Мокша демона

— Вот, господин Рансен — беглый преступник, — сказала дама нежным голосом, будто представляя Кая хозяину по этикету.

Кай чуть тряхнул головой, прогоняя чары.

— Я не преступник, — он сделал ударение на слове «не», подняв для убедительности указательный палец.

— Кто же ты? — спросил господин Рансен, внимательно разглядывая его.

— Я… Я — Кай. Просто так получилось, что…

— Мы встречались с тобой прежде, — полуутвердительно, полувопросительно сказал вдруг господин Рансен. — Где и когда?

— Нет, я совершенно точно никогда не видел вас прежде. Я бы вас запомнил.

Господин Рансен дёрнул плечом и будто резко охладел ко всей этой ситуации. Он повернулся к маленькой даме:

— Мистрис, сколько гостей сейчас на маяке?

— Восемь душ, хозяин.

— Хорошо. Расселите нового гостя, — сказав это, красивый господин развернулся, заложил одну руку за спину и медленно прошествовал обратно за угол своего дома.

Дама вскинула брови, но очевидно не могла себе позволить оспорить приказ своего обожаемого хозяина.

— Рин, Ёхэй, вы слышали?

— Да, Мистрис, мы всё сделаем, — ответила ей девушка Рин.

— Ты теперь наш новый гость. Ты должен быть благодарен хозяину за гостеприимство, — Мистрис дождалась, когда Кай кивнёт, и продолжила: — Веди себя достойно этого места, прилично и самое главное — никогда не беспокой остальных гостей!

Кай, Рин и Ёхэй вернулись на центральную площадь и прошли ещё немного на другую улочку. Там располагалось длинное одноэтажное здание на четыре двери. Ёхэй достал из складок одежды связку ключей и открыл ближайшую к ним дверь с маленькой медной табличкой — комната 12. Рин похлопала в ладоши, и через пару секунд к ней подбежали две девушки в одинаковых голубых одеяниях. Кай заметил у них на груди приколотые бейджи — помощница Сора и помощница Иори. Кай сразу понял, что эти девушки — поднятые для работы фантомы, такие же, как повар Ричард и банщик Герхард в Звёздном Кондо. Боты, знающие только определённый, запрограммированный для них вид деятельности. Девушки ловко закружились по комнате, заправляя бельё и приводя комнату в порядок для нового жильца. Пока они работали, Кай и его новые знакомые решили вернуться на центральную площадь, чтобы не мешаться.

— Всё-таки объясни, почему тебя разыскивают как преступника?

— Нет, нет, поверьте, я не сделал ничего плохого.

— Почему тебя ищут?

— Место, в котором я проснулся, — Звёздный Кондо. Он был проклят, закрыт на долгие годы.

— Ого, — Рин и Ёхэй переглянулись.

— Да. Длинная история. Честно говоря, я даже не знаю её целиком. Один ангел наложил проклятье на хозяйку Кондо, и…

— Что ты несёшь! Это просто чушь какая-то. Ангелы не могут накладывать проклятия на хозяев маяков. Это была бы, не знаю, это нарушение самих законов мироздания…

— Но я говорю правду. Я был там. А когда двери открылись, я ушёл. Думаю, что начались разбирательства и меня ищут просто потому, что я был там. Ну, знаете, как свидетеля.

Кай не стал упоминать, что играл не последнюю роль в снятии проклятья с маяка и что он превратил ангела в каменную статую.

— Мне сложно тебе поверить, — Ёхэй нахмурился и отвернулся.

— Почему ты просто не вернёшься? Почему не хочешь ответить на вопросы инспекторов? Разве так не было бы проще, чем скрываться?

Кай задумался.

