КНИГА ДУШ

– Привет! Слышал новость?

– Какую?

– Нашим хмырем недовольны свыше.

– Еще как недовольны!– присоединился сотрудник, стоящий напротив. У него было гордое имя Ричард, при этом, поблескивая очками, он крепко пожал руку Гордону, осматривая его с ног до головы, как бы оценивая. – Роджера даже хотят сменить.

– А что, вчера что-то случилось?

– Точно никто не знает…– с ужимками произнес Брайан. – Идет слух о некоторых переменах, и в кандидатах на его место – несколько человек. По-моему, в лидерах ты.

– Да неужели?

– Да, да, – сказал Ричард и продолжил, – они очень тобой заинтересовались, и ты пока один из первых, кого бы хотели поставить на это место.

– Привет, Гордон! О чем вы тут беседуете? –присоединилась к разговору стройная, пышногрудая блондинка, пресс-секретарь офиса.

– О нашем хмыре разговариваем, Кэтрин, – сказал Ричард.

– А… ну, тогда поздравляю, Гордон.

– С чем?

– С новой должностью, – ехидно хихикнула Кэтрин.

– Да бросьте вы.

– Это твой день, Гордон, – Брайан похлопал его по плечу.– Только держи ухо востро, – как бы вскользь прошептал он ему.

– Постойте-ка, кто-нибудь может объяснить мне нормально, что вчера произошло? За что его так?

– По-моему, он даже на двадцать пять процентов не справляется со своей должностью. Плюс ко всему – много ворует, – Брайан широко улыбнулся.

– Кстати, общее, – поправил Ричард.

– Да-а-а, жаль, я не посмотрю на весь этот спектакль.

– Почему?– спросила Кэтрин, посмотрев на Смита.

– Мне надо взять отпуск.

– Ты что, с ума сошел? – возмутилась полногрудая блондинка. – Тебя ведь могут сделать шефом.

– Да, именно, – сказал Брайан. – Если кого-то будут выбирать сотрудники, вернее, если нам дадут такую возможность, я выберу Гордона.

– Все выберем, – Кэтрин кокетливо вильнула упругим задом и как бы невзначай толкнула локтем Брайана.

– Все выберут тебя, Гордон, – сказал Ричард.

– Если честно, мне это место не нужно. Мне надо побыть с женой. Да и сам я устал за это время...

– Ну ты и сказал, – произнес Брайан, бегающим взглядом оглядев коридор.– Не надо сейчас уходить.

– Нет, мне надо, – перебил его Гордон.– Отпуск я возьму всего на неделю.

– Так вот за эту неделю все и решится, – продолжил Брайан. – Ты что, не понял, что речь идет о тебе?

– А что случилось с твоей женой? – спросила Кэтрин.

– Да так, семейные неурядицы. Просто нам надо побыть вдвоем…

– Кэтрин, куда ты пропала? – вдруг позвал один из служащих.

– Что тебе, Майкл?

– Пять листов ксерокса и твоя подпись, черт побери!

– Мне надо идти, парни.

Она смиренно пошла за лысым Майклом, который стоял с выпученными глазами, маленький, с редкими волосами, обрамляющими по бокам его лысую голову. В руках у него была пара листов исписанной бумаги. Напоследок она послала воздушный поцелуй трем парням в белоснежных рубашках и темных галстуках, бурно обсуждающим в коредоре офиса последнии новости.

– Классная у нее задница, – причмокнул Брайан.

– Она тебя хочет, Гордон, – Ричард очумело уставился на вихляющий из стороны в сторону зад Кэтрин.

– Да-а-а, явно, – Гордон выдохнул, поправляя галстук.

Все трое засмеялись.

Войдя в свой кабинет, Гордон стал перебирать папки. Складывая деловые бумаги, он подумал: «Видимо, у нашей крысы вчера был непростой денек».

Едва заметная ухмылка промелькнула на его лице.

«Так, до сих пор я только складываю эти бумажки, а еще столько надо успеть. Совсем забыл про те документы в компьютере, надо их переписать по новой. Интересно, как я их допишу, если там работы на два дня? Это просто невозможно... Сегодня надо все закончить»,–подгонял он себя.

Сев за компьютер, Гордон задумался, видя перед глазами Элизабет.

«Я уже по ней скучаю. Сейчас бы зарыться в ее локоны и не отпускать ее… Вдохнуть ее аромат… Нет. Не сейчас… Боже, как я ее люблю! Вдруг с ней что-нибудь случится? Я не переживу этого. Нет, не переживу, – подумал Гордон, обхватив руками голову. – Надо все это доделать, а то они меня никуда не отпустят. Через два дня это все надо будет показать нашим клиентам. Ничего... Постараюсь сейчас с ними разобраться. Помимо этого, что еще нужно будет сделать? Похоже, это все, и я буду свободен».

