснулась пальцем начала родословной.

— Видите? Здесь древо начинается не с основателя рода, как это принято почти во всех генеалогиях. Первым человеком указана женщина.

Аббат внимательно посмотрел на пергамент.

Действительно, над всеми последующими поколениями было выведено имя:

Изабель де Вальмон.

Под ним — всего одна линия.

Она вела к имени, написанному несколько более темными чернилами.

Матье.

Дальше родословная продолжалась уже привычным образом.