Исход Мира. Не зли меня, Дракон!

Вышли мы за границей империи Драгона в Великой Пустоши, где стояла ночь и абсолютная тишина. Здесь не было леса и зелени, не пели птицы, не гулял ветер и не было дождя. Чёрное небо, затянутое тучами, полностью закрывало звёзды. Ступив на красный песок, я почувствовала от него тепло.

– Красные пески. Место, где обитает Он, – мрачно сказал Шератан.

Сканируя почву скрытым глазом, я изучала состав и обнаружила примеси минералов, из-за чего песок и был красным. В глухой тишине раздался спокойный бархатистый голос:

– Всё же ты решилась прийти ко мне.

– Ты пригласил, а я из вежливости не отказала. Но не советую злоупотреблять моим добрым расположением, – благожелательно ответила ему.

– Я не причиню тебе зла. С этого момента ты моя гостья, – его величавый и приятный голос нравился мне. – Приглашаю.

Как только Он договорил последнее слово, перед нами возникли тяжёлые высокие двери посреди пустыни, расписанные незнакомыми мне рисунками. Они монолитно стояли в воздухе, ни к чему не крепясь.

– А вот это мне уже не нравится, – обеспокоенно сказал Шератан.

– Поздно причитать. Пошли знакомиться с твоим миром, – твёрдо ответила ему и шагнула вперёд.

Мы вошли в старинный дворец, каменные стены которого были черны как смола, а высокие белые двери украшали золотые рисунки с причудливыми узорами в виде завитков. По всей видимости, это был приёмный зал, судя по торжественному оформлению огромного помещения и практически отсутствующей мебели, в центре которого стоял высокий белый трон.

Посмотрев на множество арочных окон, которые начинались от пола и упирались почти в потолок, я увидела за стенами дворца высокие горы и очень близко безмятежно проплывающие облака. Мы явно находились высоко над поверхностью планеты.

– Нравится вид? – спросил бархатистый голос, и я посмотрела в сторону, откуда он исходил.

Из тени чёрных стен в дальнем углу большого зала вышел высокий статный мужчина. Он уверенно приближался к нам широкими шагами. Его смуглая кожа и чёрные смолянные волосы совершенно не гармонировали с бело-голубым цветом глаз, которые ярко светились. Одежда была из тонкой ткани и казалась даже домашней, потому что изрядно помятые свободные штаны и туника мерно двигались из стороны в сторону при ходьбе и не стесняли движения.

– Предлагаю нам наконец-то познакомиться, – сказал красивый мужчина, подойдя ко мне на расстояние вытянутой руки. – Моё имя Ан.

– Я слышала о вас в чертогах Вселенной, – с уважением ответила ему, теперь понимая, кто передо мной.

Если бы я знала, кто здесь обитает и чей зов пришел ко мне, то никогда бы не пришла сюда без своего брата. Мы с Даром каждый по себе обладаем огромными и могущественными возможностями, но вместе мы – две части абсолютной силы во вселенных и можем противостоять любому противнику. С детства в чертогах вселенной нам говорили, что где-то в мирах живёт жестокая и беспощадная сила по отношению и к светлым, и к тёмным. Тот, кто равен по силе самой Вселенной и может уничтожить равновесие миров. Когда-то жестоко разочаровавшийся в своих творениях, он бесследно исчез, и, в принципе, его уход тогда всех даже устроил. Вот этой силой и был Ан, сильнейший из всех творцов.

В эти секунды нашего разговора я внимательно рассматривала венец-обруч на его голове, внутри которого, мерцая, двигалась материя из реки мироздания, такая же, как в моём кулоне. Я рассматривала Ана, а он в ответ пристально рассматривал меня.

– Значит, ты и есть та сила, которую я ощутил при рождении в расходящейся по вселенной волне силы примерно два десятка лет назад, – в задумчивости говорил он. – Ты юная и очень красивая. Думаю, мужчины сходят с ума по тебе.

– Вы позвали, чтобы обсуждать мою внешность? – сухо спросила я.

– Не переживай. Я не трону твоё девственное тело, если, конечно, ты сама этого не попросишь, – говорил он, мягко улыбаясь, но что-то страшное мелькнуло в этой открытой улыбке. – Иди за мной. Здесь будет неудобно говорить.

