Полная версия
По мере необходимости
Стивен: - И чего ты хочешь от ЦРУ?
Мендоса: - Мне нужны три чистых американских паспорта, новые личности для моей семьи и гарантия полной неприкосновенности на территории Штатов.
Стивен забирает микропленку и кивает: - Я поговорю с руководством.
---------------------------------
Роландо и Марта Мендоса с ребенком на руках выходят из самолета в аэропорту Майами. Офицер на паспортном контроле быстро вбивает данные. На черном кинескопе компьютера вспыхивают фосфорно-зеленые строчки допуска — высший приоритет, санкционированный Лэнгли. Офицер с улыбкой произносит:
- Добро пожаловать домой, мистер Бланко.
Марта протягивает свой паспорт. Ей уже не так страшно.
----------------------------------
Теперь они Роберт и Мэри Бланко — белые американцы испанского происхождения. Роберт покупает солидный двухэтажный особняк в колониальном стиле в Пайнкресте, окруженный каменным забором и огромным, густо засаженным деревьями участком. Любопытным соседям они непринужденно рассказывают, что перебрались из Кастилии. Супруги говорят с едва уловимым испанским акцентом, дома общаются исключительно на английском.
Роберт наслаждается новым образом жизни, теперь ему нет нужды скрывать доходы. Для красавицы-жены он покупает белоснежный Mercedes-Benz 380 SL, обеспечивает ее дизайнерской одеждой и ювелиркой. Для малыша Томми он покупает самые дорогие игрушки и нанимает лучших репетиторов, чтобы натаскать мальчика для поступления в элитную школу Ransom Everglades. Его главный трофей требует вложений, иначе какой в нем смысл?
---------------------------------
В Майами 84-го Роберту с его бекграундом есть где развернуться. Он открывает фирму «Blanco International Trading» со штаб-квартирой в Brickell. Официально фирма занималась поставками промышленного оборудования и электроники из США в страны Латинской Америки, а на деле помогала отмывать грязные деньги наркокартелей.
Роберт часто берет Томаса на сделки, приучая его к «бизнесу» и делая соучастником, чтобы их связь стала еще крепче.
---------------------------------
Томми восемь, отец привозит его в закрытый лодочный ангар в промзоне. Роберт проходит в офис, оставляя сына наблюдать снаружи, на небольшом отдалении. В офисе сидят два колоритных колумбийца и тощий перепуганный избитый белый парень. Все четверо о чем-то спорят, но Том не может разобрать слова. Раздается выстрел. Затем тишина, они опять спорят, но уже намного тише. Том испуганно наблюдает, как колумбийцы без эмоций выносят из кабинета труп. К шокированному мальчику подходит отец и вкрадчивым, пугающе спокойным голосом спрашивает:
- Томми, малыш, хочешь съездим в Диснейленд?
--------------------------------
Томасу одиннадцать. На этот раз был автосервис. Роберт оставляет Томаса позади, а сам подходит к пожилому человеку в строгом костюме и двум его телохранителям. Томас замечает краем глаза, что на полу лежит кто-то связанный с мешком на голове. Телохранитель снимает мешок, Роберт кивает человеку в строгом костюме, и телохранитель без колебаний стреляет в голову связанному. Томас вскрикивает. Все присутствующие оборачиваются. Роберт хватает сжавшегося сына за руку и тащит поближе к трупу.
- Не скули, пора тебе повзрослеть. Роберт заставил Томаса смотреть, как телохранители заворачивают труп в брезент, затем замывают небольшое пятно крови на полу. Все это время он держал Томаса за плечи, не давая ему отвернуться.
--------------------------------
Томас учился в колледже, когда умерла его мать. Он не поехал на похороны. Ему хватало регулярных созвонов с отцом, на которые он был вынужден идти, ради получения денег. Однажды отец обмолвился, что вынужден переехать из-за «старых дел». Томас все понял, он знал, что рано или поздно отцу придется скрываться. Роберт переедет так еще не раз, но поводок, на котором он держал сына от этого не ослабнет. Томас каждый раз изображал сочувствие, знал, как отец скучает по Майами.
