Печать Велисы 1. Избранный

Конечно, написано всё с лёгким оттенком имперской старины, но смысл слов никуда не девался, и твёрдых знаков не водилось. В нём даже воды было поменьше, чем в наших законах. По всей видимости, это сделано для того, чтобы простой люд вне ранга понимал их без специальных навыков и знаний.

Полистав законы, я обнаружил некий элемент гуманности и человеколюбия по отношению к низшим категориям граждан. Например, Марико при разговоре назвала таких, как она, «жалкими простолюдинами», но на самом деле она себя не умаляла – это на государственном уровне трактуется не как оскорбление, а как термин, определяющий потребность простолюдина в жалости к себе и милосердии со стороны голубокровых и всех тех, кто выступал выше девятого ранга.

Сугубо по моему дилетантскому мнению, этот абзац был чисто для галочки, чтобы показать простому люду, что о них аристократы заботятся, мол:

«Видите, какие мы хорошие? Мы погрозили пальчиком членам нашего сословия, что гнобить простолюдина – это плохой тон для уважаемого человека».

Ни за что не поверю, что простолюдинов жалеют.

У меня в мире якобы у всех одинаковые права, однако кто-то всегда ровнее других – для одних закон работает, а для других есть исключение. Про кабалу и эксплуатацию я вообще молчу. Сколько лет я проработал за зарплату, за которую не будет работать даже уборщица. А среди одного социального класса – человек человеку волк, и дай только повод клюнуть ближнего и насрать на нижнего. Я сомневаюсь, что в этом мире по-другому.

Спустя десять минут чтения всего этого идиотизма у меня в голове всё перемешалось. Я отдал смартфон хозяйке и схватился за голову – мозг вспух.

— Скажи, Марико, какие наркотики я принимал? — спросил я, массируя виски.

— Господин, неужели вы хотите… — изумилась та.

— Нет, — перебил её. — Просто мне надо знать, не действуют ли они до сих пор.

— Эм… Я в них особо не разбираюсь, но, кажется, вы принимали питокоин.

— Это что ещё за хрень, мля? — не сдержал лёгкого ругательства.

От моих слов девушка расширила глаза и покраснела.

— Г-господин… в-вы… ругаетесь, как сантехник.

— Ты можешь мне объяснить, как действует этот наркотик? — настоял я, игнорируя её реакцию. — В интер… то есть в инфосети найди.

— Хорошо… Я попробую.

Она взяла в руки смартфон, что-то там ввела и неуверенно начала:

— Да, есть… Тут говорится, он сильно пьянит голову, почти как алкоголь. Но в том его и опасность, что можно не рассчитать дозу и умереть от отравления или впасть в кому. И, кстати… — она округлила глаза, — тут указано, что нередки случаи частичной или полной потери памяти. Прямо как у вас. Ну а ещё он вызывает сильную зависимость. Обычно принимающие питокоин сразу становятся наравне с алкоголиками последней стадии, — дочитала она и улыбнулась. — Но я в вас верю, господин. Вы таким не станете.

— Да уж, спасибо. Понятно теперь… — пробормотал я.

Я вроде не пьян, но от всех этих новостей хорошего вискаря бы залил за воротник.

Если допустить, что я каким-то образом умер в лифте – а ведь все соседи жаловались в ЖЭК, что грёбаная советская коробка на ладан дышит – и перенёсся в этот мир, в тело парня, впавшего от передоза в кому, по счастливому стечению обстоятельств являющегося моей альтернативной копией, то всё встаёт на свои места.

«Я – свихнувшийся аниме-задрот!» — нервно усмехнулся я.

Я всегда со скепсисом смотрел на феодальную дрисню про попаданцев, а вот аниме с исекаем поглядывал, но втихаря, чтобы жена не видела. Для следователя в полиции это, мягко сказать, не солидное занятие, чем бывшая постоянно попрекала. Из-за этого я даже в компьютерные игры задрачивал на работе и редко – дома.

— Марико, ещё один момент, — вздохнул я, глянув на девушку. — Обращайся ко мне на «ты».

— Господин, что вы! — возмутилась она. — Как так можно…

— Давай так, — поморщился я, перебивая. — Я приказываю тебе называть меня Андрей. На людях обращайся на «вы», но когда мы наедине, прошу без формальностей. К тому же на ближайшее время ты моя учительница.