Развернувшись, Ан направился к открытым дверям, а мы последовали за ним. Проходя по коридорам, я любовалась красотой дворцовых стен. Сделанные из чёрного камня, они были живыми в своём медленном мерцании и текучести. Я знала, что это покрытие – вита, потому что в чертогах Вселенной им же были покрыты стены только из белого камня. Прозрачная смола жизни всегда находилась в движении, отчего и создавала ощущение живых стен. На самом деле она увеличивала силу владельца этого дома и полностью очищала помещения от любого загрязнения, а тонкие вибрации от неторопливого движения смолы лишали возможности открывать сюда любые порталы.

– Не удивлена? – спокойно сказал Ан, показывая мне на волшебные по красоте и своим свойствам стены.

Молча я смотрела ему в глаза, а он в ответ приблизился и прямо посмотрел в мои. Стоя очень близко с ним, я ощутила прилив нежности, счастья и душевной теплоты, но это не было внушением! В этот момент я поняла, что Ан полностью изучает и чувствует меня, мои потоки, сознание, а я – его. Случайно или нет, но в эти секунды мы проникли друг в друга и узнали душевное состояние каждого в этот момент.

– Интересно, – протяжно по слогам говорил Ан, не отводя взгляда. – Вот значит как. Тогда я поторопился дать тебе обещание.

Он резко отвёл взгляд и открыл высокие белые двери, украшенные золотыми завитками.

– Проходи, Лада, – спокойно сказал Ан, показывая на стоящую в комнате разнообразную массивную мягкую мебель. – Располагайся, где понравится. Разговор у нас долгий.

Осмотрев помещение, я была поражена потрясающей красотой и сочетанием синих, едва мерцающих стен, и золотой мебели с мягкими тканями. Высокие окна были наполовину прикрыты драпировкой портьер в тон мебели. По всей видимости, это была гостиная самого владельца дворца, потому что на столиках лежали древние книги, некоторые из которых были открыты. У меня сложилось впечатление, что Ан покинул это место именно тогда, когда мы пришли порталом в приёмный зал.

Я выбрала маленький одноместный диванчик с множеством мягких подушек, который напоминал наши кресла, но был гораздо ниже по высоте. Шератан, всё это время следовавший молча за нами, сел возле моих ног слева и цепким взглядом наблюдал за владельцем дворца.

– Мы немало прошли по вашему дворцу, но я не видела никого из прислуги или стражей. Как вы умудряетесь жить один и содержать всё это великолепие? – с интересом спросила у него.

– Мне не так много необходимо для спокойной жизни, и уж тем более не нужна суета. Сирвусы во дворце присутствуют и выполняют простые задачи для обычных слуг, но входят в мою часть только по разрешению, – улыбнувшись, ответил Ан. – Мне нравится, что ты любознательна.

– А кто такие сирвусы? – удивлённо спросила я о незнакомых мне созданиях.

– Существа из разных миров, обменявшие своё послесмертие на служение мне, – сдержанно пояснил он.

– Они из тех, кто ушёл за грань жизни? – я продолжала собирать информацию, которая могла мне рассказать о том, кто же всё-таки такой этот Ан.

– Нет. Я предлагал им выбор, когда они находились на грани, – сухо ответил он.

– Расскажите, как это делается? – с напором и интересом спросила я его.

– Оставайся у меня, и всё узнаешь. Обучишься тому, чего ещё не умеешь, – хитро улыбаясь, говорил Ан.

Предложение было, конечно, заманчивым. Я любила открывать и учиться управлять новыми гранями своей силы, но не настолько, чтобы остаться в этом внешне прекрасном, но жутком месте. Безмолвие здесь было абсолютным. Ничего, что относилось бы к удивительному и притягательному миру природы этой планеты, здесь не было. Этот дворец сам по себе напоминал роскошное послесмертие. Всё вокруг было торжественно и мертво. И тут у меня появились сомнения, где именно я нахожусь, поэтому я решилась уточнить:

– Ан, я хотела бы знать – мы находимся сейчас на той же планете, с которой я входила в ваш портал? – напряжённо спросила я его.

– Да, – сухо ответил он.

Я по-прежнему ощущала его. Ан не закрывался от меня щитами, поэтому я почувствовала, что ответ правдив. Но сомнения в происходящем вокруг сохранялись и серьёзно тревожили меня, подсказывая, что что-то здесь не так.

– Тогда почему во дворце нет звуков, сквозняков, свежего ветра, ни единого зелёного листочка и много ещё чего, что есть в обычной жизни? Почему я чувствую только лёгкий холод и немыслимую давящую роскошь этих стен? – невозмутимо спросила я его.