- Ну не переживай. Еще сможешь пожить и там.
-------------------------------
Майами, 1996 год. Роберт приходит в ресторан на встречу со старым «другом».
- Стивен - О, мистер Бланко (издевательским тоном)
Роберт не может скрыть нарастающую тревогу и раздражение от веселого тона Стивена: - В чем дело??
- В том, что во Франции на тебя выписан ордер. И это только начало. Все бы ничего, но Лэнгли хочет откреститься от всех связей с персонажами, вроде тебя.
Томас закатил глаза: - Ты же в курсе, ЧТО я могу рассказать?
- Разумеется. А они в курсе, как тебе дорог твой сын. Слушай, я на твоей стороне, просто исчезни с радаров, живи неофициально, и никто тебя не тронет. Стивен встает из-за стола: - Рад был повидаться, Роландо.
---------------------------------
1999 год. Томас встречается с отцом в ресторане Нью-Йорка по случаю окончания колледжа. Мечтательно рассказывает, где хотел бы работать. Отец внимательно слушает, улыбается и выдает:
- Ты хочешь жить в маленькой квартирке и питаться фастфудом? Сынок, посмотри на свои туфли, они стоят как три зарплаты журналиста. Я даю тебе ровно столько, чтобы ты ни в чем не нуждался. Ты живешь свою лучшую жизнь, остальное несерьезно. Журналистика – не более чем хобби.
Роберт похлопал его по плечу, оставил на столе щедрые чаевые и поднялся. Его ждал очередной конспиративный рейс, очередное фальшивое имя и вечный бег по кругу. А Томас остался сидеть, отрешенно глядя в окно. Он понимал, что отец в чем-то прав: без его миллионов он сам по себе — никто. В глубине души Томас мечтал о его смерти, видя в этом единственный путь к свободе. Вот только он совершенно не представлял, как, даже в таком случае, сможет добраться до его денег. Ведь Роберт спрятал все ниточки так, что черт ногу сломит. Томасу оставалось лишь смириться и принять свою участь — быть послушным трофеем на золотом поводке
Глава 7
Майами, Пальметто-Бей, 2010 год.
Маркус сидел в своей машине, ведя самое скучное дежурное наблюдение из всех возможных, и жевал картошку фри, которая уже успела остыть и превратиться в резину. Активность у дома объекта заставила его прервать бесконечную болтовню с напарницей и использовать скрытую гарнитуру по назначению — в кои-то веки!
22:14 Маркус: - ...да я лучше проведу вечер на допросе у картеля. Серьезно, целый час слушать про ее кота…
22:14 Маркус, теперь уже серьезным тоном: – К дому подъезжает бежевый седан. Это Младший.
22:28 Маркус: – Младший выходит. Взволнован. Уезжает. Продолжаю наблюдение.
22:36 Маркус: – К двери подошел парень. Молодой. Блондин. Звонит. Кастилец его впустил.
22:58 Маркус: – Парень выходит.
23:16 Маркус: – Младший вернулся. Что там у них происходит? Идет в гараж… Какого хрена?..
Маркус выходит из машины и осторожно подкрадывается к дому. Шторы плотно задернуты. Но ему удается увидеть в окно гаража, как Томас затаскивает в багажник машины большой и тяжелый сверток.
23:39 Маркус: – Он там труп в багажник кладет, что мне делать? Напарница: - Не вмешивайся, продолжай наблюдение.
23:46 Маркус: – Он отъехал. Мне ехать за ним? Напарница: - Держись на безопасном расстоянии.
00:20 Маркус: - Свернул с трассы на грунтовку в сторону Эверглэйдс. Ну и тьма… Я выключил фары, еду по маячку. Здесь только тростник.