— Х-хорошо, Андрей… — в неуверенности замялась та. — Я постараюсь, только дайте чуть время.

— Без проблем, — кивнул я. — Итак, красавица, расскажи-ка мне, кто я вообще такой? Кто мой отец, брат и так далее.

— Хорошо.

По незамысловатому рассказу девушки, я являюсь третьим сыном графа Василия Олеговича Черных. Моя семья владеет всей Барнаульской губернией и занимает неплохую нишу среди бизнесов всей аристократии Российской Империи, а именно: у нас имеется огромный комбинат сельскохозяйственной промышленности, высокотехнологичных генераторов и строительного оборудования, а также личная лаборатория по разработке электроники.

Несмотря на то что мой отец всего лишь граф, он является потомственным аристократом в четвёртом поколении, что довольно редкое явление, в отличие от князей и великих князей. Под его началом даже несколько баронов. В совокупности с этими фактами семья Черных занимает двадцатое место среди пятидесяти двух влиятельных и богатейших семей Империи.

Марико даже открыла фотографию этого полностью седого графа, в котором я узнал своего родного, но умершего отца, и меня чуть пушистый ублюдок не хватил за зад. Также я увидел фотографию мамы. Она жива и здорова. Выглядит как и моя настоящая мать. От этого я даже повеселел, ведь теперь могу обнять своих родителей, которые погибли в автокатастрофе, когда мне едва исполнилось восемнадцать.

У моих настоящих родителей я был поздним ребёнком, и, видно, здесь то же самое. У меня есть старший брат, который живёт в Питере, но отношения у нас прохладные, и мы плохо общаемся. Я как раз заканчивал юридический, и у нас пошли серьёзные разногласия насчёт того, чем мне надо заниматься, ведь денег на институт уже не хватало.

«Ну да ладно… Это уже другая и не очень приятная история», — фыркнул я, рассматривая фото брата.

Однако хорошее на этом закончилось. Мои здешние родственники отослали меня в отдалённую усадьбу с глаз подальше. Горничная неловко намекнула, что у меня итоги обучения в каком-то специальном лицее ниже среднего. А ещё я что-то там натворил и какой-то бесталанный.

— Не понял, в чём бесталанный? — заломил я бровь.

— Вы не волнуйтесь, гос… Ой! Андрей! — спохватилась она. — Так называют тех, кому не дано получить божественную печать. Даже из императорской семьи есть такие.

— Ты уже несколько раз обмолвилась о каких-то печатях. Объясни, что это такое?

— Давайте я…

— Не давайте, а давай, — поправил я её.

— Давай я лучше покажу, — улыбнулась Марико и стала что-то искать в телефоне.

Через минуту она протянула мне смартфон и включила видео. Сначала недоумённо, а потом, изобразив мем «да ну на хер» с ошалевшим чуваком с сигаретой во рту, я стал смотреть видос.

На видео какой-то очевидец снимал на камеру телефона, как человек в чёрной форме и фуражке английского фасона погнался за тремя людьми в комбинезонах. В какой-то момент полицейский, – насколько я понял по форме, – развёл руки в стороны, и его охватил огонь, а перед убегающими выросла стена пламени.

Убегающие развернулись и достали из-под комбинезонов небольшие автоматы, затем открыли огонь по служивому. Однако позади правоохранителя появилась женщина в похожей форме, но женского исполнения, и вскинула перед собой руку. Куча пуль, как в грёбаной «Матрице», зависла перед ними в воздухе.

Всё это происходило без смены кадров, в реальном времени, и крайне реалистично, словно голливудская графика.

— Марико, я тебе что, сопляк какой-то? — вопросил я и остановил видео. — Это же монтаж – грёбаные спецэффекты, — я отдал телефон.

— Андрей, поверьте, я бы ни за что вас таким не посчитала, а тем более обманывать не стала, — чуть обиженно вымолвила она и стала опять что-то искать в телефоне. Спустя минуту она протянула мне аппарат опять. — Вот, это обучающее видео для простолюдинов, чтобы мы могли примерно определить статус человека, не спрашивая его при случае.