Гордон лихорадочно перебирал предметы на своем столе и обессилено откинулся на спинку кресла:

«Тогда чего я жду? Нужно поскорее приступать к работе!».

Пробыв за компьютером около четырех часов, не моргнув и глазом, он завершил свою работу.

– Мистер Томас Брайан… Что Вы можете рассказать о Гордоне Смите?

– Мы с коллегами называли его за спиной «наш упрямый живчик». Он работал не покладая рук. Всегда делал больше, чем мог сделать один человек. Честный, целеустремленный, хороший друг.

– О-о-о, сколько положительных качеств! Не слишком ли много для одного?

– Нет, это еще не полный список. Вы просто его не знали. Он очень сильно был верен тем, кто находился с ним рядом. Да, и у него были свои тараканы в голове. В последнее время он был просто неадекватен, отказался от выгодного предложения, и все это на почве переживаний из-за жены. Она, как вампир, вытянула из него все соки. Хотя я не знаю… Чужая семья – темный лес. Честно говоря, порой меня очень раздражала Элизабет.

– Вы хорошо ее знали?

– Я приезжал к ним в дом, когда они еще жили в городе.

– Она манипулировала им?

– Откуда Вы узнали?

– Это моя работа, мистер Брайан.

– Нет… Конечно же нет… Это нельзя было назвать манипуляцией. Но было такое впечатление, как будто они несут какую-то тяжесть. Что-то угнетало их.

– Вы только что говорили, что это она была виновна в его нервозном состоянии. И Вы считаете, что отказ от должности – это неадекватность?

– Послушайте… Вы меня запутали. Я, наоборот, говорю, что он много трудился и работал, как вол, и заслуживал больших высот в своей карьере. Я не понимаю, как это случилось. Он все перечеркнул.

– А если сопереживание к своим близким стоило этого? Вы не подумали об этом? Мне кажется, Вы очень предвзято настроены к его супруге.

– Не понимаю, к чему Вы клоните. Просто я говорю о своих ощущениях. Вы ведь сами просили о доверительном разговоре.

– Томас, Вы больше ничего не хотите мне сказать?

Кокс внимательно вглядывался в его глаза, которые Брайан старался отвести в сторону.

– Мистер Брайан?

– Я не жил с ними под одной крышей. Я был с Вами откровенен.

– Признателен Вам за это, мистер Брайан. Я думаю, мы еще встретимся.

Скопировав все на флеш-карту, Гордон пошел к боссу. Постучав в дверь, за которой находился кабинет его начальника, он услышал знакомую фразу, что была так ненавистна всем:

– Входите. Можно…

Гордон вошел. За огромным столом из красного дерева сидел смуглый человек с коварными глазами. На его лице всегда была ироничная улыбка. От этой натянутой улыбки окружающим становилось не по себе: брезгливое пренебрежение не могло спрятаться за фальшивой любезностью.

– Здравствуйте, мистер Брукс. Я по поводу тех документов, которые нужно было срочно подготовить. Для людей с Пятой авеню, по-моему, – Гордон посмотрел на документы. – Да, я не ошибся.

– Все верно, мистер Смит. Продолжайте, – кивнул головой Роджер Брукс.

– Так вот, я работу закончил, – Смит устало потер костяшки пальцев на правой руке.

– Это очень хорошо. Вы меня удивляете. Вам давалось еще два дня. Присаживайтесь.

Брукс указал рукой на стоявшее напротив него кресло. Гордон, как бы не замечая предложения, продолжал стоять.

– Кстати… возьмите, – он подошел к столу и протянул шефу стопку документов.

– Вы молодец, Гордон. Я люблю таких сотрудников.

Мистер Брукс начал рассматривать бумаги. Его глаза с хищническим прищуром спешно пробегали по строчкам, при этом пальцы его руки отбивали дробь по столу.

– Прекрасно!

Он посмотрел на Гордона.

– Что-нибудь еще?

– Да, – с некой неуверенностью ответил Гордон. – Я хочу взять отпуск.

– Ну, раз Вы выполнили всю работу, мистер Смит, то я не вижу смысла Вас задерживать. На сколько дней Вы хотите взять отпуск?

– Я думаю, недели хватит.

– Хорошо.

Брукс пододвинул к Гордону лист чистой бумаги.

– Тогда Вы сейчас напишите заявление, а я подпишу его. Вот Вам лист и ручка. Садитесь, мистер Смит.