Конечно, Рин права. Но Кай чувствовал, что не хочет, даже боится представителей власти. Не доверяет им. Сейчас ты свидетель, а завтра уже обвиняемый. Просто потому, что ты был на месте преступления, а никого подходящего для предъявления суду не нашлось. Разве они будут обвинять ангела, будут устраивать суд над ним? Вон как Ёхэй расстроился из-за одного только упоминания возможности причастности ангела к преступлению. Нет, они отдадут ангела его ангельским приятелям, спрячут его, замнут его причастность, а виноватым выставят кого-нибудь другого. Может, Экзарха? А может, и его — Кая. Поэтому лучше просто переждать. Когда ты мелкая сошка, на тебя не будут тратить большие ресурсы. Не будут долго искать.

Вот как размышлял Кай над всей этой историей.

— Слушай, — Ёхэй не стал дожидаться ответа Кая и повернулся к Рин: — Если хозяин хочет, чтобы мы приняли его как гостя, мне нужно его оформить.

Рин неуверенно пожала плечами.

— Ты думаешь?

— Да, — он повернулся к Каю. — Ты сможешь заполнить анкету?

— Ну да, наверное. А что там нужно указать?

— Хмм. Было бы здорово оформить тебя переводом с маяка, на котором ты появился, на наш. Такое в правилах упоминается. Для этого мне нужны твои документы с первичного маяка и справка о том, принимал ли ты воду памяти, — задумчиво проговорил он.

— Воду памяти? — у Кая почему-то похолодело внутри.

— Да. Это стандартная процедура для развоплощённых душ. Как только душа немного адаптируется, получает ответы на волнующие вопросы, входит в состояние равновесия, ей предлагается вода памяти, — Ёхэй тараторил, как прилежный ученик на экзамене. — Ты получил её?

— Я… нет. Я не понимаю. Что я должен вспомнить?

— Своё прошлое до воплощения на Земле, конечно же.

Кай замер и уставился на Ёхэя расширившимися глазами. Мысли заметались в его голове.

Его память о том, что происходило до его рождения на Земле? Конечно. Раз он продолжил существовать… нет, жить после своей смерти на Земле, это значит… Это значит, что он жил и до своего рождения там!

Почему он ни разу не подумал об этом? У него заныла грудь, и ком встал в горле. Он развернулся и быстрым шагом, пошатываясь, пошёл, что называется, куда глаза глядят.

В памяти Кая всплыл сон, который приснился ему в Кондо. В этом сне вода из мёртвого бездонного страшного озера вышла из берегов, и он стал тонуть в этой воде, погружаясь всё глубже, подсознательно чувствуя, что там, на дне, лежат его воспоминания… его суть. Кай добрёл до голубой сакуры в центре двора и рухнул возле дерева, оперевшись на него спиной и закрыв лицо руками. Ему было страшно: воспоминания будто тошнота подкатывали к горлу, пытаясь вырваться наружу. И… И что? Сведут его с ума? Превратят в какого-то другого человека? Кем он станет, когда вспомнит всё? Когда вспомнит себя самого?

Рин и Ёхэй подбежали к нему испуганные. Присели на корточки рядом, прикасаясь к его плечам.

— Кай, Кай, что с тобой?

— Кай, пожалуйста, ответь, что случилось?

Кай застонал, обхватил голову руками и упал без сознания.

Глава 5, в которой Кай получает психологическую помощь

Кай проснулся в постели. Он ещё не открыл глаза, лежал в полудрёме и прислушивался к тихому неразборчивому разговору поблизости. Ему почему-то казалось, что это голоса какой-то радиопостановки доносятся из включённого рядом приёмника. Но, повернув голову, он обнаружил, что в комнате за низким столиком на подушках сидят Рин и Мистрис. Пьют чай и беседуют.

Женщины заметили шевеление Кая, и Мистрис переместилась на подушку возле его постели. Кай присел и откинул одеяло — на нём были белые укороченные штаны, вроде кальсон, и белая же рубашка на завязках. Подумав, что это скорее всего нижнее бельё, Кай запахнулся обратно одеялом и посмотрел на Мистрис.

— Как ты? Мы все испугались за тебя, — лицо маленькой дамы больше не выглядело злым, скорее строгим. А в маленьких морщинках возле глаз действительно читалось беспокойство.