С неприкрытым скепсисом я принялся смотреть ещё один ролик. Правда, тут уже был двадцатиминутный документальный фильм совершенно другого уровня, без всякой крутости с заявкой на реализм, как в предыдущем ролике. Это был что ни на есть обучающий материал с поставленной речью диктора и сжатой, но самой главной информацией. В полном изумлении от выверта этого мира я стал внимательно впитывать этот ролик.

В фильме говорилось, что некая божественная печать – или сигил – появляется примерно у десяти процентов населения в возрасте от тринадцати до пятнадцати лет. В очень редких случаях ещё раньше или ещё позже.

Согласно легенде, сигилы были дарованы человечеству Господом для защиты мира от межмировых разломов, называемых ещё червоточинами. Про эти проломы-разломы в ролике было лишь упоминание, и какой-то конкретной информации не было.

Выглядели эти печати-сигилы как округлая татуировка различного исполнения в зависимости от способности. И подразделялись они на пять классов, или, как их тут называют, – кругов.

Пятый круг – это, можно сказать, бытовые сигилы. Появляются абсолютно у всех, от простолюдинов до наследников-корольков. Их разнообразие самое большое из всех остальных групп.

К примеру, есть сигилы, которые даруют способность касанием чинить электронные приборы, находить в горах руду без всяких геологических исследований, обладать феноменальной памятью, а также вычислять огромные числа прямо в голове без использования калькулятора или расчётов на бумаге.

Четвёртый круг – это сигилы более высокого уровня. Они позволяют иметь зачатки магии или сверхчеловеческие физические способности. Самая слабая печать из этого круга позволяет её обладателю, допустим, за несколько минут вырастить деревце из ничего, вылечить за час огнестрельную рану или добыть воду в пустыне из воздуха. Самая сильная вариация позволяет иметь нечеловеческую силу, регенерацию, покрыть тело металлической оболочкой или превратиться в зверя. Вариантов различных усилений множество, и мне это напомнило Людей Икс.

Третий круг более специализированный и обладает по большей части «магией». То есть тот чел в мундире из видео обладал третьим кругом элементальной магии огня, а женщина обладала телекинезом из раздела ментальных печатей. Ещё существуют маги воды, воздуха, земли и молний.

Но самое, на мой взгляд, примечательное, что этот круг обладал наибольшим количеством различных менталистов, от самых простых, читающих мысли, до медиумов-провидцев, что работали исключительно в спецслужбах. Бывают, конечно, и супергеройские вариации печатей, например: вытягивание жизни, магнетизм, деформация тела, мимикрия или ещё какая-нибудь хрень, которая довольно редка.

Носители сигила третьего круга, если вдруг они простолюдины, автоматически получают неплохие перспективы в обществе и ранг минимум двенадцатый. Но обычно такие идут работать в правоохранительные органы или охранные предприятия. Среди них также редко, но встречаются целители и священники, которым после церковноприходской сразу же выдают духовный сан.

Второй круг в восьмидесяти процентах случаев получают аристократы. Их сила кардинально отличается от предыдущего круга. Они тоже в своём большинстве владеют элементальной магией, но более сильной, чем в предыдущем круге. Если носитель огненной печати третьего уровня может вызвать стену огня или вдарить по врагу фаерболом, то второй круг может за один залп испепелить две высотки. Водяной маг может разрушить десятки домов гигантским цунами, а земляной способен закатать целый квартал под землю.

Среди них довольно редко встречаются великие менталисты, целители и священники. Первые могут подчинить своей воле армию, вторые – за пару часов восстановить все конечности или воскресить только что умершего. А третьи могут пачками уничтожать нечисть из разломов и бафать союзников. Однако тут есть ещё более редкие исключения на супергеройский манер – всякие «Веномы» и неубиваемые «Дедпулы».

Если второй круг выпадает простолюдину, то он автоматически получает статус Героя с девятым рангом, что приравнивается к личному дворянству, не передаваемому по наследству, если, конечно, наследник не будет со вторым кругом.

И в финале – первый круг. О нём слагают легенды. Им владеют военачальники, короли и императоры, и то далеко не каждый. Вроде как они типа полубоги и могут силой мысли разрушить гору и восстановить город. Наш император и местный «маршал» типа из таких же, но никто достоверно их силу не видел. Короче, ничего внятного.