– Ты замёрзла? – неожиданно заботливо спросил Ан.

На дальней от нас стене я увидела огромную каменную нишу с топкой, скрытую раньше в тени, в которой неожиданно вспыхнул огонь. Дров или чего-то подобного тому, что обычно мы кладём в камины, там не было, а огонь в пустоте очага был. Подвисший в воздухе в центре ниши огонь имитировал очаг, и тепло поступало в помещение, но без запаха и обычного треска от дров. Ровный огонь смотрелся безжизненно, как и всё во дворце. Меня окружало изысканное великолепие, даже слегка вычурное, торжественное, высокомерное, чётко выверенное, как по линеечке, находящееся в определённом образцовом порядке, но как-то до тупого неестественно, маловыразительно и мертво. Я испытала душевный холод, понимая, что в этой роскоши просто нет души.

– Лада, что именно тебе здесь не нравится? А я вижу, что это так, – с лёгким налётом раздражения спросил Ан.

– Вы извините меня. Ваш дворец настолько великолепен, и я никогда подобной роскоши в одном месте не встречала, но мне здесь тяжело находиться, – тихо отвечала я, не желая обидеть хозяина дворца.

– Не понимаю, – растерянно ответил Ан.

– Как вам объяснить? Я не слышу смеха друзей, не чувствую ласкового касания ветра и тёплых лучей, не вижу красоту леса и полей, обычных цветов и щебета птиц. Поэтому давайте мы вернёмся к тому разговору, зачем вы меня призвали, а после я вернусь домой, – вполголоса, чтобы его не раздражать, ответила я.

Шератан придвинулся ко мне поближе и лёг в ноги, коснувшись кожи.

– Наконец-то! К тебе невозможно было пробиться в мыслях. Только через касание и смог. Лада, помнишь, ты мне на ярмарке объясняла, что такое реклама на вывесках в лавках? Так вот, я понял, что это. И поэтому у меня к тебе вопрос – ты сейчас себя ему рекламируешь или реально не понимаешь, что происходит?! Заткнись ты уже! Выслушай, зачем он звал, и валим отсюда срочно. Здесь не просто опасно. Мы можем никогда и не выбраться отсюда, – возмущался в моей голове Шератан.

Я посмотрела сквозь окна и действительно ничего не изменилось с того момента, как мы сюда пришли, а ведь уже должен был подниматься рассвет. Ан недовольно посмотрел на Шератана, и я это заметила.

– Ты права в своих ощущениях, девочка. Но не переживай. Мы в том же мире, просто на его обратной стороне, – начал говорить Ан, а мне после слов Шератана уже было наплевать, где мы находимся, и очень хотелось знать, где выход.

– Давайте всё-таки вернёмся к тому, зачем вы меня позвали, – спокойно произнесла я.

Ан цепким взглядом смотрел прямо на меня, слегка прищурившись и улыбаясь.

– Ну что ж, пусть будет так, как ты хочешь, моя драгоценная гостья. Скажи, ты приняла предложение разума этой планеты?

От наигранно добродушного вида Ана и его вопроса мне резко поплохело. Он знает, если не всё, то многое, раз интересуется этим. Врать я никогда не любила, а в данном случае это было бессмысленно и опасно.

– Нет. Я из другого мира и пока не вижу смысла оставаться здесь, – честно ответила ему. – Этот мир живёт довольно благополучно, и я не вижу, кого здесь оберегать.

– Ты увидела лишь внешний порядок нашего мира, который рано или поздно приведёт к хаосу. И родится ли из будущего хаоса новый порядок, никому неизвестно. Посмотри в суть устройства мира. Империя драконов вмешивается в дела народов и не даёт им право на самостоятельное развитие. Они считают возможным для себя контролировать весь мир, который на самом деле не может быть им подчинён, потому что разные народы имеют своё мышление и традиции, самобытность и независимость от обычаев драконов. Но империя насильно подавляет и пытается контролировать другие народы, уничтожая всех несогласных. А теперь я спрошу тебя, Высшая, – это ли цель предназначения Создателей?! – Ан говорил монотонно и спокойно, но мороз уже бежал по моей коже. – Я знаю, что демоны пришли в наш мир и поселились с другой стороны от империи драконов. Однажды начнётся столкновение интересов между этими расами и народами. Тысячи лет назад я много подобного видел и в твоём мире, когда ещё там жил, и прошлые цивилизации приходили ко мне за помощью, считая божеством. Так вот! Такое устройство всегда заканчивается войной. Что скажешь?