00:34 Маркус: - Вижу его. Стоит у самой воды. Вытащил труп. Черт, он приматывает к нему диски от штанги. А парень силен. Тащит по грязи. Толкает тело штырем в болото. Все, скормил Кастильца аллигаторам.
00:48 Маркус: - Он вернулся к машине. Я сдал назад, меня не видно. Он проехал мимо. Еду следом.
01:25 Маркус: - Он дома. Включил везде свет. Шторы задернуты.
02:49 Маркус: - Гасит свет. Садится в свою машину. Мне ехать за ним? Напарница: - Да проследи.
22.51 Маркус: - Ой, бля. Сколько бумаг мне потом заполнять?! Напарница: - Не бузи. Представь, сколько придется заполнять 3-ему отделу.
-----------------------------
Лэнгли, Вирджиния. Штаб-квартира ЦРУ. Стивен Миллер - офицер ЦРУ, куратор Мендосы в прошлом. Ларс Хольм - шведская сторона, офицер СЭПО, курирует дело Гессенов. Кабинет для закрытых встреч. Светло серые стены, стол, несколько стульев, ноут и несколько папок.
Стивен грубо кидает одну из папок перед Ларсом: - Этот человек встретился с Томасом Бланко в Нью-Йорке. Передал ему документы. Потом проследил за ним и зарезал Кастильца. Мы пробили его по нашей базе. Вернер Гессен. 100%совпадение.
Ларс даже не смотрит на папку: - Вернер Гессен мёртв с 76-го. Вопрос закрыт.
Стивен: - Тогда, кто это?? И его не убрали в 76-ом. Он был полезным рабом по 83-ий, потом сбежал. Или ваши его выкрали.
Ларс берет в руки папку с фотками с камеры наблюдения в отеле The Carlyle и сделанными у дома Мендосы: - Выкрали?? Я без понятия, кто это. Может, кто-то сделал пластику. Может, двойник. А может, твои люди сделали плохую работу, и ты позвал меня расхлебывать. Раз вы так много знаете, какие вопросы могут быть к нам? И разве вы не должны были поделиться инфой еще в 83-ем?
Стивен: - Я здесь не за тем, чтобы ты меня учил. Я здесь, чтобы сказать, что у вас есть оживший труп, которого быть не должно. И я хочу знать, вы в курсе, или тоже в дерьме?
Ларс задерживает взгляд на Стивене на пару секунд дольше, чем нужно: - Я не должен перед тобой отчитываться.
Стивен: - А я не должен приносить тебе улики, которые вы должны были найти много лет назад. Знаешь, сколько времени мы потратили, чтобы выяснить, что ваш «мёртвый» Гессен сбежал с завода в 83-м? С тремя трупами охраны? И ты мне говоришь — «вопрос закрыт»?
Ларс: - Вы пасли Мендосу тридцать лет и не заметили, что его сын встречается с призраком? И ты позвал меня, чтобы я объяснил тебе твою же некомпетентность?
Стивен кладет одну из фоток перед Ларсом: - Я позвал, чтобы ты объяснил мне, почему вы тридцать лет прячете данные о том, что человек, которого мы считали мёртвым, жив и выглядит так.
Ларс наконец берёт фото. Смотрит на него. Пауза. Переводит взгляд на Стивена: - Мы не прятали. Мы не знали. И если бы вы поделились с нами данными о побеге хоть когда-нибудь за последние двадцать лет, у нас бы не было этой проблемы. А теперь у вас дыра, и вы хотите, чтобы мы её закрыли.
Стивен: - Я прошу тебя признать, что у нас общая проблема, и что мы не знаем, кто этот человек на самом деле.
Ларс смотрит на фото, потом в глаза Стивену: — Есть версии? ...Миллер, мы в одной лодке. ...И как он сбежал?