— Всё равно это долбаный бред, Мари, — фыркнул я, откидываясь на стуле после просмотра. — Ты меня не убедишь. Пока вживую не увижу – хрен поверю.

— Андрей, вы для своих лет ужасно ругаетесь… Если бы вы в общественном месте такое сказали, то от цифрового полицейского получили бы серьёзный штраф, — нахмурилась девушка.

Я поглядел на неё с непониманием.

«Чё тут за неженки? Где я ругался-то? По сравнению с начальником нашего районного ОМВД я скромный интеллигент. И что за цифровой полицейский? Робот с фуражкой на башке?» — крутились мысли недоумения.

И прежде чем я высказал свои сомнения насчёт своих ругательств, Марико продолжила:

— Вижу, вы и правда не знаете таких простых истин, — заметила она и чуть смущённо опустила правое плечико платья, оголяя кожу.

На ней красовалась маленькая чёрная и круглая татуировка размером с пятирублёвую монету. Я в удивлении привстал и приблизился, чтобы получше её рассмотреть.

На ней по окантовке изображались какие-то письмена, похожие на латынь, а в центре что-то вроде сдвоенной звезды Давида с пятью вертикальными волнистыми полосами в центре звезды. Выглядит вполне себе как странная печать-татуировка, что набили на кожу.

— Это что, сигил? — недоверчиво спросил я.

— У нас правильней называть её печатью. Да, это пятый и самый слабый круг, — кивнула Марико.

— И что же он делает? — усмехнулся я, предвкушая, что мне сейчас с тоном гадалки будут лить в уши разбавленную мочу.

— Это довольно бесполезная печать, — вздохнула та. — С её помощью я могу определять температуру с точностью до градуса по Молотову и… — запнулась горничная и вытянула ладонь перед большим блюдом с супом.

Я не успел задать вопрос про Молотова, как татуировка девушки засветилась неоновым оранжевым светом, а область супа под ладонью Марико моментально начала кипеть и пузыриться.

После этого она продолжила:

— И могу кратковременно нагреть какую-либо поверхность до двухсот градусов. Очень сильно помогает в готовке, поэтому с такой печатью только в столовых работать или на электромонтажных предприятиях. Но мне выпала честь работать на род Черных, — договорила она и, убрав руку, спрятала плечо.

Я же, потрясённый увиденным, медленно сел в кресло и опять схватился за виски.

«Это какой-то песец… Неужели я и правда попал во вселенную с магами и мутантами Икс?!»

Глава 3. Адаптация и неприятная встреча

Первый шок от осознания сложившейся действительности продлился до самого вечера. Ужинать я отказался и просто рано отрубился. Проспал до упора – более двенадцати часов. Зато на следующее утро протёр глаза, ещё раз убедился, что всё это не глюк, и решил принять эту реальность как некую возможность наладить свою жизнь заново.

На самом деле, что меня ждало в своём мире? Работа в системе, которая гниёт до такой степени, что даже будучи провинциальным следователем, чувствовался душок из кабинетов начальства. Мне оставалось полтора года до выхода на минимальную ментовскую пенсию. А дальше что? Пойти адвокатом? В какой-то степени, это неблагодарная работа – ведь я лично знаю, как оно устроено изнутри. Кого надо посадить – посадят. Палочную систему никто не отменял.

Пойти работать охранником и прозябать до одинокой старости, гоняя под самогон в компьютерные игры? Но я-то знаю, что от скуки и уныния буду деградировать с логичным итогом – до старости вряд ли бы дожил.

Завести новую семью и сделать какую-то карьеру? С первой частью были большие проблемы, а ко второй нет ни желания, ни мотивации. Я хоть и молод – всего тридцать один, – но в этом возрасте уже трудно найти себе женщину без «прицепа», как бы оскорбительно это для некоторых ни звучало. У меня в этом плане бзик и убеждения: мужик никогда не полюбит чужого ребёнка, как своего собственного. Поэтому заводить семью с такой женщиной не имеет смысла – тебя она точно не полюбит по-настоящему, а уподобляться некоторым индивидам, чтобы, мол, «было кому тебе в старости подать стакан воды», – отвратно меркантильное заявление.