– Может, я – у себя?..

– Нет, можете и здесь. Не будем затягивать.

Гордон, сев напротив начальника, приступил к написанию заявления. Дописав лист, он отдал его Бруксу.

В строгом костюме, как бы всем своим видом стараясь показать свое превосходство, мистер Брукс посмотрел с нескрываемым удовлетворением на бумагу, только что подписанную Гордоном. Это удовлетворение не могло скрыться даже за его коварной улыбкой, постоянной маской, присутствующей на его лице.

– Прекрасно, – в очередной раз произнес он.

«Что за скользкий тип…»– подумал Гордон.

Ему хотелось поскорее выйти из кабинета, как будто он находился в компании с удавом.

– Ну вот и все. Вы можете идти, если больше нет никаких вопросов.

Гордон встал, направившись к выходу.

– До свидания, мистер Брукс.

– До свидания, Гордон. И вот еще что…

Гордон, взявшись за дверную ручку, услышал внезапное обращение.

– Что? – обернулся он.

– Приятного отпуска тебе, – сказал босс, словно своему лучшему другу.

– Спасибо, Роджер.

Гордон Смит никак не ожидал услышать столь приятного пожелания.

Выйдя из кабинета, он попрощался со своими друзьями и направился к машине.

17:02.

– О-о-о, нет! – горькое восклицание непроизвольно вырвалось у него при виде длинной царапины, проходящей вдоль всей двери его красного «Феррари».

Рядом припаркованной машины уже не было.

– Проклятье, – произнес Гордон и сел в автомобиль.

Он нервно завел машину и поехал в сторону супермаркетов. В его машине Элизабет опять перестроила все на свой лад, начиная от сидения и заканчивая зеркалами. Она была бесцеремонна в этом отношении, хотя ревностно относилась к своему голубому минивэну. У нее были захватнические повадки, и она никак не хотела принять того, что у ее мужа может быть что-то отдельное от нее.

Всю дорогу Гордон думал, чем бы порадовать свою жену сегодня и как отметить начало их выходной недели. Этим он старался отвлечь себя от всех трудностей дня. Исцарапанная машина не выходила у него из головы, мешая сосредоточиться на оставшихся мелочах, которые хотелось завершить. Он пытался придумать изысканный, дорогой подарок, но из-за взвинченного настроения, кроме как букета роз, от которых он не был в восторге, ему ничего не приходило в голову.

Почти доехав до дорогого супермаркета, он увидел ювелирный магазин. Тут же в голову пришла мысль подарить жене что-нибудь из золота.

Он вышел из «Феррари» и направился к сверкающему огнями магазину. Его взору предстала витрина с эксклюзивными украшениями, играющими в свете ярких ламп бриллиантовыми искрами.

Пробыв около часа среди всей этой роскоши, Гордон выбрал дорогой опаловый комплект: кольцо и серьги, сделанные из розового золота и осыпанные бриллиантовой крошкой. Красные опалы… Они мерцали живым манящим огнем, ревниво оберегающим свою глубинную чистоту, вобравшую в себя отблеск далеких звезд. Казалось, дотронься до него, и он обожжет тебя, оставив незаживающий след.

– Вот это подойдет для моей Элиз, – сказал он продавцу. – Я беру его.

– У Вас очень тонкий вкус, сэр, – одобряюще кивнул тот и упаковал украшения.

Расплатившись и взяв подарок, Гордон в приподнятом настроении направился к машине, стараясь не смотреть на царапину, шрамом проходящую вдоль ее двери. Не забыв в том числе про огромный букет красных роз, он отправился домой. Гордон любил устраивать праздники. Щедрость была главной чертой его характера.

– Щедрость его и подвела. Он никому ни в чем не мог отказать. Широта его души и стала его ахиллесовой пятой, – грубо пошутил Роджер Брукс.

– Вы всегда стараетесь извратить достоинства человека, Роджер? Я знаю, сейчас немодно быть добрым и порядочным...

– Я также много знаю и о Вас, Санни Кокс, – перебил его Роджер.

– И что Вы знаете?

– Ну, земля слухом полнится.

– Я не сомневался в Вас, мистер Брукс. Рад, что меня не подвела интуиция.

– Скажите мне, как человек с криминальным прошлым может работать в полиции? – спросил Брукс с неизменным ехидным прищуром.

– Закаленное железо крепче.

– Ну, ну. Дерзайте, Санни.

– Я с Вами не прощаюсь. Так что позаботьтесь о своей ахиллесовой пяте, – бросил через плечо Кокс, направляясь к выходу.