Стивен, сменив тон на спокойный: - Его перевезли на закрытый завод за городом. Туда переводили понемногу заключенных из других тюрем, потому что там была всего одна рабочая печь. Готовили к продаже брату, держали на препаратах. Среди переведенных был Диего Мартинес. Про него мало известно, Имя, похоже, выдуманное. В Аргентине ничего не откопали. Этот Диего его и вывез, убив трех охранников. Больше их никто не видел. Ни живыми, ни мертвыми. Наши тридцать лет считали, что они погибли в горах.
Ларс еще раз смотрит на фотки: - Ему ведь сейчас за пятьдесят... ЦРУ считает его ...кем?
Стивен: - Кем бы он ни был, в наших общих интересах, чтобы его не было.
Ларс поднимается, собирает фотки в папку, подходит к двери: - Если это и правда Вернер, тебе надо бежать.
Стивен, не поднимая глаз: - Знаю...
Глава 8
28-ое августа 1983-го года. ЭСМА. Мендоса заходит в узкую камеру, освещенную тусклым светом. На шконке неподвижно, словно тряпичная кукла, лежал тощий парень. Капитан легонько толкнул его: - Вернер, проснись.
Не помогло. Он взял за плечи почти безжизненное тело и потряс: - Просыпайся.
Вернер глухо простонал, он окинул комнату мутным равнодушным взглядом, едва держа голову. Мендоса усадил его, придвинув спиной к стене и дал в руки газету La Nacion от 28 августа. - Держи вот так. Дебил! Вот так, я сказал! Чтобы дату было видно.
И силой заставил худые пальцы Вернера сжать края газеты. Сделав шаг назад, он взял в руки Полароид и щелкнул, ослепив вспышкой это ужасное место. Мендоса поморщился, но увидев готовый снимок, почти улыбнулся: - Отлично. Утром тебя перевезут.
Он забрал газету и вышел из камеры, закрыв за собой тяжелую железную дверь. Одна задача выполнена.
---------------------------
29 августа. Мендоса неторопливо шел по улицам Сан-Тельмо, делая вид, что не замечает темно-синий форд, который тащится за ним уже два квартала: - Тупые црушники.
Он зашел в Базилика Нуэстра-Сеньора-дель-Росарио. Слева от входа каменная стена была сплошь заклеена черно-белыми фотографиями desaparecido — пропавших без вести. Молодые и старые, часто с улыбками на лице. Под снимками, прямо у стены стояли поминальные свечи. Мендоса скользнул по фоткам мертвым взглядом. Для него это были муравьи, не более. Да и зачем вообще думать о мертвых людях, когда на кону живые деньги?
Из ризницы вышел отец Антонио: - Пришли исповедаться, Капитан?
- Оставьте свой святошеский тон, падре. У меня мало времени, за мной следят. Сейчас речь не о моих грехах. На кону жизнь человека. Я прошу передать этот конверт в представительство Красного Креста. Старик спрятал руки в рукава сутаны: - Мы не станем участвовать в ваших грязных играх.
Мендоса достал из конверта вчерашний снимок Полароида и грубо сунул его под самый нос священнику: - Его жизнь в ваших руках, если этот снимок не уйдет в Женеву, парень умрет.
Отец Антонио берет в руки конверт, тем самым соглашаясь на сделку: - Бог вам судья, капитан. Идите.
Мендоса выходит, и падре достает из конверта записку:
«для Дитриха Гессена: буду ждать вашего представителя в Базилике Нуэстра-Сеньора-дель-Росарио в левом нефе, у алтаря Святого Мартина де Порреса 20-го октября в 15:00, для обсуждения деталей»
Внизу, на полях, была приписка: «Найти в центральном архиве МККК дело Дитриха Гессена (Стокгольм, Швеция) и вложить это в его папку как официальное уведомление о выжившем родственнике».
Падре Антонио тяжело вздохнул. Ему было противно, что его используют для торговли живым товаром. Но выбора не было. Старик развернулся и быстро пошел в ризницу, чтобы успеть передать конверт курьеру до закрытия представительства Красного Креста.