Самое приемлемое для меня, что я планировал, – перебраться в Испанию, поближе к сыну. К моему неплохому знанию английского я даже испанский стал подучивать. Но это всего лишь сомнительные планы, которые вряд ли бы удалось осуществить с нестабильной геополитической обстановкой. Да и когда пытался дозвониться до бывшей, чувствовалось, что я в тех краях точно не нужен. Были бы живы родители – ещё можно было жалеть, что попал в такую передрягу.

Однако родители живы именно тут, а я молод. Так чем не второй шанс?

Поэтому я отставил в сторону все сомнения. Плевать, что вокруг феодально-монархическая дичь, а я третий сын графа – мелкий «баран» без права наследования. Как мне кажется, я уже автоматом неплохо устроился. Осталось только заиметь клеймо чувака «Икс» и стать уважаемым человеком, чтобы, как настоящий клишированный прогрессор из горе-книжек, прогнуть изменчивый мир под себя.

Построив с самого утра ультрамеганаполеоновские планы, я принялся делать отжимания, приседания и подтягивания. В здоровом теле – здоровый дух и сильная магия. Но после десяти отжиманий мой запал слегка притупился. Моё тело было настолько слабо́, что я даже подтянуться ни разу не смог.

Прискорбно, но не беда.

Приняв мысленно конскую дозу препарата «Вдохновин Форте», я до полного выдыхания загонял себя и с чувством выполненного долга принял контрастный душ. Вышел, когда красавица-горничная накрыла мне завтрак с изысканной яичницей и кучей фруктов.

— Доброе утро, господин! — улыбаясь, сделала она «реве-поклонянс». — Вы так необычно выглядите.

Я сегодня надел чёрные брюки с золотыми узорами от какого-то костюма и аккуратную белую рубаху с жилеткой. Смотрелся теперь почти как типичный герой из популярного самиздата. Хотя я надел данные шмотки только потому, что вся нормальная одежда была не лучшей свежести.

«Этот свин вообще стирался?» — в мыслях поморщился я, а вслух поприветствовал горничную:

— Доброе утро, Мари. Могу я тебя так называть? — вопросил я и сел за стол.

— Конечно, господин, — кивнула та.

— Хорошо. А теперь садись за стол, и чтобы я больше не слышал слова «господин».

— Хорошо, го… то есть Андрей! — хихикнула девушка, усаживаясь сбоку.

Марико была не голодна, но чай со мной попила, заблаговременно принеся вторую чашку. По ходу завтрака я в первую очередь попросил девушку увеличить в моём рационе белок. Затем мне нужно было ознакомиться с поместьем и начать узнавать мир: от истории и этикета до привычек моих родных и самого себя.

Вчера я узнал, что тревожить меня некому, кроме какого-то барона – помощника отца. Похоже, я настолько накосячил, что отец сослал меня в серьёзную ссылку и обрубил практически все контакты с родными. Но в данном конкретном случае мне это было более чем на руку.

Ещё один нюанс по поводу моих родственников: отец оказался носителем огненного сигила второго круга, как и мой дед. Моя мать, Оксана Александровна, владеет исцелением третьего круга, а братья, Илья и Кирилл, – огнём и воздухом, второго и третьего круга соответственно. Эта информация настраивала на позитивный лад, так как я мог заиметь как второй, так и третий уровень местного «мутантства». Учёными доказано, что сигилы передаются потомку от духа отца и матери.

Однако после очередного разговора с Мари я слегка приуныл. То, что меня назвали бесталанным, – не просто так. У аристократов бывает такое, что рождаются дети, которые не получают в дальнейшем божественной печати. Верующие говорят, что Бог так решил, а учёные – что это как-то связано с духовным состоянием, мол, какой-то изъян в душе от прошлой жизни.

Я должен был получить эту хрень с тринадцати до пятнадцати лет, а мне уже шестнадцать, и до сих пор ничего нет. Только я ни за что не поверю, что меня перенесло в другой мир – или я валяюсь в дурке – без возможности стать Нагибатором.

Со слов горничной, сигил может появиться и в шестнадцать. Правда, шанс на это исчисляется сущими крохами – чуть выше процента оправдательных приговоров в России. Но надежды я не терял, потому что «ибо нех» – так любил говорить мой покойный друг детства, разбившийся на мотоцикле. И я с ним полностью согласен.