– Пожалуй, я соглашусь с вами. Мне тоже известна история всех цивилизаций нашего мира от сотворения жизни Создателями. Но я не понимаю, почему вы говорите об этом со мной, а не с Драгоном и Анзом, – уверенно парировала я.

– Потому что Высшая – это ты, а не повелитель демонов Анз и не повелитель драконов, а по совместительству ещё и Создатель, Драгон! – категорично отбил мой выпад Ан. – Честно отвечу на твою честность. У меня было к тебе другое предложение, но познакомившись, я передумал. Поэтому обращаюсь к тебе с просьбой остаться в моём дворце и разрешаю изменить в нём всё, чтобы тебе, Лада, стало здесь удобно. А после мы вдвоём будем наблюдать и менять этот мир, сохраняя в нём жизнь.

В комнате установилась напряжённая безмолвная тишина, но мне показалось, что я слышала, как защёлкнулась ловушка, посреди которой на мягких подушках сидела я.

Дорогие мои читатели! Приветствую вас в моей книге с сильной героиней. Будет интересно. Прошу поддержать новинку звёздочкой. Буду рада вашим впечатлениям и отзывам. Не забывайте забрать в вашу библиотеку, чтобы не потерять книгу. С любовью, автор!

ГЛАВА 12

ДРАГОН

Ранним утром тронный зал дворца был окутан тишиной, словно замер в ожидании. Мы с Изаром разрабатывали план, как выманить Ладу из-под защитного купола Лиры. Эта своевольная девчонка завладела всеми моими мыслями и временем. Мало того, что она пренебрегает традициями драконов, так ещё и не удосужилась проявить ко мне интерес! Придётся сломить её непокорный нрав, и чем жёстче, тем лучше, а для этого Лада должна оказаться во дворце моей империи.

– Вижу лишь один выход, – произнёс Изар после тягостного молчания. – Устроить пышное торжество и во время него похитить её. Дальше ты знаешь, что делать. Таких, как она, иначе не усмирить.

– Ты о чём, Изар? Ты предлагаешь мне силой склонить Ладу к близости? Ты в своём уме? С её мощью это обернётся схваткой, в которой я могу её покалечить! – возмутился я, отвергая его гнусную идею.

– Драгон, а что предлагаешь ты? – растерянно спросил он.

– Не знаю. Нужно дождаться Ионэля и попытаться через него проникнуть в дом Лиры. Она родила от него сына, а это значит, что он ей небезразличен. Женщины не рожают детей от мужчин, к которым равнодушны, – задумчиво ответил я.

– Не говори так. Мне это неприятно, – резко бросил Изар.

– Не понимаю, о чём ты, Изар! Что это значит? – недоуменно спросил я.

– Мне нравится эта женщина! У меня на Лиру свои планы. Я хочу её заполучить, – с вызовом заявил мой генерал.

– Она не из тех, кого можно присвоить против воли, Изар. Лира сотрёт тебя в порошок в тот же миг, как поймёт, что ты задумал, – попытался я урезонить друга.

– Могу сказать тебе то же самое про Ладу, – угрюмо отозвался Изар.

В зале вновь воцарилась тишина. Мы сидели в креслах, не зная, как поступить в ситуации, когда самые желанные женщины в мире неприступны и скрываются за почти непробиваемой защитой. Купол Лиры был даже надёжнее любой крепости.

Пространство перед нами замерцало, и открылся портал, из которого вышла разъяренная Лира с сыном, сжимающим рукоять меча. Лады рядом не было, а бушующие потоки Лиры говорили о её крайнем раздражении.

– Как ты посмел повторить свою ошибку? – гневно выплюнула Лира, остановившись напротив меня. – Где она?

– Кто? – искренне не понимая, о ком речь, спросил я.

– Стой! Ты не лжёшь? Твои потоки говорят об искреннем удивлении. Лада у тебя? – уже без гнева, но с явным удивлением спросила Лира.

– В каком смысле у меня? Она же у тебя гостит, – догадываясь, что что-то случилось, ответил я.

– Она исчезла этой ночью, – поникшим голосом произнесла Лира. – Я не чувствую её в нашем мире, но и портал в другой она не открывала. Думала, ты снова её похитил и блокировал связь.