-----------------------------
16-е октября. Тот же ресторан.
- Роландо, рад тебя видеть!
Стивен встретил его той самой издевательской, голливудской улыбкой, от которой у Мендосы каждый раз сводило челюсть. Они сели за стол, и когда официант скрылся из вида, Стивен достал из внутреннего кармана пиджака плотный конверт.
Мендоса почти коснулся бумаги, когда Стивен резким движением накрыл конверт своей широкой ладонью. Его улыбка стала еще более хищнической: - Погоди, не так быстро. Наши дорогие друзья из СЭПО любезно передали нам, что Дитрих Гессен получил письмо от Красного Креста. И они, знаешь ли, очень вежливо попросили нас прояснить ситуёвину. И что же мы выяснили, а, есть мысли?
Мендоса замер. Его рука так и осталась лежать на скатерти в паре сантиметров от ладони американца. Воздух между ними наполнился электричеством. - Оказывается, вопреки твоим клятвенным заверениям, Вернер Гессен жив.
Стивен легонько постучал пальцем по конверту: - И мы даже выяснили, где ты его прячешь. Хотел заработать на пенсию?
Стивен убрал улыбку и продолжил с каменным лицом: - Так вот, капитан. Слушай меня внимательно. Или ты прямо сейчас едешь туда, подчищаешь за собой ВСЕ и навсегда забываешь о Дитрихе Гессене… Или у нас тоже есть один заброшенный объект. В Гондурасе. Там отличные ребята. То, что вы устраивали в ЭСМА – цветочки, по сравнению с их работой. Так куда ты предпочтешь отправиться с семьей?
Стивен медленно убрал руку с конверта и пододвинул его Мендосе: - Выбор за тобой. Паспорта здесь. Очисти сцену.
Мендосу мелко трясло. Он схватил конверт, затолкнул его во внутренний карман куртки и резко встал, едва не опрокинув стул. Колени были ватными. На неслушающихся ногах, бледный, он быстрым шагом направился к выходу из ресторана, ни разу не оглянувшись.
------------------------------------
Ночью, напуганный и злой, он подъехал к заводу. Щуплый охранник, узнав автомобиль капитана, лихорадочно загремел цепями и распахнул ворота: - Капитан. - Позови Гомеса!
К машине подошел уставший мужик, лет пятидесяти: - Что случилось, синьор Мендоса? - У меня изменились планы. Блондина нужно полностью убрать, как можно скорее.
Договорив это, он передал Гомесу аккуратно сложенные триста баксов, от чего тот мерзко улыбнулся гнилыми зубами: - Будет сделано, синьор Мендоса. Завтра он станет кучкой пепла.
-----------------------------------
20-е октября, вечер, вилла в Сальтшёбадене. Дитрих уже третий час сидел в своем кабинете, закутавшись в плед. Он почти заснул, когда телефон резко зазвонил, заставив его содрогнуться.
- Да. - Дитрих, это я. Никто не пришел. Я прождал два часа. Мне очень жаль.
Дитрих не мог произнести ни слова. Дрожащей рукой он положил трубку. Мир вокруг него замер, воздух стал вязким, дыхание перехватило. Он закрыл лицо руками и начал тихонько раскачиваться, потом опустил голову на стол и заплакал.
Глава 9
Майя Бергер, 13 лет.
Сентябрь, 2024 год, Стокгольм, поздний вечер. По достаточно людной улице идет, слегка пошатываясь растрепанная девочка-подросток. На ней темное трикотажное платье. Некоторые на нее оглядываются, но уличное освещение не позволяет разглядеть ее в полной мере. Девочка проходит мимо ночного клуба, и люди на улице замечают, что ее одежда и волосы испачканы кровью. Кто-то берет ее за руку и аккуратно спрашивает, но она как будто не слышит. Ее отводят в какое-то светлое помещение, сажают на стул, протягивают стакан воды. В этот момент те, кто находится рядом, начинают чувствовать запах озона, как после сильной грозы. Майя все еще где-то не здесь, не берет воду и не реагирует на слова. Первыми заходят полицейские, о чем-то спрашивают людей в комнате. Через несколько минут заходят сотрудники скорой. После беглого осмотра ее уводят. Люди в комнате и на улице пытаются понять, что случилось.