Кай немного расслабился.

— Простите, — пробормотал он, — я не знаю, что со мной. Я не хотел устраивать сцену.

Внимательные тёмные глаза женщины будто оценивали его изнутри.

— Было бы лучше и проще, если бы ты выпил воду памяти на своём маяке. Хозяин твоего маяка знал бы, как лучше тебе помочь.

— Как психиатр? — Кай отвёл взгляд.

Мистрис коротко вздохнула.

— Как кто-то, кто знает тебя.

— Она не знала меня.

— Возможно, но у неё была вся информация о твоём прошлом. И она могла подготовиться. Но, очевидно, что-то пошло не по плану.

Кай поджал губы. Всё это казалось странным и неправильным. Но сложно понять, что неправильно в мире, когда ты не знаешь, кто ты сам есть такой.

— Мы поможем тебе вспомнить. Ёхэй всё подготовит, и ты получишь воду памяти.

— А если я не хочу? Может, я и не хочу ничего вспоминать? — затронув эту тему, Кай опять почувствовал тошноту.

— Ты боишься своих воспоминаний?

— Н-нет… просто не хочу, — холодная вода подступила к горлу и глазам.

Мистрис оглянулась на Рин, и та быстро налила в маленькую чашку напиток и поднесла Каю. Потом посмотрела на Мистрис, кивнула и тихо вышла из комнаты.

Напиток пах полуденным солнцем и земляникой, а вкус был терпким и чуть сладким. Теплота разлилась по горлу и груди, прогнав тошноту.

— Я скажу тебе кое-что, — начала Мистрис после паузы. — На самом деле вода памяти не возвращает память. Память возвращается сама. Ты это уже понял, правда? Вода помогает пройти этот процесс мягче. Так же, как и правильный человек, который находится рядом. Но ты можешь обойтись и без воды, и без проводника. Более того, даже испив воду, ты можешь не допустить воспоминания. Потому что ты хозяин своей жизни. Ты боишься не воспоминаний. Ты боишься, что эти воспоминания сделают тебя кем-то другим, другим человеком. Не так ли?

Кай стиснул зубы и зажмурился. Глаза жгло, и он прижал к ним ладони, чтобы удержать слёзы.

— Что ж. Тогда я скажу тебе кое-что ещё, — Мистрис положила маленькую сухую ладошку на одеяло, поверх ноги Кая. — Твои воспоминания и твой опыт сегодняшнего момента никуда не денутся. Когда твои воспоминания вернутся, оценивать их и себя самого будешь именно ты. Ты — находящийся в этой точке.

Кай отнял ладони от горячего лица. Мистрис убрала руку с одеяла.

— Ты понимаешь?

— Да. Кажется, понимаю.

— Хорошо. Прошлое, возможно, уже не исправить. Но ты останешься самим собой. И сможешь идти дальше. Возможно, лучше понимая, куда именно.

Кай глубоко вздохнул, слегка икнув.

— Спасибо вам. То, что вы сказали… это действительно помогло. Думаю, я выпью эту вашу воду памяти.

— Вот и славно. Ёхэй подготовит всё для ритуала завтра.

— Ритуала? — обеспокоенно переспросил Кай.

— Да, — Мистрис впервые улыбнулась. — Давай не будем отнимать у Ёхэя его маленькие радости. Он очень любит свою работу и её некоторые формальности.

— А. Ну, хорошо.

— А сегодня отдохни. Почувствуй себя гостем Придорожных Бань Югэн. Наш хозяин, господин Рансен, сегодня даёт представление для гостей. И ты приглашён на маленькое шоу.

— О! Он сам даёт представления для гостей?

— Да. Хозяин очень ответственно подходит к своим обязанностям, — Мистрис в момент одела маску высокомерной обожательницы своего хозяина.

Кай сдержал улыбку и чинно поклонился, насколько возможно чинно поклониться, сидя в постели.