– Ты хочешь сказать, что она пропала из твоего дома, защищённого силовым полем, абсолютно непроницаемым?! Лира, это означает, что Лада ушла сама! А теперь я спрашиваю тебя – куда ночью могла направиться моя женщина, за которую ты несёшь передо мной ответственность?! – сомнения и ревность вспыхнули во мне, разжигая злость на неугомонную девчонку, которая могла спутаться с кем угодно.

– Драгон, Лада – независимая и сильная девушка! Она сама за себя отвечает и точно не перед тобой, – вызывающе и нагло ответила мне Лира.

– Я позволил ей остаться в твоём доме, чтобы не усугублять конфликт между ней и мной! Я просил тебя убедить её принять моё приглашение во дворец! Ты обещала помочь! А теперь ты заявляешь, что Лада пропала и, в принципе, имеет право где-то шляться по ночам, потому что вы считаете её свободной от обязательств?! Ты в своём уме?! На ней мои парные руны! Она принадлежит мне! Это моя женщина! Она не имеет права где-то шляться по ночам! – не сдержавшись, я разразился гневной тирадой.

Каям, стоя рядом с матерью, смотрел на меня с неприкрытой злобой и ненавистью. Лира шагнула вперёд, вплотную приблизилась ко мне и, глядя прямо в глаза, отчеканила:

– Мы вам не куклы, Драгон! Женщина сама выбирает своего мужчину. Тебя Лада не выбрала, потому что ты высокомерный и невыносимый дракон! Это её слова. Смирись!

Она развернулась и стремительно направилась к открывающемуся порталу вместе с сыном.

Два дня я не находил себе места от злости и беспомощности. Через руну я чувствовал, что Лада в безопасности, но где-то очень далеко и вместе с Шератаном. Успокаивая себя тем, что, возможно, она захотела побыть одна и подумать, я занял выжидательную позицию.

На исходе второго дня неожиданно ко мне явился Каям. Войдя в тронный зал, он пристально посмотрел на меня и произнёс:

– Правитель, я могу осмотреть дворец, чтобы убедиться, что Лады здесь нет? Простите, но зная ваше коварство, я вам не верю. Мы её нигде не нашли.

Мне хотелось придушить этого щенка, но я ожидал прибытия его отца с минуты на минуту, и обстоятельства сложились так удачно, что я не мог упустить возможности стать свидетелем этой встречи.

– Изар, проведи принца Каяма по дворцу. Ему полезно будет узнать, как всё устроено, – не скрывая насмешки, ответил я.

– Правитель Драгон, что вы имеете в виду, называя меня «принцем»? – серьёзно спросил Каям.

– Мой мальчик, я очень давно знаю твою мать и отца, поэтому уверен в своих словах. После того как ты осмотришь дворец и убедишься в моей правдивости, мы обсудим и этот вопрос, – ответил я, направляясь в свой кабинет.

Изар, сопровождая Каяма, покинул зал, а я решил проверить силовую сеть империи на наличие Лады. Я подошёл к сфере и проверил каждую провинцию, но не обнаружил даже намёка на её присутствие. Если Лада не скрывалась под защитным куполом дома Лиры и сейчас её нет в моей империи, а межпространственный портал в другой мир не открывался, то она может быть только на территории Великой Пустоши. Придя к такому выводу, я почувствовал нарастающую тревогу. Обратившись к парным рунам, я прислушался, но они безмолвствовали, что говорило о том, что Ладе ничего не угрожает.

Закрыв глаза, вспомнил её образ, когда держал испуганную Ладу в своих руках. Нежные, вкусные губы, пахнущие соблазном, глубокие синие глаза, в бездонном омуте которых тонул, видя своё отражение в них. Я хорошо запомнил, каково это – касаться её нежной кожи и смотреть на вздымающуюся в возбуждении девичью грудь. Тогда в комнате, перед её побегом, на миг мне показалось, что она хотела меня не меньше, чем я её. Но и то, что Лада в себе это подавила, я тоже заметил. Руны пары действовали на мою девочку, но она могла им сопротивляться, что говорило о её силе. Обычно драконицы не могут сопротивляться такому влечению, а уж полукровки мгновенно подчиняются. Но Лада сильнее их всех, поэтому манящий образ этой шалуньи нешуточно завёл меня.

– Луиза! – выкрикнул в соседнюю комнату. – Приведи кого-нибудь из гарема.