-------------------------------
Стокгольм, Больница Сёдер. Обессиленная Майя лежит за шторкой приемного покоя. В её вену вставлена капельница с глюкозой, на пальце закреплен датчик пульса. В хаосе переполненного отделения появляются двое в форме санитаров. Никому нет дела. Один из них снимает прищепку-датчик с пальца девочки и цепляет на палец спящего за соседней шторкой бедолаги. Прибор продолжает ритмично пищать, транслируя ровный пульс. Второй вводит сильное седативное прямо в порт капельницы. Майя на секунду приоткрывает глаза, но наркоз мгновенно тушит её сознание.
Они перекладывают обмякшую девочку на каталку, накрывают простыней с головой и катят через шумный коридор. Идущей навстречу уставшей медсестре один из них бросает на ходу: «На рентген». Медсестра даже не поднимает глаз. Через неохраняемый служебный лифт спускаются к дебаркадеру и загружают Майю в скорую. На парковке торгового центра её за минуту перегружают в тонированный минивэн, бросая машину. След оборван. Минивэн растворяется в темноте, направляясь к вилле в Сальтшёбадене
----------------------------
Майя открывает глаза. Никакой паники. Она лежит на большой кровати с шелковым бельем. Трехметровый потолок, красивая деревянная мебель в классическом стиле, большое окно с видом на лес. Она садится, окидывает комнату оценивающим взглядом, пытается понять, как она тут оказалась.
Перед глазами мелькают рваные кадры: темное сырое помещение заброшки, серый бетон, битое стекло, мужская рука с грязными ногтями грубо хватает Майю за волосы.
Дверь открывается, заходит Томас, держа в руках поднос с чаем и мягкими вафлями. Голосом великодушного спасителя-наставника: - Доброе утро, Майя. Я Томас, ты в моем доме. Здесь ты в безопасности.
Томас поставил поднос на одеяло и сел рядом: - Хочешь что-нибудь спросить?
Она игнорирует поднос, смотрит прямо на его лицо и выдает холодно: - Где мой телефон??
Томас, не меняя тона: - Его с тобой не было. Ты помнишь, что вчера произошло?
Майя попыталась откопать в памяти вчерашний день, но вместо четкой картины мозг выдавал лишь странную мешанину: тяжелое дыхание двух мужчин, зажатый рукой рот, падающий на асфальт и разбивающийся телефон.
- Мне надо домой!
Томас попытался выдавить максимальное сочувствие: - Милая, тебе больше нельзя домой. Тебя там просто убьют. Прежняя жизнь закончилась.
Заметив в ее глазах страх, Томас, с едва сдерживаемым чувством превосходства: - Но здесь, со мной, ты в полной безопасности. Я позабочусь о тебе. Так что ты помнишь?
В голове Майи промелькнул следующий набор кадров: ее, перепуганную, кидают на грязный пол, сверху наваливается мужик, другой его подначивает, снимая происходящее на телефон. До чего же мерзкие лица. Майя содрогнулась: - Что тебе от меня нужно??
Томасу все труднее скрывать довольную лыбу: - Сотрудничество.
- ???
- У тебя есть то, что мне нужно. А меня есть много денег. …Ты ведь помнишь, что вчера было?
- Что у меня есть?? Почему мне нельзя домой?? Ты знаешь, кто мой отчим??? Знаешь, что он с тобой сделает? Меня же ищут!!! Полиция, мама. Где моя мать?!