После завтрака Марико стала проводить мне экскурсию и, не привлекая внимания, по-тихому знакомить с персоналом. Альфреда я уже видел, а помимо него в поместье работали ещё две служанки – Айгуль и Талия, которые являлись уроженками Ичкерского княжества.

Летнее поместье рода Черных и правда находилось в Сочи. И замечательно, что название города полностью соответствовало моему миру. Теперь я мог со всей уверенностью заявить, что одна моя мечта сбылась – я живу в Сочи.

В доме имелось три этажа и один подземный. Первый этаж имел подсобные помещения, большую гостиную, кухню, комнаты для слуг и ещё что-то. На втором – где я и проживал – было три спальни, пара кабинетов и ещё одна гостиная, а главное, тренажёрный зал, который как раз мне и был нужен.

На третьем этаже оказалось только три больших спальни – и всё. Цокольный – это сплошь технические помещения: бойлерная, генераторная, теплоцентр и комната с какой-то перерабатывающей станцией. С таким набором инфраструктуры дом был абсолютно автономен.

Также имелась охрана: двое усатых дядек в чёрной форме и с полным комплектом необходимого на поясе, как у американских полицаев. Находились они на КПП у ворот поместья. Имелось три разные смены таких парочек, которые пахали сутки через двое. Пусть они и охранники, но в поместье не имели права заходить, пока их не позовут. Эти служивые всегда и без исключения имели сигилы от четвёртого круга.

Поставки продовольствия совершались раз в неделю. С парадного входа по пропуску подъезжала машина, и грузчики сами заносили коробки со всем необходимым. Даже в отсутствие хозяев здесь постоянно жили слуги для ухода за домом и небольшой территорией. Это ещё одна причина, почему здесь престижно жить простолюдинам.

После полного знакомства с коттеджем, под настороженными взглядами остальных, мы с Марико пообедали и засели в кабинете с большим телеком-компом. С помощью пульта горничная находила мне полезную информацию и по ходу дела объясняла всё, что было непонятно. Это продлилось до самого вечера.

На следующий день мы продолжили моё обучение в том же режиме, но уже с учётом тренажёрного зала и плотного четырёхразового питания. Таким образом незаметно пролетели две недели. Я уже потерял всякое чувство нереальности происходящего и уверился на все сто, что действительно нахожусь в другом мире.

Днём ко мне в кабинет постучались. Это произошло сразу же, как Мари отлучилась по своим хозяйским делам.

— Войдите! — повысил я голос, не отрываясь от смартфона.

В данный момент я сопоставлял мои текущие знания по математике с тем, что имелось в этом мире. Пока что – если не считать формул по магическим предметам – отличий не нашёл.

Когда дверь открылась, прозвучал голос Альфреда:

— Андрей Васильевич, на пропускном пункте появился человек. Представился неким Сержем, без титула.

«Да ну на-а… И что этому утырку здесь надо?» — поднял я удивлённый взгляд, но вслух спросил:

— Он один?

— Он приехал на личном авто, господин. Охрана говорит, что один, — кивнул дворецкий.

«С этим по-любому надо что-то делать. Хотя бы понять, в каких делах я был замешан», — решил я для себя и осведомился:

— Как он выглядит?

— Высокий брюнет… — начал перечислять Альфред.

— Не это, — перебил его я. — На твой взгляд, кем он может являться по статусу, если не представил титул?

— Ах, вы об этом… — задумался дворецкий и улыбнулся. — На мой неискушённый взгляд, господин, это бездельник, у которого родители занимают небольшой пост в градоуправлении или полиции.

Значит, мой предшественник спутался не с самыми отпетыми. Ладно, надо импровизировать.

— Альфред, проводи его на террасу, и пусть Марико принесёт чай. Я скоро спущусь, — сказал я и встал из-за стола.

— Как вам будет угодно, господин.

Управляющий удалился, а я неспешно переоделся в стираные джинсы и чёрную футболку – это та одежда, которую любил носить предыдущий Андрей.

Переодевшись, я спустился вниз и вышел на террасу перед сквером за домом. Справа находился стол, за которым сидел худой чернявый парень в кожанке. На вид явно старше моего тела – лет двадцать.