Сев на диван в рабочем кабинете, я откинулся на спинку и закрыл глаза. Через несколько минут, ощущая, что наложница вошла в комнату, я представил, что это руки Лады в молчании коснулись моего возбужденного органа, а затем его начал ласкать тёплый язык, периодически упираясь в горло принимающей меня подчинённой женщины. Разрядка наступила быстро, а иллюзорный образ самообмана меня раздражал. Я никого не хотел видеть. Была жизненно необходима реальная Лада в моих руках, её громкие стоны и мелкая дрожь тела при касании. Я жажду вечно ловить шепот своего имени с её губ, даже в тысячный раз, когда буду заключать её в свои объятия.

– Из спальни не выпущу, как только поймаю, – шепотом, утвердительно и злобно сказал сам себе, думая о Ладе.

Открыв глаза, я безразлично посмотрел на красивую наложницу, которую трахал чаще других, но сейчас она мне была противна.

– Уходи, – резко сказал когда-то понравившейся мне любовнице.

– Правитель, я хочу подарить вам больше удовольствия. Я очень скучала по вам, – мелодично прощебетала она.

– Но я этого не хочу, – ещё больше раздражаясь от её навязчивости, я застегнул штаны и вышел из кабинета.

– Луиза, убери её, – бросил я через плечо управляющей, удаляясь в тронный зал.

Моя выверенная жизнь неслась под откос из-за этой строптивой девчонки, но какая-то темная, иррациональная часть меня уже готова была простить ей все. Шагая по коридору, я твердил себе, что подчиняться женщине – значит, расписаться в собственной слабости. Нет, я должен сломить ее, поработить ее волю и тело, ощутить ее безграничную покорность. Но вместо холодного торжества в груди поселилась тяжесть – я перестал понимать самого себя. Зачем мне эта головная боль, это наваждение под названием любовь?! Почему я, всемогущий, стал жаждать истинной любви этой Лады? Безумно бесило ее презрительное заявление, что я, видите ли, ей не нравлюсь! Этого просто не могло быть: на ней проявились мои руны, печать избранности, значит, она моя пара, моя судьба! Женщины всегда теряли голову от одного моего взгляда, а уж в постели их сопротивление таяло быстрее снега под лучами полуденного светила. Я давно привык к тому, что после ночи безумной страсти любая из них становилась моей навеки, готовой служить и поклоняться. И я, не дрогнув, мог бросить их, едва интерес угасал. И вот, на моем пути возникла она, эта девчонка, из-за которой я готов на безрассудства, на безумную любовь. Мое дыхание срывалось от ярости – на себя, на Ладу, на всю эту чертову ситуацию. Вся моя сущность восставала, словно раненый зверь, не желая склониться даже перед самой желанной женщиной.

Как загнанный хищник, я метался по тронному залу, не находя себе места. Она не просто задела мою гордость, мое достоинство – она коснулась моего сердца, превратив его из ледяной глыбы в пульсирующий, кровоточащий орган. А теперь Лада, возможно, с кем-то другим, где-то шляется по мирам, дышит чужим воздухом… Шератана, этого бездарного стража, хочется покарать, вырвать ему голову за его ненадежность и слепоту.

Неожиданно в пространство тронного зала ворвалась сила Эридана, и начал открываться межпространственный портал. Из крутящегося сияния выходили Ионэль и Эридан, что очень меня встревожило и озадачило.

– Приветствуем тебя, Драгон! Ионэлю пришло сообщение, что ты знаешь, где находится Лира, – улыбаясь, говорил Эридан.

– Да, я вызывал его, но почему ты-то тревожишься? – в ответ, улыбаясь другу, спросил я.

– Он недавно пришёл из путешествия по мирам и пока не собрал сил на межмировой портал. Я помог другу, – добродушно пояснил Эридан.

В тот миг, когда Изар и Каям вошли в тронный зал, мой тщательно выстроенный план рухнул, словно карточный домик, погребая под обломками надежду на успех. Неожиданное появление Эридана грозило неминуемым разоблачением.

– Повелитель, – начал Каям, но осекся, взгляд его замер на Ионэле.

Я знал, что он видит исходящие потоки энергии, переливающиеся знакомым цветом. Завороженно наблюдал, как удивление искажает его юное лицо. А вот правитель Ионэль, не мог разглядеть цвета внутренних потоков силы и истинную сущность полукровки, но видел остроконечные уши и серебристые волосы лунных эльфов. Скользнув взглядом по Ионэлю, я уловил отблеск нездорового, собственнического интереса, но тут же перевел внимание на Эридана.

– Что здесь происходит? Кто ты такой, мальчишка? – прогремел его голос, пронзая тишину. – В твоих потоках я чувствую знакомую силу!