- Твои родители спешно улетели в Бразилию. Ты больше никогда их не увидишь. Полиция тебя не ищет, так как тебе подобными занимается другая служба. А вот они ищут, да. Чтобы убрать. Есть люди, которые считают, что такие как ты не должны существовать. Ты особенная, Майя и представляешь для них угрозу. Ты же помнишь, что ты сделала? Ты понимаешь, на что ты теперь способна?
Майя снова возвращается на бетонный пол: в ушах начинается легкий гул, зрение перед собой становится сверхчетким, но исчезает по бокам, по ее телу проходит странная волна, отчего в руках возникает легкая вибрация, а в воздухе появляется запах озона. Пространство вокруг замирает. И через секунду словно взрывается. Она отталкивает от себя мужика, тот отлетает метра на два, сильно ударившись о бетонную колонну. Майя встает на ноги и бросается на второго. Повалив его на пол, бьет кулаками, превращая мерзкую тушу в кровавое месиво. Останавливается только услышав стоны мужика, валяющегося у колонны. Подходит к нему. Разглядывает. Смотрит на свои руки. Опустившись на колени перед его телом, равнодушно наблюдает за его хрипами и стонами. Просидев так минуту, она почувствовала, что силы уходят. С трудом поднявшись, она идет к лестнице, опираясь о стену. Ей становится хуже. Ноги подкашиваются. Что-то подсказывает, что надо вернуться - там спасение. Разворачивается, по дороге подбирает крупный осколок стекла. Добравшись до мужика, дрожащими руками, режет осколком его запястье и жадно впивается в него. Но успевает выпить совсем немного, кровь начинает сворачиваться. Сил хватило на то, чтобы выйти с заброшки и пройти мимо пары домов, но потом опять стало тяжело. Она вышла на достаточно людную улицу и медленно пошла вперед, слегка пошатываясь…
Майя не могла поверить, что вот так, разом может рухнуть вся ее привычная жизнь, но надо было как-то приспосабливаться: - И что тебе от меня нужно?
Томас засиял: - Твои способности. Я хочу стать таким же.
- И что я с этого получу? Что ты мне дашь? …Я хочу телефон. Интернет. Одежду. Я много чего хочу! И я хочу знать, что тут происходит!!
Томас широко улыбнулся, ее поведение казалось ему забавным: - Торгуешься. Ок. Получишь всё, что захочешь, в разумных пределах. Но ты должна понять одну вещь: твоя жизнь теперь полностью зависит от меня, и я могу в любой момент сделать ее невыносимой. Не испытывай мое терпение.
Он встаёт, поправляет пиджак, идёт к двери. У порога оборачивается: - Отдыхай. Вечером у тебя будет одежда и новый телефон. Интернет только через мой сервер. Но мы же не будем ссориться из-за таких мелочей?
Майя смотрит ему в спину, впившись руками в одеяло. Силы не равны. Сейчас она ничего не может сделать. Все, что ей осталось – пялиться на скучный лес за окном.
Глава 10
9 ноября, 22-го года. Стокгольм. Сальтшёбаден.
Томас проснулся уставшим и вымотанным. Что сегодня за день? Ах да, этот противный день сегодня. Черт((. Сегодня год, как от него ушла Эмили.
Вот уже триста шестьдесят пять дней он тащит все на себе, один, без ее эмоционального и телесного обслуживания. За весь год она даже ни разу не позвонила. Все общение проходило исключительно через адвокатов. И вот теперь он должен поставить точку. Или нет? Томас встал с постели и направился в ванную. Отражение в зеркале его не порадовало. Так было уже давно, но привыкать к этому не хотелось.
За утренним кофе Томас, как всегда, рассматривал ее фейсбук. Он методично наблюдал, как она, шаг за шагом отдаляется, выстраивая жизнь из каких-то нелепых мелочей. Как переехала, распаковала вещи, взяла собаку из приюта, сходила на выставку, встретилась с подругами… Для чего ей это??? Потом появился Питер – театральный техник. Немолодой, с намечающимся животиком, в дешевых толстовках и потертых джинсах. Зачем??