– О-о-о, все мы люди, все мы грешные. Можно вопрос? А почему Вы принимаете такое участие в судьбе Смит?

Ничего не ответив, Санни захлопнул за собой дверь.

Уже почти у самого дома небеса как будто разверзлись, и хлынул проливной дождь. В этой местности всегда было пасмурно, и дождь срывался совсем нежданно, не давая погреться теплом редких солнечных дней.

Пытаясь разглядеть дорогу и проехать оставшиеся метры, Гордон едва успел нажать на тормоза, увидев мутный силуэт на своем пути. Перед ним стоял очень крупный и высокий олень с широкими ветвистыми рогами. Исполин застыл, как древнее изваяние, стоя на дороге, словно властный хозяин, не пропускавший на свою территорию чужаков. Его мускулистое тело подрагивало под проливным дождем, блестящие влагой рога привлекали к себе внимание, возвышаясь над ним великолепной короной. Еще более странен был взгляд его влажных глаз, с тревогой всматривающихся в человека.

Дворники отчаянно разгоняли воду на лобовом стекле, с неприятным скрежетом скользя по нему.

– Ну же, иди! – просигналил Гордон, не выдержав ожидания.

Олень, не шевелясь, продолжал смотреть, не отводя взгляда от яркого автомобиля, светом фар пронзающего ливень. Капли дождя слезами скатывались с печальных глаз зверя.

– Чего же ты ждешь? – шепотом произнес Гордон пересохшими губами, в каком-то мистическом страхе он даже приподнялся с сидения, чтобы лучше разглядеть странное явление перед собой.

Постояв еще немного, не реагируя на сигналы автомобиля, зверь направился в сторону леса, скрывшись в зарослях орешника. Отойдя от оцепенения, Гордон завел мотор и продолжил свой путь.

«Я думаю, это хорошая примета. Эта встреча принесет мне удачу», – успокаивал он себя.

Забежав в дом, прикрывая подарок намокшим букетом роз, он направился в гостиную. К его ногам, радостно лая, подбежал пес.

– Привет, Лакки!

Гордон Смит первым делом поставил букет в вазу. Шикарные цветы были в капельках влаги, искрящихся на свету, словно бриллианты, которыми было осыпано драгоценное украшение, предназначенное для Элиз. Оставив рядом с вазой опаловый комплект в роскошном кожаном футляре, утомившийся мужчина вошел в ванную комнату, мерцающую под ярким бра изысканным малахитовым цветом.

Глава 5

Эйфория

«Когда я успела заснуть?» – Элиз посмотрела в окно. Закат красиво окрасил небо в розовые тона. Спальня была в полумраке.

«Книга... Сюжет очень тяжел. Мне трудно к ней возвращаться, каждый раз откладывая ее на потом. Я забываю самые главные слова, которые мне хотелось бы в нее записать, и если они уплывут, – это уже будет не моя история. У меня же сейчас на руках всего несколько страниц начала без нужных слов и сюжет без названия, потихоньку теряющий продолжение. Ужасно тяжело близким творческих людей, им нужно ставить памятники. Тяжело постоянно видеть рассеянного человека, вечно бегающего из комнаты в комнату в своих мыслях, агрессивного и неблагодарного…

Почему я всегда берусь за самые сложные идеи, когда вокруг есть столько простого, где просто нужно все расписать и добавить красок? Мне кажется, я не справлюсь в срок. Пора брать себя в руки».

Лакки в веселом возбуждении носился по лестнице вверх и вниз. Она поняла, что ее супруг возвратился. Быстро накинув халат, Элиз направилась к лестнице, ведущей в гостиную.

Рядом с настольной лампой на столе стоял букет роз. Их запах распространился по всему дому.

«Мои любимые. Как он узнал, что я о них думала? Мой ангел».

В хорошем расположении духа, быстро подбежав к цветам, она увидела небольшой футляр в виде красного лепестка у вазы: своим насыщенным цветом кожаный футляр выделялся ярким пятном на темной мебели… как будто лепесток розы, опавший с букета.

«Что это?»– подумала Элиз, осторожно дотрагиваясь до шероховатой поверхности кожи, нежно проводя по ней пальцами.

– Ты уже проснулась, милая? – остановил ее голос мужа.

– Да, дорогой, – ответила она с тихим восторгом, развернувшись к мужу. – Как мило, Гордон! Спасибо.

– Ты о цветах? – спросил он, хитро прищурив глаз.

– Обо всем, – улыбка озаряла ее лицо.

– Так что же в этой коробочке, Элиз?

– Не знаю…

– Давай вместе посмотрим? – с детским задором продолжил он.

– Давай! – стала подыгрывать ему Элиз.